Выбор порадовал, рекомендую! 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Саммер повернулась и немного грустно посмотрела на нее. Сэди лукаво улыбнулась:
— Эх, если бы мне встретился такой мужчина и согласился взять меня с ребенком, я бы готова была каждый день чистить ему сапоги. — Зеленые глаза ее вдруг стали совсем серьезными. — Я стараюсь не завидовать тебе, Саммер… Клянусь Богом, я не буду завидовать.
— Он хочет жениться на мне, — неожиданно вырвалось у Саммер.
— Конечно, хочет. Только слепой этого не заметит. Он же не может глаз от тебя отвести.
— Как хорошо, что я встретила тебя, Сэди! — порывисто произнесла девушка, обнимая подругу. — Я так рада, что ты рядом.
— Ну а я и подавно. Не знаю, как и благодарить Бога за то, что он привел тебя в ту гостиницу. Если бы еще Господь направил ко мне какого-нибудь симпатичного сильного ковбоя, такого, как Слейтер… О, тогда бы я была счастлива до самой смерти.
— Но до тех пор пока этот ковбой объявится, — засмеялась Саммер, — ты, надеюсь, останешься здесь и успеешь прославиться на весь Техас как королева пончиков. Впрочем, у меня нет никаких сомнений, что ты встретишь своего героя до конца нынешнего лета.
— Что ж, посмотрим. Кое-кто уже имеется в нашем распоряжении: Бульдог, старый Енот, Пудинг и Джек. Последний всем хорош. Он действительно очень хороший, Саммер. Вот если бы и мои глаза при взгляде на него загорались так же, как твои, когда ты смотришь на Слейтера…
— Это так заметно? — встрепенулась Саммер, поднося ладони к вновь порозовевшим щекам.
— Не надо смущаться! — Сэди взяла ее руки в свои. — Я это вижу, потому что постоянно наблюдаю за вами. И Слейтер это видит. Сегодня он примчался к нам так рано, как только смог.
— О, я не смущаюсь. Но все это так необычно и ново для меня.
Глаза Саммер блеснули, губы сами собой разошлись в счастливой улыбке.
— Любовью такого мужчины может гордиться любая женщина, — мягко произнесла Сэди. — Я еще не встречала другого, который бы был так же заботлив. С ним ты сможешь чувствовать себя как за каменной стеной.
Девушка пристально посмотрела на подругу. Но та направилась к проснувшейся Мэри и уже помогала дочке встать с постели.
Новое непонятное чувство, бурлившее в душе Саммер, мешало ей сосредоточиться на чем-то одном. Убедившись, что волосы уложены как следует, а чистое платье сидит на ней безукоризненно, она не знала, что делать дальше. Уже несколько раз она подходила к двери и смотрела в сторону загона. Наконец во двор въехали Слейтер и Джон Остин. Вполне можно было сделать шаг назад и, оставаясь незамеченной, наблюдать за ними и дальше. Саммер вначале и хотела так поступить. Но потом почему-то пошла в свою комнату и принялась разбирать постельное белье, хранившееся в деревянном сундуке. Она добралась до какого-то лоскутного одеяла, когда услышала голос Слейтера, а через несколько секунд увидела в дверях и его самого. Сердце заколотилось, ноги сделались будто йатные. Его взгляд остановился на девушке, затем обежал помещение и вновь вернулся к ней.
— Мне всегда нравилось в этой комнате.
Саммер посмотрела ему в глаза, прижимая к себе одеяло и стараясь хоть чуть-чуть успокоить бьющееся в диком ритме сердце.
— Моя мама тоже ее любила, — сумела произнести она. — Она говорила, что с этой комнатой связаны лучшие годы ее жизни. Это отец, когда пришел с войны, решил вернуться в Пини-Вудс. Мама, мне кажется, хотела остаться здесь.
