https://wodolei.ru/catalog/rakoviny/napolnie/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Вкус был божественный. Такие же сытные бутерброды делала для нее мама.
Броди подмигнул.
— Если предчувствие меня не обманывает, на сладкое у нас будет шоколадное печенье.
Динни встретилась с ним взглядом и перестала жевать. На ней все еще была рубашка Броди, и мягкая ткань, хранящая его запах, ласкала кожу. Это было похоже на крепкое объятие.
При ярком свете этот мужчина показался девушке еще более красивым. У него был прямой нос и твердый, решительный подбородок. Броди снял свою ковбойскую шляпу и бросил ее на стул. Но его темные волосы остались слегка примятыми. Когда он улыбался, в уголках его светло-карих глаз появлялись морщинки. Динни поняла, что в глубине ее души зреет какое-то новое чувство, опасное и возбуждающее.
Их взгляды встретились.
Держи себя в руках, Динни, — шепнула она себе. Благодаря его красоте, охмурять его будет не так противно, но не следует забывать, что он — Трублад. Она приехала в «Ивовый ручей» с определенной целью — вернуть свой дом во что бы то ни стало. Если она не может выиграть ферму у Кенни Трублада, то соблазнит Броди, и все равно добьется своего. Нужно только быть чертовски осторожной, и не терять голову.
— Очень вкусно, — сказала она, вытирая руки салфеткой. — Спасибо.
— Пожалуйста. — Броди кивнул. В этот миг он был очень похож на застенчивого мальчика, и Динни с трудом подавила почти непреодолимое желание потрепать его по волосам.
— Давай помогу. — Отодвинув стул, она начала собирать со стола.
— Просто сложи это в раковину.
— Чтобы позлить Матильду?
— Слишком поздно мыть посуду, — решительно заявил Броди. Он взял тарелку у Динни из рук. Их пальцы соприкоснулись. Броди отскочил, как ошпаренный, уронив тарелку на пол. Она разбилась вдребезги, осколки разлетелись по всей кухне.
— Вот черт, — буркнул Броди.
— Я принесу веник, — Динни, не задумываясь ни на секунду, вышла в коридор и открыла дверь чулана. Когда она обернулась, Броди стоял у нее за спиной.
— Откуда ты знаешь, где у нас чулан?
— Догадалась, — огрызнулась Динни. Ну и ну, подруга, надо лучше следить за собой. Еще одна такая глупость, и она выдаст себя с головой. — Большинство этих деревенских домов строились по одному плану.
Броди промолчал, но в его глазах мелькнуло подозрение. Взяв у Динни совок и веник, он аккуратно собрал осколки.
— Я покажу тебе твою комнату, — сказал он, выбросив осколки в мусорное ведро и убрав веник назад в чулан.
Динни взяла свои сумки и направилась вслед за Броди на второй этаж. Коридор освещался несколькими лампами-ночниками. Старые половицы скрипели под ногами. Это здание и было ее домом, и не было. Семейство Трубладов наложило свой отпечаток на ее фамильное наследие. Обои были другими, и ковер тоже. И еще здесь чувствовался запах Броди — мужской, терпкий — запах кожи, сена и солнечного света.
О чем она только думает? Динни с тревогой посмотрела Броди в спину. В кухне его настроение изменилось. Мог ли он догадаться о том, кто она на самом деле? Если да, то почему не уличил ее?
Броди прошел мимо спальни хозяев, когда-то принадлежавшей родителям Динни. Следующей была ее комната. Но Броди не остановился. Он провел девушку до конца коридора к последней комнате справа.
— Уверен, тебе здесь будет удобно, — сказал он холодно. — Теперь, прости, но я иду спать. Мне и так осталось четыре часа на сон.
— Да. Спасибо.
Он повернулся и побрел к хозяйской спальне. Динни открыла дверь и зажгла свет. Когда-то в этой комнате ее мама занималась рукоделием. Старая швейная машинка стояла у окна, где сейчас находился дубовый спальный гарнитур. Мать проводила здесь много часов за шитьем платьев для Динни. Груды тканей, коробки с нитками, мотки лент и кружев лежали на полке, сейчас заставленной книгами и безделушками.
