https://wodolei.ru/brands/BelBagno/gala/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

И все же именно это мне придется сделать, если вы не согласитесь на мое предложение. А если согласитесь, все будет иначе.
— Но это невозможно, — выдавил лорд Уинчингем.
— Почему? Если бы я пришла к вам раньше, вы, полагаю, согласились бы вложить деньги в мой дебют, устроить мой сезон в Лондоне. Уверяю вас, я уже твердо решила найти мужа и выйти замуж, чтобы иметь свой дом! — Она на мгновение закрыла глаза. — Не могу вам сказать, как я была бы счастлива принадлежать человеку, которого люблю и который любит меня!
— Если бы я мог это сделать для вас, я бы сделал, — заметил лорд Уинчингем.
А почему не можете? — осведомилась Тина. — Представьте меня вашим друзьям, и я за месяц, а может быть, и за две недели найду человека, который сделает мне предложение. В других обстоятельствах я бы кокетничала, осматривалась, но сейчас все иначе. Сейчас у меня не будет времени осматриваться, а претендент на мою руку должен быть очень богатым человеком!
— Все равно я не смогу взять от вас деньги, — твердо заявил лорд Уинчингем.
— Разумеется, сможете, — возразила Тина. — В вашем положении не до глупостей! Вы сможете вовремя выплатить ваш долг, а затем у вас появится возможность, затянув пояс, скопить немного здесь, немного там и привести все дела в порядок, чтобы больше подобного несчастья с вами не произошло. Со временем вы со мной расплатитесь. Вот чего у вас действительно сейчас нет, так это — времени!
Лорд Уинчингем пристально посмотрел на нее.
— Идея безумная, но и разумная одновременно, — пробормотал он.
— Ну конечно! — согласилась она. — Я ведь имела дело с долгами отца до его смерти и понимаю, как важно выиграть время. О, у нас не было денег, мы были не так богаты, как вы, но наши долги так же давили на нас и так же пугали нас.
— Полагаю, «пугали» правильное слово, — ухмыльнулся лорд Уинчингем.
— Так вот почему вы отказываетесь от моего плана? — улыбнулась Тина. — Неужели вы не видите, как это важно для меня? По крайней мере, у меня будет шанс войти в высший лондонский свет и выйти замуж, но если вы откажетесь, мне придется стать гувернанткой, и я уже никогда не встречу подходящую партию: вся моя жизнь будет разрушена.
Лорд Уинчингем с силой ударил кулаком по камину.
— Прекратите! — вскричал он. — Вы пытаетесь вынудить меня к этому. Вы действуете неверно и знаете это. Даже если предположить, что богатый человек предложит вам стать его женой, я даже подумать не смогу о том, чтобы вести себя так, будто меня это не касается.
Тина наклонилась и подняла с пола шляпку.
— Очень хорошо, — вздохнула она. — Я вижу, ваша светлость хочет сделать несчастным и себя, и всех остальных. — И направилась к двери.
— Куда вы? — спохватился лорд Уинчингем.
Она дошла до середины комнаты и повернулась к нему лицом:
— Искать место гувернантки и ненавидеть вас до конца моих дней!
Лорд Уинчингем внимательно посмотрел на нее. Некоторое время оба молчали. Их глаза встретились. Казалось, происходила борьба двух характеров, и, наконец, лорд Уинчингем сдался.
— Идите сюда, маленькая глупышка, — резко позвал он. — Это безумная, сумасшедшая, невозможная идея, и я, наверное, до сих пор пьян, если обсуждаю ее. Но видит бог, альтернативы нет!
Глава 2
Это невозможно! — Возможно!
Они спорили почти два часа. Дворецкий принес завтрак — поставил перед камином столик с серебряными блюдами, полными всевозможных яств. Тина вскрикнула от восторга: — Да, это не то, что в школе! Лорду Уинчингему совершенно не хотелось есть, но ей удалось уговорить его съесть котлету из ягненка и запить ее бокалом бренди.
Когда слуги унесли остатки еды, они снова принялись за старое: Тина излагала ему план кампании, а лорд Уинчингем протестовал, но в конце концов неохотно сдался.
Он мог бы спорить более настойчиво, если бы во время разговора не уселся за стол, стоящий посередине комнаты. Не думая, что делает, Уинчингем открыл средний ящик, до отказа забитый разнообразными счетами. Сначала посмотрел на них, не вникая в цифры, а потом они словно нахлынули на него — 5000 фунтов , 2750 фунтов , 10 000 гиней… Последний — за дом, который он купил Клио.
Первые мгновения лорд ощущал лишь слепую ярость на себя за то, что по глупости сделал ей столь щедрый подарок, оформив все документы на ее имя. Затем с ужасом подумал, что если к огромной сумме, которую он должен мистеру Ламптону, прибавить эти счета, беспечно брошенные им в ящик стола, то окажется, что его долг вдвое больше!
Слова возражения, которые он собирался сказать Тине, так и остались непроизнесенными. Уинчингем понял: как только кредиторы узнают о его стесненных финансовых обстоятельствах, они тотчас же набросятся на него и потребуют уплаты этих и, вероятно, многих других счетов, о которых он забыл или которые ему еще не прислали.