— Да, я тоже думаю, что она бы с удовольствием осталась, — медленно сказал Слейтер, подходя к сундуку и беря в руки небольшую резную шкатулку, принадлежавшую некогда Нэнни Кайкендал. Именно в ней Саммер нашла после ее смерти письмо Сэма Маклина. — Я помню эту вещицу. Твоя мама хранила в ней свои драгоценности. Там еще было маленькое колечко, которое она носила, когда была ребенком. И ты тоже носила его.
Саммер подошла к нему, раскрыла крышку шкатулки и извлекла из нее золотой кружочек. Колечко было тонким и таким маленьким, что ей с трудом удалось надеть его на кончик мизинца, чтобы показать Слейтеру. Он стоял теперь совсем рядом, так что от его дыхания шевелились прядки ее волос, упавшие на щеку. Она отступила на шаг и посмотрела ему в лицо. Их глаза встретились, и у Саммер перехватило дыхание. Быстрым движением она положила колечко на место, а из шкатулки достала небольшой пакет и открыла его. Внутри было сплетенное из волос ожерелье.
— Сколько я себя помню, эта вещь всегда была у мамы. Я никогда не видела, чтобы она надевала ее, но порой вынимала и долго рассматривала. Великолепная работа! Видимо, потребовались многие часы, чтобы сделать это. — Она показала ожерелье Слейтеру.
Волосы, искусно сплетенные в спираль с замысловатым узором, были черными блестящими и мягкими как шелк.
— Я не знаю, чьи это волосы, — она улыбнулась, — но они вполне могли бы быть твоими, Слейтер. Очень похожи.
— Или твоими, — ответил он, прикладывая вещицу к ее голове и сравнивая.
— Будь они моими, мама, думаю, сказала бы мне об этом. И точно не папины. Его волосы были светло-каштановыми…
Она завернула ожерелье и положила в шкатулку. Слейтер стоял не двигаясь, но она постоянно ощущала на себе его горящий взгляд. Девушка подняла голову и увидела его улыбку и сияющие нежностью и радостью глаза. Голос, которым он произнес последнюю фразу, показался таким родным и знакомым, что отозвался в груди ликованием. Казалось, она знала этого мужчину всегда! Само сердце, сама душа признавали это. У Саммер было такое ощущение, что он был частью ее, не соединившись с которой она никогда не будет до конца счастлива. Поглощенная этим новым чувством, она замерла, забыв обо всем. К реальности вернули пальцы Слейтера, ласково погладившие ее руку.
— Надень что-нибудь на голову. Я собираюсь прогуляться с тобой до ранчо Кип, — спокойным, но не терпящим возражений тоном произнес он.
Саммер надела шляпку, и они вышли во двор.
— Обязательно выбери место для своей новой печи, — обратился Слейтер к Сэди. — Я пришлю Джека с материалом для строительства. Он отличный каменщик и сумеет сложить плиту достаточно высокую, чтобы тебе не надо было без конца нагибаться.
— Да, это будет как раз то, что надо! — ответила женщина, лицо которой буквально засияло от удовольствия.
Джон Остин недоуменно посмотрел на Слейтера, потом на сестру. В его маленькой головке никак не укладывалось, почему это хозяин ранчо Кип предпочитает проводить время в компании Саммер, а не с ним.
— Твоя сестра отправляется со мной в Кип, Джон, — обратился к нему Слейтер. — А ты остаешься здесь охранять Сэди и Мэри. Если почувствуешь что-то неладное, подставь стул и сними то ружье, что лежит на полке. Оно заряжено, так что будь осторожен. Направь его вверх и нажми на курок. Имей в виду, у ружья сильная отдача. Оно лягается, как мул, и может даже сбить тебя с ног при выстреле. Но не пугайся: пока ты поднимешься, кто-нибудь уже подоспеет на помощь. Запомнил? Но ни в коем случае не прикасайся к оружию без надобности.
— Не буду, Слейтер. Я все сделаю как надо в ваше отсутствие.
