https://wodolei.ru/catalog/dushevie_kabini/80x80/s-nizkim-poddonom/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Крики ярости сменились криками боли. Но орки все равно продолжали наступать, невзирая на страшные потери… А потом их строй раздался в стороны, пропуская кого-то вперед, как недавно отряд эльфов расступался, давая дорогу Алексу и его незримой спутнице, Смерти.
Громадного орка, выступившего вперед, Агрон узнал сразу же, да и эльфы, наверное, без труда поняли, кто перед ними. Гимрод был обнажен до пояса, и, судя по его дымящейся шерсти, его робище сгорело в пламени, порожденном огневиками.
Агрон шагнул было вперед, чтобы раз и навсегда разделаться со своим заклятым врагом, и только тут понял, что Гимрод не вооружен. Его руки были пусты – ни боевого топора, ни даже метательных топоров. Гимрод шел на смерть, желая своей гибелью искупить вину сородичей? В это почему-то не верилось совершенно.
Алекс тоже сделал соответствующие выводы из свирепого взгляда орка и того почтения, что оказывали ему остальные. По его лицу скользнула зловещая улыбка, а рука начала движение к груди Гимрода. Алекс явно хотел выиграть сражение одним жестом, одной смертью, и больше всего на свете Агрон хотел, чтобы у него это получилось. Потеряв вождя, орки наверняка отступили бы…
И не было причин, по которым Агрон мог бы сомневаться в том, что секунду спустя бездыханное тело Гимрода упадет на землю. Но откуда-то из груди туманом накатывало новое, ранее не изведанное чувство. Страх перед силами, для которых и армия орков, и армия эльфов – лишь стая мошек, не способных причинить никакого вреда. И почему-то возникала уверенность, что Гимрод, о котором не было ни малейшего упоминания в Свитке, был частью этих сил.
Библиотекарь следил за самим Агроном с его рождения и до момента, когда во сне ему впервые явилось видение. С этого момента начиналось Настоящее… Гимрод же существовал только в Настоящем – он отсутствовал в Прошлом.
Рука Алекса закончила движение, указывая точно в грудь Гимроду. По лицу орка скользнула усмешка… «Ну попробуй, – говорила она, подтверждая худшие опасения Агрона. – Посмотрим, на что ты способен». Лицо Алекса изменилось. Он встряхнул рукой, отвел ее чуть в сторону и вновь направил на Гимрода, ожидая, что Смерть навеки сотрет с его лица эту презрительную усмешку.
Ничего не произошло…
И тогда руку к Алексу протянул Гимрод…
Не просто протянул, не указал своей невидимой спутнице на жертву, а резко выбросил ее вперед, будто бы отталкивая что-то от себя. И действительно, по воздуху прокатилось что-то, едва заметное для глаза, словно бы всколыхнулся воздух, словно бы по нему пробежало что-то невидимое.
Алекса подбросило вверх силой, сравнимой с несущимся на полном ходу бешеным кодоем. Сравнимой с силой удара хвоста предка всех драконов, едва не раздробившего Агрону ноги. Стоявшие рядом эльфы полетели в стороны, словно тряпичные куклы, ураган разметал их, отбрасывая со своего пути. В сотне метров от них на пути этого воздушного вала оказался огневик, которого подняло в воздух, проволочило еще с полсотни метров и ударило спиной о вяз, содрогнувшийся от этого удара.
– Человек? – презрительно улыбнулся Гимрод, оборачиваясь к замершим вокруг него оркам. – И его вы боялись? Что может противопоставить человек непобедимой орде?
Стих лязг металла – и эльфы, и орки остановились, опуская занесенное для удара оружие и с благоговейным ужасом взирая на то, как Алекс неловко поднимается на ноги, тряся головой.
И эльфы, и огневики, и сам Агрон среагировали одинаково. Выстрелили в Гимрода из всего, что было в руках или под рукой. Семь молний одновременно сорвались с посохов огненных магов, десятки луков выпустили десятки стрел, и метательный топор с наложенной на него аурой меткости устремился точно в голову врага.
Агрон не промахнулся бы и безо всякого заклинания – боевую магию для него сейчас заменяла ненависть, и она придавала ему больше сил, нежели кипение крови. Он уже видел, как топор вонзается в висок Гимрода, видел, как тот вскидывает руки к голове, а затем медленно оседает на землю. Пусть не сработало заклинание Алекса, пусть Смерть не пожелала забрать его черную душу к себе. Пусть Гимрод, кем бы или чем бы он ни был, каким-то образом ни освоил невиданную доселе магию – ему не успеть увернуться от удара…
Но он и не стал уклоняться. Вместо него отклонился топор! У самой головы Гимрода он свернул в сторону и, описав дугу, понесся на своего хозяина и вонзился в дерево позади него, когда Агрон пригнулся, уходя от удара.
Так же или почти так же повели себя стрелы эльфов. Не долетая до Гимрода, большинство из них отклонялось в сторону и, развернувшись, неслось назад с той же скоростью, с какой были выпущены из луков. Цели достигли лишь единицы из них – по какой-то причине некоторые стрелы стали забирать в сторону позже остальных, а потому воткнулись Гимроду в руки, плечи и бока.
