https://wodolei.ru/catalog/dushevie_poddony/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Все готово, пусть жалует Красуля.
То, что наездом будет командовать дама, стало известно из последнего донесения появившегося Мальчика. Оказывается, он вместе с хозяйкой рыскал по Подмосковью в поисках пропавшего хахаля, позже Сотова ни на шаг не отпускала его от себя… * * *
Красуля осунулась и постарела.
Теперь она ходила не в прозрачном халатике — в наглухо закрытой темной блузке и такого же цвета узких брючках. Ночные выезды для проверки работы «предприятий» прекратились, ночные бдения перед экраном телека сделались редкостью, они больше не интересовали осиротевшую красавицу.
Из головы не шел сбежавший «муж».
Она вспоминала не только захватывающие дух сцены плотской любви — будто на яву, слышала голос Мишеньки, спорила с ним, соглашалась. Какое это было наслаждение — соглашаться! С каким вниманием она слушала рассказы о его жизни на Дальнем Востоке, переживала успехи и неудачи, негодовала по поводу неправедного поведения Мишенькиного начальства.
И вот — одна…
Единственное развлечение — встречи с «Гансом». Культурный и предельно вежливый немец не пытался завладеть сердцем красавицы, не торопил события. Спокойно интересовался подготовкой наезда на квартиру коллекционера, ненавязчиво советовал и наставлял.
Встречались они уже не в ресторане — убедившись в безопасности, «Ганс» почти ежедневно навещал квартиру женщины, приносил цветы и шампанское, целовал ручку.
— Слежки не боитесь? — равнодушно спрашивала Надежда Савельевна, глядя поверх головы гостя. — Все же наш уголовный розыск, хорошо или плохо, но работает. Могут выследить.
— Нет, не боюсь, — расплывался в ослепительной улыбке немец. — Работаю «под крышей» — представитель немецкого торгового дома.
— Странно, такой человек и интересуется примитивными коллекциями российского старичка. Неужели на Родине не нашли настоящего дела?
— Я уже говорил вам: меня интересует один Ван-Гог. Не стану скрывать — за эту картину я получу миллионы долларов. Но то, что достанется вам, стоит не меньше. Обратите особое внимание на коллекцию стариных монет и орденов — на Западе высоко ценится. Что же касается моей Родины — там значительно сложней и опасней. Ваши реформы изрядно подкосили систему, вот и появилась возможность солидно заработать… Кстати, хочу спросить: кто возглавит намеченную акцию?
Красуля задумалась. Она, как и Жетон, не любила рисковать свободой и… головой. Будь сейчас рядом с ней Мишенька, шагу бы от него не шагнула. Но Мишеньки нет и, кажется, больше не будет. Поэтому, в виде развлечения…
— Пойду сама. А ваш представитель?
«Ганс» подарил собеседнице очередную улыбку, показал ровные, белоснежные зубы.
— Если пойдете вы, сочту за честь сопровождать… * * *
Красуля в сопровождении «Ганса», Петеньки и Хвоста под"ехала на «мерсе» к дому, в котором живет коллекционер, точно в назначенное время — три часа ночи. За углом стоит автофургон с погашенными фарами. Водитель спит, положив голову на баранку. Когда наступит пора грузиться, его разбудят.
Работа предстоит немалая: загрузить фургон, мелочи перенести в легковушку. «Оценщик» во время осмотра вместе с Савчуком квартиры выбрал самое ценное, некоторые коробки и картины даже пометил фломастером, долго искать не придется. А вот перенос и загрузка потребуют часа два, не меньше.
В под"езд вошли четверо. Красуля, Петенька, Хвост и «Ганс». Позади неслышно топали четыре качка с автоматами. Столько же на всякий случай блокировали улицу.
Все тихо и спокойно, но Надежда Савельевна ощущала непонятный страх. Будто предвидела трагическую развязку.
Лифтом решили не пользоваться — лишний шум глубокой ночью может разбудить соседей, которые по недомыслию звякнут в милицию. Шли на цыпочках по лестнице, крепко сжимая оружие и вздрагивая при малейшем шуме. На третьем этаже под ноги женщины метнулась черная кошка, так завизжала, что Красуля с трудом удержалась от выстрела.
Наконец — шестой этаж.
— Открывай.
Хвост завозился с ключами. Дерьмовый коллекционер аж четыре замка приспособил, попробуй отгадать, какой ключ подходит к тому или иному запору? После третьей попытки тяжелая бронированная дверь поддалась. Четверка вошла в обширную прихожую. Следом проскользнули пехотинцы. Хвост тихо прикрыл дверь.
Грабители подумать не могли, что на лестничной площадке беззвучно заняли заранее определенную позицию три омоновца с автоматами. Мышеловка захлопнулась. На улице, возле под"езда так же бесшумно повязали подстраховывающую группу. Ошеломленные появлением омоновцев, красулинцы не оказали сопротивления — послушно подставили руки под браслеты.
Как и предполагал Клименко, свет налетчики не зажигали — действовали с карманными фрнариками.
