смеситель на борт ванны на 3 отверстия 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Слушая его, Гарри думал, что это стоило бы дорого Симпсону, если бы он не был связан с ним контрактом.
– Вы хорошо поняли, Рикк? Можете идти. Встретимся в два часа на площадке.
Гарри очень хотелось еще раз поговорить об условиях работы, но он не осмелился и вышел, не сказав ни слова.
За кулисами он встретился с Муни. Тот сидел в кресле и болтал с машинистом сцены. С того момента, как Муни стал его служащим, Гарри называл его Альфом. Но он смущался и имя застревало у него в горле.
– Можно вас на пару слов, Альф?..
– Что случилось, малыш?
Жестом Муни отпустил машиниста, и Гарри, встав на его место, прислонился к декорации.
– Альф, я не могу вам платить больше из своего кармана. Мне очень жаль, но женитьба много меняет.
– Так! А тридцать фунтов, которые Клер будет зарабатывать в кабаре? Я думал, что вы легко выкрутитесь.
Гарри покраснел.
– То, что зарабатывает Клер, не имеет ничего общего с нашими отношениями.
Мне нужны деньги, и вам придется довольствоваться теми пятью фунтами, которые дает Леман.
– Значит, я должен помирать от голода? – вежливо спросил Муни. – Клер в курсе?
– Не следует ввязывать Клер в наши отношения. Я только что вам это сказал. Дело в том, старина, что вы делаете слишком мало за те деньги, что я вам плачу. Симпсон отказал мне в разрешении работать на стороне, и я больше не могу вам платить.
– Конечно, – вздохнул Муни. – Но не забывай, что если бы не я, ты не получил бы эту работу. Не забывай всего того, что я сделал для тебя, Гарри…
Гарри чувствовал себя очень неловко, и Муни это знал. Он знал так же, что ему достаточно протянуть еще немного, и он выиграет.
– Ты же не скажешь мне, все-таки, что будешь жить на пятьдесят фунтов в неделю, а меня оставишь помирать с голоду?
Гарри больше не колебался.
– Вы правы, Альф, – сказал он устало. – Забудьте о том, что я говорил.
Меня расстроило то, что Клер будет зарабатывать больше, чем я.
Муни облегченно вздохнул и удобно устроился в кресле.
– Я тебя понимаю, малыш. Но я делаю достаточно много за пять фунтов; если бы ты знал, что я говорил о тебе этому рабочему. Реклама в твоем положении крайне необходима.
– Да, конечно. Разумеется… Да, Альф, сходите, пожалуйста, за бумагой в магазин.
– Что? Я? – возмущенно воскликнул Муни.

Глава 6

Как Гарри и предвидел, Клер с триумфом выступила в «Клубе 22». Она выполнила свой номер в маске, и в программе было написано: «Карманная воровка в маске».
Только Гарри, разумеется, знал, почему возникла необходимость скрывать ей свое лицо. Маска к тому же добавляла таинственный элемент и члены клуба осаждали метрдотеля, стремясь узнать, так же ли красиво лицо у воровки, как ее тело.
Гарри был удивлен легкостью и непринужденностью Клер, которая ходила между столов, разговаривала с посетителями и опустошала их карманы. Только в конце представления украденные предметы возвращались их владельцам.
Разумеется, все были насторожены. Но Клер всегда удавалось что-нибудь добыть, и эта дуэль придавала особую остроту ее номеру.
Через месяц после дебюта Клер вернулась, как обычно, в час, но вместо того, чтобы бесшумно раздеться, она ворвалась в спальню и разбудила Гарри.
– Милый, проснись, – сказала она усаживаясь на кровать и зажигая свет. У меня есть новость, не-ве-ро-ят-ная.
Гарри сел в постели и ошарашено замигал.
– А? Что?
– Ты никогда не угадаешь. Я буду выступать в театре, в ревю.
– Что? – воскликнул он внезапно, сразу же проснувшись. – Ты хочешь выступать там? А кабаре?