Да и репортеров избежать не удастся, это только вопрос времени. Ему стало не по себе при мысли о том, как он сам испортил свою жизнь. Все, что создавало ему положение и комфорт, оказалось потеряно одним поворотом карты.
Он захлопнул ящик стола, вскочил и согласился:
— Ладно, поступайте как знаете. Вы меня убедили, мне ведь все равно терять нечего! Как мы начнем?
С крошечного остренького личика на него беспомощно и смущенно смотрели глаза Тины.
— Вашей светлости придется самому подумать об этом. Я мало знаю о высшем свете, так как большую часть жизни провела в пансионе для юных леди. Конечно, я слышала разговоры девочек. Некоторые из них происходили из очень благородных семейств.
— И вы действительно думаете, что я знаю, как представлять дебютантку бомонду? — спросил лорд Уинчингем и, скривив губы, пояснил: — Мое знание этой стороны жизни женщин ограничивается тем, что я слышал от их матушек.
Тина не уловила скрытого смысла его слов.
— Если мы оба несведущи, то нам следует с кем-то посоветоваться, — вздохнула она.
— По крайней мере, я знаю, что вам нужно подыскать компаньонку, — заметил лорд Уинчингем.
Тина печально посмотрела на него:
— В самом деле? Когда рядом находится женщина, это всегда осложняет положение!
— Но вы не можете остаться в этом доме без сопровождения женщины! — возмутился он.
— Я думала, коли я ваша подопечная, а вы такой старый… — запинаясь, начала она.
— Старый?! — Вопрос прозвучал как пистолетный выстрел. — Старый? — переспросил он. — Да будет вам известно, юная леди, что мне еще нет двадцати девяти лет!
Ему показалось, что Тина изумленно воззрилась на него.
— Тоже мне, старый! — проворчал он, но потом, поглядев в зеркало, увидел лицо, которое ни в коем случае нельзя было назвать молодым. Под глазами пролегли глубокие морщины. Некоторые, вероятно, возникли от вечного недосыпания, но многие являлись результатом огромного количества выпитого бренди и выкуренных папирос в игорных комнатах и на бурных вечеринках с дамами вроде Клио. Всем этим он сильно злоупотреблял последние пять лет.
Лорд Уинчингем с отвращением разглядывал себя. И вдруг его пронзила тоска по Уинчу, его зеленому, прохладному парку, где всегда веет свежий ветерок, по серебристой глади озера, по флагу над домом.
Каким же он был глупцом, растрачивая свои молодые годы в Лондоне, когда мог бы жить в деревне, дышать свежим воздухом, носиться по полям на лошади и принимать участие в местных скачках!
За спиной раздался голос:
— Простите, если я обидела вас. Просто я считала, раз вы мой опекун, то вам должно быть много лет. Ну и, конечно, сейчас в вашей жизни не самый лучший момент.
— Не стоит извиняться, — резко прервал ее лорд Уинчингем, сердясь не на Тину, а на себя. — Давайте поставим точки над «i». Компаньонка вам необходима, и ее надо найти незамедлительно!
Ухмыльнувшись, он подумал, как мало шансов блистать в свете будет у Тины, если обществу станет известно, что она хоть несколько часов пробыла с ним наедине. Он прекрасно знал свою репутацию. Она не хуже и не лучше, чем у любого повесы из свиты принца Уэльского, и, тем не менее, любая молодая незамужняя женщина, замеченная в его обществе, тоже не может рассчитывать на приличную репутацию. Если немедленно не найти для Тины компаньонку, она, скорее всего, никогда не будет вхожа в лучшие дома Лондона. Не глядя на девушку, лорд отчаянно зазвонил в колокольчик.
— Чего вы хотите? — с некоторой опаской спросила она.
Он не ответил, но дверь почти мгновенно отворилась, и на пороге возник лакей.
— Приведите ко мне миссис Браунинг, — распорядился Уинчингем.
— Хорошо, милорд.
Дверь закрылась, и Тина полюбопытствовала:
— Кто такая миссис Браунинг?
— Моя домоправительница, — пояснил он. — Она служит нашей семье более двадцати пяти лет. Мне кажется, миссис Браунинг согласится помочь найти вам компаньонку. Смотрите не болтайте при ней лишнего! У Брауни, так я звал ее в детстве, ястребиные глаза и способность докапываться до истины, как бы хорошо вы ее ни прятали!
— Звучит устрашающе, — заметила Тина. Лорд Уинчингем удивленно взглянул на нее:
— Неужели вас может что-то напугать? Вы осмелились одна приехать сюда в дилижансе, не побоялись попросить представить вас в свете, не испугались предложить самый безумный, фантастический план моего спасения. А теперь опасаетесь моей домоправительницы?
Тина очаровательно улыбнулась ему:
— Очевидно, я просто немного боюсь женщин!
