luxus душевые кабины официальный сайт 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Война за вечность – 1

«Основатель»: АСТ; Москва; 1998
ISBN 5-15-000714-5
Аннотация
Мировое правительство Земли, объявившее себя единственным арбитром всех дел человечества, проводит странную политику по отношению к космическим колониям и их обитателям.
Единственный шанс избежать грядущих войн — это побег из Солнечной системы далеко за ее пределы. Единственный шанс Фанданов — это проект, без которого клан Фанданов падет вместе с другими гордыми кланами космоса, рассыплется в губительной войне. И только Дэйн Фандан — наследник главы клана принца Фандана, может стать тем, кто соединит поколения и построит великий корабль — «Основатель». Но и в самом клане есть предатели...
Кристофер Раули
Основатель
Глава 1
Двадцатое число восьмого месяца 2435 года н.э. База «Глаз Оберона» на орбите планеты Уран.
С первого же взгляда было ясно, что школу специально построили в стиле тысячелетней давности. На это прямо указывали искусственные камни, увитые плющом, арочные проемы и торчащие из черепичной крыши частоколом трубы.
Мальчик лет десяти в серой куртке и коричневых шортах летел по сектору, где располагались младшие классы. Он обогнул угол, миновал длинную колоннаду, по непонятной причине названную Арками, и на всем скаку распахнул дверь в комнату мальчиков.
— Спасайся кто может, Тарик в раж вошел! Все подскочили как ошпаренные. Кто-то испуганно охнул.
— И у него бита, так что нам всем сегодня будет жарко.
Мальчишки бросились врассыпную. До Дэйна Фандана плохие новости дошли немного позже.
— Тарик в гневе и идет сюда. Он хочет надрать тебе задницу.
— Мне? — побледнел Дэйн, тонкокожий двенадцатилетний мальчишка.
— Тебе-тебе, ведь это ты написал свое имя на двери его комнаты?
— Что? Ничего я не писал.
— Однако кто-то это сделал, и Тарик впал в бешенство. А что он делает, когда впадает в бешенство, — не мне тебе рассказывать.
С этой жизнерадостной фразой вестник исчез, оставив несчастного, дрожащего от страха Дэйна ожидать своей участи. С тех пор как Вагнер Фандан окончил школу, его младшему братцу приходилось нелегко.
Мало того, с тех пор как ушел Вагнер, Тарик Халифи нагонял страх на всех мальчишек в Резервации, знаменитой частной школе для «трудных» детей. Тарик и его банда тринадцатилетних провалили общие экзамены и должны были сдавать экзамены второго уровня. Бандитам дали последний шанс попасть в Ческ или Ниппон.
Костяк банды составляли: Тарик, его брат Ревилк и Йохан Смите. Всех троих матушка-природа не обделила силой, и найти более «трудных» детей даже в Резервации было нелегко. Они грубили учителям, лупили малышей и, становясь взрослее, делали это все с большей жестокостью и цинизмом.
Тарик Халифи особенно ненавидел мальчиков по фамилии Фандан, так как в свое время не раз был крепко бит Вагнером.
Так что сегодня после уроков Дэйн был вынужден прятаться в обувном чулане, где старый Грэри чистил ботинки своим молодым господам.
Старый Грэри был кретином, в прямом и переносном смысле этого слова. Поговаривали, что он в прошлой жизни убил девочку. Это было уже второе убийство, и его направили на принудительную церебральную редукцию.
Также ходил скандальный слушок, что он является незаконнорожденным сыном старого хрыча Дейтца и жены бывшего директора, покончившего с собой еще тридцать лет назад.
Пока Грэри смотрел в своей каморке порно, пил пиво и периодически мастурбировал, Дэйн дрожал в обувном шкафу, стараясь не глядеть на то, чем занимается старый балбес. Очень уж противно тот пускал слюни.