– Разумеется, кроме кабаре. В 20.30 я буду выступать в театре, потом в 23.00 в «Клубе 22». Это легко.
– Ну, что ж, тем лучше, – сказал он, опускаясь на подушку.
– Это лучше для нас обоих. Теперь мы разбогатеем. Я уже подписала контракт. Сто пятьдесят фунтов в неделю за оба выступления. Леман мне сказал, что я смогу откладывать, по крайней мере, тридцать фунтов, не облагаемых налогом. Это замечательно.
Да, конечно, это было замечательно, и Гарри старался поддержать этот энтузиазм, хотя новость его подавляла.
Клер танцевала по комнате такая счастливая, какой он ее никогда не видел.
Потом она начала раздеваться.
– Хватит нам этой крысиной норы, – заявила она, натягивая ночную сорочку.
– Завтра поедем смотреть квартиру на Парк Лейн, о которой мне говорил Аллан.
Ее можно снять за пятнадцать фунтов в неделю со всей мебелью.
– Аллан?
Она называла самого Симпсона по имени!
Нечего и говорить: женщины, очевидно, устраиваются проще, чем мужчины, если знают с чего начать. Он работал уже целый год и даже не думал о такой фамильярности.
– Потом продадим «ягуар». Моррис сказал мне сегодня днем, что он может достать мне «кадиллак» за полторы тысячи фунтов. И он это сделает. Ты представляешь? «Кадиллак»? Аллан задохнется от зависти! – Она прыгнула на кровать и обняла Гарри.
Гарри был расстроен. Снова пропасть между их доходами. Нечего и надеяться догнать ее. Сто пятьдесят против пятнадцати.
Устроившись головой на плече Гарри, она продолжала:
– Я понимаю тебя, милый. Ты злишься, но нужно быть разумным. Ты никогда не брал у меня денег. Сейчас времена изменились. Позволь мне тебя финансировать. Устраивай свое собственное дело и начинай самостоятельную работу. Я уже говорила об этом с Вали. Он мне сказал, что если ты не возобновишь свой контракт с Алланом, ты будешь выполнять ту же работу для театра, и Аллан будет обязан платить тебе дороже. Помимо этого у тебя будут другие заказы.
– Да… Но я могу и не достичь успеха. Симпсон может найти кого-то вместо меня на постоянную зарплату. А сейчас я имею, по крайней мере, пятнадцать фунтов в неделю.
– Пятнадцать фунтов? – сказала раздраженно Клер. – Если бы ты работал самостоятельно, ты бы зарабатывал сотни.
– Но я могу вообще ничего не заработать. Нужно, чтобы хотя бы один из нас думал о будущем.
– Ты думаешь о нем слишком много. Мой контракт позволяет нам обоим жить, по крайней мере, хотя бы год. Я буду финансировать твою студию, студию в Вест Энде. Когда мой номер потеряет успех, ты будешь зарабатывать нам на жизнь. Это разумное решение, как мне кажется.
В таком виде это было разумно. Однако, Гарри очень не хотелось брать деньги у Клер.
– Но есть еще Муни, – сказал он Клер, стараясь найти причины, чтобы отказаться, не рассердив ее. – Если я не возобновлю контракт, он окажется без работы.
– Муни? Я наблюдала за твоим Муни. Он проводит свое время, пощипывая танцовщиц за зад. Его нужно уволить. Ты слишком долго содержал его.
– Но я не могу, – сказал Гарри шокированно. – В конце концов, благодаря ему я…
– Глупости. Он даже не знал, что ты его фотографируешь. Позволь мне урегулировать это дело самой. Все, о чем я тебя прошу, это позволить мне найти тебе прекрасную студию. Я уверена, что Дженни Рэнд, наша главная звезда, сделает тебе рекламу. Валь тоже поможет. Ты добьешься успеха, я уверена.
В конце концов, ей удалось вырвать у него робкое согласие, но этого для нее было достаточно, чтобы начать действовать.
