душевые кабины bolu 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Извини, Мэри. Что ты сказала?
— Я сказала, что уже почти полночь, и я засыпаю. — Невада подошла к кушетке. — Я иду спать.
— Я и не предполагал, что так поздно. — Он поднялся и поцеловал ее в щеку. — Иди, дорогая. Я посижу еще немного. — Малькольм вдохнул ночной воздух. — Пожалуй, ты права. Собирается дождь.
Невада рассмеялась в своей спальне, когда особенно сильный удар грома заставил ее буквально подпрыгнуть. Запах дождя был великолепен, прежде чем упала первая капля, душный воздух стал чуточку прохладнее.
Расстегивая платье, Невада вышла на балкон и глубоко вдохнула ночной воздух. Первые мелкие капли дождя уже падали на белые перила. Невада осмотрелась и увидела, что широкий навес над балконом защитит ее комнату от дождя, так что незачем закрывать окна. Улыбаясь, Невада вернулась в спальню, разделась догола и взобралась на приготовленную постель, а дождь начал свою ритмичную песенку, постукивая по крыше у нее над головой. Этот звук был лучшей колыбельной для Невады. Она лежала поверх простыней в сумрачной комнате, подставив свое обнаженное тело ласкающему прохладному ветерку.
Невада вздохнула, вытянулась на кровати и, уже погружаясь в приятную дремоту, прикрыла прохладной простыней живот и плечи. Это будет, подумала Невада, прикрывая веками глаза от ярких вспышек молний, самый приятный сон в моей жизни.
Глава 35
Вспышки молний приближающейся грозы освещали смуглое лицо мужчины, раскинувшегося на кровати в полуночной духоте. Его руки были сцеплены на затылке. Локти подняты вверх, мускулы обнаженных рук напряженно вздулись под гладкой бронзовой кожей.
Мужчина повернул голову. Рядом с его лицом на подушке лежала тонкая батистовая ночная рубашка. Аккуратно расправленная, она, казалось, ждала, что вот-вот войдет ее хозяйка, наденет рубашку и ляжет в большую кровать.
Джонни высвободил руки и взял ночную рубашку. Он долго держал ее в руке над собой. Потом разжал пальцы, и, сорочка плавно опустилась на его обнаженную грудь. Джонни глубоко вздохнул. Он все еще чувствовал запах женщины, надевавшей эту вещицу, Несмотря на то что белая рубашка пролежала всю ночь на лужайке перед домом и весь день на кровати Джонни.
Он опустил руку на мягкий батист и непроизвольно потер душистыми оборками по животу, снова по груди и наконец по горлу. Его улыбка стала шире, когда этот интимный предмет коснулся его лица. Джонни вытянул руки вдоль тела и некоторое время лежал так, с ночной сорочкой на голове, наблюдая за вспышками молний, пробивающимися сквозь тонкую преграду. Предштормовые порывы ветра проникали через высокие окна и прижимали душистую ткань к его носу и губам, а первые капли дождя ритмично постукивали по крыше старого домика.
Ночная сорочка принадлежала Неваде. Почему она оказалась на лужайке под окнами ее комнаты в то раннее утро, оставалось загадкой для Джонни. Он мог бы составить интересный сценарий, но ему не нравился такой вариант. Сцена, в которой его сводный брат проникает в комнату Невады, торопливо срывает с нее ночную сорочку и занимается с ней любовью, пока его мать и мисс Анабел спокойно отдыхают в своих комнатах, не нравилась Джонни. Не пойдет, это совершенно не в характере Малькольма.
Скорее похоже на то, что Неваде стало слишком жарко посреди июньской ночи, она поднялась, стянула с себя рубашку и небрежно отбросила, не думая о том, что та могла перелететь через балкон. Двумя пальцами Джонни медленно снял сорочку с лица.
Он широко ухмыльнулся в темноте, припомнив приятные минуты в прошлом. Он вспомнил о своем беспробудном сне в ту дождливую ночь в Лондоне. О том, как бессознательно потянулся к мягкой теплоте рядом с ним. Вспомнил по-детски сжатые губы, так сладко прижавшиеся к его рту. О том, как он открыл глаза и увидел полуобнаженную Неваду в своей постели, в своих объятиях.
Прижав к груди сорочку, Джонни сел, спустил ноги и поднялся с кровати. На лице блуждала хитрая улыбка. Надев только узкие темные брюки и бархатные ночные туфли, Джонни вышел под дождь и сейчас же весь вымок. Потоки воды стекали с его черных волос по лицу и голым плечам. Сбросив пропитанные водой шлепанцы, Джонни прошел через открытую дверь в спальню Невады. Здесь он отряхнулся, как большой пес, а потом развесил намокшую батистовую сорочку на спинке стула.
Осторожно, на цыпочках, он подошел к кровати. И почувствовал, как сердце сжалось в груди. Невада лежала на боку, одна нога была согнута в колене, другая — вытянута во всю длину. Простыня закрывала ее изумительной формы бедро, оставляя большую часть туловища открытой его взору. Несколько вспышек молний осветили белоснежную постель и прекрасную женщину на ней — холмики ее грудей, розовато-коричневые соски и угольно-черные волосы, разметавшиеся по плечам.
