https://wodolei.ru/catalog/mebel/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Полночная – 1

OCR Angelbooks
«Полночная невеста»: Эксмо-Пресс; Москва; 1999
ISBN 5-04-002423-1
Аннотация
Леди Рейчел в отчаянии – из-за козней ее хитрой тетки она скоро потеряет не только свое имение, но и свободу, вынужденная выйти замуж за ненавистного ей человека. Она обращается за помощью к красавцу герцогу Уэстли, однако его холодность и равнодушие к ее чарам толкают юную красавицу на дерзкий и опасный поступок. Чтобы женить на себе герцога, леди Рейчел решает его похитить...
Марлен Сьюзон
Полночная невеста
Глава 1
А нглия , 1740 год
– Эй, парень! – Хозяину постоялого двора хватило мимолетного взгляда, чтобы оценить всадника, лошадь, едущую позади карету и из всего этого сделать вывод: на славном кауром жеребце гарцует слуга знатного господина.
Поэтому он, нимало не сомневаясь, повторил:
– Слышь, парень, здесь у нас орудует Благородный Джек. Вы бы поостереглись, – и он мотнул головой в сторону богато украшенного экипажа.
Джером попридержал своего коня и осмотрелся. Трактир при дороге сиял свежепокрашенной вывеской «Белый Лебедь» и ниже, помельче, – «Томас Аскер, владелец».
Этот самый Томас Аскер и глядел теперь на Джерома снизу вверх, не без удовольствия выкладывая очередную историю об известном в этих местах разбойнике, благо нашелся слушатель.
– Он тут аккурат вчера и пошалил. Ограбил лорда Крайва среди бела дня на дороге на Уингейт-Холл, – трактирщик еле заметно усмехнулся. – Вон там, в рощице, совсем рядом, и полумили не будет. Как раз перед мостом через реку остановил карету, ну а дальше уже пошибче поехали. Лошадкам-то полегче, сэр. На целый мешок золотых монет.
Джером слушал молча, но удовольствия своего отнюдь не скрывал. Оно совершенно ясно читалось на его лице. Еще бы! Джером так ярко представлял себе ярость лорда Крайва! Другого такого скупердяя ему встречать не доводилось. Наверное, всю оставшуюся дорогу старый скряга оплакивал каждую монетку по отдельности.
Да, похоже, Благородный Джек без дела здесь не сидел. Впрочем, что бы там ни думал почтенный трактирщик, Джером не имел ни малейших оснований беспокоиться. Если бы мистер Аскер знал, зачем появился здесь, в забытом Богом Йоркшире, этот всадник, он был бы удивлен. Джером искал встречи с Благородным Джеком, тем самым разбойником, о котором по округе ходило столько слухов.
Но Том Аскер ничего об этом не знал и даже не догадывался. Да что вообще могло интересовать его, когда рядом нетерпеливо переступал с ноги на ногу такой каурый.
– Ах, и хорош! – восхитился трактирщик. – Ей-Богу, сам пошел бы в услужение хоть к кому, только бы покрасоваться на таком жеребце! А твой-то хозяин, гляжу, не из бедных.
И правда, карета с плотно задернутыми кожаными занавесками хоть и была изрядно грязной – погода всю дорогу оставляла желать лучшего, – но обмануть никого не могла. Лошади прекрасны, отделка черного дерева явно стоила больших денег, да и все прочее тоже не подкачало. Разумеется, что еще тут можно подумать – хозяин кареты богат, и весьма. Таков, видимо, и был ход мыслей мистера Аскера. Впрочем, теперь он пожелал уточнить:
– Кому служишь-то, счастливчик?
– Герцогу Уэстли, – ответил Джером.
Щербатая улыбка на лице трактирщика погасла. Он поскреб подбородок и сказал совсем уже другим тоном:
– Да? Ну, беру свои слова обратно. Счастье небольшое. Говорят, зол как черт, слова сквозь зубы цедит – большой гордец. Во, даже и не выглянет. Небось думает, мы его светлость тут сглазим, – трактирщик говорил негромко, только для своих, коими наивно считал Джерома и еще одного парня, державшегося неподалеку. Аскера не смущало даже то, что второй всадник давился от смеха.
Джером, надо сказать, попытался как-то смягчить суровый приговор несчастному герцогу.
– Не так уж он и заносчив. Он... э-э... спит. Устал дорогой, ну и спит.
– И давно ты у него служишь? – уже сочувственно поинтересовался разболтавшийся Аскер.
Джерому захотелось прекратить затянувшуюся шутку, но, увидев, что все приготовления к отъезду закончены, он решил оставить мистера Аскера в блаженном неведении.
– Да нет, не слишком.
Сзади посмеивался Ферри, настоящий конюх герцога. Джером привстал в стременах, и два всадника, хохоча, пересекли двор, без труда обогнули медленно тронувшийся экипаж и вскоре оставили его далеко позади.