Девушку охватила острая, пронзительная тоска по ушедшим дням. Ради себя, ради своих родителей, она должна вернуть свою законную собственность. Здесь ее воспоминания, ее история, ее прошлое. И будущее.
Стянув с себя рабочую рубашку Броди и шелковое платье, и переодевшись в голубую хлопчатобумажную ночнушку, Динни на цыпочках прокралась по коридору в ванную комнату, где почистила зубы и смыла косметику. Покончив с этим, она вернулась в спальню, закрыла дверь и скользнула под одеяло.
Она устала, но тревожные мысли не давали ей уснуть. Остановить машину у обочины было гениальным решением. Слава богу, что на дороге не оказалось никого, кроме Броди.
План прекрасно сработал. Уловка с машиной привела Динни к желанной цели, теперь нужно только не зевать и не выпустить удачу из рук. Без сомнения, между ней и Броди возникло естественное притяжение. И разбитая тарелка — прямое тому доказательство.
Возвращение в «Ивовый ручей» через пятнадцать лет укрепило решимость Динни. Ей придется выйти замуж за Броди Трублада, чтобы добиться своего. Так она и поступит. Динни Холлис способна и на гораздо большее.

* * *
Солгала ли Динни насчет своей связи с Кенни, — размышлял Броди. Он перевернулся на спину и уставился в потолок. Откуда она знает, где здесь чулан? Или в его отсутствие они с Кенни использовали этот дом как место для свиданий?
Поморщившись при мысли о том, что Динни могла трахаться с его братом в одной из этих спален, Броди до боли закусил нижнюю губу. Ему не хотелось верить в это, но ведь он встретил ее в баре, когда она играла с Кенни в покер. Это характеризует ее не с очень хорошей стороны.
Не суди, и не судим будешь.
Ему на ум пришла любимая мамина цитата из библии. Сколько раз она повторяла эту фразу, когда Броди злился на отца? Даже на смертном одре эта женщина не проронила ни одного осуждающего слова. Броди не умел так прощать, как она. С его точки зрения, Рейф Трублад был подлой скотиной.
Но как насчет Динни МакКеллан? Случайно ли она сбилась с пути, и ее машина сломалась на дороге, ведущей в «Ивовый ручей»? Или она надеялась встретиться с Кенни? Целовал ли его брат эти сладкие, пухлые губы здесь, в этом доме? Руки Кенни гладили ее кожу, ласкали ее грудь? Боже мой! Почему эти мысли обжигают, как огонь?
Потому что он не хочет, чтобы Кенни обращался с Пэтси Энн так же, как отец обращался с матерью. Причина в этом. Броди не ревнует. Вовсе нет. Как можно ревновать женщину, которую не знаешь?
Но все-таки в Динни МакКеллан что-то есть. Спокойная безмятежность ее светлых голубых глаз, блеск темно-рыжих волос, гордая манера вести себя захватили воображение Броди так, как давно уже с ним не случалось. Когда они сидели вдвоем на кухне, поедая бутерброды, он почувствовал почти непреодолимое желание поцеловать ее. Из-за простого прикосновения он выронил ту чертову тарелку.
Или ему просто понадобилась женщина, а Динни МакКеллан оказалась в нужном месте в нужное время? Вздохнув, Броди перевернулся на бок. Нет. Это что?то большее. Он ощутил какое-то странное необъяснимое чувство. Которое никогда не испытывал раньше. И что-то подсказывало ему, что именно ее он ждал столько лет.
Осторожнее, Трублад. Не лезь вперед батьки в пекло. Особенно если не можешь удержать в узде собственное сердце. Тебе только не хватало связаться с Рейфом в юбке!
Третья глава
В шесть утра Динни разбудил запах крепкого кофе. По привычке девушка собралась было перевернуться на другой бок и спать дальше, но тут ей на ум пришло одно имя.