Через несколько дней она сказала ему, что нашла фотостудию на очень хорошей улице и квартиру на Парк Лейн. Цены были астрономические, но Клер удалось заставить Гарри подписать контракт.
Студия была именно такой, о какой он всегда мечтал, но цена его ошеломила.
– Ну что такое семнадцать фунтов в неделю?! – Воскликнула Клер. – Мы можем себе это позволить. Скоро ты будешь зарабатывать в десять раз больше.
– Но, кроме этого, есть еще и квартира. Ты понимаешь, что нам нужно будет больше тридцати фунтов в неделю только лишь на оплату квартиры и студии. С учетом налогов это будет стоить нам около пятидесяти фунтов в неделю. Нам следовало остаться в старой квартире.
– Ты как старая дева, Гарри. Жизнь коротка. Постараемся сделать ее приятной. Не расстраивайся, милый.
Клер буквально бросала деньги на ветер. Она купила «кадиллак», за который нужно было платить двести фунтов в месяц, тратила большие деньги на одежду и непрерывно устраивала приемы. Ей нужно было, по крайней мере, двести пятьдесят фунтов в месяц на все это.
Гарри все с большим ужасом думал о своей студии. Благодаря усилиям Клер, поддержки Дженни Рэнд, он, действительно, имел много работы. Но за вычетом зарплаты Дорис и платы за помещение, ему оставалось значительно меньше, чем когда он работал на Симпсона.
Муни стал теперь работать в химчистке. Гарри не присутствовал при разговоре, который Клер имела с ним, но выражение лица старика выразительно говорило о том, что она с ним обошлась сурово.
Ты неправ, малыш, – сказал ему Муни, – решившись сам стать хозяином. Но я знаю, что ты не послушаешься меня. Однако, если когда-нибудь у тебя будут неприятности, обращайся ко мне. Единственное, что я умею в жизни, это выкручиваться из неприятностей. Дело, в котором я работаю, неплохо поставлено. Но я всегда попадаю на скупых: за шесть фунтов мне приходится заниматься и лавочкой и тремя работницами.
Он скривился.
– Какие они противные, эти девки. Ну, будь здоров. Я знаю, что это не твоя вина. Она суровая женщина и пойдет далеко. Когда нет угрызений совести и страха, всегда можно добиться многого. Сейчас она тебя любит. Постарайся, чтобы так было и дальше.
Когда была премьера ревю Симпсона, Клер выступила с триумфом. Ее имя стало часто появляться в газетах. Несомненно, своим успехом она была обязана только себе.
Гарри ее почти не видел. Он уходил в студию в девять утра когда она еще спала. Она же уходила сразу после ужина. И только в воскресенье они проводили вместе вечер. Но в воскресенье по вечерам обычно были гости.
Дела Гарри не очень процветали. Симпсоп давал ему все меньше и меньше работы, а что касается портретов, то конкуренция была ужасной.
– Я уверен, – сказал Гарри, – что Симпсон не возобновит наш контракт и только благодаря тебе он дает мне еще работу.
Клер нахмурилась.
– Тебе следовало сказать мне об этом. Он уверял меня, что ты будешь иметь столько же работы, как только станешь хозяином студии.
– Не говори ему ничего. У него характерец…
– У меня тоже характерец…
– Тебе не кажется, что следует тратить немного меньше? Я посмотрел на банковский счет, у нас едва наберется полсотни фунтов.
– В пятницу будет на сто пятьдесят больше. Но почему это тебя волнует?
– Клер, у нас нечем платить налоги. Скоро нам придется вносить большую сумму.
– Ничего страшного, – сказала она, улыбаясь. – Кстати, что ты делаешь сегодня вечером?
– Почитаю, – ответил он, пожимая плечами. – Ничего интересного больше нет.
– Послушай, давай купим телевизор. Он тебя развлечет немного. Завтра я этим займусь.
– Я тебе запрещаю! – воскликнул Гарри, вскакивая. – Прекрати это, слышишь! Мне не нужен телевизор. Если ты его купишь, я не буду его смотреть.
Она с изумлением посмотрела на него.
