https://wodolei.ru/catalog/unitazy/sanita-luxe-classic-s-mikroliftom-101105-item/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

- А что там о пропавших людях?
Она задумчиво смотрела на свою чашку.
- Иногда я помогаю тем, кто не может позволить себе обратиться за помощью к дорогим докторам.
Он удивленно поднял брови.
- Ив последнее время ты их не видела?
- Нет. По крайней мере далеко не всех. И другие тоже их не видели. «На самом деле исчезало более двух дюжин человек. А может быть, и больше, кто знает. Я была в полиции, но им ничего не известно. - Она крутила в руках пирожок. - Среди моих друзей нет таких, кто занимал бы хоть какое-то положение в обществе. У них нет денег, так что по-настоящему о них никто не беспокоится.
- Кто же они?
- Бывшие солдаты, освобожденные рабы, проститутки, вдовы. Если они исчезнут, то это заметят лишь другие бездомные.
- Ты думаешь, они погибли?
То, о чем она говорила, никак не связывалось с образом мошенницы, с той Селеной, которую он встретил вначале. Какая же она на самом деле?
- Надеюсь, что нет.
- А когда впервые заметили, что кто-то пропал?
- Несколько недель назад.
- Это случилось примерно в то же время, когда впервые появились афиши о сеансах гипноза Густава?
Селена задумалась, согревая ладони о чашку с кофе.
- Мне это не нравится. Больно уж напоминает исчезновение с ранчо Джой Мари. Думаю, здесь может быть какая-то связь.
- Ты хочешь сказать, что к исчезновению моих друзей причастен Густав? Что он как-то применил гипноз? - Она нахмурилась. - Это бессмыслица. Да и возможно ли такое?
- Не знаю, как он это делает и зачем, но, по-моему, это его рук дело.
- Просто он тебе не нравится, и ты хочешь вернуть Джой Мари.
- Я хочу, чтобы моей невестке было хорошо, и не думаю, что этот человек может принести ей счастье.
- Она выглядит вполне счастливой. Селене снова показалось, что Дрэйк любит Джой Мари, и это расстроило ее куда больше, чем она ожидала.
- А что, если он все время гипнотизирует Джой Мари? - Дрэйк оглянулся, почувствовав запах жимолости, примешавшийся к аромату пирожков.
- Думаю, это невозможно и безнравственно.
- Безнравственно! Не забывай, что речь идет о Густаве Доминике. - Дрэйк постарался сдержать ярость. - Он - сильный, жестокий человек, и, по-моему, пойдет на все, чтобы выманить деньги у безутешных вдов, невест и отцов, не думая о последствиях.
- Но доктора от него просто в восторге.
- А я нет. И хочу повнимательнее к нему приглядеться. Да и к тебе тоже. Я по-прежнему хочу прикрыть твое дело.
Селена вспыхнула.
- Это после нашего-то разговора? Да ты ничего не знаешь о «Любовных снадобьях»!
Наклонившись к ней, он взял ее за подбородок. У нее перехватило дыхание. Он хочет ее поцеловать? Он должен быть как можно ближе к ней, чтобы она могла положить ему в карман свой мешочек. А это обязательно нужно сделать, ведь он снова сказал, что хочет прикрыть ее дело. Выбора у нее не оставалось. Порывшись в сумке, она нащупала маленький шелковый мешочек и сжала его в руке.
- Ты заставляешь мужчин забывать обо всем, но я делать этого не собираюсь. - Он откинулся назад. - Меня ты не проведешь.
Разочарованно вздохнув, она опустила любовное снадобье обратно в сумочку. Как же это сделать?
- По-моему, пора домой, мистер Дэлтон.
- Зови меня Дрэйком.
- Думаю, для этого мы недостаточно близки.
- Ты хочешь, чтобы мы сблизились? Она опустила ресницы. Как далеко можно зайти? Он снова слегка коснулся ее подбородка и поднял ей голову, чтобы она смотрела на него.
- Я думал, что не нравлюсь тебе.
