купить ванну 150х70 недорого в интернет магазине 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Раздался хриплый лай, и рабы отпрянули в стороны. Тогда псарь поднес к губам костяной свисток и один раз свистнул. Из отверстия в клети немедленно высунулись две оскаленные морды с широко расставленными глазами и стоящими торчком ушами. Два пса устрашающего вида заскребли когтями по стенке клети. Рабы попятились еще дальше, а воины из дома Анасати сжали рукояти мечей.— Хороши, — выдохнул Десио, когда псарь приблизился к клети и закрепил ремни на двух ошейниках, украшенных драгоценными камнями. Широкогрудые псы с массивными челюстями вырвались из своей темницы со стремительной грацией сильных хищников. Масть у них была необычная: рыжие и черные полосы.Перепрыгнув с барки на причал, они уселись на досках с таким царственным видом, как будто все вокруг принадлежало им.— Господин мой, позволь предупредить: от них лучше держаться на расстоянии, — тихо посоветовал Джиро.Десио последовал совету, пусть даже исходившему от врага.— Хороши, — повторил он.Однако ему тут же пришло на ум, что янтарные, угрожающе-равнодушные глаза псов чем-то похожи на глаза его кузена Тасайо. Раздосадованный этой мыслью, он знаком приказал советнику и эскорту следовать за ним и двинулся ко входу в главную палату.— Что же собой представляют эти собаки? — спросил властитель Минванаби, когда они уже достигли возвышения с множеством разбросанных подушек.— Это охотники, не знающие равных. Повинуясь жесту Джиро, псарь отвел несравненных охотников в безопасный угол, где не проходили слуги и до любой из дверей было далеко. Псы сели, но были настороже; в их глазах можно было прочесть беспокойство и голод.Только сейчас заметив неодобрительное покачивание головы Инкомо, Десио сообразил, что проявленный им откровенный интерес ставит его в невыгодное положение. Расположившись на подушках, он процедил:— У нас тоже прекрасные гончие.Джиро мягко заметил:— Но не такие, как эти, господин мой. Может, потом, когда мы закончим беседу, ты захочешь, чтобы я показал тебе, что они умеют?Десио просиял:— И в самом деле, почему бы и нет? Однако давайте сначала перекусим.Поспешно приблизились рабы с полными подносами яств и напитков. Сидя с горделиво выпрямленной спиной, Десио лишь усилием воли сдерживался, чтобы не оглядываться на собак, которые глухо рычали, когда кто-либо проходил мимо. Он подал знак, и Ирриланди отвел почетный эскорт Минванаби на почтительное расстояние; то же проделал сотник из охраны Джиро, и в огромную палату вошли Другие слуги с чашами и полотенцами для омовения обоих благородных собеседников.Один из псов слегка заскулил. Не обратив на это ни малейшего внимания, Джиро обмакнул кисти рук в благоуханную воду, а затем помахал ими в воздухе, чтобы просохли пальцы.— Твой дом производит незабываемое впечатление, господин. Когда я представляю себе, как выглядит эта палата в дни торжеств и увеселений, заполненная праздничной толпой… я глубоко сожалею, что мне не довелось присутствовать на чествовании Имперского Стратега.Инкомо, сидевший по правую руку своего хозяина, застыл на месте. Он пристально взглянул на Десио, и по окаменевшему лицу господина понял, что тому не требуются никакие подсказки: властитель не пропустил мимо ушей упоминание о событии, во время которого госпожа Мара сумела завлечь прежнего властителя Минванаби в ловушку бесчестья и обрекла его на ритуальное самоубийство.В огромном зале стояла мертвая тишина. Затем Десио потянулся и взял с подноса стакан фруктового сока; то, что он не отдал предпочтения более крепкому напитку, служило верным признаком его скрытого гнева. Он не даст сбить себя с толку; никакие уловки с охотничьими собаками не заставят его забыть о неизменной опасности, исходящей от дома Анасати. Десио — могущественный правитель; он сидит в своей собственной палате, и пусть молчание продлится хоть целую вечность, он не снизойдет до того, чтобы поинтересоваться, зачем пожаловал к нему этот дерзкий второй сын Анасати.Джиро позволил молчанию затянуться достаточно долго: надо же было показать, что запугать его не удалось. С внезапным оживлением он заговорил:— Всех радуют вести из Дустари. Теперь, когда кочевники пустыни и их союзники разгромлены, Империя будет долгие годы наслаждаться миром на южных границах.Десио перехватил предостерегающий взгляд первого советника. Как видно, Джиро неспроста упомянул о союзниках, и это можно было трактовать двояко. Либо он догадался, что кочевники действовали по наущению Минванаби, либо Анасати получил сведения от агентов, замаскированных не хуже, чем шпионы Мары.