— Хвост, банкуй!
«Оценщик» разослал пехотинцев по комнатам, шепотом пояснил, что и где искать. Вместе с хозяйкой и Петенькой прошел в гостиную.
«Ганс» достал записную книжку и принялся изучать картины на стенах. Отмечал в списке, ставил крестики в углу полотен. Кажется, решил не ограничиваться Ван-Гогом, равнодушно подумала Надежда Савельевна. Пусть забирает хоть все, ничего ей не нужно, кроме… Мишеньки.
Разбрестись по комнатам пехотинцы не успели. Неожиданно под потолком вспыхнул яркий свет.
— Бросить оружие! Руки на головы!
Огорошенные боевики не подумали о сопротивлении. На паркет полетели автоматы и пистолеты. Привычно выстроились лицом к стене, положив руки на затылки. Наверно не в первый раз попали в подобный переплет, знали, как нужно себя вести, чтобы не заработать удара по голове или по почкам.
Один «Ганс» попытался удрать. Воспользовавшись тем, что все действующие лица находились в гостиной и внутреннем коридоре, подкрался к двери, выскользнул на лестничную площадку и… попал в об"ятия омоновца.
Красуля, бледная, еще более постаревшая, внешне спокойно стояла в центре комнаты. «Макаров» лежал на полу. О бельгийской «пукалке» между ног никто не знал.
— Благодарю за благоразумие, — обратился к ней Клименко. — И вам, и нам ни к чему кровопролитие.
— Надеюсь, вы не заставите женщину поднимать лапки?
— Конечно, не заставлю, хотя — не обольщайтесь — вы вовсе не женщина — обычная бандитка.
Высказался и повернулся спиной.
В комнату ввели «Ганса».
— Я протестовайт… Майн Готт, в какой попал страна! Сначала вот эта мэдхен… или фрау, берет заложником, тащит в какую-то… берлогу…
Клименко скрыл насмешливую улыбку. Из донесений Мальчика он знал — представитель немецкой мафии отлично владеет русским языком. Да и записанный на пленку разговор в ресторане подтверждает это.
— Кто вы такой? Почему оказались в компании грабителей?
Спотыкаясь на каждом слове, «Ганс» пояснил: его взяли в качестве заложника. Вот эта разбойница — ткнул он наманикюренным пальцем в грудь Надежды Савельевны.
— Разберемся, — туманно пообещал сыщик. — Сейчас вынужден задер…
Закончить заранее подготовленную фразу он не успел.
— Ах ты, дерьмо собачье, свиной огрызок!
Красуля бесстыдно запустила руку между ног, выхватила «пукалку». Но выстрелить не успела — помешал… Хвост. Резкий удар по запястью и пистолетик отлетел в угол.
— Ты? — некрасиво открыла рот женщина. — Значит, ты…
— Да, это я, Красуля… Что, не веришь? Думаешь, беру на понт?…
— Не верю, — онемевшими губами прошептала женщина. — Столько лет вместе… Нет, не верю…
Широкоплечий, коротконогий мужчина улыбнулся. Странно, но диковатое его лицо, освещенное улыбкой, потеряло зверское выражение, потеплело. Он повернулся к сыщику, развел руками. Дескать, вот какая сложилась обстановка, может быть, поможете?
— Не верит, товарищ майор, подтвердите…
— Спасибо, друг!
Клименко обнял Мальчика.
Несколько минут Красуля стояла, поникнув, с серым лицом кандидата в покойники. Они никак не могла понять случившегося. Хвост, верная собака, с которым столько раз она побывала в переделках — мент? Скорее можно заподозрить Петеньку или Жадюгу… Но Хвост?
Наконец, опомнилась. Что-то надо делать, нельзя распускаться и задирать вверх лапки. Решительно, будто она — хозяйка в этой квартире, направилась к стоящему на тумбочке телефону. Омоновец сделал попытку остановить ее, но Клименко не разрешил.
Куда собирается звонить Красуля, у кого намерена найти защиту?
Наманикюренный изящный пальчик ловко забегал по клавишам. В центре Москвы рядом с супружеской кроватью мелодично заиграл телефон. Полный мужчина с залысинами проснулся, что-то невнятно промычал и поднял трубку.
— Слушаю вас?
— Виктор Иванович, простите за ночной звонок, нарушить ваш покой меня заставили особые обстоятельства… Сотова беспокоит.
Видный правительственный чиновник, фамилия которого произносилась либо с восторгом, либо с ненавистью, окончательно проснулся.
— Что произошло, Надежда Савельевна?
Красуля метнула на сыщика предупреждающий взгляд. Дескать, не вздумайте прервать разговор, вам это дорого обойдется. Заинтересованный Клименко, записал в книжку отслеженный номер, согласно кивнул. Говорите, говорите, мне интересно, что вы скажете неизвестному абоненту. Завтра же сыщик выйдет на него, пощупает, просветит. Авось, удастся с помощью Сотовой засечь еще одну банду.
Голос Надежды Савельевны разливался трелями маленьких колокольчиков. Она уже полностью овладела собой.