Ферри, нисколько не опасаясь гнева своего господина, заявил:
– А конюх из вас получился хоть куда! Все еще смеясь, Джером оглядел свой наряд. В дороге он всегда предпочитал удобную одежду. Ну и кто бы мог подумать, что герцог Уэстли отправится путешествовать в таком виде: потертый кожаный жилет надежно защищал его от ветра, а штаны из оленьей кожи и поношенные сапоги сидели как влитые и ничуть не стесняли движений. Что еще нужно путнику? Только рубашка из тонкого батиста наводила на мысль – а так ли уж прост этот щедро припорошенный дорожной пылью парень?
Джером решил задержаться у реки. Право, недурно выкупаться да и переодеться в чистое стоило бы. Там и экипаж со всем необходимым их догонит. В Уингейте никому не придет в голову сомневаться, что их почтил своим посещением герцог Уэстли.
Впрочем, Джером никогда не любил столь высокопарных выражений и за модой особенно не гнался, в душе считал все это пустяками. Вот отец его, старый герцог, – тот был крайне щепетилен, что в ритуале, что в одежде. Уэстли не могут позволить себе выглядеть кое-как, в этом отец был неутомим. Благородное происхождение требует достойных одежд.
– А занятно было бы посмотреть на этого толстяка, скажи я ему, что я и есть сам герцог, – сказал Джером. – Пожалуй, он бы и не поверил. А?
Ферри, которого все происшедшее забавляло несказанно, засиял улыбкой.
– Да он скорее бы поверил в то, что вы Благородный Джек! Да не только в одежде дело. Сами посудите, разве станет герцог водить дружбу со своим конюхом.
Ферри был для Джерома не просто конюхом. Они дружили с самого раннего детства, когда важно было быстро бегать, ловко лазить, не врать и не трусить, а сын ты герцога или еще кто – какая разница? Вот такие это были блаженные времена, и так проводили свои юные годы многие отпрыски благородных семейств. Необычным было другое. Выросший Джером Уэстли остался верен этой дружбе навсегда. Ферри был одним из немногих, с кем герцог чувствовал себя свободно и был самим собой.
Джером на вес золота ценил те редкие минуты, когда он мог чувствовать себя просто и естественно. Удивительно, но его и вправду несколько тяготила необходимость соблюдать этикет, постоянно быть начеку, чтобы не сказать лишнего. Хотя надменное выражение лица, которое Джером отлично научился сохранять при всех обстоятельствах, служило действенным оружием против разного рода скучающих бездельников и прекрасных дам. Последние только и мечтали оказаться в его постели, желательно в качестве супруги.
Он улыбнулся при мысли, как был бы изумлен отец, увидев своего сына в одежде простолюдинов и без привычной маски надменности на лице – действенного оружия против подхалимов, наглых прилипал, скучающих бездельников и прекрасных соблазнительниц, которые мечтали только о том, чтобы привлечь к себе его внимание.
Дорога вилась между высоких холмов, поросших вереском и папоротником. Всю неделю шли беспросветные дожди, и наконец тучи разошлись и проглянуло солнце. Все сразу изменилось, повеселело. Безлесный торфяник, конечно, не Бог весть как живописен, да и вереск еще не зацвел, но кое-где уже виднелись золотистые вспышки цветков дрока. Ажурные папоротники еще не просохли и сверкали мелкими каплями, играя и переливаясь под яркими лучами.
Джером оглянулся через плечо. Его карета медленно тащилась далеко позади. И немудрено, дорога была так себе, хотя и не сравнить с той размытой глинистой трясиной, по которой они ехали прежде. Конечно, ехали – не то слово: ползли, тряслись, выбирались из каких-то ям – в общем, мучились несказанно. Нет, сейчас вполне терпимо.
Потревоженный заяц, выскочив невесть откуда, стрелой пронесся под самым носом лошадей. Кобыла Ферри испуганно попятилась.
– Черт бы его побрал! – пробормотал конюх, пытаясь справиться со своей норовистой лошадью. – Не накликал бы беды на наши головы.
Солнце расходилось не на шутку, соскучившись за неделю под непроглядной пеленой туч, оно теперь палило нещадно. Всадники заторопились к небольшой роще, сулившей желанную прохладу. Кстати, кажется, именно там Благородный Джек ограбил вчера лорда Крайва. Значит, тем более стоило поспешить.
Джером и Ферри спешились, въехали в лес и, уже не торопясь, пошли рядом с лошадьми. Если Благородный Джек еще не покинул эти места, он вскоре даст о себе знать.
Они обогнули длинный извилистый овраг, поросший молодыми березами, и совсем было собрались двигаться дальше, как за их спинами раздался грубый голос:
– Стойте! А не то, видит Бог, быстро узнаете, как кусаются мои железные собачки.
Джером и Ферри обернулись. Здоровенный детина во всем черном возвышался перед ними на огромной вороной лошади. Выглядел он устрашающе – черная маска на лице, шляпа, надвинутая на самый лоб, в каждой руке по пистолету.
Благородный Джек настиг добычу и теперь явно собирался выпотрошить ее.
Джером явно не испытывал никаких опасений. Похоже, он был даже рад этой встрече. Спокойно глядя на разбойника, он с усмешкой произнес:
– Неужели их укусы разят наповал? А, Морган? Даже меня?
– Черт побери! Не может быть!
