интернет магазин душевых кабинок в москве 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Рэн внезапно подумал, что старик - его соперник, любящий Аврору и прощающий ей все. Он без колебаний убил бы любого, посягнувшего на нее, но предпочитал не вмешиваться в жизнь девушки и не влиять на ее решения.
Рэн тихо открыл дверь, вошел в каюту и, прислонившись к притолоке, посмотрел на женщину, которая лежала в его постели. Казалось, это ее привычное место. Подойдя поближе, он заметил, что одежда Авроры лежит у нее в ногах, а на комоде стоит кувшин. Значит, Шокаи раздел и умыл девушку. Неужели старик не только охраняет Аврору, но и выполняет для нее услуги горничной? Рэн знал, что девушка не расставалась с Шокаи с шестнадцатилетнего возраста. Боже, неужели у нее нет близких, кроме этого старика, обычно говорившего загадками? И как получилось, что Шокаи стал ее тенью? Он устанавливал определенную дистанцию с окружающими и был молчалив.
Подумав об одиночестве Авроры, о ее трудной судьбе, Рэн не решился сейчас оставить девушку и уселся на стул возле ее постели.
Спящая Аврора казалась такой хрупкой, маленькой и похожей на ангела. Рэну хотелось прижать девушку к себе, дать ей нечто большее, чем она могла получить от этого сморщенного старика. Однако он уже не раз оскорблял чувства Авроры своими злыми поцелуями, а теперь еще собирался отослать ее с корабля, так что едва ли она захочет иметь с ним дело. Эта девушка любит свободу и жизнь, но предъявляет к людям определенные требования. Рэнсом сознавал, что не сможет удовлетворить их.
Он все так же сидел возле Авроры.
Вот уже несколько часов она металась, что-то шептала и бормотала на непонятном Рэну наречии. Когда девушка сбросила покрывало, он не смог отвести глаз от ее обнаженного тела.
Рэн знал, что ведет себя не по-джентльменски, но Аврора обращала в прах его благие намерения. Ее стройная фигура была воплощением истинной женственности. Подавив свои низменные желания, Рэн прикрыл ее покрывалом. Будто почувствовав его присутствие, Аврора со стоном повернулась к нему, задев грудью его руку, и изогнулась во сне.
Рэн замер от страстного желания приласкать ее, взять в ладони эти полные груди, целовать и покусывать набухшие соски, слышать нежные слова… Проклятие!
Затаив дыхание, он натянул покрывало до самого подбородка. Напомнив себе, что Аврора истомлена долгим бодрствованием у постели больного, Рэн постарался избавиться от навязчивых и соблазнительных картин, которые услужливо рисовало ему воображение. «Боже милостивый! Прекрати мои страдания», - взмолился он и, вновь опустившись на стул, откинул голову и закрыл глаза. Но ему не удавалось успокоиться, ибо с тех пор, как эта девушка попала на его корабль, Рэн постоянно усмирял свою плоть.
Почему именно Аврора пробуждала в нем такое желание? Все последние десять лет он, почти не подвластный женским чарам, легко исполнял обет воздержания даже в тех случаях, когда сердобольный Доминго посылал в его каюту обнаженных красавиц. Но это были обычные, незапоминающиеся женские тела и лица, и Рэн без тени сожаления отсылал девиц к испанцу. Но Аврора - другое дело, ее предложение разделить с ней ложе произвело бы на него совсем иное впечатление.
Сидя с закрытыми глазами, Рэн пытался объяснить себе свои чувства. В присутствии Авроры он всегда терял над собой контроль, постоянно пытался привлечь ее внимание, почему-то убежденный в том, что ни один мужчина, кроме него, не нужен этой девушке. Ему хотелось слышать, как она произносит его имя, ощущать ее ласковые пальцы в своих волосах, погружаться в сладкие грезы, забыв о жестокости и порочности окружающего мира.
