https://wodolei.ru/catalog/mebel/rakoviny_s_tumboy/mini-dlya-tualeta/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Как ты тут?Конь был сыт и ухожен, но видимых признаков удовольствия не проявлял. Должно быть, жизнь приучила его не доверять изменчивой судьбе.— В этом мы с тобой похожи, — улыбнулся Джон. — Вырваны из привычной обстановки и заброшены в одну и ту же историю. Оба толком не знаем почему. Ты не беспокойся, призрак сказал, все кончится хорошо. — Джон слегка запнулся, вспомнив, что о сохранности лошадей призрак не обмолвился ни словом. Что, если и им суждено погибнуть? Но этого он предпочел не говорить, тем более что конь, судя по выражению морды, понимал каждое слово. — Завтра утром отправимся в боевой поход против трехглавого Змея. Устроители турне обещают массу захватывающих приключений, экстрим и хеппи-энд. Ты ведь не подведешь, правда? Нет, я не сомневаюсь в тебе, мы как будто поладили. Давай и дальше дружить. Если захочешь, я возьму тебя с собой в будущее. А что, у меня хорошая конюшня. Замок я теперь и впрямь не буду продавать. И уж во всяком случае, тебя не брошу, слово дворянина. Ты же мой боевой товарищ… Изабелла, у тебя не осталось какого-нибудь угощения?Девушка пошарила в кармане и выудила яблоко. Цезарь с удовольствием накрыл мокрыми бархатными губами ладонь Джона и схрупал гостинец.— На здоровье. Так о чем это мы? О будущем? Эх, тут бы сначала с прошлым разобраться… Глава 12ЗАСАДА — Ну и где труп? — спросил Длинный Лук.— Только что был здесь, — развел руками Мартин и обернулся к своим товарищам: — Поглядите поблизости, труп должен быть где-то здесь. — Последние слова он произнес с нажимом.Упоенный успехом агитационной кампании, Длинный Лук пребывал в эйфорическом состоянии. В кузницах настроение только поднялось. Так славно было стоять в окружении бывалых вояк, которые спорили с мастерами, поминутно оглядываясь на вождя Вольницы: правильно ли говорят?А ведь опыт у них немалый. Висельник умел работать с размахом, когда нужно — выходил и против закаленных воинов, ради чего и работал, сколачивая из каждой подвластной ему шайки настоящий отряд, способный действовать в согласии с другими. Потому опыт вожаков был не только разбойный, но и боевой.Кузнецы не просто спорили, а обстоятельно рассказывали, почему их нужно озолотить.— Изволите видеть, господа, — говорил старший из них. — Запасов у нас никаких нет, все, что было, за годы незаметно разошлось. А то, что теперь есть, для войны никоим образом не годится. Вот, не соизволите ли взглянуть? — спрашивал он, перебирая мозолистыми руками груды наконечников для стрел. — Самое большее, с шипами каждый пятый идет, да и на тех шипы вперед повернуты, как видите. А остальное — с режущей кромкой, широкие, многие закруглены. Вот что нынче — и давно уже, надобно сказать, — люди берут. Сами понимаете, господа, стрелы это охотничьи, на зверя, стало быть, всякого разнообразного, чтобы, значит, кровь ему пустить либо жилы порвать. И ежели с такими стрелами выходить в бой, то есть, по нашему разумению, супротив латников, то больше чем на тридцать ярдов рассчитывать нельзя, а то и ближе стрела подведет. А на большем расстояние режущую кромку самые простые бляхи остановят. Вам, господа, нынче требуется другое, такое, что и показать-то для примера не могу, все давно уж кончилось. Я про что говорю? Я про стрелы бронебойные, про такие наконечники, что и тяжелее, и остры, и узки, и с гранями сильными, и, вот что самое-то главное и есть, из стали хорошей. Сталь мы, положим, дадим какую надо, да только рудознатцам — а лучше перевозчикам — нужно заплатить, чтобы привезли откуда-нибудь… Что изволите говорить? А, наши-то запасы? Есть, как не быть, да ведь не бездонные же они, могут и кончиться. Ладно, это полдела. А вот другая половина: где столько рук-то взять, чтобы за работу приниматься? Мы ведь здесь люди простые, не пауки какие о восьми лапах, хотя, бывает, и вздохнешь порой: очень, бывает, не хватает пары-другой лишних рук, да чтоб умелых, а не как у каждого второго подмастерья. Покороче? Что ж, можно и покороче: люди нам нужны. Хоть какие зеленые юнцы, но чтоб в большом количестве и чтоб к работе пригодны были. А им, чай, когда и покушать надо, а где такую ораву кормить, если только семью на голодную смерть не обрекать? А, положим, работать, как вы вот прокричать изволили, «днем и ночью», — этак ведь и совсем Богу душу отдать недолго. Опять же без монеты звонкой на такое дело не всякого сподвигнешь. Да еще и за опаску большую приплата бы нужна: положим за день научу я пяток пареньков посмышленее наконечники делать, да и оставлю без пригляда, у меня-то и другой работы найдется с избытком…Кое-кто из «генералов» уже высказывался в том смысле, что неплохо бы придушить пустобреха, но старший кузнец умел вести торг. Поглаживая седую бороду в подпалинах, он заявлял:— Нет, господа мои любезные, что ни говорите, а без мастера за спиной воин не воин. Вы вот боевую науку назубок знаете, кто бы сомневался, так уж точно не я, ибо я, да будет вам памятно, с самим Висельником был на короткой ноге, и часто советов моих он слушался, а потом похваливал: не зря, мол, спросил у тебя, старика. Бойцы вы все отменные, а как коснись дело снаряжения — сущие младенцы.