- Мне не нравится то, что ты хочешь разрушить мое дело. - Она снова вытащила из сумочки любовное снадобье.
Дрэйк наклонился к ней еще ближе, посмотрев на ее губы, потом в глаза. Она не сделала попытки отстраниться или остановить его. Он осторожно ее поцеловал. По ее телу прошла теплая волна, перехватило дыхание. Подняв голову, он снова посмотрел ей в глаза. Теперь уже удивленно. И снова, теперь уже надолго, припал к ее рту. Ей показалось, что в нее входит его тепло. Но она все-таки быстро опустила ему в карман мешочек с травами. Он истолковал это действие по-своему и прикрыл ее маленькую ладонь своей большой рукой. Она почувствовала, как сильно бьется его сердце, и подумала, что ее, наверное, тоже бешено стучит. Он резко отстранился, его глаза сузились.
- Думаешь, после этого я оставлю твою аптеку в покое?
Итак, этот поцелуй для него ровным счетом ничего не означал. Но любовное снадобье еще не успело подействовать. Покачав головой, стараясь немного прийти в себя, она потянулась за кофе. Он ее остановил, схватив за запястье.
- Со мной не пройдут твои женские уловки, Селена Морган. Я не какой-нибудь деревенский простачок, которого может одурачить городская барышня. Если ты обманываешь людей, я с этим покончу. Если вы, объединившись с Густавом, обижаете мою невестку, неприятности будут у вас обоих.
Она отдернула руку и встала.
- Объединившись с Густавом Домиником? Да это смешно. Прости, но я хотела помочь вам с Джой Мари. Теперь оставь меня. - Она повернулась, чтобы уйти.
- Я не отстану от тебя, так что лучше смирись. Резко повернувшись, взбешенная, она посмотрела на него.
- И откуда в тебе столько высокомерия? Ты не имеешь права вмешиваться ни в мою жизнь, ни в мои дела. Наверное, Джой Мари от тебя и сбежала, потому что ты все время командовал.
Он нахмурился. В нем тоже закипала злость.
- Джой Мари - самостоятельная женщина, и всегда такой была. Ее никто не держал.
- Не сомневаюсь. Всякая нормальная женщина станет с тобой самостоятельной.
Повернувшись, она выскочила из кафе. За спиной послышались его шаги. К счастью, «Любовные снадобья» располагались прямо через улицу, а дома она будет в безопасности. Она бросилась через Декатур Стрит, но у двери он догнал ее и обнял.
В тени балкона он крепко прижал ее к себе. Она чувствовала его силу, слышала, как сильно билось его сердце. Она попыталась вырваться. Все напрасно. А он, запрокинув ей голову, стал вытаскивать шпильки из пучка, в который были аккуратно собраны ее волосы. На плечи упал каскад длинных волос, и он осторожно провел по ним рукой.
- Так просто ты от меня не убежишь, - он припал губами к ее рту.
Теперь в его поцелуе было не только желание, но и злость, стремление управлять, властвовать. Казалось, ее чувства не имели для него никакого значения. Она ударила его, стараясь сделать ему как можно больнее, но через куртку и рубашку он, похоже, даже не почувствовал удара. По крайней мере, никак не прореагировал. Тогда она попробовала наступить ему на ногу, но наткнулась на грубый ботинок. От отчаяния она ударила его в грудь.
Он поднял голову.
- Ты ведь тоже хочешь меня.
- Нет! Я…
Закончить фразу он ей не дал. Его язык оказался у нее во рту, и она сразу же умолкла. Так ее еще никогда не целовали. У нее закружилась голова, и она схватилась за Дрэйка, чтобы не упасть. Тело вдруг стало безвольным. Надо от него бежать, но она не могла больше совладать со своими чувствами. Теперь она полностью в его власти.
Задрожав, она прижалась к нему, желая, чтобы он продолжал, шел дальше, заставил ее забыть обо всех условностях. Она уже хотела, чтобы он целовал ее до тех пор, пока во всем мире не останется ничего, кроме них и их чувства.
