https://wodolei.ru/catalog/kuhonnie_moyki/pod-stoleshnicy/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- Если мне не изменяет память, в прошлый раз вы попросили у меня роту автоматчиков и миллион долларов, мистер Корин. За чем пожаловали ныне?
Своеобразный юмор Аллендейла позабавил Корина. Когда-то такая полусерьезная беседа между ними и впрямь состоялась.
- Ничего невыполнимого, - улыбнулся он. - Мне нужна конфиденциальная связь с Лэнгли, с полковником Коллинзом.
- По коду "Июль"?
- Разумеется, - не моргнув глазом подтвердил Корин. - С компьютерной линией и принтером.
- Идемте, - пригласил Аллендейл таким тоном, будто речь шла о поездке на пикник.
Через замаскированную в задней стене кабинета дверь они попали в кубическую комнату, оборудованную суперсовременными электронными фишками О назначении двух третей из них Корин и близко понятия не имел. Аллендейл сел перед терминалом, потыкал пальцами в клавиши и произнес в микрофон:
- Лэнгли, это Париж. Код "Июль". Мистер Корин вызывает мистера Коллинза.
- Код "Июль" подтверждаю, - проскрежетал механический голос из недр машины, - оставайтесь на линии.
- Ну что ж, - сказал Аллендейл вежливо, - оставляю вас наедине.
Спустя минуту после того как за резидентом закрылась дверь, в комнате зазвучал обесцвеченный кодирующим устройством голос Коллинза.
- Корин, вы с ума сошли? Какого черта вы делаете у Аллендейла7
- Хочу исправить ваш промах. Найти того, кого упустили вы. - Корин надавил на "вы", слабо надеясь, что машина передает точно.
Коллинз застонал.
- Это не мой промах! - сухо сказал он. Корин удовлетворенно хмыкнул: дошло. - И что там искать? Упустили так упустили. Если ему удалось добраться до своих, он скорее всего уже мертв. А если нет, лег на дно.
- И все-таки я рискну, - упрямился Корин. - Вы получили отпечатки от Шеннона?
- И от Шеннона, и от бельгийской полиции.
Этого типа зовут Кеннет Дорен. Весьма небезызвестный персонаж. Включите компьютер, я передам вам его досье.
Пальцы Корина прикоснулись к клавишам. На экране засветилась превосходная цветная фотография террориста. Корин распечатал ее в трех экземплярах. Потом побежал мелкий текст, в который Корин не стал вчитываться, а сразу перегнал на принтер. Пока машина стрекотала, Корин пещерно дивился быстроте поступления информации и ее объему. Как все просто! Стоило Коллинзу в своем кабинете в Лэнгли набрать ряд цифр на клавиатуре, как Корин в Париже получил кипу данных из необъятных электронных архивов ЦРУ. Просто и...
бесполезно. Самого преступника машина не выбросит в этот ящичек.
- Добавлю кое-что, чего там нет, - снова заговорил Коллинз. - Дорен угнал вертолет в Бельгию и посадил возле городка Менен на реке Лейе. Кроме двоих в вертолете, он убил еще одного человека, бельгийского гражданина Робера Матиаса и завладел его "Датсуном". Полиция нашла машину в Брюсселе на улице Демер во дворе дома № 42.
- Это все?
- Все.
- А кто из ЦРУ работает в Брюсселе?
- Никто! - взорвался полковник. - Кому там работать? Эти дьявольские убийства оттянули на себя все оперативные силы! А здесь у нас такое творится, что мне нужен каждый человек, понимаете - каждый1
- А что у вас творится? - невинно осведомился Корин.
Полковник пропустил вопрос мимо ушей.
- Я никого не пошлю в Бельгию, - продолжал он. - Это тупик, бесполезная трата времени... И вам лучше сосредоточиться на Эпилгейте.
- Эпилгейтом занимаются Шеннон и Маллиган, - возразил Корин. - А я поеду в Брюссель
- Как хотите. - Корину показалось, что в искаженном электронной аппаратуре голосе он уловил досаду - Зря теряете время...
Корин протянул руку, чтобы выключить аппаратуру.
- Корин! - спохватился полковник.
- А?
- Удачи...
- И вам, полковник, - запоздало пожелал Корин, когда другой механический голос уже произносил: "Конец кода "Июль".
- Подтверждаю. - Корин отключил связь.
Укладывая в папку фотографии и досье, Корин старался ухватить за хвост какую-то мелькавшую в голове, но неоформившуюся мысль, осознание какого-то несоответствия, смещения, подсознательно не дававшего ему покоя. Вдруг он понял, слово "смещение" дало ключ. Конечно же, смещение времени! В Лэнгли сейчас глухая ночь. А Коллинз на месте, и у Аллендейла просьба Корина не вызвала недоумения. Что же у них там произошло, настолько экстранеординарное?!
Трансевропейский экспресс "Мистраль" покрывал расстояние от Парижа до Брюсселя за три с половиной часа, и Корин предпочел его самолету.
Меньше неудобств с пересадками, и можно будет в располагающей обстановке подробно изучить досье Кеннета Дорена.
