https://wodolei.ru/catalog/ekrany-dlya-vann/razdvizhnye/170cm/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– А ты действительно думаешь, что можешь вернуться в Соединенные Штаты Америки и забыть Халида? – спросила Роксалена.
– Не думаю, что смогу его забыть.
– Почему бы тебе не остаться здесь, в Турции, со своим кузеном?
– Я не могу здесь оставаться, Роксалена. Я беременна.
Роксалена широко раскрыла глаза.
– А Халид? – прошептала девушка.
– Не знает. Я и сама узнала только недавно.
– Он никогда не отпустил бы тебя, если бы знал, что ты ждешь его ребенка, – чуть слышно сказала Роксалена.
– Поэтому нужно скрыть от него это. Мне бы хотелось, чтобы он приехал из-за меня, а не из-за наследника шахов.
– Так ты надеешься, что он за тобой приедет? – спросила принцесса, нетерпеливо подавшись вперед.
Сара закусила губу.
– Никогда не предполагала, что буду так о нем скучать, Роксалена. Наверное, я поступила опрометчиво, и теперь перспектива прожить всю жизнь без Халида кажется очень печальной.
– Тогда почему бы тебе к нему не вернуться?
Сара поджала губы.
– Нет. Я не могу вернуться к нему после всего, что произошло.
– Ты очень храбрая, – сказала Роксалена.
– Я не чувствую особенной храбрости.
– И очень упрямая.
Сара улыбнулась:
– Ты говоришь, как Халид.
В дверь гостиной постучали и с поклоном вошел Листак.
– Мой господии хочет знать, не нужно ли вам, госпожа, чего-нибудь. Может быть, чаю?
– Чай – это прекрасно, – ответила Сара. Листак с поклоном ушел, а Сара поддразнила принцессу:
– Вы произвели глубокое впечатление!
Роксалена фыркнула:
– Мой отец тоже производит на многих глубокое впечатление, а на самом деле он хитрец и обманщик.
– Он так и не признался, что продал меня Халиду? – спросила Сара.
– Отец сделал вид, будто ничего об этом не знал – словно хислар мог действовать без его позволения. Ох, как я его ненавижу!
Сара, изумленная наглостью султана, накрыла пальцы Роксалены своей ладонью.
– Я буду скучать, когда вернусь в Бостон.
– Может, когда-нибудь я приеду тебя навестить, – таинственно пообещала Роксалена.
– Что это значит?
– Мы с Османом строим планы, – ответила принцесса с радостной улыбкой.
– Сбежать из Топкани?
– Сбежать из империи.
– Каким образом?
– Осман ведет переговоры о том, чтобы уехать на Кипр и получить там работу. Если у него это получится, я тоже уеду с ним.
– Роксалена, а сможете ли вы отказаться от всего этого? – спросила Сара, дотрагиваясь до шелкового рукава ее блузки. Несмотря на любовь к подруге, Саре казалось, что Роксалена привыкла к роскошной жизни правящего семейства Оттоманской империи.
– Смогу, – не раздумывая, твердо заявила Роксалена. – В Топкани я – такая же пленница, как те, кто заперт в темницах отца, только одета лучше их!
Сара рассмеялась:
– Тогда желаю, чтобы ваши планы осуществились.
Листах принес поднос с чаем, и обе женщины замолчали, не желая продолжать разговор в присутствии прислуги.
– Когда отходит поезд? – спросил Халид у Турхан-аги.
– В два часа.
– Значит, через горы Греции он будет проезжать спустя полтора дня, – вслух размышлял Халид. – А в Париже окажется десятого. И куда прибудет?
– На вокзал Сен-Лазар. И на эту ночь у нее забронирован номер в отеле Делакруа.
Халид кивнул.
– Господин, мне не нравится ваш план, – откровенно признался Ахмед.
Халид строго взглянул на хислара, недавно оправившегося после столкновения с бедуинами – только широкая повязка на голове закрывала заживающую рану.