Броди Трублад.
Отбросив одеяло, Динни села. Ей нужно торопиться. Как только помощник Броди проверит ее машину и обнаружит, что она в порядке, у Динни больше не останется причин задерживаться в «Ивовом ручье». Время дорого. Сегодня Динни должна упрочить интерес Броди к своей персоне.
Не привычная к ранним подъемам, Динни зевнула, потянулась и протерла глаза.
— Давай, Динни, пошевеливайся, — пробормотала она. Надев джинсы и красную хлопчатобумажную блузку, девушка глубоко вздохнула, собираясь с силами, перед тем как спуститься вниз.
Из кухни доносились детские голоса.
— Когда вернется мама, дядь Броди?
— Наверное, сегодня днем.
— Слава богу, — пробормотала какая-то женщина.
— С нашим маленьким братиком? — чирикнул ребенок.
— Ага.
Как ни странно, от голоса Броди у Динни мурашки пробежали по спине. Она робко заглянула в кухню, чтобы оценить ситуацию.
Высокая женщина средних лет стояла у раковины, отмывая тарелки, ее седые кудряшки вздрагивали в такт движениям, губы сложились в недовольную гримасу.
Броди сидел за столом, держа на руках двух детей. Белокурая девочка лет трех уютно устроилась на его левой коленке. Мальчик постарше, вылитый Кенни Трублад, оседлал правую.
— Кто она? — мальчик ткнул пальцем в Динни.
— Наверное, та самая, кто тут насвинячил прошлой ночью, — сказала женщина у раковины, повернувшись и взглянув на Динни. Без сомнения, это была пресловутая Матильда.
— Доброе утро, — с улыбкой поприветствовал ее Броди. — Позавтракай с нами.
Динни улыбнулась в ответ и скрестила пальцы.
— Ага, давайте, заходите. — Матильда тяжело вздохнула. — Не важно, что я только что накормила всех наших работников.
— Матильда, мисс МакКеллан — наша гостья. Надеюсь, ты не забыла, — осадил Броди ворчливую домработницу.
— Не беспокойтесь. Меня вполне устроит каша, — вежливо ответила Динни. На самом деле ей очень хотелось поставить на место эту старую ведьму.
— Прекрасно, — буркнула Матильда. — В буфете есть кукурузные хлопья.
Чувствуя себя нищенкой, Динни осторожно обошла Матильду, вынула хлопья из буфета, чашку из шкафа и молоко из холодильника, и уселась за стол напротив Броди и ребятишек.
— Ты красивая, — объявила девочка. — Как тебя зовут?
— Я Динни, и ты тоже очень красивая.
Малышка просияла.
— Я знаю.
— Это Энджел, — сказал Броди, взъерошив девочке волосы. — А это Ричард, но мы зовем его Бастером.
— Привет, — кивнула Динни, чувствуя себя не в своей тарелке. Ей не часто приходилось общаться с детьми, и она с трудом представляла, как вести себя с ними. Но очевидно, если она сумеет поладить с этими маленькими сорванцами, то сможет и охмурить дядюшку Броди. А именно это ей сейчас и нужно.
— Хорошо спала? — спросил Броди, намазывая бутерброд для Энджел.
— Хорошо, но мало. — Динни кисло улыбнулась. — Боюсь, я сова, а не жаворонок.
— Тебе нужно прекращать хождения по барам.
Дразнит он или предупреждает? Динни внимательно на него посмотрела, пытаясь понять.
— Ты прав, в таких местах можно набраться вредных привычек.
— Это еще слабо сказано.
Их взгляды встретились. Броди смотрел, не моргая. Динни сглотнула.
— Работа, из-за которой ты едешь в Нью-Мексико, это в баре, да?
Динни уже почти забыла, что успела наврать ему прошлой ночью.
— К сожалению.
Броди мрачно кивнул, и у девушки возникло ощущение, что она только что совершила грубую ошибку.