Один из псов заскулил, и приставленный к ним служитель возмущенным шепотом выбранил провинившегося.Властитель Минванаби ничего не сказал.— Если не приписывать все успехи сказочной удаче Акомы, этот триумф долго будет считаться непревзойденным, — закончил Джиро и надолго погрузился в безмолвие, доказав тем самым, что и он не прочь помолчать.Десио лениво опустошил свой стакан. Он выслушал несколько слов, почти беззвучно сказанных его советником, а затем ответил в безупречной форме:— Любое деяние, предпринятое для защиты Империи, достойно рукоплесканий. Или ты придерживаешься иного мнения?Джиро холодно улыбнулся:— Долг каждого властителя — служить Империи. Это само собой разумеется.Наступившая пауза грозила затянуться. Спасать положение пришлось первому советнику, поднаторевшему в дипломатических переговорах.— Мне даже трудно представить себе, как относится властитель Текума к блестящей победе госпожи Мары.Джиро как будто только и ждал этой реплики и вежливо кивнул:— Мы, Анасати, оказались в трудном положении. Кровное родство с наследником Мары вынуждает нас служить тем целям, которые время от времени совпадают с интересами Акомы.— Продолжай, господин, — подбодрил его советник, быстрым взглядом дав понять своему повелителю, что пора бы проявить любезность и предложить визитеру угощение.Десио последовал безмолвной подсказке, хотя лицо у него оставалось столь же хмурым.Джиро принял стакан фруктового напитка, смешав для себя различные соки в таком же сочетании, какое выбрал перед тем властитель Минванаби. Он сделал глоток, отбросив со лба блестящие ухоженные волосы, и уставился взглядом в пространство.— Разумеется, долго мириться с таким неестественным положением невозможно. — Его манера держаться неуловимо изменилась: теперь это было воплощенное чистосердечие. — Конечно, я в достаточной мере озабочен судьбой моего племянника, но позвольте мне высказаться откровенно. — Он помедлил и еще несколько раз неторопливо отхлебнул из своего стакана. — У матери маленького Айяки слишком мало друзей, чтобы оправдать выбор столь опасного пути для семьи Анасати. Поэтому я не удивлюсь, если с моим племянником приключится какая-нибудь беда. Мой отец не склонен считаться с капризами судьбы, но мы с братом придерживаемся иных взглядов.Тут Инкомо поторопился коснуться руки хозяина: молодой властитель слишком явно проявлял интерес. Но когда речь заходила о Маре, Десио начисто забывал правила приличия.— Если судьба уберет твоего племянника из нашего бренного мира… — начал он.Стакан из тонкого хрусталя звякнул, когда Джиро поставил его на стол, и обе собаки заскулили, словно им передалось напряжение, царящее на помосте.— Я должен поправить тебя, — холодно сказал сын Анасати. — Мой брат и я… мы оба почитаем отца как преданные и любящие сыновья. Пока Текума жив, его желания подлежат неукоснительному исполнению! — Его решительный тон не оставлял сомнения: Джиро не притворялся. Если его отец прикажет — он будет сражаться, защищая Мару, и даже жизнь за нее отдаст. — Но, — мягко пояснил он, — если эту женщину постигнет беда, а мальчик выживет, то мой отец не будет обязан кому-то мстить.Десио удивленно поднял брови. Он взглянул на гостя и прочел у того в глазах почти не скрываемый гнев. Внезапная мысль поразила властителя Минванаби, и он наклонился к советнику:— А ведь он по-настоящему ненавидит эту суку, видишь?Инкомо коротко кивнул:— Будь осторожен, господин мой. Рискну предположить, что этот молодчик явился сюда без ведома отца.Пытаясь казаться равнодушным, с полным ртом сластей, Десио возразил гостю:— Твои соображения звучат интригующе, но они невыполнимы. Мой дом дал Красному богу обет: род Акома должен прекратить свое существование.Джиро подцепил с подноса тонкий ломтик мяса, но так и не поднес его ко рту, а лишь потеребил пальцами.— Я слышал о твоем обете. Конечно, если Мара погибнет, а ее натами будет вдребезги разбит и закопан в землю, то маленький наследник станет властителем, у которого нет никаких средств, чтобы постоять за себя. — Ногтями он разделил многострадальный ломтик на две половинки. — Не имея ни дома, ни преданных ему воинов, Айяки сможет найти защиту только в семье отца. Возможно, от него потребуют, чтобы он поклялся в верности натами Анасати.Так вот какой замысел привел Джиро во вражеский дом! Десио обдумывал услышанное, пытаясь распознать двуличие в плавной речи гостя. После недолго молчания он спросил:— Мальчишка согласится присягнуть?Джиро повернулся, сидя на подушках, и швырнул мясо собакам. Приученные исполнять команды, они не вскочили, а перехватили добычу в воздухе, лязгнув сильными челюстями.