– Хорошо, хорошо, милый. Не сердись. Я просто хотела доставить тебе удовольствие. Она обняла его и прижалась к нему.
– Хорошо. У нас уже достаточно долгов. А сейчас иди. Ты уже опаздываешь.
Он смотрел на нее через окно. Она села в громадный блестящий автомобиль и поехала. Когда «кадиллак» исчез из вида, Гарри сел в кресло, уставившись в пустоту.
Эта жизнь его деморализовала. Скоро надо платить налоги… Он вспомнил советы Рона, который всегда говорил: «не доверяй красивым женщинам». Бедный Рон. Сидит сейчас неподвижным в кресле, не говоря ни слова. Шейла получила развод. Рон даже не реагировал. Возможно, он даже не понимал, что происходит вокруг него. Потом он вспомнил, как проблеск интереса зажегся в глазах Рона, когда Гарри вместе с Клер навестили его.
– Вы, действительно, такая, как я вас представлял, – сказал Рон, оглядев Клер. – Заботьтесь о нем. Он совершенно не способен выкручиваться самостоятельно из всяких переделок.
Произнеся это, Рон снова погрузился в свое обычное состояние.
Клер поклялась больше никогда не приходить к нему.
– Это посещение испортило мне настроение на восемь дней, – заявила она категорически. И они больше никогда не навещали Рона.
Гарри закурил и взял книгу. Он чувствовал себя совершенно одиноким в этой огромной квартире.
Вдруг в дверь позвонили. Он подошел к двери, открыл ее и сразу же узнал толстяка, который стоял перед ним. Он почувствовал, как дрожь пробежала по его спине. Это был Роберт Брэди.

Глава 7

Со стороны лестницы слышно было как где-то раздается музыка.
Гарри испытывал желание захлопнуть дверь и пойти включить свой собственный приемник, чтобы прогнать это видение прошлого.
– Что вы хотите? – наконец спросил он голосом, который ему самому показался странным.
– Нам нужно поговорить, – сказал Брэди, показывая испорченные зубы.
– Мне нечего вам сказать, и я не хочу вас слушать.
– Есть много того, что мы не хотим делать, а все-таки делаем, усмехнулся Брэди, посасывая сигару. – Если вы хорошенько подумаете, вы поймете, что я могу принести вам серьезные неприятности. Вы не думаете, что лучше выслушать меня?
– Входите, – сказал Гарри.
Брэди вошел, осмотрелся и свистнул.
– Ну и ну. Кажется, вы преуспели! С того времени как вы занимались фотографированием на улице, многое изменилось, не так ли?
– Говорите, что хотели сказать, и убирайтесь, – пробурчал Гарри.
Брэди бросил шляпу на стол, устроился перед камином и задумчиво сказал:
– Она способная девчонка, но я никогда не думал, что она добьется такого успеха! Квартира на Парк Лейн? Я ее подобрал на тротуаре…
Гарри сделал шаг вперед, чувствуя как в нем растет желание ударить кулаком по морде Брэди.
– Спокойно, малыш, – усмехнулся Брэди, осторожно отступая. – Вы не можете себе позволить ссоры. Не забывайте об этом. Чтобы вам выкрутиться из неприятностей, в которые, как я предполагаю, вы влипли, вам следует хорошо пошевелить серыми клеточками. Поверьте мне. И, поверьте, вы выкрутитесь не сразу.
Гарри попытался успокоиться. Лучше было выслушать Брэди спокойно. Набить морду было никогда не поздно.
– Хорошо. Вы начинаете понимать, что насилие ни к чему не приведет? Если вы меня тронете, это будет стоить Клер большой отсидки. Это все, что вы выиграете.
Он уселся в самое хорошее кресло и вытянул толстые ноги.
Гарри не шевелился.
– Дайте мне виски. Я знаю Клер, виски у нее всегда есть, и самый лучший.
– Говорите, что вы хотите мне сказать и убирайтесь, – повторил Гарри.