В полностью открытом со стороны прохода купе экспресса Корин путешествовал один, если не считать сразу уснувшего старичка в кресле по диагонали напротив. Корин вынул пачку серой бумаги, стремящуюся свернуться в рулон, и углубился в чтение. После первых же строк он восстановил ускользавшую ассоциацию с фамилией Дорен - в свое время он готовил передачу о провале операции "Шторма".
Воздушных замков по поводу поездки в Бельгию Корин не строил. Преступника и без него ищет Интерпол за тройное убийство. Что он мог сделать там, где не оставили живого места вооруженные современнейшей техникой специалисты? Но у него было и преимущество. Он обладал недоступными для них сведениями и имел к Дорену личный счет.
"Мистраль" прибыл в Брюссель в шестнадцать часов по местному времени. Корин любил этот город, тихие старинные улочки, уютные набережные и приветливые одноэтажные кафе. Он привозил сюда Стефи, и они часами бродили по вечерним проспектам, наслаждаясь прохладой кристального воздуха и фантастической игрой разноцветных лучей прожекторов в струях фонтанов. Но сейчас Корина не привлекали красоты Брюсселя. По кредитной карточке он получил в банкомате бельгийские франки, поймал такси и распорядился ехать на улицу Демер, 42.
Улица Демер, где Корину не доводилось бывать, не принадлежала к украшениям города. Узкая и унылая, она змеилась где-то посередине спального района, лишенного как мишурного блеска центра, так и живописности трушоб. Дом 42 одиноко возвышался меж двух пустырей, образовавшихся на месте снесенных зданий.
Корин обогнул дом, заглянул во двор. Здесь нашли брошенную машину Дорена, а следовательно, преступник направлялся не сюда. И все же его цель не могла отстоять слишком далеко от дома № 42.
Он спешил, очень спешил. Ему некогда было основательно запутывать следы.
Корин колебался. Он мог попросту пройти по квартирам близлежащих домов, показывая жильцам фотографию Дорена. Но это наверняка уже сделали полицейские, и Коллинз получил бы по своим каналам информацию, будь убежище Дорена найдено.
Итак, разумнее считать, что оно не обнаружено, и не стремиться обойти полицию в том виде спорта, в каком она сильнее.
Вместо этого Корин перешел на другую сторону улицы и постучался в первый же дом, в окне которого увидел прилепленную бумажку объявления "Сдаются квартиры". Базовая точка организации Дорена могла находиться и под крышей почтенного бельгийского обывателя - тогда концов не найти.
Но вероятнее, что они снимали жилье временно.
Это обеспечивает анонимность и мобильность.
Многочисленные ржавые замки долго щелкали и скрипели, и наконец перед Корином возникла полная, но не утратившая привлекательности блондинка средних лет. Корин поздоровался и сказал по-французски:
- Мадемуазель, я ищу хозяина этого дома.
"Мадемуазель" сработало безошибочно. Весы благосклонности женщины покачнулись в желательном для Корина направлении.
- Я хозяйка, мсье. Что вам угодно? Ищете квартиру?
- В некотором роде, - уклончиво ответил Корин. - Разрешите войти?
Женщина провела Корина по душным коридорам и пригласила в комнату, которую можно было охарактеризовать так же, как и хозяйку: "средних лет и не утратившую привлекательности". Корин сел на предложенный стул. Мадемуазель расположилась в кресле и закурила.
- Меня зовут Джон Корри, я адвокат из НьюЙорка, - представился гость. Я здесь по делу одного из моих клиентов.
- О! - воскликнула хозяйка, из ее полных губ вылетело колечко дыма. Мой муж тоже был адвокатом. Он погиб. Это так здорово!
Корин дипломатично предпочел не уточнять, что именно "здорово" - то, что муж был адвокатом, или то, что он погиб.
- Видите ли, мадемуазель... - Корин упорно продолжал называть ее так, игнорируя известие о бывшем муже.
- Мадлен Дюмар. Зовите меня Мадлен.
- Очень хорошо, Мадлен. Дело, приведшее меня сюда, довольно деликатного свойства. Оно касается очень большого наследства.
Корин бил наверняка. Ничто не могло взволновать увядающую вдову сильнее, чем упоминание о больших деньгах, пусть и чужих. Он вскроет мадам Дюмар, как консервную банку.
- Хотите вина, Джон?
Так, отношения развиваются в ускоренном темпе.
- Лучше виски.
Мадлен Дюмар подмигнула, удалилась на кухню и вернулась с литровой бутылью "Уэйкфилда".
- Сойдет?
- Я имел в виду рюмку виски, - пробормотал Корин.
Из буфета вынырнули пузатые рюмки, мигом наполнившиеся коричневатым напитком.
- Чин-чин, - хозяйка привычным движением опустошила хрустальную емкость. Корин отпил полглотка.
- Я разыскиваю человека, - он положил перед Мадлен фотографию Кеннета Дорена. - Не только его, но и его родных. У меня есть основания полагать, что они снимали квартиру в вашем районе.
Женщина внимательно разглядывала цветной снимок.
- Симпатичный, - вынесла она приговор. - Это ему привалило столько денег?