Великолепная спящая красота. Беззащитная нагая нимфа. А он? Прекрасный принц, собирающийся разбудить ее поцелуем? Или смуглый жестокий сатир, берущий ее против воли? Джонни так и не решил, кто он такой, торопливо расстегивая и снимая со стройных ног брюки, не отрывая черных горящих глаз от молочно-белого совершенства, ожидающего его.
Когда Джонни был так же наг, как и Невада, он осторожно оперся коленом о кровать и позвал ее.
— Невада. — Она не пошевелилась. Он позвал чуть громче, но удар грома заглушил его голос. — Невада. — Она осталась неподвижной.
Джонни не стал поднимать простыню, хотя ему очень хотелось. Он лег на бок, близко к Неваде, но не касаясь ее. По крайней мере, сначала. Его дыхание так громко отдавалось в ушах, а сердце так сильно билось в груди, что Джонни был уверен — Невада вот-вот проснется. Но Невада спала.
Джонни слегка расслабился. Он глубоко вздохнул и осторожно положил руку на обнаженную талию Невады. Потом изогнулся, повторяя ее позу; ночная гроза не прекращалась. Джонни умудрился ловкими пальцами ноги зацепить простыню, закрывавшую ее округлое бедро. В следующее мгновение защитный покров был сброшен. Невада лежала перед ним — прекрасная и совершенно обнаженная.
Джонни тихонько поднял голову с подушки и залюбовался открывшимся зрелищем. Изгиб ее женственных бедер, округлость грудей, стройные ноги были совершенны. Но самый желанный уголок, который ему так хотелось увидеть и приласкать, был стыдливо спрятан под согнутой ногой. Джонни снова лег. И придвинулся ближе. Так близко, что, как и когда-то давно, его мозг пронзила мысль — как миниатюрна была Невада, и каким громадным был он сам. Он должен быть очень осторожен, чтобы не причинить ей боли, не смять своим весом.
Джонни покровительственно обнял маленькую нагую женщину. Невада во сне почувствовала его тепло у себя за спиной, его мускулистые руки вокруг своего тела. Она тихо вздохнула и бессознательно придвинулась ближе к этому мужскому телу. Джонни улыбнулся от удовольствия. Он не спеша, бережно, убрал черные локоны с ее заспанного лица и прижался губами к чувствительной точке чуть ниже ее правого уха. Невада вздрогнула и причмокнула губами. Джонни легонько поцеловал ее шею и обхватил пальцами холмик груди, и Невада смешно мурлыкнула от удовольствия. Он осторожно погладил ее грудь своей теплой ладонью, особо выделив ее вершину. Джонни почувствовал, что сосок затвердел и уперся ему в руку, когда Невада, не просыпаясь, прижалась грудью к его ладони.
Сверкая глазами в темноте спальни, Джонни осторожно, медленно пробуждал бессознательную чувственность Невады своими вполне осознанными ласками. При помощи легких как перышко прикосновений и почти воздушных поцелуев он пробуждал в ней желание. Крепко спящая Невада лежала совершенно нагая в его объятиях, непроизвольно позволяя ему возбудить в ней дремлющую страсть и не в состоянии сдержать своих чувств. Погруженная в сладкие грезы сна, она наслаждалась каждым мгновением этой игры. Джонни это тоже нравилось, но, в отличие от Невады, он бодрствовал и зорко наблюдал за ней.
Невада лежала перед ним — такая теплая, такая сонная и такая желанная. И его пальцы осторожно касались ее тела, ласкали и гладили кожу. Увлекшись, Джонни продолжал осыпать возбуждающими ласками спящую женщину и вздрогнул, когда особенно сильный удар грома раздался прямо перед открытым окном. Замерев от страха, что гроза может разбудить Неваду, Джонни не сразу поверил своей удаче: Невада перевернулась на спину, и ее густые черные ресницы даже не дрогнули. Хрупкая рука женщины улеглась на мускулистую грудь Джонни, ее мягкие губки приоткрылись, обнажив мелкие белые зубы, но Невада продолжала спать. А Джонни продолжал ласкать обнаженную женскую прелесть, раскинувшуюся перед ним.
Когда шелковистая кожа под его искусными пальцами стала горячей и влажной, маленькая ручка обвилась вокруг шеи Джонни и нагнула его голову. И, не открывая сомкнутых сном глаз, Невада теплыми губами нашла его губы, ее язык стал медленно описывать круги в его рту. Этот медленный горячий поцелуй еще продолжался, когда рука Невады соскользнула с плеча Джонни и прошлась между их нагими телами. Джонни почувствовал, как острые ноготки царапнули его грудь, затем раскрытая ладонь легла в углубление под ребрами. Его дыхание участилось.
Невада продолжала жарко целовать его губы, а ее лоно тем временем медленно двигалось кругами по его напряженному животу. Джонни чуть не задохнулся, когда Невада приподняла свою стройную белую ногу над его бедром и обвила его спину. Не отрывая губ и языка от лица Джонни, Невада продолжила чудесное движение рукой между их тесно прижавшимися телами, и в конечном пункте этого путешествия пальцы Невады сомкнулись вокруг напряженной плоти Джонни. Эти маленькие теплые пальчики легко скользили вокруг, как бы проверяя его готовность, это было так чудесно, так восхитительно, что Джонни не смог удержаться от восклицания. Задыхаясь от волнения, он в экстазе шептал ее имя.