– Старина, мне не нравится такое отношение, – пробурчал Брэди, стряхивая на ковер пепел с сигары. – Возьмите себя в руки. Поймите, что достаточно одного моего слова и у Клер будут серьезные неприятности. Газеты явно заинтересуются тем, откуда она появилась, главная «звезда» Симпсона.
Гарри поколебался, потом направился к маленькому бару, взял бутылку виски, стакан, сифон и поставил все на стол, рядом с Брэди.
– Вот это лучше, – прокомментировал Брэди, – намного лучше.
Гарри сел. Наилучшим решением, думал он, будет выслушать Брэди до конца.
Если он намеревается шантажировать его, следует предупредить инспектора Паркинса.
– Забавно, – сказал Брэди и налил хорошую порцию виски, – наблюдать за тем, как она приспособилась к этой жизни. Никогда не поверят, что она вышла из низов. Разумеется, она многим обязана мне, но, нужно признать, она была хорошей ученицей. Подумать только, когда я ее подобрал, кто угодно мог ее взять за один фунт. Я научил ее всем тонкостям ремесла и, должен сказать, что она достигла невероятных успехов.
Он усмехнулся.
– Она стала одной из моих лучших работниц и приносила больше всех денег.
– На мгновение он замолк и насмешливо посмотрел на Гарри.
– Я все время думаю, что она могла найти интересного в вас? – продолжал он.
Он выпил виски и лицо его разгладилось.
– Разумеется, – опять продолжал он, – у нее всегда были какие-то «пунктики». Забавно наблюдать, как эти шлюхи испытывают желание содержать «зайчика», как говорят. Но, во всяком случае… Она предпочитала богатых людей.
Гарри ничего не говорил. Он сидел бледный и, сжав губы, смотрел на Брэди.
– Да, – продолжал Брэди, – богатых людей, таких как Аллан Симпсон. Может быть вы не знаете о Симпсоне? Я уже восемь дней наблюдаю за ней. Она два-три раза в неделю бывает у него. Вы никогда не спрашивали у нее, что она делает после того, как заканчивает в театре и перед тем, как начинает в «Клубе 22».
У нее остается два часа и эти два часа она проводит с Симпсоном. Она снова принялась за старое. В том, что касается ловли пижонов, она всегда была чемпионом. Шлюха остается шлюхой на всю жизнь. Искушение слишком сильно. Это слишком легко, чтобы можно было удержаться. – Он замолк и еще раз осмотрел комнату.
– Кажется, на этот раз она устроилась по-королевски. Вы, может быть, не знали?
– Это все, что вы хотели мне сказать?
– Нет. Я еще не сказал главное. Я просто думал, что вас заинтересует как она получила работу в театре. Когда зарабатывают на жизнь, все средства хороши.
– Убирайтесь, или я вас вышвырну, – сказал Гарри, поднимаясь.
– Не будьте ребенком. Вы скажете мне, что не хотите всего этого знать?
Мужчине всегда интересно знать, как его жена добывает деньги, которые приносит домой. То, чем вы занимаетесь, имеет название. В уголовном кодексе это оценивается шестью месяцами тюрьмы.
– Я вам сказал, убирайтесь, и больше повторять не буду!
– Но то же самое я могу сказать и вам, старина. Я тоже ее муж, – спокойно сказал Брэди.
Гарри показалось, что его сильно стукнули по голове. Он отступил на шаг, хотел сказать что-то, но слова застревали в горле.
– Она разве вам об этом не говорила? – продолжал Брэди, улыбаясь. Странно, что она вышла за вас замуж.
– Вы только что сказали, что вы ее муж? – наконец произнес Гарри.
– Разумеется. Мы уже пять лет как женаты.
– Лжец!
– Вы не верите? Жаль. Разумеется, через год мы уже не жили вместе. Я до сих пор не знаю, как мы поженились. Должно быть, были пьяны. Должен признаться, когда падали бомбы во время войны, она почти все время была пьяной. Я тоже. Не очень приятно было шагать по тротуарам, когда эти мерзости сыпались с неба. Она без виски этого не выносила. – Он постучал пальцем по сигаре и стряхнул пепел на ковер.