– Мне неинтересно твое мнение.
– Во Франции вы никто! – не унимался Ахмед. – Если икбал окажет вам сопротивление, французские власти вправе обвинить вас по многим статьям!
– Французские власти не осмелятся выдвинуть против меня обвинения. Они должны султану четыре миллиона франков, взятых в виде займов, – мрачно заявил Халид.
– Вы создадите международный инцидент! – предостерег его Турхан.
– Молчите! – сердито бросил Халид. – Я еще не забыл, какую роль вы сыграли в том, чтобы моя свадьба расстроилась.
– Я выполнял свой долг, господин, – спокойно ответил Турхан.
– Да… Можете идти. Оба можете идти.
Когда приближенные ушли, Халид начал расхаживать по комнате. Лицо у него было задумчивым.
Он должен обогнать Сару и приехать в Париж к десятому.
– Почему бы тебе не заехать в Англию по дороге и не повидаться с тетей Эмили? – предложил Джеймс, глядя, как Сара укладывает свой чемодан.
– Я уже составила все планы, Джеймс.
– Но она пишет, – настаивал Джеймс, помахивая письмом, – что ты можешь сесть на пароход от Кале до Дувра – и через день уже будешь в Англии. Ты не видела тетку с десятилетнего возраста. Что тебе стоит сделать небольшой крюк, чтобы восстановить семейные связи?
– Джеймс, я понимаю, почему ты предлагаешь заехать к тете. Спасибо, но в этом нет никакой нужды.
– О чем ты?
– Уверена, что ты заранее написал Эмили и спросил разрешения погостить у нее. Конечно, я ценю твои старания, чтобы отвлечь меня, но не могу же я свалиться на голову родственнице, которая не видела меня столько лет.
– А почему бы и нет? Всего на несколько дней. Тебе полезно было бы отдохнуть в сельской местности в Англии!
– Я уже отдыхала здесь.
– Ты могла бы заехать к ней ради наших отцов. Ведь они очень любили свою сестру, не забывай об этом.
– Не понимаю, почему тебе хочется, чтобы я к ней заехала? – спросила Сара, закрывая чемодан.
Джеймс вздохнул:
– Сара, тебе нужны союзники. Конечно, мы с Беа сделаем все, что в наших силах. Но мы же видим, как ты ждешь, чтобы явился этот… прохвост… Прошу, забудь о нем.
– Легче сказать, чем сделать.
– Тогда вернись к нему. Такая неопределенность подрывает не только твое здоровье, но и здоровье малыша.
– Ты прекрасно знаешь, почему я не могу к нему вернуться, Джеймс. Мы обсуждали это с тобой много раз. И если я проведу некоторое время с пожилой родственницей в английском саду, это все равно ничего не изменит в моей жизни.
– Как знать? Может, тебе станет лучше. И не забывай: возможно, это твой последний шанс повидаться с тетей Эмили. Она стареет и со времени смерти мужа не выезжает из Англии.
Сара досадливо посмотрела на кузена – и расхохоталась, качая головой.
– Что? – удивленно спросил Джеймс, пожимая плечами.
– Ты безжалостен, Джеймс! Хорошо, я поеду в Дувр и повидаюсь с тетей Эмили.
Джеймс ухмыльнулся.
– Ты ей ничего не писал о моем положении? – спросила Сара.
– Ну конечно, нет! Я только написал, что ты довольно долго гостила здесь, а теперь возвращаешься в Бостон.
Сара кивнула.
– Мне придется менять свои планы. Вместо того, чтобы остановиться в Париже и оттуда продолжать путь в Бостон, надо будет из Парижа добраться до Кале.
– Я этим займусь, – энергично пообещал Джеймс и вышел из комнаты, радостно насвистывая.
Сара подошла к окну и, глядя на оживленную улицу, пыталась понять, почему Халиду понадобилось устанавливать наблюдение за домом и оттягивать ее отъезд, если он не собирается с ней связаться? Или, может, Роксалена ошиблась?
