https://wodolei.ru/catalog/kvadratnie_unitazy/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

И перестань суетиться по поводу Люсинды!
Ничего с ней не случится, я об этом позабочусь.
— Интересно, чем она занималась эти две недели? — задумчиво произнес Чарльз. — Знаешь, Себастьян, если ее приодеть, она может оказаться довольно симпатичной.
— Я не собираюсь обсуждать мою жену, — сказал лорд Меридан холодно и высокомерно.
Чарльз добродушно хмыкнул:
— Пытаешься поставить меня на место? Ничего у тебя не выйдет. Я сам отвезу Люсинду в магазин и куплю ей новую шляпку!
— Если ты это сделаешь, я вызову тебя на дуэль! — резко оборвал его лорд Меридан.
— Дуэль? Ну знаешь, Себастьян, ты решительно отстал от жизни! В наше время светские дамы принимают подарки от своих поклонников — и кому это знать лучше, как не тебе!
Лорд Меридан хлестнул лошадей, и они рванули вперед.
— Да провались ты! — воскликнул он, на этот раз рассердившись не на шутку. — Если ты сейчас же не заткнешься, я высажу тебя и предоставлю топать домой пешком!
Они миновали Букингемский дворец и направились в сторону Гайд-парка.
— Давай заглянем на Роттен-роу, посмотрим, кто там сегодня, — сказал Чарльз. — Может, пока нас не было, там появились новые лица!
— Черта с два! — ответил лорд Меридан. — Наверняка все та же самая публика, и, как всегда, жеманничают, сплетничают да плетут интриги. Кажется, Красавчик Браммель сказал, что высший свет напоминает петушиные бои, в которых участниками являются куры?
— Да, это в его духе, — ответил Чарльз. — Всегда терпеть не мог этого типа, хоть он и вошел в моду.
Они завернули за угол и въехали в Гайд-парк со стороны статуи Ахилла. Здесь уже стояло множество экипажей и колясок, и сидящие в них сплетничали между собой и разглядывали прохожих.
Чарльз и лорд Меридан поехали вперед, раскланиваясь налево и направо и провожая глазами элегантные фигуры женщин, сопровождаемых щегольски одетыми мужчинами в высоких цилиндрах и с отделанными золотом тросточками.
— Ну я же тебе говорил — все та же самая публика, — пробурчал лорд Меридан и вдруг неожиданно почувствовал, как Чарльз толкает его локтем в бок.
— Смотри скорее! — воскликнул он. — Кто это?
Впереди них ехала легкая коляска, в которую была впряжена изумительная пара лошадей, вызвавшая у лорда Меридана возглас удивления.
— Вот это пара! — вскричал он. — Откуда, черт возьми, она взялась? На прошлой неделе в Таттерсалле я не видел ничего подобного — нет, проклятье, я же был там не на прошлой, а на позапрошлой неделе!
Черт, что я прозевал!
Лошади были черные как смоль, с длинными хвостами и шелковистыми гривами. Их упряжь, так же, как и сама коляска, была черного цвета и украшена серебром.
— Надо признать, смотрится неплохо, — нехотя Пробормотал лорд Меридан и почувствовал, как Чарльз снова толкнул его в бок.
— А ты взгляни, кто сидит на облучке, — сказал он. — Это же Кингсклер! Я бы узнал его из тысячи!
— Этого не может быть, — возразил лорд Меридан. — Два года назад я предложил ему любую плату, если он перейдет служить ко мне, а он ответил, что и так доволен своим местом.
— Это Кингсклер, — упрямо повторил Чарльз. — Во всей стране лучше его никто не умеет править лошадьми. Только сейчас почему-то поводья не у него…
Слушай, Себастьян, да кто она такая?