Прозвенел звонок на ужин. Все обитатели школы, включая учителей и обслугу, должны были собраться в столовой. Дэйн выскользнул из мрачного обиталища Грэри и, прошмыгнув мимо Арок, оказался в нужном секторе.
Предстояло преодолеть самый опасный участок пути: открытое пространство сектора, где в любую секунду могли появиться дружки Тарика. Но иначе в столовую было не попасть.
Дэйн медленно пошел вперед. Сзади раздался крик. Мальчишка рванул со всех ног, но в дверях столовой стоял Ревилк с битой в руках, а позади него — Хоскинс и Тэ Во.
Дэйн рванулся влево, но ему преградил дорогу Йохан Смите.
— А тут прохода нет, Фандан! — прошипел голос над самым ухом Дэйна. Он повернулся и увидел красную от ярости рожу Тарика.
— Ты смелый, да? — протянул Тарик, помахивая битой. — Отметился, значит, на моей двери, как пес поганый?
У Дэйна пересохло во рту. Их пятеро. Драка безнадежна. Только удирать.
— Я не делал этого.
— Ах не делал?! — зарычал Тарик. — Тогда как оно оказалось на моей двери, само появилось?
— Понятия не имею, Тарик.
— Не ври, Фандан дерьмовый. Ты ведь хотел пошутить, да? Ну что ж, давай посмеемся вместе!
— Мне незачем было писать свое имя на твоей двери. Сам подумай.
Тарик прямо засветился.
— Правдоподо-о-обно, — с издевательской задумчивостью произнес он.
— Ты в философы, что ли, записался? — съязвил Хоскинс. — Или, может быть, в адвокаты? Ты кретин, и тебе следует набить морду.
— Да, — покачал головой Ревилк. — Чтобы запомнил.
У Дэйна не было иного выбора. Он повернулся и побежал со всех ног к маленькой двери, ведущей в каморку к старому Грэри, просить его защиты. Оставалась надежда натолкнуться на учителя Дейтца — он сегодня дежурил. Тарик и его дружки боялись старика как огня.
Мальчишке удалось добежать до двери. Сзади пыхтел Йохан Смите, а за его спиной — сам Тарик. Дверь оказалось открыта, и Дэйн бросился вниз по лестнице, но Смите швырнул ему в ноги свою биту, и Дэйн со всего маху растянулся на ступенях.
Он почувствовал, как ботинок Смитса прожигает ему бедро. «Слава Богу, не в пах», — подумал Дэйн и лягнул в ответ.
В следующую секунду он был уже на ногах, глядя, как Смите, пытавшийся увернуться от его ботинка, падает на мешок с мусором. Фандан бежал изо всех сил, чувствуя, как немеет нога, и слыша сзади тяжелое дыхание Тарика. Дверь старика Грэри была заперта снаружи.
В отчаянии Дэйн бросился вниз на улицу, но он знал, что это тупик. Школу еще очень давно огородили двенадцатифутовой стеной, через которую еще никому не удалось перелезть. Оставалось одно: поминая Бога и черта, нестись к центральным воротам и прятаться в падубах, надеясь, что преследователи вдруг скоропостижно ослепнут.
Дэйн присел за кусты, слушая, как топочут ботинки врагов. Тарик, Смите, Ревилк — всего трое здоровенных парней с битами. Сердце Дэйна билось где-то в районе пяток, предчувствуя недоброе. Круг замыкался.
— Бегай, засранец, бегай! Где-то да остановишься, — сказал Тарик и метнул биту. Дэйн увернулся. Ревилк, не теряя ни секунды, подскочил и сграбастал его голову в захват.
— Попался! — кровожадно вскричал Ревилк. Тарик ударил ногой Дэйна по щиколотке, и тот упал. Смите и Тарик схватили его за ноги, Ревилк держал за голову, а Хоскинс и Тэ Во — за руки.
— Раз, два, три, — считали они хором, а на счет «четыре» швырнули Дэйна в самую гущу падубов.
