https://wodolei.ru/catalog/kuhonnie_moyki/iz-nerjaveiki/nakladnye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

На этот раз в конверте лежала всего одна кассета.
— «Семя возможности, — прочла вслух Молли. — Доминик и Дарси Доил покажут вам, что в жизненных неудачах, разочарованиях и даже трагедиях скрываются семена новых возможностей».
Молли рассмеялась невеселым, почти истерическим смехом. Вот так совпадение! Можно подумать, мама прислала кассету специально, зная, что происходит с дочерью!
Молли устало опустилась на стул. Что ж, вся эта история принесла по крайней мере одну пользу:
Молли поняла, что отец и мать ее любят. Любят такой, какая она есть. В горе и в радости, в победе и в поражении.
Она тоже их любит. Поэтому послушает запись ради них.
— Что значит «хочешь перейти в другой отдел»? изумленно воскликнула Патриция. — Куда тебя несет? Ты же создана для работы с рекламой!
— Как и Джек Кавано, — бесстрастно ответила Молли. — Но он пришел в корпорацию первым, значит, уйти должна я.
— Но почему? — недоумевала Патриция.
— Так хочет Джек. Патриция так и села.
— Быть не может! Он же все четыре года расхваливал твои деловые качества! Совсем недавно повысил тебя в должности! Не может быть, чтобы он захотел с тобой расстаться!
— Однако так и есть, — подтвердила Молли. — И я исполню его желание. Пожалуйста, найди мне место в каком-нибудь другом отделе.
— Ни за что!
Молли невольно засмеялась.
— Патриция, а ты-то тут при чем? Джек хочет, чтобы я ушла, и сама я не хочу больше работать в одном отделе с ним.
— Нет, не верю! Боже мой, нельзя четыре года превозносить человека до небес, а на пятый год его вышвырнуть! Что ты такого натворила? Почему он тебя возненавидел?
Стряхивая с юбки воображаемые пылинки, Молли размышляла, сказать или нет, и наконец решила, что Патриция, одна из вернейших подруг Молли заслуживает правды.
— У нас с Джеком проблема. Нас… э-э… тянет друг к другу. Началось это с тех дней, когда я воображала себя его женой. — Голос ее дрогнул. — Тогда я постоянно его обнимала, целовала и так далее… Ну вот, с этого все и началось. Оказалось, что нас влечет друг к другу физически.
— И что дальше? — нахмурилась Патриция.
— А Джеку это не нравится. Всякий раз, как мы остаемся наедине, мы начинаем говорить друг другу то, чего говорить не стоит. Делимся секретами, которые лучше было бы оставить при себе. А кончается все это поцелуями. И каждый раз Джек приходит в бешенство. Его влечет ко мне, может быть, я ему даже нравлюсь, но он меня не любит… Джек пытается справиться со своим влечением, но безуспешно. А я устала от перепадов его настроения, устала оттого, что между нами постоянно какие-то сложности. Сказала, что хочу уйти из отдела, и он согласился.
— Что за ерунда!
Впервые на памяти Молли Патриция повысила голос. Неизменно сдержанная и добродушная, Патриция идеально подходила для работы с людьми: не было человека, с которым она не смогла бы найти общий язык. Но сегодня подруга Молли, как видно, была чем-то расстроена.
— Кажется, я понимаю, в чем дело, — заговорила она уже более спокойно. — Вас с Джеком влечет друг к другу, и это мешает нормальной работе. Но, мне кажется, проблема не в том, что ты не нравишься Джеку. Может быть, наоборот — слишком нравишься.
Молли устало покачала головой. Как Патриция не понимает, что все это она уже передумала тысячу раз! Но с нее хватит. Она не станет больше рисковать сердцем, не станет обрекать себя на боль. В конце концов, сколько раз один и тот же мужчина должен отвергнуть женщину, чтобы она наконец поумнела?