– Что касается регистрации брака, если вы мне не верите, можете проверить в мэрии Соммерсета. Она в то время звалась Клер Селевин. Я думаю, что это имя ее матери.
– Я не верю ни одному вашему слову. Она ни за что не вышла бы замуж за такую жирную свинью, как вы. Убирайтесь. Если вы вернетесь, я позову полицию.
– Брэди участливо улыбнулся.
– Старина, если мои воспоминания подтвердятся, двоемужество стоит два года. Вы думаете она обрадуется этому? Поверьте мне, лучше не говорить об этом фликам.
Гарри подошел к двери и распахнул ее настежь.
– Вон!
Брэди спокойно допил свой стакан, вытер рот обратной стороной ладони и спокойно поднялся. Он был непроницаем.
– Мне больше нечего вам сказать, поэтому я ухожу, – сказал он, забирая шляпу. – Но завтра вечером я вернусь. Скажите ей, пусть она меня подождет.
Мне нужны деньги. Пока она будет платить, я буду молчать. Прекрасная у нее машина, а?
Он еще раз осмотрел комнату.
– Да, она замечательно устроилась. Я смогу вытащить из нее хороший кусок.
Вам немного не повезло, старина. Когда я получу свое, вам останется немного.
Он вышел на лестницу и, посвистывая, начал спускаться вниз.

Глава 8

Клер вошла в комнату, внеся с собой поток холодного воздуха.
Капельки дождя блестели на ее манто.
– Гарри, ты еще не спишь? Что случилось?
Она замерла и удивленно посмотрела на него. Она принюхалась.
– Ты курил сигару?
Гарри сидел перед камином. Многочисленные окурки валялись на мраморной доске возле камина. Между пальцами, желтыми от никотина, горела еще одна сигарета.
– Приходил Брэди, – сказал он, не глядя на нее.
Клер снимала перчатки, направляясь к камину. Услышав это, она замерла на месте.
– Сюда?
Гарри смотрел на нее. От ее жесткого, холодного лица, на котором ярко выделялся слишком красный рот, у него перехватило дыхание. Как раз месяц назад он говорил Клер, что он признает шлюху с первого взгляда и уверял ее, что она совершенно не похожа на них. Сейчас она была очень похожа на шлюху.
Его не мог обмануть этот взгляд, который он часто видел у женщин, шагающих по тротуарам в Вест Энде. Эта странная смесь непроницаемости, бесчувственности и хитрости.
– Да, сюда, – ответил Гарри.
Он повернул голову. Клер, машинально продолжая раздеваться, сняла шляпу, перчатки и вместе с сумочкой положила их на стол, потом взяла сигарету.
– Что он хотел? – спросила она голосом таким же жестким, как и ее взгляд.
– Ты не догадываешься? Садись. Он приходил, чтобы отравить нам жизнь.
Вместо того, чтобы сесть, она налила себе стакан виски.
Гарри не нужно было даже смотреть на нее, чтобы понять ее состояние.
Горлышко бутылки звенело о край стакана.
– Он мне сказал, что женат на тебе уже пять лет. Это правда?
Она медленно села возле камина напротив Гарри.
– Да, это правда. Он мне говорил, что уедет в Америку, и я думала, что мы никогда больше не увидимся.
Она выпила глоток виски и поставила стакан на камин.
– Мне очень неприятно, Гарри, но тебе так хотелось жениться на мне. Я не хотела тебя разочаровывать.
– Я понимаю, – сказал Гарри. Некоторое время он молча смотрел на пламя.
Потом продолжил:
– Что сделано, то сделано. Я понимаю. Все это, разумеется, моя вина.
Жаль, что ты мне ничего не сказала, Клер. Ты не доверяла мне?
– Очень боялась тебя потерять, – сказала она.
– Ему нужны деньги. Он придет к тебе завтра вечером.
Она не сказала ни слова.