- Нет. - Корин не ожидал, что лицо убийцы окажется незнакомым для домовладелицы. Значило ли это, что полиция пропустила вдову при опросе жителей квартала или женщина ловко притворяется, играя с Кориным в свою игру? В любом случае домашняя заготовка не годится, придется импровизировать. - Но он поможет нам выяснить местонахождение наследника. Мадлен, вы, вероятно, знакомы со многими домовладельцами?
- Да ну их, - фыркнула хозяйка, доливая виски до ковбойской нормы. Скучные люди, а я люблю веселье... - Она оценивающе посмотрела на Корина, видимо, взвешивая его шансы на партнерство в этом благородном деле. - Знаю кое-кого.
Тридцать восьмой дом принадлежит мсье Леману, а двадцать девятый - мсье Франку. Оба старые плюгавые грибы. Только ваш человек поблизости не жил. Я бы заметила.
Еще бы, подумал Корин, а вслух объяснил:
- Люди, которых я ищу, могли съехать отсюда совсем недавно. Может быть, какая-то квартира только что освободилась?
Мадам Дюмар помолчала, припоминая.
- У мсье Франка, пожалуй... Там жили два джентльмена, по-моему, иностранцы.
- А как бы поговорить с мсье Франком.
Мадлен с лукавинкой глянула на гостя.
- Мсье Франн лечится в Кеневе. Ключи он оставил мне. Так что если вы задумали осмотреть квартиру... Ладно, ладно, не делайте такие глаза. Ято сразу поняла, что никакой вы не адвокат. Мой муж был адвокатом, я этих крючкотворов за милю чую. А за парнем на вашей фотографии гоняется полиция. Я не открыла им, когда они тут шарили.
Но вот, смотрите.
Она передала Корину свежую газету. С четкого снимка смотрел исподлобья Кеннет Дорен со сжатыми губами. Сопроводительный текст гласил:
РАЗЫСКИВАЕТСЯ ОСОБО ОПАСНЫЙ
ПРЕСТУПНИК. НАГРАДА - 10 000 ФРАНКОВ
Далее следовало описание преступления Дорена (полиция инкриминировала ему через прессу лишь убийство владельца "Датсуна"), перечислялись приметы, завершалась статья стандартным предупреждением: "Имеет при себе оружие и, не задумываясь, пускает его в ход".
- Ну как? - усмехнувшись, спросила Мадлен Дюмар - Я сразу поняла, что вы частный детектив.
- Понятно, за милю чуете Ну что же, - не стал возражать Корин. - Так вы дадите мне ключи?
- Если обещаете вернуться и допить со мной бутылочку, - выдвинула ультиматум мадам Дюмар
- С удовольствием, - улыбнулся Корин Связка ключей легла в его руку.
- Вот этот. Квартира пять.
Пятая квартира во владениях мсье Франка встретила Корина запустением и нежилым духом. В многочисленных пыльных комнатах и длинных извилистых коридорах почти не было мебели, а та, что сохранилась, дышала на ладан. Нормальный человек ни за какие блага не согласился бы здесь поселиться даже временно. Но для использования в качестве оперативной базы квартира вполне годилась.
Корин выдвигал ящики скрипучих письменных столов, заглядывал за допотопные, набитые тряпьем сундуки. Вовсе необязательно эта квартира связана с организацией Дорена, тут мог обосноваться кто угодно. Ставка один к миллиону.
Корин вытряхнул поближе к слепому окошку мусор из пластмассовой корзины. Обрывки бумаг, смятые сигаретные пачки и выдохшиеся зажигалки не вызвали у него прилива вдохновения. Он развернул скатанный в комочек лист белой бумаги, на котором привлекали внимание следы чернил. Это было начало письма, точнее, только обращение поанглийски.
"DEAR JOHN!"
Дорогой Джон, и все. Автор сел за письмо, потом передумал или что-то помешало ему, скомкал листок и бросил в корзину. Вряд ли эта бумажка приведет к эпохальным открытиям. Но что-то в тексте привлекло внимание Корина. Он всмотрелся пристальнее. Нечто, заключенное в двух обыкновенных словах, смущало его, нечто чужеродное или, напротив, слишком знакомое. Наконец он понял.
Буквы Д и R были написаны не так, как написал бы их с детства сроднившийся с английским языком корреспондент, буква D имела залихватский хвостик слева внизу, а справа полуокружность с закорючкой. Буква R походила на русское И. Англичанин или американец написал бы ее иначе - в виде наклонной палочки с горизонтальным ответвлением в верхней трети. Зато человек, закончивший в Советском Союзе среднюю школу, навсегда привык писать именно так. Самому Корину тягомотный процесс переучивания доставил немало огорчений, когда его в КГБ готовили к работе в Америке. К тому же буквы стояли не слитно, что характерно для англоязычной манеры почерка, а разделялись небольшими интервалами. Последнее ни в коей мере не было обязательным, но косвенно подтверждало мнение Корина: обращение "DEAR JOHN" написано русским, причем не давно натурализовавшимся эмигрантом, а русским из Советского Союза или России (в зависимости от времени приезда на Запад).
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56


А-П

П-Я