— Не спорю, — тихо ответила она, надеясь, что Патриция остановится и не станет больше бередить ее раны. — Я ему нравлюсь. Даже очень. Но он меня не любит. И считает, что никогда не полюбит. Патриция, может быть, ты этого не знаешь, но Джек вдовец и до сих пор тоскует по своей покойной жене. Ему не нужна другая женщина, он не хочет новой любви. А я не хочу прыгать вокруг него, словно щенок, выпрашивающий подачку. Пора мне начинать жить своей жизнью.
— Снова слушала родительские лекции? — подняла бровь Патриция.
Молли рассмеялась, хотя внутри все сжималось от боли.
— Ну… в общем, да. Но лекция не повлияла на мое решение. — Помолчав, она тяжело вздохнула. — Патриция, что бы ты сделала, если бы мужчина сказал, что не хочет больше тебя видеть?
— Наверно, ушла бы, — со вздохом признала Патриция.
— Почему же ты не одобряешь мой выбор?
— Черт возьми, Молли! — выпалила Патриция. Ни разу прежде Молли не слышала, чтобы ее подруга чертыхалась. — Это просто… просто не правильно! Он же неравнодушен к тебе, это точно! Я видела, как он на тебя смотрел, когда ты танцевала с Майком! Он ревновал, точно тебе говорю, ревновал! А ты отступаешь, без борьбы отказываешься от собственного счастья!
Молли снова вздохнула.
— Спасибо за совет, но я пережила уже столько стыда и унижения — на всю оставшуюся жизнь хватит. Пожалуйста, переведи меня в другой отдел, пока у меня еще осталась какая-то гордость.
— Ах, Молли! — с горечью произнесла Патриция и потянулась к папке со списком вакансий. — Как все это… не правильно!
— По-моему, все правильно, — ответила Молли. — Ты на моем месте поступила бы также! Патриция подняла взгляд от папки.
— Знаешь, не уверена.
Молли удивленно взглянула на нее.
— Сегодня утром я слышала, как Сэм говорит по телефону. Не знаю, с кем он говорил, но, как видно, этот человек ему не безразличен.
— Ну, у Сэма много друзей… Патриция яростно затрясла головой.
— Нет, это совсем другое дело! Он разговаривал с женщиной. И по тому, что и как он говорил… я поняла, что он… он к ней неравнодушен.
Молли услышала, как дрожит голос подруги. Она хорошо знала, что Патриция давно и безнадежно влюблена в Сэма Уэйнрайта, своего босса.
— О, Патриция, как я тебе сочувствую!
— Вот почему я сегодня сама не своя. Прошу тебя, Молли, не отказывайся от борьбы! Может быть, Джек и вправду не любит тебя, а может быть, просто боится полюбить?
— Нет, — покачала головой Молли. Она не поддастся искушению — слишком хорошо знает, чего это будет ей стоить. — Джек разумный, логически мыслящий человек. Он не мог запутаться в собственных чувствах.
— О какой логике ты говоришь, если речь идет о любви? — горячо возразила Патриция. — Я не отказываю Джеку в уме, но все мы совершаем ошибки. Сейчас, например, ошибку совершаешь ты. Да будь у меня хоть капля надежды, я бы ни за что не отказалась от Сэма!
— Патриция, здесь говорить не о чем. Мне нужно было уйти еще тогда, после истории с потерей памяти. Я не ушла — и очень глупо сделала. — Она глубоко вдохнула. — Вот что. Устрой мне перевод, но временный. На две недели. Куда угодно, хоть в стенографическое бюро!
— Не понимаю, — подняла глаза Патриция.
— Я увольняюсь. Сообщаю тебе за две недели, как положено. Пора начать сначала. Может быть, в истории с Джеком и вправду скрывается семя возможности — возможности начать жизнь заново. Для меня настало время найти свое собственное место в мире — мире без Джека Кавано.