Но она об этом не узнает, потому что утром уедет из Турции и никогда больше его не увидит.
– Ты будешь мне часто писать? – спросила Беа, промокая платочком глаза.
Пассажиры поезда прощались с провожающими, а паровоз уже беспокойно дымил, готовый отправиться в путь.
– Да, буду, – пообещала Сара.
– Мы будем так тревожиться о… ну, ты понимаешь.
– О ребенке, Беатрис. Можешь говорить это слово. – Сара подалась вперед и поцеловала невестку в щеку.
– Передай от нас приветы тете Эмили, – добавил Джеймс.
– Обязательно.
– Ты очень мило выглядишь, – неловко сказал он, оглядываясь на носильщика, увозившего Сарин багаж.
– Спасибо.
В тщетной попытке немного поднять себе настроение, Сара потратилась на дорожный костюм, который увидела в одном из константинопольских магазинов, рассчитанных на покупателей-европейцев. Он состоял из платья в серую и черную полоску и прямой юбки с небольшим турнюром. Костюм дополняли черный жакет из джерси и серая шляпка с перьями, отделанная черной лентой.
Пройдет пара месяцев, и единственное, что она сможет надеть из этого ансамбля, – так это шляпку!
– Пассажиры, займите места! – прозвучал возглас по-французски и по-турецки. Раздался резкий свисток, и паровоз выпустил клубы едкого дыма.
– Надо идти, – сказала Сара, с трудом выдергивая руку из сжавшихся, как тиски, пальцев Джеймса.
Он снова обнял сестру, не скрывая выступивших на глаза слез.
– Если тебе что-то понадобится… – в тысячный раз повторил кузен, заглядывая Саре в глаза.
– Я напишу, – снова пообещала Сара.
Беа тоже обняла Сару, а потом супруги отошли в сторону и смотрели, как Сара поднимается по откидным ступенькам пассажирского вагона. Остановившись в дверях, она еще раз помахала им на прощанье и прошла в вагон.
– У меня такое чувство, словно я посылаю ее на верную беду, – хрипло проговорил Джеймс.
Беа ничего не ответила. Лицо у неё было очень печальным. Эта бездетная женщина по-своему, очень любила Сару.
Супруги долго еще стояли на платформе, пока поезд не скрылся вдали.
Халид с удовлетворением осмотрел роскошный «президентский» номер в отеле Делакруа. Все три комнаты были наполнены цветами, в серебряном ведерке со льдом дожидалась бутылка лучшего шампанского, а рядом с ним стояли две корзинки с фруктами. Взглянув в зеркало в позолоченной раме на затянутой шелком стене, он поправил великолепный костюм от лучших портных Англии. Он постарался одеться по-европейски.
Халид посмотрел на настенные часы и нахмурился. Поезд, на котором ехала Сара, должен был прийти еще час назад, а отель находился рядом с вокзалом. Он попросил дежурного, чтобы ему сообщили о ее приезде, но никаких известий пока не было.
Выйдя из своего номера, Халид прошел по узорчатому ковру к лифту Отиса, медлительной машине, приводимой в движение с помощью пара и закрывавшейся железной решеткой. Огромная хрустальная люстра, свисавшая с расписного потолка исчезла: кабина лифта опустилась в вестибюль.
У столика дежурного он осмотрелся, ожидая появления клерка. Главная лестница из черного грецкого ореха спускалась вниз от центральной площадки, на которую выходили коридоры второго этажа гостиницы. Лестница была устлана красными плюшевыми дорожками, а все газовые лампы – снабжены абажурами, разработанными самим Луисом Комфортом Тиффани, создателем собственного орнаментального стиля.
Халид нетерпеливо позвонил в звонок.
Из боковой комнатки мгновенно появился дежурный клерк.
– Чем могу служить? – спросил он по-французски.