В первый раз лорд Меридан посмотрел, кто же правит лошадьми. Это была женщина, одетая необычайно элегантно и с очень тонкой талией. Она производила настолько ошеломляющее впечатление, что не было ни одного человека, который не оборачивался бы ей вслед. Лорд Меридан не был исключением. В то время как ее лошади и коляска были черного цвета, сама она была одета в ярко-коралловый костюм для прогулок, сшитый из тонкой ткани и выгодно подчеркивающий достоинства ее фигуры. Ее черные волосы были зачесаны высоко наверх, обнажая длинную изящную шею. Завершала ансамбль крохотная причудливая шляпка, украшенная петушиными перьями того же цвета, что и костюм, и державшаяся у нее на голове под немыслимым углом. Она выглядела эксцентрично и в то же время исключительно элегантно.
— Да кто же она такая? — снова спросил Чарльз, и лорд Меридан хлестнул лошадей, пытаясь поравняться с коляской.
Как будто разгадав его намерения, она также подхлестнула своих лошадей, и они рванули вперед, оставив позади лорда Меридана, который кусал губы с досады. К несчастью, его великолепная гнедая пара уже устала после длительной поездки и не могла соперничать со свежими, отдохнувшими лошадьми.
— Она ускользает от нас! — с отчаянием вскричал Чарльз. — Черт возьми, Себастьян, я должен узнать, кто она такая!
— А я хочу узнать, где она раздобыла эту пару! — воскликнул лорд Меридан.
— Не только пару, она умудрилась еще заполучить Кингсклера, — жалобно пробубнил Чарльз.
— Я лишь тогда поверю, что это Кингсклер, когда лично поговорю с ним, — заявил лорд Меридан.
— У тебя мало шансов с ним побеседовать, если ты не заставишь своих кляч двигаться поживее.
— Если ты еще раз обзовешь моих лошадей клячами, клянусь, я отхлестаю тебя! — вспылил лорд Меридан.
— Пусть докажут, что они не клячи, — с вызовом ответил Чарльз.
Может быть, дама, которую они преследовали, не очень хотела уйти от них, так как недалеко от Найтсбриджских казарм им наконец удалось нагнать ее.
Увидев, что они поравнялись с коляской, дама придержала лошадей и обернула к ним смеющееся лицо.
— Себастьян, бога ради, остановись, — взмолился Чарльз. — Она собирается заговорить с нами!
И, приподняв шляпу, Чарльз с готовностью повернулся к ней.
Лорд Меридан резко натянул поводья и с изумлением обнаружил, что его приятель сидит раскрыв рот, не в силах вымолвить ни слова.
Дама в ярком костюме и необычайной шляпке вежливо поклонилась им.
— Добрый день, полковник Холстед. Как поживаете… милорд?
Она слегка замялась, собираясь, видно, сказать:
«Себастьян», но в последнюю минуту решимость покинула ее.
— Люсинда! — с трудом выдавил из себя лорд Меридан.
— Я не имела ни малейшего представления, что вы уже вернулись, — сказала она. — Рада вас видеть.
Как вам нравится моя новая пара?
— Как она мне нравится? — проговорил лорд Меридан, с трудом обретая голос. Затем, будто не зная, что сказать, он замолчал, переводя взгляд с лошадей на Люсинду и обратно. — Их выбирали не вы, — наконец сказал он почти укоризненно. — Это Кингсклер помогал вам?
— Ну разумеется, — улыбнулась Люсинда, — я наняла его, чтобы он занялся моей конюшней. Я надеюсь, вы не возражаете?
— Возражаю? — переспросил лорд Меридан, злясь на себя за то, что не может найти достойного ответа.
— Не может быть, чтобы Кингсклер оставил герцога, — патетически произнес Чарльз Холстед, давая понять, что такой поворот событий совершенно невозможен.
— Но он все-таки ушел от него, — невозмутимо произнесла Люсинда.
— Чем вы соблазнили его? — спросил Чарльз. — В течение многих лет все мы тщетно пытались переманить его, разве не так, Кингсклер?