Он невольно рассмеялся. Несомненно, его подопечная — проницательная девушка, совершенно не похожая на тех, которых он всегда избегает. Лорд понимал, что, признаваясь в своем страхе перед женщинами, она не лукавит. Должно быть, мужчины относились к ней более дружелюбно, нежели представительницы прекрасного пола. В ее крохотной фигурке есть что-то неуловимо привлекательное, а прозрачные большие глаза, пухлый детский рот и крохотные ручки просто очаровательны. Вероятно, подумал он с необычной для него проницательностью, женщины чувствуют в этой крошке недюжинную волю, несмотря на внешнюю беспомощность.
Тина не ошиблась насчет миссис Браунинг. Та действительно производила устрашающее впечатление в своем шуршащем черном шелковом платье, со связкой ключей на поясе и суровым, морщинистым, неулыбчивым лицом.
Она вошла в комнату и вежливо, но с достоинством присела в реверансе.
— Брауни, мне нужна ваша помощь, — обратился к ней лорд Уинчингем.
Если ее сердце и смягчилось от этого уменьшительного имени, то она этого не показала и ответила:
— Я всегда готова служить вашей светлости чем только могу.
— Не будьте столь официальны, Брауни, — попросил он, — и попытайтесь стать немного более снисходительной. Мы в затруднительном положении. Это мисс Кристина Крум, моя подопечная, она приехала из Йоркшира, чтобы остановиться у меня. Письма, сообщающего о ее приезде, я не получил, и мы должны срочно найти ей компаньонку. Кого вы можете предложить?
— Ваша подопечная, милорд?
В этом тихом вопросе слышалось удивление, но Тина ясно поняла, о чем подумала миссис Браунинг, войдя в комнату, и почувствовала, как краска заливает ее щеки.
— Да, моя подопечная, — повторил лорд Уинчингем. — Разумеется, Брауни, вы, которая помнит все, не забыли полковника Крума и тот факт, что он спас мне жизнь, когда я участвовал в войне с Америкой. Я четко помню, как рассказывал вам об этом по возвращении домой.
Полковник Крум, милорд? Разумеется, я помню этот случай. Ваша светлость рассказывал о нем вашему отцу сразу по возвращении. А это его дочь? — И она повернулась к Тине с совершенно иным выражением лица.
— Тина, позвольте вам представить миссис Браунинг, мою домоправительницу, — официальным тоном произнес лорд Уинчингем.
У него сверкнули глаза, когда он заметил, как энергично миссис Браунинг пожала Тине протянутую руку.
— Мы всегда будем благодарны вашему отцу, мисс, за его мужество и благородство, — сказала миссис Браунинг.
— Спасибо, — тихо ответила Тина. — Он был ранен в том бою, но часто вспоминал о его светлости и о том, как он был рад спасти своего друга.
— Мы все были рады, мисс. Его светлость, несмотря на протесты отца, настоял на том, чтобы отправиться со своим полком в Америку, и мы очень обрадовались, когда он вернулся.
— Вы заставили меня расчувствоваться, — буркнул лорд Уинчингем. — Ну думайте же, Брауни! Кто сможет сопровождать мисс Крум? Есть у меня родственники, которые соответствуют этой задаче? Насколько я припоминаю, все они старые ведьмы с постными лицами, которые считают, что будут гореть в адском огне, если переступят порог этого дома.
— Ну зачем вы так говорите, милорд? — упрекнула его миссис Браунинг. — Вы не были особенно добры и внимательны к вашим родственникам и прекрасно это знаете. Ваша тетушка, леди Харрогейт, была глубоко возмущена, когда в последний свой приезд обнаружила, что вы не только забыли ее увещевания, но и водитесь с совершенно… неподходящей компанией.
Лорд Уинчингем запрокинул голову.
— Я помню, какое лицо было у моей тетушки, когда она увидела мою компанию, как вы это называете.
У меня нет никакого желания просить ее сопровождать мисс Крум.
— Боюсь, кандидатуру ее светлости не стоит даже обсуждать, — согласилась миссис Браунинг. — Дайте подумать. Как насчет кузины вашей светлости, графини Лейзонби? Она вот уже два года вдова.
Лорд Уинчингем схватился за голову:
— Умоляю, только не Сибилла Лейзонби! Если кто-то и признался в самых недвусмысленных выражениях, как не любит и презирает меня, то это миледи Лейзонби. В последнюю нашу встречу я сказал ей, что ничуть не удивлен смертью ее мужа. Я убежден, это было для него единственным способом обрести некоторый покой.
Тина хихикнула:
— Вы действительно так считаете?
— Мне очень жаль, мисс, — вмешалась миссис Браунинг, — но его светлость умеет настраивать против себя своих родственников.
— Должен же быть кто-то, — настаивал лорд Уинчингем, — кого я не оскорбил. Брауни, вы же всех их знаете!
— Знаю, ваша светлость! Как насчет миссис Ловелл?
— Анна? — спросил лорд Уинчингем.
— Да, милорд. Ваша кузина Анна — милая, приятная леди. Совсем молоденькую, ее выдали замуж за полковника Ловелла, ровесника ее отца.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26


А-П

П-Я