Бывалые люди вспоминали, что да, правда, старик у Висельника был в почете. Недовольный ропот смолкал, а кузнец, понаслаждавшись уже много лет недоступным ему всеобщим вниманием, высказывал дельные мысли:— Щиты те же взять. Железная оковка — дело хорошее, да не всегда. Вот не сейчас, например, это я вам точно говорю. Железную оковку делать долго. Старые щиты я возьмусь починить, а новых даже не просите. Лучше идите к плотникам да кожемякам, соберите всех, предложите сверх платы награду какую — и они изготовят вам преотличные щиты.— Опять же людей в безделье не держите, — продолжал он. — Пускай ребята в домах пороются, пускай охотников потрясут. Простая рогатина, положим, против латника — очень приятное дело, или там копье медвежье — тоже очень полезно, очень.Когда кузнец назвал окончательную цену своих титанических трудов, торговаться начали все без исключения. Длинный Лук, дотоле важно кивавший и поддакивавший, собрался чуть подождать и проявить истинно королевскую щедрость, но тут к нему протолкался взволнованный Мартин, вывел его из толпы и повел к ручью, невнятно бормоча что-то о крайне загадочном мертвеце. Длинный Лук мыслями был еще в кузнях и подвоха не заподозрил. Отсутствие обещанного трупа тоже не навело вождя Зеленой Вольницы на тревожные мысли.— Проклятье, да что в нем такого особенного, что я непременно должен его видеть?— Долго рассказывать, — мурлыкнул Мартин и отступил на пару шагов.Вот теперь, увидев, как еще шестеро крепких, вооруженных мужчин ничего не собираются искать, а вместо этого выстраиваются вокруг него ровным кольцом, он понял наконец, куда угодил.Быстро оглядевшись, Длинный Лук убедился, что от околицы, где располагались кузни, Мартин увел его достаточно далеко, чтобы не были слышны крики. Да и кто там сейчас что-то услышит — галдеж как на базаре… Густые заросли надежно закрывали этот уголок со всех сторон, по ту сторону ручья, за полосой ивняка, шумел лес. Длинный Лук осознал, что его жизнь висит на тончайшем волоске. Однако страха почему-то не было, и это ему понравилось. Наглая ухмылка Мартина вызвала прилив бешенства, которое придало сил. Не показывая эмоций, Длинный Лук осведомился ледяным тоном:— Чего ты хочешь достичь?— Я хочу остановить это безумие, — ответил мятежник, державший руку на мече. — Я пощажу тебя, если ты немедленно объявишь о роспуске армии и… о передаче власти над Зеленой Вольницей мне. Если откажешься или попробуешь обмануть, мои люди прикончат тебя немедленно. Что же ты молчишь? Как всегда, перетрусил? Ну же, говори!— Мне интересно, чего ты хочешь больше: мира или власти? — спросил Длинный Лук, как будто блуждая равнодушным взглядом по зарослям, а на самом деле оценивая силы противника. Луки были только у двоих, в зашнурованных налучьях, да и то, наверное, по случаю — ясно ведь, что они не собирались устраивать с вождем перестрелку. Боевые топоры и мечи угрожающе сверкали на солнце. Если бы удалось прорваться из окружения под защиту леса… За спиной некоронованного короля висело его излюбленное оружие, размерами лишь слегка уступавшее тому, что исчезло вместе с предателем Цезарем. Налучье он в сухую погоду никогда не зашнуровывал. А в детстве был одним из лучших игроков в прятки.— Тебе-то зачем это знать?— Не отвечаешь… Сам-то знаешь это или просто отговариваешься, чтобы не сознаться? — «Так… Они, конечно, ожидают, что если я буду прорываться, то к Веселой Лошади… Надо чуть повернуться в ту сторону, пусть так и думают…» — Видишь ли, лично я точно знаю, чего хочу. И никому не позволю становиться между мной и моей целью. А ты, мерзавец, даже не можешь…Не договаривая, Длинный Лук выхватил из-за пояса два ножа и метнул их. К сожалению, Мартин, слишком хорошо помнивший судьбу Волчьего Клыка, ожидал чего-то подобного и успел пригнуться. Зато боец слева от него упал, держась за торчащую из горла рукоять. На ходу вытаскивая меч, Длинный Лук бросился вперед, сбил плечом не успевшего обнажить оружие Мартина и, в два прыжка перемахнув через ручей, вломился в заросли ивняка на другом берегу. Мартин и пятеро его приспешников мчались в нескольких ярдах за спиной. Предводитель заговорщиков орал:— Не дайте ему уйти в деревню!