— Невада, детка… Невада…
— Джонни? — раздался медленный шепот Невады, ее горячее дыхание обожгло ему плечо. — Джонни, Джо…
Невада проснулась и открыла глаза. Мгновенно осознав, что она и Джонни, совершенно обнаженные, лежат в ее постели, Невада уже открыла рот, чтобы завизжать.
Джонни предвидел это. Он немедленно закрыл ей рот ладонью и прошептал на ухо:
— Не надо, детка. Ты поднимешь на ноги весь дом.
Синие глаза Невады метали молнии, она мычала и извивалась в его руках, и, если бы могла, убила Джонни в этот же миг. Он продолжал тихо, но повелительно шептать ей на ухо:
— Я не уберу руки, пока ты не пообещаешь вести себя спокойно. Согласна?
Невада еще яростнее забилась в его объятиях, пытаясь укусить руку, закрывающую ей рот.
— Как хочешь. Мы можем оставаться так хоть до утра.
Ответом ему была еще более энергичная борьба, но с каждым яростным порывом, касаясь напряженного тела Джонни своим, Невада чувствовала, что в ней все сильнее разгорается звериное желание близости. Джонни снова предупредил ее, что не выпустит из рук, пока она не успокоится. Наконец Невада сдалась. Джонни заметил выражение усталости в ее глазах. Он осторожно убрал руку с ее губ. Бесконечно долгие минуты они лежали молча, уставясь друг на друга, она — холодными, полными ярости глазами, а он — горящими, полными восхищения. Невада первой нарушила молчание.
— Скажи, черт побери, что ты здесь делаешь?
Она поднялась на колени и тщательно завернулась в простыню.
— Шел дождь, и мне стало страшно, — ответил Джонни, к которому уже вернулась способность шутить. — Помнишь, как ты испугалась в ту дождливую ночь в Лондоне?
— Это совсем не то… Я была… Если ты сейчас же не уберешься, я позову Малькольма.
— Ты этого не сделаешь.
Джонни неторопливо поднялся с кровати и стал бесцеремонно натягивать брюки на свои смуглые бедра.
— Именно так я и сделаю, если ты не уйдешь. Ты зашел слишком далеко.
Джонни спокойно застегнул брюки, потом повернулся к Неваде:
— Надо же, а я-то думал, что зашел не так далеко, как хотелось. Надо было…
— Заткни свою грязную пасть! Джонни пожал плечами:
— Я тебе кое-что принес.
— Мне от тебя ничего не надо, только немедленно и навсегда исчезни из моей жизни.
Джонни снял со спинки стула принесенную им ночную сорочку. Показал ее Неваде.
— Дорогая, если женщина выбрасывает на лужайку ночную сорочку, мужчина может принять этот жест за приглашение.
Невада прищурила от злости глаза, выхватила из рук Джонни свою сорочку и соскочила с кровати. Вцепившись в обернутую вокруг тела простыню, она заявила ему в лицо:
— Что я делаю или не делаю с моим нижним бельем, тебя совершенно не касается. И позволь тебя заверить, что никаких приглашений для тебя не будет. Никогда!
— Тебе же хуже, — сказал Джонни, решив про себя, что Невада была, несомненно, самой хорошенькой, самой желанной женщиной, которая выставляла его из спальни в дождливую ночь.
— Убирайся отсюда к черту.
— Уже иду, — ответил Джонни. — И не жалею об этом. Мне не понравилось бы заниматься с тобой любовью в этой комнате.
Джонни сделал шаг вперед и почти коснулся Невады. Она испуганно отступила. Джонни шагнул еще, взял ее за плечи и заставил приподняться на цыпочки.
— Но я подожду, дорогая. Подожду, пока ты сама придешь ко мне.
— Скорее небо перевернется!
Вспышка молнии осветила сердитое лицо Невады, Джонни усмехнулся. Подождав, пока отгремит гром, он сказал:
— Ты придешь, Невада. Может не сегодня. Может не завтра. Но ты обязательно придешь. А когда это случится, мы будем не спеша любить друг друга до самого рассвета.
— Убирайся сейчас же!
— Есть так много разных способов любви, дорогая. Я хочу всему тебя научить.
— Ты не можешь меня ничему научить, — огрызнулась Невада. — Я все знаю.
— Ну что ты можешь знать? — улыбнулся Джонни.
— Не забывай, что я помолвлена, и Малькольм…
— Ты с ним никогда не спала.
— Это не так. Он… мы…
— И он никогда не будет любить тебя так, как я, Невада.
— Это вранье. Ты все врешь. Ты нарочно…
— Не зли меня, дорогая, а то я не стану ждать. Я возьму тебя прямо здесь и сейчас. — Руки Джонни с плеч Невады поднялись к ее лицу. — А это совсем не то, чего я хочу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42


А-П

П-Я