Вдруг она испуганно замерла. Чувство, которое они сейчас испытывали, вызвано любовным снадобьем! Как только она сунула мешочек ему в карман, он стал более требовательным, более страстным. Да и она не могла вот так сразу почувствовать страсть к почти незнакомому человеку. Она хотела лишь уладить свои дела, используя любовное зелье, и попала в собственную ловушку. Но она об этом знает и поэтому победит.
Он осыпал поцелуями ее лицо, нежно касаясь губами ее бровей, кончика носа, потом снова губ, возбужденно проводя руками по ее спине.
- Я хочу тебя. Селена Морган. Ты даже не можешь представить, как я тебя хочу. И ты тоже меня хочешь.
- Я - леди. - Все это не игрушки, и она почувствовала себя глупо и неловко.
- Я знаю, но сейчас не время об этом помнить.
- Ты должен меня отпустить.
Она дрожала и, как ни старалась, не могла унять эту дрожь. Она и не думала, что ее снадобья настолько действенны. Но нет. Никогда.
- Позволь мне еще раз тебя поцеловать.
- Нет. От этого станет только хуже.
- Селена, клянусь, я не сделаю тебе ничего плохого.
- Подумай, что ты делаешь. Ведь мы стоим прямо на улице. - Она закрыла глаза. - Ладно, заходи.
Второго приглашения ему не требовалось. Но он не смог удержаться и еще раз быстро поцеловал ее в губы. Он зашел в дом, она - следом и закрыла за собой дверь.
Видя свою победу, она улыбнулась. Но тут же поняла, что за это ей придется дорого заплатить.
Глава 4
- На сегодня все, Джон.
Этот парень выполнял любую работу по дому - от дворецкого до сторожа. На самом деле Густав Доминик не нанимал этого бывшего моряка, не доверяя работающим за жалованье. Преданность за деньги не купишь. Поэтому к каждому работающему на него он имел свой подход.
Джон кивнул и закрыл дверь спальни. Уверенный, что под присмотром слуги все в доме будет в порядке, Густав, нахмурившись, повернулся к Джой Мари. Она отступила.
- Я… Я не знала, что придет брат моего мужа. Честное слово, я ему не писала. И никому не говорила, куда мы едем. Я все сделала так, как ты сказал. Пожалуйста, Густав…
- Дрэйк Дэлтон. Он что-то вынюхивает о тебе, - двинулся на нее Густав, и она снова попятилась. - И обо мне.
- Прости, - она протянула к нему руки.
- И ты хочешь меня убедить, что ты здесь ни при чем?
- Да, я не знаю, как он нас нашел.
- Он мог нас найти, только если ты ему написала.
- Нет! Клянусь, я не делала этого, - почти закричала она.
- Я никому не говорил, куда мы едем, но он каким-то образом узнал. - Его глаза сузились. - Может быть, ты все-таки сказала об этом своему любовнику?
- Любовнику? - Она отступила еще дальше. - Мы с Дрэйком - любовники?
- Да. Вы были с ним в постели после того, как умер его брат? - наступал на нее Густав.
- Нет! - Злость, страх, боль - все отразилось у нее на лице. - Как ты такое мог подумать?! Я же говорила тебе, что была в постели только с мужем. Мы с Дрэйком были… Мы как брат и сестра. Друзья.
- Такая красавица, как ты? И такой богатырь, как он? Будучи на ранчо одни? - Его глаза злобно заблестели. - На ранчо, где мужчина подолгу не видит другой женщины? Ты что, считаешь меня дураком?
- Пожалуйста, верь мне, - медленно отступая от него, она дошла до кровати. Дальше идти было некуда. - Густав, это правда! Я люблю тебя! Только тебя!
Он резко ударил ее по щеке, так что дернулась голова. Когда она снова посмотрела на него, левая щека начала медленно краснеть. Она подняла руку. Не для защиты, а в мольбе.
Он ударил ее по другой щеке. Теперь от удара вздрогнуло все ее тело. Но она снова посмотрела на него. Из ее больших голубых глаз потекли слезы.
- Мне больно. - В ее голосе по-прежнему не было ни злости, ни попытки оправдаться. Только смущение.