Внезапно открыв глаза, Рэн перепугался. Аврора извивалась под простынями, но не так, как прежде. Казалось, она отражает в агонии атаку невидимого врага. Девушка прерывисто дышала, ее горестные стоны надрывали душу. Беззащитная Аврора одна боролась со своим кошмаром, и ее отчаяние потрясло Рэна. Девушка призывала на помощь Шокаи и свою богиню-покровительницу.
Затем она назвала его имя.
Рэн сел на постель рядом с Авророй и потряс ее за плечи. Она отталкивала его, пытаясь вырваться, волосы закрыли ее лицо. Вдруг она открыла глаза, полные слез, и, задыхаясь, посмотрела на него.
- Это я, Аврора. Успокойся. Ты в безопасности, - прошептал Рэн.
- О, Рэнсом. - Она схватила его руки. - Мистер Кастильо мертв!
Рэн вздрогнул, его лицо исказилось.
- Как ты узнала об этом?
Она покачала головой:
- Я ничего не знаю, но чувствую, что это так! Господи, сколько горя я принесла тебе и твоим людям. - Девушка тяжело вздохнула, едва сдерживая слезы. - Я виновата во всех несчастьях!
Сердце Рэна защемило от жалости. Он обнял ее и прижал к груди, стараясь найти слова утешения.
- Кастильо сам вызвался охранять тебя, так же, как и Лужьер. Они сделали это добровольно. Ты здесь ни при чем.
Аврора обняла Рэна и прижалась к нему, словно ища защиты.
- Но он погиб из-за своего благородства.
- Возможно, он жив. Никто не знает, что с ним. - В голосе Рэна звучало сомнение.
Наступило тягостное молчание. Рэн заметил, что страх Авроры немного утих, но девушка все еще дрожала, и он продолжал обнимать ее, хотя ее близость уже внушала ему опасения.
- Кастильо не было с нами на том работорговом судне. Где же он?
Рэн крепко взял Аврору за плечи и посмотрел в лицо.
- Ты уверена?
- Да, Кастильо тогда остался в комнате, и я видела, что он упал до того, как нас схватили.
- Может, он потом поднялся и защищался, и его взяли позже?
Аврора наклонила голову, теребя пальцами край его потертого кожаного жилета.
- Возможно, - сказала она, сомневаясь в этом, ибо во сне ощущала полную безнадежность. Но ведь уже случалось, что ее тяжкие предчувствия не оправдывались.
- Я попытаюсь узнать, куда исчез Кастильо, - пообещал Рэн. Да, это необходимо было выяснить, как и имена людей, преследующих Аврору. Он не сомневался, что доверчивость и красота - не единственные причины несчастий этой девушки. Пребывание Авроры здесь было кому-то не по душе, и ее ненавидели так сильно, что обрекли на пожизненное рабство.
Когда Аврора несколько успокоилась, Рэн приподнял ее подбородок и испытующе заглянул в глаза.
- Ты что-то скрываешь от меня, красавица?
Аврора помолчала, опасаясь, что Рэн ей не поверит.
- Во сне я испытывала чью-то ненависть, Рэнсом. Ее источник - жадность и сила, только не понимаю, от кого это исходит. - Аврора вздрогнула. - Сначала мне казалось, будто причина в том, что это из-за того, что я попала на твой корабль и твоим людям это пришлось не по душе. Но я знала, что моряки просто злятся на меня. Источник той ненависти не здесь. Нет! - Теперь она говорила решительно. - Он находился в гостинице, когда волна ненависти обрушилась на меня.
Рэн отстранился от нее.
- Но какая, черт возьми, разница?
- Рассердиться легко, Рэнсом. - Она многозначительно посмотрела на него. - Ненавидеть куда труднее.
Он ощутил досаду, его взгляд выразил сомнение.
- Я не могу объяснить тебе этого. - Аврора пожала оголенными плечами. - Просто я знаю, что это так.
Рэн пристально смотрел на нее, вспоминая то, что видел. Вот она, обнаженная, склонилась над своим «волшебным камнем», вот разговаривает с дельфином. Девушкой движет святая вера в целительные свойства приготовленных ею лекарств. Она шепчет странные заклинания, всегда достигает успеха в исцелении тяжелобольных и… расплачивается за все это.