— Я отгоню твою машину во двор. Как только у Рори появится свободная минутка, скажу ему, чтоб он взглянул на нее.
— Спасибо.
— Я знаю, что ты хотела бы уехать как можно скорее.
Это намек? Неужели он ее выпроваживает? Но Динни так легко не сдастся.
— Не торопись. Я не хочу причинять беспокойство.
— Слезайте, дети, мне пора на работу. — Броди снял с рук Энджел и Бастера. Встав из-за стола, он взял свою желтую ковбойскую шляпу, висевшую на крючке, и нахлобучил ее на голову.
Он был воплощением энергии. Типичный ковбой из западного Техаса в затертых до белизны джинсах и поношенных рабочих сапогах. Казалось, он с рождения принадлежит «Ивовому ручью».
Эта идея поразила Динни. Если честно, в мыслях она никогда не заходила дальше карточного выигрыша у Рейфа Трублада, но теперь ей пришлось признать, что Броди может любить эту ферму не меньше ее.
Динни невольно взглянула на его крепкие мускулистые руки, выглядывающие из закатанных рукавов. Две верхние пуговицы рубашки были расстегнуты, и девушка могла видеть завитки курчавых черных волос, как будто напрашивающиеся на ласку. Сжав зубы, Динни отвернулась, пока Броди не успел заметить откровенного желания в ее глазах.
Он подошел к двери, когда телефон вдруг зазвонил. Матильда сняла трубку, затем окликнула Броди.
— Это вас, — сказала она, помахав трубкой.
Пройдя по комнате, Броди вновь обдал девушку волной своего запаха. Этим утром он пах мылом, беконом, зубной пастой и кофе. Динни уткнулась в свою чашку и попыталась не обращать внимания. Она заметила, что дети разглядывают ее с нескрываемым интересом.
— Алло? — сказал он.
Динни не собиралась подслушивать, но так получилось, что сидела она прямо рядом с Броди. Не зажимать же себе уши в самом деле! Пришлось выслушать весь диалог.
— Пэтси Энн. Ну и как дела у моей сестренки?
— Это мама! — воскликнул Бастер, прыгая от радости. — Я хочу поболтать с ней.
— Я тоже, я тоже, — взвизгнула Энджел.
— Милая, почему ты плачешь? — с обеспокоенным видом спросил Броди. — Успокойся, я все понимаю.
— Мама, — заныл Бастер, пытаясь отобрать трубку.
Броди махнул рукой, чтобы он замолчал.
Динни приложила указательный палец к губам.
— Шшш, — шепнула она Бастеру. — Пусть дядя Броди поговорит с твоей мамой.
Бастер уставился на нее.
— Нет! — заявил он, обхватив руками ногу своего дяди и уткнувшись лицом ему в бедро.
— Удачная попытка, — изрек Броди, обращаясь к Динни. Внезапно у девушки возникло желание провалиться сквозь землю.
— Что это? Инфекция? — Броди продолжил свой разговор с Пэтси Энн. — Какая жалость. И врач сказал, чтобы ты осталась в больнице еще на несколько дней?
— Она и моя мама тоже, — захныкала Энджел.
— Только не это, — вмешалась Матильда, воздев руки кверху. — Я не собираюсь больше возиться с этими ужасными детьми. Это не моя обязанность.
Окинув Матильду свирепым взглядом, Броди нагнулся и взял на руки всхлипывающего Бастера.
— С маленьким все в порядке? Хорошо. О Бастере и Энджел не беспокойся. Я буду держать оборону.
Матильда громыхнула кастрюлей о раковину. По щекам Энджел потекли слезы.
— Кенни с тобой? — спросил Броди в трубку.
Должно быть, Пэтси Энн ответила отрицательно, потому что он покачал головой и беззвучно выругался.
Бедный Броди. Его безответственный брат неизвестно где пропадает, невестка на другом конце провода бьется в истерике, двое зареванных детей цепляются за его ноги и злющая домработница грохочет посудой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20


А-П

П-Я