- Ты меня вынудила. Я не хотел бить тебя, но не выношу лжи. Мы не должны обманывать друг Друга.
- Я не лгу, пожалуйста…
Он ударил ее в живот, и она медленно осела на пол. Он отступил, освобождая место для ее распластавшегося тела.
- Итак, Джой Мари, Дрэйк Дэлтон был твоим любовником?
Она не ответила. Она лишь глубоко дышала, стараясь совладать с болью.
Раздался резкий звук - Густав ударил ее носком ботинка.
Она вздрогнула.
- Да, если ты так говоришь.
- Нет, это ты так говоришь.
- Да.
- Ну и что в этом плохого? - Поставив ее на ноги, он убрал упавшие ей на лицо волосы и, мягко поцеловав в обе щеки, улыбнулся. - Я не имею ничего против твоих прежних любовных похождений, Джой Мари. Я только не хочу, чтобы ты меня обманывала. Если у тебя какие-нибудь проблемы с Дрэйком Дэлтоном, я должен об этом знать. И я должен знать о нем побольше, чтобы как можно скорее отделаться от него. Ты понимаешь меня? Она провела языком по губам и кивнула. Нежно поцеловав ее в губы, он снова улыбнулся.
- Я должен знать обо всем, что было между вами. Был он с тобой мягок или настойчив, удовлетворял он только свою похоть или старался доставить удовольствие и тебе.
Джой Мари закусила губу.
- Я хочу знать, что ему больше нравится: твои поцелуи или объятия. Он занимался этим с тобой в постели или прямо на траве? Он хотел, чтобы вас видели другие?
Она отрицательно покачала головой. У нее в глазах стояли слезы. Но удивленной она не выглядела.
- Нет? - Его глаза возбужденно заблестели. - Нет, ты мне все расскажешь. Или, еще лучше, покажешь, как вы делали это с Дрэйком Дэлтоном. С этим техасским юнцом.
- Но, Густав, он уедет. Я прослежу за этим. Мы даже не будем о нем вспоминать.
- Как это все невинно. Как прекрасно. Но конечно, не целомудренно. - На минуту Густав задумался, потом толкнул ее на кровать. - Мне пришлось много работать, чтобы стать тем, кто я сегодня, и никакой техасский юнец меня не остановит.
- Я люблю тебя. Он для меня ничего не значит. Все в прошлом. Сейчас для меня не существует никого, кроме тебя. - Она улыбнулась, лежа на кровати, стараясь его задобрить. - Иди же ко мне, Густав. Покажи, как сильно ты меня любишь.
Нахмурившись, он достал из кармана кристалл.
- Сейчас ты мне покажешь, чему тебя научил этот юнец. Тогда я буду знать, как с ним поступить. Потому что, зная страсти человека, я знаю и самого человека.
Положив ее на мягкие подушки, он начал покачивать у нее перед лицом кристаллом. Голубые глаза расширились, как только он стал медленно произносить слова, парализуя ее волю:
- Думай лишь о том, чтобы уснуть. Тебе хочется спать, очень хочется спать. Ты устала. Твои веки становятся тяжелыми, очень тяжелыми. Тело тяжелеет. Ты хочешь спать. Вот так. Думай только о том, чтобы уснуть. Только уснуть.
Она моргнула. В глазах появилось беспокойство, и она попыталась подняться. Он снова толкнул ее на подушки:
- Расслабься, Джой Мари. Доверься мне, доверься своей любви. И она расслабилась. Он продолжал раскачивать кристалл.
- Вот так. Спи. Твои веки стали тяжелыми. Расслабься. Ты чувствуешь умиротворение, сонливость. Тебе хочется спать, - монотонно говорил он. Она медленно закрыла глаза.
Он пощупал ей пульс. В норме. Она была очень хороша, но нельзя позволить ей стать угрозой для него. Он прошел через многое, чтобы стать тем, кем был сейчас, и не допустит, чтобы какая-то техасская сволочь встала у него на пути.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37


А-П

П-Я