Вдруг у него вырвалось:
- Да ты настоящая ведьма!
Она подняла брови:
- Я - заклинательница, так же, как ты - христианин, а Рахман - мусульманин. Пожалуй, ведьма, если ты предпочитаешь называть меня так. О, я вижу по твоим глазам, я вижу, что ты боишься меня.
- Нет, но если бы меня кто-нибудь предупредил, то, возможно, и боялся бы, - признался Рэн. - Все обстоит не так, как я предполагал. - Он отвел взгляд. - Я имею в виду твои странные заклинания.
- Ты думал, что у меня, как у настоящей ведьмы, должен быть горб, лицо, покрытое бородавками, и крючковатый нос? - Аврора рассмеялась.
- Конечно же, нет! - Он искоса взглянул на нее.
- Может, мне следовало стоять над котлом, размешивая колдовской отвар, и бросать в него внутренности тритона и бараньи глаза…
- Аврора, - строго прервал Рэн, и та перестала насмешничать.
- Магия - это не просто заговоры, талисманы и восковые куклы, Рэнсом, это не то, что я могу продемонстрировать тебе, открыв книгу и показав пальцем нужную страницу; магия объединяет все сущее в этом мире. Она живет здесь, - Аврора показала на сердце, - и вот здесь, - она коснулась виска. - Помолчав с минуту, девушка мягко добавила: - Я никогда не скрывала от тебя этого.
- Но и не говорила об этом прямо. Впрочем, мне следовало догадаться. - Рэн вспомнил слова Авроры, что с помощью какого-то заговора она держала Рахмана на расстоянии от себя и ему не удалось силой овладеть ею. Тогда Рэн не поверил девушке.
Теперь он смотрел на Аврору другими глазами, но все же не мог постичь сущность ее верований.
- Тебе стоит только спросить, Рэнсом. - Аврора ласково провела ладонью по его мускулистой руке от кисти до плеча, затем дотронулась до золотого кольца, которое он постоянно носил в ухе. - Я не буду лгать тебе. Никогда.
- Аврора, - пробормотал Рэн, удивляясь, что она так ласкова с ним после его грубой выходки. Назвать ее ведьмой!..
- Ты все время был рядом со мной, да?
- Да, - ответил Рэн, охваченный непреодолимым желанием. Не он ли всего час назад клялся себе, что больше не поддастся ему?
- Почему?
- Ты очень ослабла. - Он избегал взгляда Авроры. - Я волновался.
- И из сострадания ты донага раздел меня, вымыл и уложил в свою постель? - Ее глаза насмешливо заблестели.
- Нет. Об этом позаботился Шокаи, я - об остальном, - признался он.
- Я поклялась, что не лягу в твою постель одна, Рэнсом.
Ее слова прозвучали как пощечина. У Рэна перехватило дыхание.
- Ты была без сознания.
- Но я помню это, господин. - Она обвила его шею и погладила по груди.
- Зачем ты делаешь это, Аврора? - Его сердце неистово забилось.
- Для наслаждения, - прошептала она, прижавшись губами к его шее. Рэн тихо застонал, но не нашел в себе сил отстраниться. Девушка целовала его шею и подбородок, постепенно добираясь до губ. - Иди ко мне, Рэнсом, - прошептала она, прижавшись к его губам. - Я страстно хочу тебя.
- Боже правый, Аврора! - Напряжение в паху усиливалось, прикосновение ее нежного тела лишило его способности сопротивляться. - Не надо!
Прижавшись к нему и осыпая его поцелуями, Аврора прошептала слова, сломившие его волю.
- Иди ко мне, пират, я хочу украсть только жалкий поцелуй, а не твое львиное сердце.
Глава 20
Поцелуй.
Вот и все, чего хотела Аврора.
Но она найдет способ проникнуть сквозь его броню и устранить причину, не позволявшую ему раскрыться перед ней.