Зато молнии, брошенные огневиками, попали в цель все до единой. Из-за яркой вспышки, да из-за собственного топора, едва не снесшего ему голову, Агрон не видел, как они били в тело Гимрода, но секунду спустя увидел, как в нескольких местах от его тела поднимаются струйки дыма. Тоненькие, невесомые струйки, по одной на каждую молнию, вошедшую в его широкую грудь.
Гимрод покачнулся, сделал шаг назад и ссутулился, шумно выдохнув воздух. А затем… Его движение было столь быстрым, что Агрон с трудом мог уследить за ним. Гимрод распрямился словно змея, бросающаяся на врага, и неуловимым движением пальцев сотворил заклинание. На Агрона дохнуло мощнейшей магией, но ощутил он ее уже с закрытыми глазами. С пальцев Гимрода сорвалась молния, взметнулась к макушкам деревьев, а затем разветвилась на семь ослепительно ярких, сияющих стрел. По одной на каждого огневика.
Того, как молнии били в тела огненных магов, Агрон не видел – он закрыл глаза, чтобы не ослепнуть. А когда вновь открыл и посмотрел в том направлении, где последний раз видел огневиков, огненный шар над лесом уже гас, лишившись подпитки от создавшего его мага. Семь объятых пламенем тел лежали на земле, кто лицом вниз, кто раскинув руки, будто пытаясь обнять небо…
Гимрод издал победный рык, вскинув руки к небу, но никто не вторил ему. Его орки стояли пораженные только что происшедшем у них на глазах, и на их лицах читался страх. Страх перед своим вождем – перед тем, кто внешне напоминал орка, но на самом деле являлся чем-то большим, порождением какой-то темной силы, ибо ни одному орку никогда не освоить заклятья молнии. И ни одному орку не выжить, когда в его тело входит десяток стрел и семь молний, посланных огненными магами.
Не выжить вообще никому!
Теперь понятно было, почему Агрон, прежде не знавший поражений, проиграл свой бой за право остаться вождем Саморов. Гимрод играл с ним – он мог раздавить его одним мизинцем, если бы захотел.
И тут орки стали медленно отступать, пятясь назад и не сводя с Гимрода глаз. Медленно, осторожно, но готовые в любой момент припустить во весь дух.
– Что?! – взревел Гимрод, оборачиваясь. Его руки были истыканы стрелами, но он, похоже, просто не замечал их. Куда уж там эльфийским стрелам, если семь молний смогли заставить это чудовище лишь покачнуться. Что же нужно, чтобы убить его?
На этом сражение было кончено. Это был конец и армии Гимрода, и армии эльфов. Орки сломя голову бежали в сторону степей, моля Арктара о том, чтобы чудовище, которое они принимали за своего сородича и вождя, не настигло их. Эльфы, отважные лесные воины, без страха шедшие в бой против орочьей орды, с воплями исчезали в листве и неслись по деревьям прочь от места боя, бросая оружие и не думая об убитых и раненых.
Не сдвинулись с места лишь четверо – Агрон, с трудом стоящий на ногах после удара Алекс, поддерживающая его Илисида и Гимрод. Глядя вслед убегающим оркам (Агрона ни на секунду не покидало ощущение, что он действительно видит их, подобно гномам, свободно ориентирующимся в пещерах, куда не проникает ни единый солнечный луч), Гимрод раскатисто расхохотался, а затем покрыл их отборной бранью на общем наречии Заповедных Земель.
– Вы это видели? – с презрительной усмешкой обратился он к Агрону и остальным, будто бы к старым друзьям. – Каковы трусы? Сражаться самим – это им не по зубам. Стоит впереди замаячить человеку – мы в панике отступаем. Делаешь все за них, устраняешь самых грозных противников – снова паника, снова бегут. Теперь уже боятся меня… Что за народ!
Но секунду спустя напускное добродушие исчезло с его лица, и Гимрод хищно оскалился, обнажив клыки, будто степной волк. Сходство со зверем было полным – если бы Гимрод опустился на четвереньки и зарычал, никому бы и в голову не могло прийти, что этот хищник только что ходил на двух ногах и разговаривал, совсем как разумное существо.
На топоре Агрона серебристым сиянием, видимым только опытным магам, заиграло заклятье паралича. Теперь достать бы Гимрода лезвием, хоть самую малость, хоть просто прикоснуться… Полная неподвижность на ближайшие две-три минуты, как раз достаточно для того, чтобы отрубить ему голову или попытаться убежать, если не получится.
Илисида обеими руками держалась за рукоять меча, выставив его перед собой, словно и вправду готовилась биться с хищным зверем. Зверем, который не побежит, а прыгнет, бросится, вцепится в горло – бросится с такой скоростью, что ни за что не успеешь ударить с замаха, а потому остается только выставить меч вперед, рассчитывая, что зверь сам напорется на него. Но Гимрод не был зверем… Он был куда опаснее стаи степных волков, быть может, даже опаснее предка всех драконов.