Не желая возвращаться к себе в отдел, Молли подождала, пока Патриция заполнит все бумаги. Когда она закончила, было уже почти шесть. Молли решила забрать вещи и уйти сегодня же, чтобы не встречаться с Джеком.
К несчастью, войдя на свой этаж, она заметила, что в кабинете Джека свет. Очевидно, босс задержался на работе. Однако дверь была плотно закрыта значит, Джек ее не заметит. Да и какое ему до нее дело!
В помещении с ксероксом Молли раздобыла пустую коробку из-под бумаги и принялась укладывать свои пожитки. Фотографии подруг, которых она встретила в корпорации — Оливии, Рейчел, Софии, Синди, Патриции, — вызвали в ней горькое чувство, какое бывает, когда понимаешь, что важная часть жизни осталась позади.
Стиснув зубы, чтобы удержаться от рыданий, Молли уложила в коробку фотографии, ручку, карандаш, несколько безделушек, полученных в подарок, — каждая из них напоминала о друге или знаменательном событии.
— Молли… мне очень жаль, что все так вышло, раздался за спиной голос Джека.
Молли зажмурилась, запретив себе оборачиваться. Черт бы его побрал! Почему он не даст ей уйти спокойно, сохранив хотя бы остатки гордости?
Справившись с гневом, она ответила почти спокойно:
— Не надо, Джек. Ты ни в чем не виноват.
— Я чувствую свою ответственность…
— Не надо.
— Молли, ты даже не посмотришь на меня?
— Зачем?
— Пожалуйста! — взмолился он.
В его голосе прозвучала настоящая боль. Ему тяжело, может быть, не легче, чем ей. Хотела бы Молли поверить Патриции, хотела бы вообразить, что он любит ее и страшится своих чувств! Но Джек не из тех, кто способен чего-то страшиться. Рассудок подсказывал ей: Джек сожалеет о том, что не смог помочь ей добиться успеха, стыдится того, что, не справившись с собой, вынудил ее уйти. Он — хороший человек, порядочный и совестливый. А то, что он не любит Молли и не может любить, — не его вина.
Такие мысли помогли Молли собраться с духом и повернуться к Джеку лицом.
— Мне нелегко уходить.
— Скоро освоишься на новом месте, — попробовал подбодрить ее Джек. — Новые обязанности…
— И может быть, новые возможности.
— Может быть, — тихо согласился он. Оба они знали, что главную возможность своей жизни — единственную, о которой мечтала, — Молли потеряла. Никогда ей не стать женой Джека, никогда не растить его детей. Судьба сыграла с ней злую шутку: они с Джеком стали друзьями, ощутили физическое влечение… но любовь так и не пришла. А без любви все бессмысленно.
— Пойми, Молли, я так хотел… я надеялся, что между нами все уладится…
Да он просто ее жалеет! Жалости Джека она не вынесет.
— Не беспокойся. У меня все будет отлично.
— Да, конечно. Но что, если ты не сможешь найти работу?
— Джек, у меня богатые родители.
— Знаю, я просто хотел…
— Покрасоваться в сверкающих доспехах? — горько рассмеялась Молли. — А ты не подумал, что, может быть, мне не нужен спаситель?
Несколько секунд он молча смотрел на нее. — Да, — тихо ответил он наконец. — Наверно, не нужен.
И вышел из кабинета.
Глава 16

— Ты только посмотри! — пропела Флора Конвей, кладя на стол Молли букет роз. — И двух часов у нас не проработала, а тебе уже кто-то шлет цветы! Подняв глаза от дисплея, Молли почти с ужасом уставилась на алые и розовые бутоны.
— Не знаю, от кого бы это… — пробормотала она, потянувшись за открыткой. — А, кажется, знаю! От родителей!
— Да нет, не похоже! — проворковала Флора. Как многие старые девы, пятидесятилетняя стенографистка была неисправимо романтична.