— Странная история, Виктор Иванович. Меня навестил один бизнесмен из Германии. Допоздна просидели за деловым контрактом. О чем речь, говорить не стану — не интересно. Решила проводить его до машины. Конечно, в сопровождении одного из своих телохранителей… Вы его знаете — рыжий парнишка, Петенька. Во время вашего последнего визита в скромную мою обитель Рыжик прислуживал нам за столом…
Вообще-то, Ганса можно и не выручать, он при появлении милиции, не сомневаясь, подставил «компаньоншу». Но Красуля отлично понимала — оставить немца в лапах уголовки, все равно, что самой сдаться на милость сыкарям. Немец молчать не станет, спасая свою шкуру выложит все, что знает и о чем только догадывается.
— Помню, — односложно подтвердил полный мужчина. Поднялся с кровати и заходил по спальне. Происшествие с Сотовой заинтриговало его. — Надеюсь, на вас не напали?
— Именно, напали. Неизвестные люди скрутили, бросили в машину и привезли на квартиру известного коллекционера Моревича… А дальше случилось вообще что-то непонятное. В квартире грабителей ожидала милицейская засада. Их схватили. Заодно — и нас с Гансом… Представляете? Начальник, или командир — не посвящена, выдвинул идиотское обвинение. Будто честная женщина, отдавшая все свое состояние для блага государства, возглавляет банду уголовников… Вы ведь отлично знаете меня…
— Фамилия сыщика?
Красуля прикрыла ладошкой мембрану. Обратилась к Клименко. Миролюбиво и ласково, будто к напаскудившему любимому щенку.
— Простите, ваша фамилия?
— Клименко, — с такой же улыбочкой ответил сыщик. — Кто интересуется?
— Сейчас узнаете, — и — в трубку. — Клименко.
— Пусть подойдет к телефону.
Надежда Савельевна, продолжая улыбаться, жеманно протянула трубку сыщику.
— Слушаю вас?
— Вы превысили свои права, задержали ни в чем неповинную женщину вместе с ее зарубежным другом и телохранителем. Немедленно извинитесь и доставьте на вашей машине домой… В крайнем случае возьмите подписку о невыезде. Я, со своей стороны, утром позвоню вашему министру. Пусть разберется со своими подчиненными…
Гнев охватил Василия. С такой силой, что побелели костяшки пальцев, сжавшие трубку. Напряженные до предела нервы не подчинились разуму. Слишком велика нагрузка: выслеживание отставника, схватка с жетоновскими боевиками, наконец, устройство засады в московской квартире Моревича.
Сыщик не проговорил — проскрипел.
— Кто вы такой?
Полный мужчина четко и внятно отрекомендовался.
Клименко открыл рот. Красуля с издевкой послала ему воздушный поцелуй.
Глава 16
Несмотря на заключение медицинских светил, которых Клименко приводил в больничную палату и дотошно расспрашивал, Жетон выжил. Могучий организм не сдался, преодолел четыре операции. Через две недели после аварии сыщику разрешили допросить подследственного. Конечно, в приутствии врача и медсестры с приготовленным шприцем.
Потеряв Красулю, которую он был вынужден освободить под подписку вместе с немцем и Петенькой, Клименко возлагал большие надежды на допрос бандитского босса. Основное — узнать заказчика покушения. Остальное — мелочи, которые, тем не менее, могут вывести следствие на следующий «этаж» криминальной структуры столицы.
Поэтому Василий Тимофеевич готовился к первой встрече с раненным необычно тщательно. Даже составил вопросник, даже постарался предугадать реакции Жетона. С тем, чтобы некоторые из них «погасить», другие — «разжечь».
Однако, допросить больного так и не удалось. Когда сыщик приехал в больницу, его встретил главврач.
— Ничего не могу понять, — заторопился он, не поздоровавшись. — Раненный пошел на поправку, все мы, не то, что радовались, — удивлялись. Редкость в медицинской практике… И вдруг ночью — неожиданная остановка сердца… Что-то немыслимое…
— Спасли? — затаив дыхание, с надеждой спросил Клименко.
Главврач пожал плечами.
Все ясно — Жетона попросту убрали. Выражаясь по фене — замочили. Не успел бандюга облегчить свою совесть, покаяться, жариться теперь ему на адовой сковороде.
Раздосадованный сыщик помчался в министерство. Каяться в серьезном проступке — «незаконном» задержании российской бизнесменши и немецкого инвестора… * * *
В то время, когда Клименко разговаривал с огорошенным главврачем, Ангел тихо вошел в кабинет своего шефа.
— Как дела? — встретил «референта» чиновник. — Надеюсь, ошибка исправлена?
— Исправлена, — подтвердил Ангел и перекрестился на угол, где — ни одной иконы.
— Благодарю. Отдыхайте, набирайтесь сил. Советую поехать на дачу. Осень — прекрасное время, многоцветие листьев, тишина, покой. Садитесь в мою «волгу» и поезжайте.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37


А-П

П-Я