— Совершенно верно, — ответил Кингсклер с непроницаемым видом.
Это был худой, жилистый мужчина лет пятидесяти, с седеющими волосами и умными, лукавыми голубыми глазами. Там, где дело касалось лошадей, его репутация была настолько высока, что, по слухам, сам принц Уэльский потребовал, чтобы герцог Мелчестер отдал ему Кингсклера в качестве рождественского подарка. На это герцог, как говорили, ответил, что принц может забрать его жену, его дом и любого из его непутевых отпрысков, но он ни за что не расстанется с Кингсклером, даже если для этого ему придется пересечь Ла-Манш и поступить на службу к самому Бонапарту.
— Но почему же, ради всего святого, вы приняли предложение ее светлости? — спросил Чарльз, отличавшийся редкой прямолинейностью.
— Ее светлость знает ответ на этот вопрос, — с достоинством ответил Кингсклер.
— Нат попросил его помочь мне, — сказала Люсинда. — Вы помните, милорд, я вам рассказывала про Ната?
— Конечно. Это ваш грум, — ответил лорд Меридан, — тот самый, который сообщил вам, что супружеская жизнь — это битва.
— Ну так вот, Кингсклер — двоюродный брат Ната, — сказала Люсинда, как будто этим все объяснялось. — И когда я пожаловалась ему, какой беспомощной я себя чувствую во всем, что касается покупки лошадей и создания собственной конюшни, он предложил мне свою помощь.
— Это было очень любезно с его стороны, — кисло заметил лорд Меридан.
— Похоже, мы загородили проезд, — оглядываясь, сказала Люсинда. — Поедемте, если не возражаете.
— Послушайте, Люсинда… — протестующе начал было Чарльз, но обнаружил, что Люсинда с ее бесподобной парой была уже далеко.
— Скорей догони ее, Себастьян! — настойчиво стал упрашивать Чарльз. — Я еще столько не спросил у нее.
— Не сомневаюсь, что вы еще встретитесь, — холодно ответил лорд Меридан.
Он развернул лошадей и поехал в направлений, противоположном тому, которое избрала Люсинда.
Губы его были плотно сжаты, и, проезжая через толпу, он не смотрел ни влево, ни вправо и не отвечал на приветствия знакомых.
— Черт возьми, Себастьян, вот это дела! Я никак не могу прийти в себя — эти лошади, Кингсклер…
А сама Люсинда? Бог мой, да она просто красавица!
Ее как будто подменили!
Именно об этом думал и лорд Меридан, но он не собирался в этом признаваться. А Чарльз продолжая рассуждать вслух:
— Во-первых, она сделала что-то со своей кожей, которая стала удивительно белой! А ее глаза! Потом, она изменила прическу. И вообще, она совершенно неузнаваема! И, черт подери, заполучить Кингсклера!
Только сейчас Чарльз обнаружил, что он говорит сам с собой. Лорд Меридан, с мрачной решимостью направляясь в сторону Беркли-Сквер, ничего не отвечал. Когда они подъехали к дому, он сказал:
— Полагаю, ты не захочешь зайти ко мне. Грум отвезет тебя домой.
Чарльз Холстед, которому больше всего на свете хотелось войти в дом и узнать еще что-нибудь, тем не менее понял, что его присутствие будет нежелательным. Поэтому из чувства такта, а вовсе не потому, что он боялся разозлить своего друга, он неохотно отправился к себе на Керзон-стрит.
Лорд Меридан вошел в дом с хмурым видом, который был слишком хорошо знаком его слугам. Мажордом поклонился ему, но не сделал попытки заговорить, пока к нему не обратились.
— Бренди! — коротко приказал лорд Меридан и, пройдя через вестибюль, вошел в библиотеку и бросился в стоящее у камина кресло.
Он чувствовал, что ему необходимо время, чтобы подумать и осмыслить, что произошло.