Саммер взглянула на брата с некоторым удивлением. Ей показалось, что мальчик даже подрос на несколько футов, так необычно солидно он себя вел.
— Не сомневаюсь, Джон. Иначе я бы не оставил тебя здесь старшим.
Девушка направилась было к речке, но Слейтер взял ее под руку и повел к загону.
— Мы поедем в Кип верхом.
— О, но…
— Что еще за «но»? — засмеялся он.
— Я не могу скакать на лошади в такой одежде.
Губы Слейтера чуть дрогнули, в глазах мелькнули веселые искорки.
— Придется нам как-нибудь найти время и купить тебе несколько этих забавных юбок, которые разделены на две части, будто штаны. Седел для езды боком я никогда не любил. Они выглядят в наших местах совершенно нелепо.
Саммер растерянно посмотрела на высокого вороного мерина. Поняв, что чувствует девушка, Слейтер поднес руку к самой голове лошади, и та с трогательной доверчивостью ткнулась мордой в его ладонь.
— Эстрел — спокойное животное, только не терпит грубого обращения и не выносит колючих уздечек.
— Эстрел? Какое странное имя!
— Это от слова «Звезда». Когда я купил беднягу, его звали Эстерил, то есть кастрированный. Но я подумал, что нехорошо животному постоянно напоминать о том, как жестоко с ним обошлись.
Нежно коснувшись пальцами подбородка, он повернул ее голову к себе. При взгляде на чуть порозовевшее от смущения лицо девушки в его глазах заплясали озорные огоньки. Саммер почти физически ощутила, как разгорающийся в его душе огонь страсти обжигает и ее сердце. Почувствовав слабость в ногах, она инстинктивно попыталась отвернуться, но рука Слейтера нежным усилием предупредила это намерение.
— Единственное, что меня удерживает сейчас от поцелуя, это Джон Остин. Он наблюдает за нами с крыльца.
— Ты не станешь меня целовать?
— Сейчас нет, хотя и очень хочется.
Прежде чем она успела что-либо ответить, он поднял ее и усадил боком на седло. Затем, поставив ногу в стремя, мгновенно запрыгнул на Эстрела и, беря поводья, невольно обнял девушку. Саммер ничего не оставалось делать, как покрепче схватиться за луку седла. Животное тронулось с места, и в такт его шагам она невольно прижималась к Слейтеру. Избежать этих прикосновений не было возможности, да, честно говоря, и желания тоже. Под воздействием этих ритмичных прикосновений на душе Саммер стало легко. Было так приятно чувствовать спиной широкую мужскую грудь. Но сидела девушка в седле, как всегда, гордо выпрямившись.
На самой середине речки Эстрел неожиданно остановился.
— Зря я посоветовал тебе надеть эту чертову шляпку, — услышала она шепот склонившегося к ее уху Слейтера. — Сними-ка ее.
Девушка готова была послушаться, но пальцы, изо всех сил сжимавшие луку седла, не хотели повиноваться. Слейтер тихо засмеялся. Ей показалось, что приятнее звуков, чем этот смех, она никогда не слышала.
— Не бойся. Я ни за что не позволю тебе упасть, — произнес он, развязывая ленточки под ее подбородком и снимая шляпку. — Я так хочу видеть твое лицо, прикасаться к тебе. Кажется, что больше в жизни мне ничего и не надо.
Он прижал девушку к себе, чуть покачивая будто младенца. Саммер опустила голову ему на плечо, притронувшись щекой к шее. Все мысли вновь оказались лишними. Она зажмурила глаза, наслаждаясь сладостью его объятий. Слейтер прильнул к ней неповрежденной частью своего лица, а она гладила его изуродованную щеку, нежно ощупывая теплыми кончиками пальцев каждый изгиб и углубление. Эти шершавые шрамы тоже были Слейтером. И она тоже любила их! Любила даже больше всего остального. Ведь ему когда-то было так больно, и к женскому влечению при этих прикосновениях примешивалась еще и материнская жалость.