Нахмурившись, Молли вскрыла конверт. Смотреть на подпись не было нужды, она узнала почерк. Всего четыре слова: «Удачи на новом месте». Неужели он думает этим букетом что-то исправить? Размахнувшись, Молли швырнула цветы в мусорную корзину.
— Что ты сделала? — ахнула Флора, кидаясь к корзине.
— Отправила их туда, где им место, — отрезала Молли и, воткнув в уши наушники, продолжила перепечатывать с диктофонной пленки доклад вице-президента. Несколько секунд спустя остановилась, сняла наушники и добавила:
— Если тебе нравятся цветы, возьми себе.
Просияв от такой неожиданной удачи, Флора извлекла помятый букет из корзины и поспешила к своему столу. Молли на миг задумалась о том, какие сплетни разнесутся об этом происшествии. А впрочем, что ей за дело? Через две недели ее здесь не будет.
В последний день работы в корпорации, идя на обеденный перерыв, Молли встретила Джека в холле. Он шагал рядом с Сэнди Джонсон, она что-то увлеченно рассказывала, он внимательно слушал. Джек Кавано в своем обычном амплуа — наставник, защитник и советчик. Таким вот «старшим братом» он хотел стать и для Молли. Искренне желал ей помочь, но ее поведение во время амнезии разожгло между ними огонь влечения, с которым Джек, несмотря на все свои усилия, не смог справиться. Выходит, он ни в чем не виноват и напрасно Молли на него злится.
Часть ее души продолжала цепляться за злость, как за единственное спасение. Но другая, более разумная, понимала, что винить Джека не в чем. Он хороший человек и всегда желал ей только добра. Не проклинать же его, в самом деле, за то, что он ее не любит!
Когда они поравнялись, Молли уже справилась со смятением. Она смело взглянула Джеку в глаза и улыбнулась.
— Спасибо за цветы.
— Тебе понравились? — торопливо спросил Джек, вмиг просияв широкой улыбкой.
Его энтузиазм показался Молли неестественным и даже оскорбительным. Как будто радуется, что наконец-то от нее избавился!
Отступив на шаг, она приказала себе не раздувать из мухи слона.
— Очень, — коротко и вежливо ответила она, усилием воли отгоняя резкие слова, которые так и просились на язык.
— Вот и славно! Я хотел тебя, так сказать, подбодрить на новом месте…
«Цветами? — горько подумала Молли. — Сперва унизил меня и убил во мне надежду, а теперь старается подбодрить букетом роз?» Она взглянула Джеку в глаза.
— Но Флоре они понравились еще больше, так что я отдала букет ей. Думаю, она пошлет тебе открытку с благодарностью.
— Ты отдала мои цветы…
— Извини, Джек, — прервала его Молли. — Мне пора. У нас в стенографическом бюро обеденный перерыв всего полчаса.
— В стенографическом бюро? — изумленно переспросил Джек.
Но она уже спешила прочь. Усилием воли Джек подавил желание броситься вдогонку. Направляясь к начальнику отдела кадров Сэму Уэйнрайту, с которым хотел посоветоваться насчет своего нового заместителя, он не переставал спрашивать себя, как одна из способнейших служащих компании оказалась среди стенографисток? Но вскоре Джек понял, что произошло. Он ясно дал понять, что не хочет больше видеть Молли у себя в отделе. В других отделах не было свободных мест, а она готова была ринуться хоть в уборщицы, только бы не подвергать себя новым унижениям…
В ярости на самого себя, Джек со всей силы вмазал кулаком в стенку лифта. Попутчики воззрились на него с удивлением и тревогой.
— Просто понял, какую сотворил глупость, — объяснил Джек, включив на полную мощность свою знаменитую чарующую улыбку.
Но улыбка не помогла: коллеги по-прежнему смотрели на него, как на сумасшедшего.
Может быть, он и вправду сходит с ума?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18


А-П

П-Я