Когда лакей принес графин с бренди и поставил его на серебряном подносе рядом с ним, лорд Меридан поднял голову и спросил:
— Ее светлость дома?
— Я не думаю, что она уже вернулась, милорд, — ответил лакей.
— Передайте ей, как только она появится, что я хотел бы поговорить с ней.
— Слушаюсь, милорд.
Лакей удалился, тихо закрыв за собой дверь. Увидев другого лакея, он скорчил гримасу, выразительно показывающую, в каком настроении находится их хозяин. Затем он направился на поиски дворецкого, чтобы сообщить ему о поручении лорда Меридана, которое дворецкий затем передаст другому лакею, тот сообщит его горничной Люсинды, которая, в свою очередь, доведет его до сведения своей молодой госпожи.
На все это ушла масса времени, и пока эта формальная процедура осуществлялась с учетом иерархии среди слуг, Люсинда успела вернуться и подняться в свою комнату.
Она догадалась, что лорд Меридан уже вернулся, и не имела ни малейшего желания встречаться с ним в данную минуту. Пройдя в спальню, она быстро разделась, и к тому моменту, когда послание лорда Меридана наконец дошло до нее, она уже принимала ванну. Спустя десять минут тем же путем ее ответ достиг дворецкого, и тот, войдя в библиотеку, доложил:
— Ее светлость просит засвидетельствовать ее почтение и крайне сожалеет, что не может увидеться с вашей светлостью немедленно, так как она переодевается.
— Очень хорошо, — сказал лорд Меридан. — Принесите мне еще бренди.
Прошел почти час, и лорд Меридан успел отпить изрядное количество из второго графина, когда наконец отворилась дверь и появилась Люсинда. Он взглянул на нее и после довольно продолжительной паузы медленно поднялся.
Она вошла в комнату и улыбнулась ему слегка нерешительно. Первой его мыслью была: «Бог мой, какая восхитительная фигура!», но она быстро сменилась возмущением, что его жена одета подобным образом. Ее платье было из совершенно прозрачной ткани, сквозь которую явственно проступали нежные, округлые формы ее тела — тончайшая талия, маленькая грудь и почти греческие пропорции бедер.
Ее черные волосы были элегантно уложены в высокую прическу, в которой, как и в ушах, сверкали драгоценности из коллекции Мериданов. Этот вечерний туалет дополняло изумительное ожерелье из изумрудов, подчеркивающее необычайную белизну ее кожи, напоминавшую лепестки магнолии. Лорд Меридан неожиданно поймал себя на мысли, что ему хочется дотронуться до нее и убедиться, что ее кожа действительно такая нежная и бархатистая, какой кажется.
Люсинда приблизилась и встала рядом с ним. Он. уже: забыл, насколько она миниатюрна, и, когда она подняла лицо и взглянула на него, поразился, какими огромными казались ее глаза на маленьком округлом личике и насколько яркими стали ее губы — намного ярче, чем тогда, когда он видел ее в последний раз.
Какое-то время они молчали. Потом, как будто эти слова вырвались у него против воли, он сказал:
— Что вы сделали с собой?
— Пока вас не было? — спросила Люсинда, отлично понимая, что он имеет в виду.
— Пока меня не было, — повторил лорд Меридан почти тупо.
— Вы отсутствовали довольно долго, не правда ли? — бесхитростно спросила Люсинда. — Я надеюсь, вы хорошо провели время? Я слышала, что вы отыскали неплохого борца — он действительно подает надежды?
— Кто вам рассказал об этом? — с изумлением спросил лорд Меридан.
— О, я даже и не вспомню точно, — ответила Люсинда. — Кто-то из тех, кто был в Ньюмаркете и смотрел кулачные бои.
— Надеюсь, он оправдает мои затраты на него, — сказал лорд Меридан.
— Надо полагать, вы хорошо в этом разбираетесь, — с легкой ноткой сомнения в голосе произнесла Люсинда.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29


А-П

П-Я