Слейтер чуть повернул голову, ища губами ее губы. Он целовал ее медленно, стараясь сполна насладиться мгновением. И каждое движение его губ отзывалось в ней вспышкой пламени. Она тоже поцеловала его, порывисто и жадно, отбросив за плечо мешавшие мягкие волосы. Ей было необычайно спокойно в его объятиях, и она с готовностью поддавалась волшебным чарам его поцелуев.
Пальцы Слейтера чуть приподняли ее подбородок, пощекотав мягкими подушечками нижнюю губу. Он заглянул в глубину ее глаз и снова поцеловал. Казалось, что само дыхание их стало на какое-то мгновение единым. Сильное влекущее к нему чувство переполняло Саммер, кровь в жилах, казалось, закипала, импульсы страсти то и дело молниями пробегали по телу. Все ее желания свелись к одному — сделать ему приятное, доставить как можно больше наслаждения.
Он порывисто обхватил ее голову, и губы девушки коснулись его шеи. Саммер почувствовала солоноватый дурманящий вкус его тела. Из груди Слейтера вырвался хрипловатый стон. Обмякшими руками он чуть отстранил девушку и посмотрел ей в лицо пылающими, полными любви глазами.
— Мы скоро станем мужем и женой, — произнес он чуть дрожащим от волнения голосом. — Я так долго ждал тебя… целую вечность.
Уставшая стоять лошадь потихоньку двинулась вперед. Но ни он, ни она даже не обратили на это внимания. Саммер подняла голову, чтобы лучше видеть лицо любимого, и не отрываясь смотрела на него.
— Все, как ты говорил. Я стала совсем взрослой и приехали домой… к тебе.
— Любимая моя… — прошептал Слейтер.
Его ладони ласково погладили ее руки, поднялись к плечам и вновь опустились, с трепетом коснувшись груди. Темные его глаза излучали необычайную нежность.
Девушка тоже не спускала глаз с лица любимого. Губы ее чуть подрагивали и тянулись к нему в страстном томлении.
— О Боже, я бы не выпускал тебя из объятий и целовал целыми днями! — выдохнул Слейтер, наклоняя голову.
Как бы ища более полного слияния, Слейтер осторожно раздвинул ее губы своими. Саммер прильнула к нему. Будто растаявшее от ласк, ее тело стало мягким и податливым, а поцелуй длился, казалось, бесконечно. Ни он, ни она не могли да и не хотели прерывать его.
— Саммер… — не то прошептал, не то простонал он, когда губы их наконец разъединились. — Саммер!..
— Слейтер!.. — с наслаждением произнесла она. — Кто-нибудь может прийти сюда, — добавила она, улыбнувшись.
— Да. Ты права, — согласился Слейтер, быстро и жадно целуя ее. — В конце концов, что значат для нас еще несколько часов? Но когда наступит вечер, девочка моя… — прошептал он, страшно расширяя глаза.
Саммер приложила палец к его губам.
— Вы пугаете меня, мистер Маклин? — спросила она. Ее глаза при этом весело сверкнули из-под длинных ресниц.
— Просто честно предупреждаю, мисс Кайкендал.
Шляпа Слейтера была сейчас вопреки обыкновению сдвинута на самый затылок, и Саммер могла видеть его лицо целиком. Его живые темные глаза казались серьезными, но в самых их уголках нетрудно было заметить пляшущие озорные огоньки. Странно, но этот спокойный, веселый мужчина почти ничем не походил на того хмурого, сердитого Маклина, которого она встретила на кухне его дома всего несколько недель назад. Совершенно исчезли и ее собственные смущение и неловкость. Обнаружив, что ее прическа слегка растрепалась, Саммер улыбнулась и принялась заправлять выбившиеся локоны обратно в косу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41


А-П

П-Я