Дэйн почувствовал, как по его телу мерзко скребут острые ветки, обдирая ладони, колени и лоб, затем — удар о землю. На секунду прервалось дыхание. А за его спиной раздавался хохот врагов.
— Раз, два, три, четыре! — захлопал в ладоши Ревилк. Братья Халифи издевательски заплясали в честь победы над ненавистным Фанданом.
Дэйн, не теряя надежды, пытался ползти на четвереньках. Из ссадины на его голове струилась кровь.
— О, какой неопрятный мальчик! — сказал Тарик, очень точно пародируя голос учителя Дейтца.
— Не так должен выглядеть мальчик, — вторил ему Смите в той же ненавистной манере.
— Точно! — заключил Тарик и толкнул Дэйна так, что тот снова упал.
— Что, больно, маменькин сыночек?! — заскулил притворно Хоскинс.
— Раз, два, три, четыре! — проорали они снова, и Дэйн еще раз полетел в падубы, больно ударился о ствол и сквозь ветви упал на землю.
На этот раз он встал с трудом, еле дыша от удара.
Тут у ворот началось какое-то движение. Подъехал черный длинный лимузин, и перед ним с электрическим свистом распахнулась решетка. Лимузин величественно проехал к парадному входу.
Машина остановилась. Из нее выбрался человек в сером костюме, взошел на ступеньки и посмотрел на ребят, копошащихся в зарослях падубов.
— Какого черта ему нужно? — проворчал Смите.
— Смотри, старик Дейтц, — воскликнул Ревилк, глядя, как открылась парадная дверь и худощавая фигура появилась на пороге.
— Вот черт! — пробормотал Тарик.
— Вот так всегда, на самом интересном месте, — недовольно буркнул Ревилк.
Дэйну удалось наконец восстановить дыхание. Его переполняла слепящая, бешеная злость. Хулиганы даже не смотрели в его сторону. Дэйн подхватил биту Йохана Смитса и что было мочи ударил Ревилка по голове.
Тот с глухим стуком рухнул на траву.
— Смотри-ка, ему еще мало! — усмехнулся Тарик и поднял биту.
Дэйн попытался ударить Тарика в промежность, но тот ловко увернулся и пробормотал ругательство. Дэйн не собирался останавливаться. Со всего размаха он ударил по бите Тарика, и обе биты переломились у рукояти. Теперь враги дрались голыми руками, один на один.
— Не трогать, он мой! — заорал озверевший Тарик и пошел на Дэйна, рассекая воздух тяжелыми кулаками.
Дэйн дрался хладнокровнее. Блокируя удары противника, он ушел от правого бокового и прямым левым попал Тарику прямо в нос. Тарик крякнул, будто бы от удивления, и остановился. Из правой ноздри хлестала кровь. Дэйн ждал в боевой стойке, как учили на занятиях по карате.
Тарик снова ударил, попав на этот раз в плечо, и резко рванулся вперед. Голова Дэйна попала в захват.
Дэйн уперся и ударил врага в пах. Тот ухнул, а Дэйн добавил еще коленом и вывернулся из захвата.
Разъяренный Тарик бросился вперед, но точный удар ногой в солнечное сплетение окончательно поверг его на траву.
Дэйн смотрел, как корчится Тарик, пытаясь вздохнуть, и как остальные хулиганы с удивлением и страхом поглядывают на него. Тарик считался самым сильным бойцом в школе. В столь жалком состоянии его никто еще не видел.
Тем временем Ревилк поднялся на ноги и подхватил биту:
— Ах ты, сволочь! Врежем ему, ребята! Все четверо бросились на него. И тут над их головами раздался сухой, резкий старческий голос:
— Так, очень хорошо. Хоскинс, Халифи, Тэ Во, Смите. Что это вы там делаете?
Все застыли. Старый Дейтц. Их засек старый Дейтц.