– Я дожидаюсь приезда мисс Вулкотт. Она уже должна была быть здесь. Вы не могли бы навести для меня справки? – сказал Халид, выговаривая французские слова с английским акцентом.
– Ну конечно же! – ответил клерк, раскрывая книгу записи приезжих. Потом принялся за кипу телеграмм, наколотых на стальную спицу слева от него. Пролистав их, воскликнул: – Ну вот!
– В чем дело?
– Мисс Вулкотт отказалась от номера. Она сегодня не приедет.
– Не может быть! Вчера дежурный клерк сказал мне, что она должна прибыть сюда сегодня днем!
– Я уверен, что в тот момент он говорил вам правду, месье. А сегодня мы получили эту телеграмму.
– И больше вам ничего неизвестно?
– Боюсь, что нет.
Халид стремительно повернулся и бросился бежать через вестибюль.
– Я могу вам быть чем-то полезен? – крикнул ему вдогонку клерк.
Не обращая на него внимания, Халид выбежал за дверь.
Презрительно фыркнув, клерк закрыл регистрационную книгу.
Ох уж эти иностранцы!
Чего от них ждать?
Глава 15
Халид подбежал к зарешеченному окошку билетной кассы на вокзале Сен-Лазар и быстро проговорил на своем неловком французском:
– Мне необходимо разыскать пассажирку, которая прибыла два часа тому назад на Восточном экспрессе из Константинополя.
– Извините, месье, но такие сведения мы не разглашаем.
Халид вытащил из кармана жилетки двухсотфранковую банкноту и сунул под нос кассиру. Кассир схватил ее и сказал:
– Вам надо обратиться к начальнику вокзала. Его кабинет расположен вон за той аркой.
Халид бросился в указанном ему направлении, проталкиваясь сквозь толпу одетых по последней европейской моде мужчин и женщин, мимо продавцов газет в вельветовых курточках, громко предлагавших свой товар, мимо лотков с арахисом и мороженым, мимо многочисленных носильщиков в форме. Готовясь постучать в дверь с надписью «Начальник вокзала», он услышал отдаленный стук колес и свист пара приближающегося поезда. Резко стукнув в матовое стекло, он изо всех сил рванул дверь.
Начальник вокзала, приготовившийся перекусить свежим хлебом с сардинами и сыром «бри», изумленно уставился на Халида.
– Мне нужны сведения о пассажирке, которая прибыла сегодня на Восточном экспрессе, – объяснил Халид. – Билетный кассир сказал, что вы могли бы мне помочь.
Начальник вокзала поставил рюмку с бургундским и открыл рот, собираясь ответить. В ту же секунду Халид достал банкноту в пятьсот франков и высоко ее поднял.
Выражение лица начальника вокзала мгновенно переменилось.
– Что вы хотите знать? – спросил он, застегивая сюртук.
Халид объяснил, что ему нужно, и начальник вокзала достал из какого-то ящика список пассажиров. Проведя пальцем по колонке с фамилиями, кивнул:
– Да, месье. Она должна была приехать несколько часов тому назад, как вы и говорили. По крайней мере, билет на ее имя был выписан.
– Но она не появилась в отеле.
Начальник вокзала пожал плечами.
– Вы не можете по этому списку выяснить, в каком вагоне она ехала и какие носильщики могли его обслуживать?
– Ну конечно же! Анри Дюкло и Пьер Монтан.
– Тогда вызовите их. Если она наняла карету и поехала в другой отель, то скорее всего должна была попросить кого-то из них помочь ей.
Начальник вокзала вздохнул. Халид достал еще пятьсот франков.
– Дюкло сейчас нет. Вам придется подождать.
Халид кивнул.
– Но я сейчас вызову Монтана.
Халид снова кивнул.
Начальник вокзала вышел, а Халид стал расхаживать по крошечному кабинету, не обращая внимания ни на расписания поездов, ни на всевозможные плакаты и объявления на стенах, ни на густой запах чеснока и сардин, который источала трапеза начальника вокзала.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32


А-П

П-Я