Рэнсом дрожал от страстного желания прикоснуться к Авроре.
Этот могущественный пират боролся с демонами, мечтая освободиться от защитного панциря самообладания и затем… сдаться. Неистовство его чувств пугало Рэна.
Аврора надеялась доказать ему, что нарушение добровольно взятого им на себя обета вовсе не так опасно. Но если Рэн станет упорствовать, она возьмет у него всего один поцелуй. Да, девушка сгорала от желания лежать рядом с ним, чувствовать, как он заполняет все ее существо, но соглашалась и на такую малость.
Аврора, почти теряя сознание от страсти, боролась с искушением наброситься на Рэна. При мысли о том, как он прикасается к ее обнаженному телу, девушку бросало в жар. Ее сердце трепетало от предвкушения его ласк.
- Иди ко мне, Рэнсом!
Ее дыхание обжигало ему губы, она щекотала их своим языком, и Рэн ощутил беспомощность. Аврора мучила его, соблазняла. И наконец, он откинул голову, решив принять все, что она ему предлагала.
Корабль покачивался на волнах. С палубы доносились шаги.
В каюте слышались прерывистое дыхание и тихие стоны.
Рэн дрожал. Его сердце бешено билось. Ведь всего несколько часов назад он поклялся не уступать соблазну, но перед поцелуями Авроры не мог устоять.
Одним движением Рэн сбросил с нее покрывало. Аврора вздрогнула от холода, затем приникла к Рэну; ее нежные груди терлись о его грубый кожаный жилет.
Рэн замер, и она, не прерывая поцелуев, расстегнула застежки.
«Прикоснись же ко мне», - умолял ее взгляд, но Рэн пока отказывал Авроре даже в этом. Она распахнула жилет и обхватила пальцами его твердые соски, пощипывая их. Рэн страстно целовал девушку, его язык проник в ее рот. Аврора продолжала медленно водить пальцами по его соскам, и вдруг он разжал руки. Его сопротивление пронзило ей сердце.
- Ласкай меня, Рэнсом! - со стоном взмолилась Аврора. - Пожалуйста!
Он обнял ее, затем его руки обхватили мягкие груди, и Аврора задохнулась от блаженства. Ее стон был заглушён его поцелуем. Рэн чувствовал, что Аврора трепещет от его ласк, и, немного отстранившись, посмотрел в ее глаза, на ее груди, зажатые в его ладонях, и она ощутила странное напряжение внизу живота от его страстного взгляда.
Рэн взял губами ее набухший сосок. Понимая, что для этой девушки желанно каждое его прикосновение, он пришел в возбуждение. Его губы опускались все ниже и ниже, пока он не добрался до самого сокровенного.
Аврора шептала его имя, бормотала, как сладостны его поцелуи, прикосновения его крепких рук, и каждое ее слово было подобно капле масла, попадающей в огонь. Его плоть взбунтовалась, а от страстных стонов и бессвязных слов девушки рухнули последние бастионы.
Он отчаянно хотел ее. Долгие годы самоконтроля и воздержания канули в прошлое. Ему приходилось сдерживать только нетерпение, бороться с искушением немедленно раздвинуть бедра Авроры и погрузиться в нее, как того требовала его плоть. Рэну хотелось продлить ее ласки, эту сладострастную любовную игру, но его одолевало желание овладеть ею. Рэн опустил Аврору на подушки, наслаждаясь видом ее тела, потом тихонько приподнял и прижал к себе.
Девушка обхватила ногами бедра Рэна, запустила руку в его бриджи, и он понял, что пропал. Его пальцы уже проникли в нее, и Аврора страшилась сейчас лишь одного - внезапного и непонятного отчуждения Рэна, как это уже не раз случалось. Аврора жаждала познать его и не сомневалась, что он все равно будет принадлежать ей, ведь каждое биение ее сердца принадлежало ему, но взамен она хотела получить Рэна… Она беспрерывно повторяла его имя, двигаясь в одном ритме с ним.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38


А-П

П-Я