Алекс поднялся на ноги и что-то шептал, делая неловкие пассы руками. Должно быть, опять творил заклятье Смерти, считая, что в первый раз просто допустил ошибку. Агрону же казалось, что Смерть просто была не властна над этим созданием, пришедшим, быть может, как раз из ее владений.
– Ты надеешься достать меня этим, Агрон? – с издевкой спросил Гимрод, делая шаг к нему. – Ты глупее, чем казался раньше.
Агрон шагнул вперед – не просто шагнул, а поплыл по воздуху, растворяясь в нем, вкладывая в этот стремительный шаг и молниеносный удар все оставшиеся силы. Никто не смог бы уклониться от него – будь перед ним обычный орк, не потребовался бы и паралич, топор разрубил бы его надвое. Лезвие коснулось плеча Гимрода и скользнуло по нему вниз, будто налетев на непреодолимую преграду. Заклятье сверкнуло, перескакивая с оружия на Гимрода и, естественно, не возымев ни малейшего эффекта.
– Хорошая попытка!
Рука Гимрода метнулась вперед, и Агрон успел заметить уже знакомое движение воздуха прежде, чем действие неизвестного заклинания обрушилось на него. Это не было похоже на ураган, скорее на дерево, вырванное ураганом с корнем и на невероятной скорости увлекаемое вперед. Удар был страшен – Агрона оторвало от земли и понесло, а затем ударило о дерево так, что из глаз посыпались искры.
Он попытался подняться, но не смог. Левая нога не слушалась… Опустив затуманенный взгляд вниз, он увидел кость, выпирающую из раскуроченного коленного сустава. Рука сама искала топор, который выронила при ударе о дерево, но, когда немеющие пальцы коснулись древка, оно словно ожило и вырвалось из рук, взлетая в воздух… прямо в руки неторопливо приближавшегося Гимрода.
– А ты силен… Мне бы десяток таких, как ты, и все Земли Арктара стали бы моими за какие-то несколько недель.
Из последних сил Агрон оттолкнулся от земли, бросаясь вперед, метя врагу в горло. Ноги плохо слушались его, но руки пока еще подчинялись приказам. Вцепиться в горло и сжимать, сжимать до тех пор, пока жизнь не покинет его тело или тело врага.
Новый удар, еще сильнее предыдущего, швырнул Агрона спиной о то же дерево. В позвоночнике что-то противно хрустнуло, а мгновение спустя грудная клетка взорвалась болью. Он захрипел, пытаясь вдохнуть и понимая, что это из него сейчас вытекает жизнь. Вытекает вместе с последними глотками воздуха, с каплями крови, срывающимися с его изувеченной ноги на траву.
Как-то отстраненно Агрон заметил, что на небе снова видны звезды. Тучи рассеялись, и Страдание заливало лес своим серебристым светом. Ярость закатилась за горизонт – Страдание осталось досмотреть последние аккорды сражения.
– Эй, ты! – раздался рядом голос Алекса, и Гимрод обернулся, словно забыв про лежавшего на земле Агрона.
Он не видел, что произошло – обзор закрывала широкая спина врага, да и глаза уже с трудом различали происходящее. Серая пелена постепенно чернела.
– Что, хочешь попробовать ещё раз? – спокойно спросил Гимрод. В его голосе не было ни злости, ни усталости, словно бы он вел дружескую беседу, а вовсе не готовился убить последних из осмелившихся встать у него на пути. – Ну так попытайся!
Прошло несколько секунд. Гимрод все так же стоял, раскинув утыканные стрелами руки в сторону.
– Может, попытаешься еще?
Агрон мог только предположить, что Алекс опять обратился к Смерти и она вновь отказала ему в помощи. Гимрод шагнул в сторону, открывая Агрону обзор. Бросил на него короткий взгляд и, убедившись что тот даже дышит с трудом, не говоря уже о том, чтобы подняться на ноги, шагнул к Алексу.
– Я убью тебя вот этими руками, человек!
Алекс попытался защититься, но громадная рука Гимрода, бившая наотмашь, отшвырнула его в сторону, словно пушинку. Несколько стрел сломались, наконечники застряли в ранах, но Гимрод не обратил на это внимания.
Пропела тетива, и Агрон успел заметить, как стрела, выпущенная Илисидой, пронеслась совсем рядом с головой чудовища, все сильнее отклоняясь в сторону. Его защищало какое-то колдовство, отвращающее любые удары.
– А ты даже не стоишь того, чтобы я марал о тебя руки!
Гимрод метнул молнию… Вспышка резанула по глазам Агрона, и он не увидел, попала ли она в цель. Но по короткому вскрику Илисиды было ясно, что все же попала.
– Всегда ненавидел лес!
С пальцев Гимрода сорвалась огненная стрела, устремившаяся к кроне ближайшего дерева. Зеленые, сочные листья вспыхнули так, будто дерево засохло больше года назад.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40


А-П

П-Я