— Айяки еще ребенок. Он должен поступать так, как ему укажут дед и оба дяди. Будучи властителем Акомы, он вправе освободить кого угодно от обязательств преданности этому дому. Кого угодно, включая самого себя. Если он склонится перед священным натами рода Анасати, это будет означать, что род Акома прекратил свое существование. Таким образом, Красный бог будет удовлетворен.— Это смелое предположение, — вступил в разговор Инкомо, искоса взглянув на своего властителя. — Может быть, даже слишком смелое.— Но тем не менее отрадное для души. — Десио поднялся на ноги. — Наша беседа была весьма полезна. Ну что ж, Джиро, если боги благосклонно отнесутся к уничтожению Мары и ее дома… будем надеяться — ради общего согласия, — что события обернутся именно так, как ты предсказал.— Да, ради дружбы, — согласился Джиро, также вставая и явно собираясь откланяться. — Ибо для любого семейства — даже весьма могущественного — было бы опрометчиво рассчитывать, что оно сумеет выдержать кровавую схватку с Акомой и сохранить при этом достаточно сил для того, чтобы противостоять ярости моего отца.У Десио побагровело лицо, и Инкомо едва успел подняться, чтобы коснуться хозяйского рукава:— Не стоит забывать, господин мой, что без поддержки Текумы Акома окажется просто одним из многих захудалых домов. И вот что еще прими во внимание: властитель Анасати стареет, а Джиро пошел на риск, дав тебе понять, что его брат, наследник титула, отнюдь не питает к племяннику, рожденному Марой, тех нежных чувств, которыми проникся к этому мальчику Текума.Овладев собой и изобразив на лице приветливую улыбку, Десио обратился к Джиро:— Теперь я хотел бы напомнить тебе, что ты предлагал нам посмотреть, на что способны твои собаки.И он двинулся к ступеням, чтобы спуститься с возвышения.Сын Анасати ответил с почтительным поклоном:— Как пожелаешь, властитель Десио. Чтобы ты увидел их в деле, нам понадобится широкое поле и чучело-манекен в мужской одежде.Десио сразу оживился:— Твои зверюги могут затравить человека?— Сам увидишь. — Джиро щелкнул пальцами, и служитель, приставленный к гончим, не без опаски подал им команду идти рядом, когда Десио двинулся к выходу из палаты. — Они ведут свой род от янкорских пастушьих овчарок. Но эта пара натаскана для охоты на людей.Едва оказавшись на свежем воздухе, псы заворчали и залаяли. Они натягивали поводки, и желтые глаза жадно следили за каждым человеком, проходившим мимо. Рабы и слуги испуганно отшатывались от них, а телохранители Минванаби подтянулись поближе к господину во избежание неприятных сюрпризов.Только Десио и Джиро казались нечувствительными к угрозе, источаемой свирепыми тварями. Наконец они достигли просторной холмистой луговины, где Ирриланди обычно проводил воинские учения. Двух рабов послали в небольшой овраг с приказом притащить оттуда мишень, по которой вели пристрелку лучники, и набить старую рубаху одного из рабов квайетовой соломой, чтобы получился манекен. С блестящими глазами Десио внимал гостю, излагающему правила обращения со столь опасными бестиями.— Видишь кожаные рукавицы и свисток у слуги? — Джиро указал на псаря, который с трудом сдерживал своих подопечных, так и рвущихся с поводков. Десио кивнул, и Джиро продолжил:— Рукавицы вымочены в урине суки. Собак дрессировали специально для подарка таким образом, чтобы они считали этот запах принадлежностью хозяина; вот почему они пока исполняют только такие команды, которые подаются свистком. Оказавшись в руках владельца, они научатся распознавать его собственный запах… постепенно, по мере того как будет выветриваться запах рукавиц, и в конечном счете привыкнут к его голосу. А до того ими можно управлять с помощью рукавиц и свистка.— Система, достойная восхищения, — завистливо отметил Десио.Джиро великодушно предложил:— Не желает ли мой гостеприимный хозяин сам натравить собак на добычу?У Десио загорелись глаза.— Буду польщен, Джиро.Псарь снял рукавицы — одну за другой. Десио тут же засунул в них свои большие руки и схватился за поводки. Великолепные псы выжидательно уставились на него, а затем начали рваться, натягивая поводки. Он радостно засмеялся:— Теперь уже скоро, красавчики мои. Очень скоро. Он окинул взглядом овраг, где, как ему показалось, слуги недостаточно проворно закрепляли рубаху на манекене. Властитель Минванаби уже дрожал мелкой дрожью, словно ему передавалось нетерпение псов.Инкомо заметил это, и ему стало не по себе. Таким ему случалось видеть покойного властителя Джингу, когда того обуревали темные страсти. От Джиро тоже не укрылось состояние хозяина дома, и едва уловимая тень отвращения на миг промелькнула под покровом любезности.Десио покрутил в пальцах костяной свисток.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105


А-П

П-Я