А между тем старый Дейтц шел к ним по полянке своей характерной размеренной походкой, неумолимый, невозмутимый, гроза любой нечистой совести. А впереди летел его голос, исполненный безжалостного сарказма:
— Так, оба Халифи здесь. Но похоже, Тарик решил поиграть в песочек, не так ли? Все никак не повзрослеет. Та-а-ак, видимо, мой штрафной класс пополнится на этой неделе. Возможно, Тарик усвоит некоторые пределы для детских шалостей. Да, Тарик, нам с тобой, мой друг, предстоит провести долгие месяцы вместе.
— Сэр, я могу объяснить, — начал было Хоскинс.
— В самом деле, Хоскинс? — обернулся к нему Дейтц. — Таково ваше намерение? Хорошо, я вас слушаю, только учтите, что, если ваши «объяснения» мне покажутся неубедительными, ваш штраф будет удвоен.
Хоскинс гулко сглотнул.
— Вы все еще желаете что-нибудь «объяснить», Хоскинс?
— Нет, сэр.
— Хоскинс, наконец-то в вашем черепе проснулось какое-то подобие разума! — просиял Дейтц.
Тем временем к ним приближался человек, вышедший минуту назад из лимузина. Здоровый, сильный мужчина средних лет — обычная внешность космического колониста. На самом деле ему было сто пять земных лет, но он сохранил крепкое рукопожатие и уверенную походку.
Дейтц заметил, что посетитель уже стоит рядом с ним.
— Мальчики, вам выпала великая честь быть представленными Эдварду Фандану. Станьте прямо и постарайтесь не уронить честь нашей школы в глазах его высочества.
Эдвард Фандан! Глаза ребят округлились. Принц, собственной персоной!
— Здравствуйте, молодые люди!
У принца оказался приятный музыкальный голос.
Мальчики судорожно закивали головами.
Дэйн стал позади всех. Кровь текла за ворот школьной куртки.
— Я приехал вот к этому молодому человеку, — указал принц на Дэйна, который ошеломленно смотрел на него, не очень понимая, что происходит.
— Должен сознаться, это весьма неаккуратный мальчик, ваше высочество, — сказал Дейтц с самой милой улыбкой, на которую был способен.
Эдвард Фандан ответил ему также улыбкой, но весьма холодной:
— Да, но очень смелый мальчик, господин старший учитель, очень смелый.
Глава 2
Принц Эдвард Фандан многого успел добиться в жизни, но к старости больше прежнего начал ценить быстро бегущее время. Оно стало драгоценным, потому что последнее свое дело принц еще не закончил и понимал, что закончить не успеет. Враги принца внутри семьи планировали его убийство.
Над своим детищем он начал трудиться еще очень давно, когда был молодым строителем жилых космических баз и крутился среди заказчиков с разных концов Системы. Осуществить свой собственный проект было мечтой юного Фандана.
Теперь же он видел, что эта цель для него недостижима, и сама мысль отравляла его желчью, потому что он знал: без его проекта клан Фанданов падет вместе с другими гордыми кланами космоса — рассыплется в губительной войне.
У Эдварда была великолепная информационная сеть. Жемчужиной в ее короне был агент под кодовым именем Оптимор, находящийся у самой вершины бюрократического государственного аппарата Земли.
И полученная от него информация рисовала самые мрачные перспективы будущей политики Мирового Правительства Земли по отношению к космическим колониям и их обитателям.
Единственный шанс избежать грядущих войн принц видел в побеге из Солнечной системы — далеко за ее пределы. Но кроме того, что создание большого корабля с работающими на антиматерии двигателями для прыжка сквозь пространство весьма дорого стоило, это было прямым вызовом Земле и ее социалистическому правительству, объявлявшему себя единственным истинным арбитром всех дел человечества.
Даже в клане Фанданов нашлись предатели. И прогностические программы отмерили Эдварду очень ограниченный срок жизни.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34


А-П

П-Я