Голос Джека сразу изменился, исчезла напускная грубость, и сквозь обычное человеческое удивление слышалось явное неудовольствие.
– Вижу, особой радости своим появлением я тебе не доставил, Благородный Джек, – безмятежно продолжал герцог. – И, пожалуйста, не тычь в меня, как ты их там называешь... железными собачками.
Разбойник безропотно заткнул пистолеты за пояс. Он был без плаща, в распахнутой на груди черной рубахе.
– Я было подумал, что это негодяй Биркхолл. По моим сведениям, он должен был ехать как раз по этой дороге. Говорят, он собирался в свое поместье.
Джером мысленно пожелал Благородному Джеку как следует потрепать этого распутника. Может, лорд Биркхолл задумается о чем-нибудь еще, кроме своих отвратительных развлечений.
– Какого черта ты здесь делаешь? – с досадой спросил разбойник.
– Нужно поговорить! Зачем бы еще я стал тащиться в этот Богом забытый край? Ты же сам знаешь, я не люблю север.
– Здесь не место и не время для разговора, – заметил Благородный Джек, изменив тон. – Я здесь не задерживаюсь, слишком многолюдно. Это дорога в Уингейт-Холл, загородное поместье графа Арлингтона.
– Знаю. Именно там я и собираюсь остановиться. Морган расхохотался:
– Нет, ну надо же! Только не говори мне, что едешь туда не из-за прекрасной и неотразимой леди Рейчел!
Джером вопросительно посмотрел на него:
– А это еще кто такая?
– Сестра Арлингтона.
– Я и не знал, что у него есть сестра.
– Тогда что тебе там делать? Ведь ты, помнится, недолюбливал Арлингтона.
На это Джерому нечего было возразить. Он всегда плохо относился к беззаботным повесам вроде Арлингтона. Таких немало вертелось вокруг. Джером считал, что легкомыслие недопустимо для настоящего мужчины.
– О чем ты? – Джером был недоволен этими расспросами. – Ты же знаешь, что Арлингтона в поместье нет. Он бесследно исчез год назад, когда возвращался в Англию с континента.
– Ну и кой черт тебе туда надо? – Морган то ли упрямился, то ли и вправду желал понять, в чем дело. – Там теперь во сто крат хуже, чем при графе. Удивляюсь, но Арлингтон оказался полным дураком. Он отдал правление поместьем своему дяде Альфреду. Ты только представь себе! Вроде бы раньше за ним таких откровенных глупостей не замечалось.
– Так, значит, в Уингейт-Холле заправляет делами его дядя?
– Не столько он сам, сколько его жена. Ты помнишь это чудовище?
Джером поморщился. Жена Альфреда Уингейта, блистательная красавица София, воплощала в себе все, что он так ненавидел в женщинах. Лживая, изворотливая дрянь, только и думающая, как бы в очередной раз наставить рога мужу. Что она собой представляла, было ясно всем, кроме этого старого олуха Альфреда, за которого она и замуж-то вышла только ради его титула и благородной фамилии Уингейт.
– Для меня большая неожиданность, что ты собираешься жить под одной крышей с Софией, я ведь знаю, как ты относишься к таким женщинам. Она наверняка не оставит тебя в покое. – Благородный Джек совсем развеселился. – Или ты решил уступить? Она, несомненно, хороша, но не будет ли вам тесновато в постели. К ней такая очередь!
Джером и сам прекрасно знал, что София строила планы на его счет, поэтому и пригласила его в Уингейт-Холл. Впрочем, подобных шуток он не терпел, даже от Моргана. Поэтому в голосе его появился явный холодок:
– Я принял приглашение Уингейта с одной лишь целью – скрыть истинную причину моего приезда. Я хотел увидеться с тобой, Морган.
– Значит, опять явился с увещеваниями, ну... – Морган помолчал, явно для того, чтобы Джером осознал всю безнадежность затеянного. Потом спросил: – А что ж так спешно?! Случилось что?
– Пожалуй, – в тон ему ответил Джером. – Король предложил тысячу фунтов за твою голову.
Разбойник оторопел, потом разразился ругательствами и наконец снова умолк, сильно помрачнев.
– Вижу, ты понял, к чему это приведет. Теперь всякий охотник до легких денег бросится разыскивать тебя.
Неожиданно до них донеслись чьи-то громкие голоса.
Разбойник насторожился:
– Я больше не могу здесь оставаться. Спасибо за предупреждение и прощай. Ты ведь возвращаешься?
– Нет, я пока поживу в Уингейт-Холле. Нам необходимо поговорить, и не так, посреди дороги, Морган. Если хочешь поскорее избавиться от меня...
– Упрям и несговорчив, как всегда, – проворчал Благородный Джек. – Ладно. Буду завтра утром в одиннадцать у развалин. Конюх из поместья укажет тебе дорогу.
Герцог с сомнением посмотрел ему в глаза:
– Это точно?
– Я же сказал. Черт подери, Джером, разве я когда-нибудь нарушал свое слово?
Глава 2
– Что вы сказали, тетя? – изумленно переспросила леди Рейчел Уингейт.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43


А-П

П-Я