Гарри посмотрел на нее. Она сидела, уставившись в огонь.
Выглядела она постаревшей, потасканной и напоминала выставленный в витрине старьевщика товар.
– Он хочет нас, по-видимому, шантажировать. Можно предупредить полицию, сказал Гарри.
Опять тишина, которая казалось бесконечной!
Клер не шевелилась. Ее глаза переходили с одного предмета на другой.
– Мне нужно знать точно, что произошло, – произнесла она, наконец. Расскажи мне все. Я уверена, что он сказал тебе кучу ужасных вещей обо мне.
Но повтори мне все и не упускай никаких деталей.
Холодным, безразличным голосом Гарри повторил ей все, что рассказал Брэди.
– Он мне сказал, что следил за тобой, – закончил он, – и что ты довольно часто ходишь к Симпсону.
Она подскочила.
– Он врет, Гарри! Не верь ему! Ты ему не поверил, во всяком случае?
Он посмотрел ей прямо в глаза. Она отвернула взгляд.
– Я не хочу этому верить, – сказал он. – Брэди также утверждает, что ты и Леман…
Он замолк, наткнувшись на ее загнанный вид.
– Это правда?
– Я тебя предупреждала! – воскликнула она. – Я тебе говорила, что я порочная женщина и я, действительно, такая. Я не буду тебе рассказывать сказки. Мне наплевать на Симпсона и Лемана. Я тебе не буду лгать, Гарри. Я, действительно, хожу к ним.
– Но, Клер, как ты могла?
Он поднялся и принялся ходить по комнате.
– Ты не подумал, что я постоянно нахожусь в контакте с ними.
– Почему ты это сделала?
– А как, ты думаешь, я смогла бы получить контракт в театре? Но, пойми, наконец, Гарри. Они ничего для меня не значат. Ты у меня единственный, кто меня интересует. Как только я с тобой познакомилась, мне все время хочется делать что-нибудь для тебя, а я делаю тебя только несчастным. Я не могла удержаться с Леманом и Симпсоном. Это было так просто… Я знала, что проведу их.
– У тебя деньги на первом месте. В этом твоя ошибка. Клер, подумай. Мы могли бы быть так счастливы, если бы тебя так не волновали деньги. Мы, разумеется, не купались бы в золоте, но ты бы не оказалась в таком неприятном положении.
– Ты сейчас должен меня ненавидеть, – произнесла она. – Ты неправ.
Не отвечая, он подошел к окну, отодвинул занавеси и посмотрел на улицу, заливаемую дождем.
Она подошла к нему и положила руку ему на плечо.
– Что ты будешь делать? Ты уйдешь от меня?
Он покачал головой и, не поворачиваясь, ответил:
– Нет. Забудем пока обо всем, за исключением Брэди. Когда мы покончим с ним, мы займемся своими собственными проблемами, но не раньше.
– Это означает, что ты покинешь меня, но только через некоторое время?
Мне нужно знать, Гарри. Я не смогу вынести такую неопределенность. Ты, значит, не веришь, что Симпсон для меня ничего не значит? Он лишь источник дохода. Я люблю только тебя и вся моя жизнь принадлежит тебе. Все, что я делала, эта квартира, машина, деньги, все это я делала только для тебя. Если ты намереваешься покинуть меня, скажи мне сразу же.
Гарри повернулся к ней.
– Лучше бы ты не делала всего этого. Клер! Нет, я не уйду от тебя. Если бы я тебе сказал, что ничего не изменилось, я бы солгал. Но я тебя по-прежнему люблю, и если ты постараешься измениться, забыть о своей болезненной потребности – о деньгах, мы будем только еще счастливее! Поймешь ли ты это, наконец? Откажись от работы в театре. Начнем сначала. Какое имеет значение, что мы будем бедные? Не лучше ли быть бедным, чем оказаться в таком положении?
– Ты думаешь, Брэди позволит мне отказаться от всего этого?
Ему нужны деньги и нужно, чтобы я зарабатывала их для него.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11
загрузка...


А-П

П-Я