Необходимость растянуться какой бы то ни было цепью, чтобы Длинный Лук, бежавший в другую сторону от Веселой Лошади, не вильнул куда-нибудь вбок, заставила преследователей слегка сбавить скорость. Разрыв увеличился до десятка ярдов. Брошенный кем-то топор едва не размозжил череп Длинного Лука, однако в его голове вдруг вспыхнул безмолвный приказ: пригнись! Оружие пролетело над макушкой.Вправо! Повинуясь тому же беззвучному, хотя и смутно знакомому голосу, Длинный Лук резко повернул. Круша поросль, наперерез ему мчались два воина. Один из них, неожиданно споткнувшись, упал, а другой со всего разгона обрушился на молодого вождя Вольницы, со свистом опуская меч… на пустое место. Более ловкий, Длинный Лук уклонился от атаки, подставив под живот нападающего лезвие своего клинка. Воин пробежал еще несколько шагов и рухнул. Длинный Лук на него уже не смотрел, метнулся ко второму и, едва тот поднялся на ноги, рассек ему горло. Кровь широким потоком хлынула на зелень листвы и трав.— Сюда! — Крик прозвучал совсем рядом, но, когда из-за деревьев выскочили люди Мартина, Длинный Лук уже успел скрыться в высокой поросли, окружившей подножие старого дуба.— Будь он проклят, на его счету уже трое! — прорычал Мартин. — Ищите, он где-то здесь!Двое вновь ушли в чащу, уже просто быстрым шагом, сам Мартин и один из лучников немного задержались, и тут предводитель мятежников обратил внимание на дубовый молодняк.— Смотри по сторонам, — шепнул он своему товарищу и, держа меч наготове, шагнул к дубу.Длинный Лук между тем не дремал. За несколько выпавших ему спокойных секунд он, глотая возбужденное гонкой дыхание, положил меч на землю, вынул лук, две стрелы и, стараясь не шуметь, натянул тетиву. Мартин шебаршился всего в десяти шагах поблизости, но вожак Вольницы уже уверовал в свою победу. Неведомая сила вливала в него чистый боевой азарт. Держа лук горизонтально, он наложил стрелу и, почти не целясь, выпустил ее в лицо маячившего сквозь просветы в поросли лучника. Тот упал без крика. Ошеломленный Мартин, которому чутье подсказало обернуться и увидеть это, инстинктивно пригнулся и этим спас свою жизнь — вторая стрела просвистела совсем рядом.Проклятье, с луком этот дьявол и вправду хорош!Быстро оценив расстановку сил, Мартин пополз в сторону. Сейчас бы крикнуть, пошуметь — парни же совсем близко, прибегут… только к этому времени их вдохновитель будет изрядно напоминать ежа. Наверняка второй раз Длинный Лук не промахнется, даже по звуку. Оставалось надеяться, что второй лучник услышит щелчок тетивы.Поросль дубняка достигала в иных местах человеческой груди, так что у Мартина оставался шанс улизнуть незамеченным. А что делать дальше — его сейчас не волновало. Ни в малейшей степени.Длинный Лук не стал отвлекаться на преследование заговорщика. Хоть он и не видел из своего укрытия, но был уверен, сам не зная почему, что остальные все еще находятся слишком близко. Вложив меч в ножны и натянув оружие для нового выстрела, он стал осторожно пробираться в том направлении, куда, по необъяснимой убежденности, удалился второй вражеский лучник. За Мартина он был спокоен, твердо зная, что сейчас тот в драку не полезет.Однако первым он обнаружил воина без лука, кабаноподобного верзилу, который с упорством, достойным упомянутого животного, осматривал орешник, оставляя за собой настоящую просеку. Длинный Лук не стал поддаваться первому искушению немедленно пристрелить его и очень быстро засек второго лучника, мелькнувшего меж деревьев чуть в отдалении. Вожак Вольницы замер, выбирая момент. Сначала нужно снять лучника, а потом уже расстрелять и громилу, однако тот вот-вот выйдет из орешника, а лучник сейчас заслонен несколькими стволами…Таиться было нелегко. Азарт веселил кровь не хуже крепкого эля, хотелось нападать, атаковать, сминать врага натиском с устрашающим хохотом и зверским выражением лица…Мартина он уже не брал в расчет, по крайней мере на данный момент, когда трижды проклятому заговорщику полагалось удирать без оглядки куда подальше. Однако Мартин почему-то поступил иначе.Он возник откуда-то слева, крича:— Он здесь! Осторожно!Стрела дернулась было в ту сторону, но Длинный Лук сдержался. Ближе всех к нему был верзила. Посмотрев в указанном направлении, тот разглядел противника и ринулся к нему, отводя меч для колющего удара и одновременно пригибаясь. Стрела остановила его уже в прыжке, и он упал наземь в двух шагах от цели. Длинный Лук выпрямился в полный рост, так ему было удобнее доставать новую стрелу. Ну уж эта-то — Мартину!.. Нет, лучник рядом. Сейчас выйдет или хотя бы высунет голову, чтобы осмотреться. До него шагов сорок — сорок пять не расстояние.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78


А-П

П-Я