https://wodolei.ru/catalog/podvesnye_unitazy/s-bide/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


На миг агент задумался. Не будет ли у него возможности лично присутствовать на охоте? Ему очень хотелось понаблюдать за этим представлением, чтобы получше узнать молодого Плутрака.
Нет. Помимо обстоятельств, препятствующих этому — в конце концов, никто его туда не приглашал, — есть еще одна причина воздержаться от подобного шага. Слишком рано. В любом случае, с легким удовольствием подумал агент, течение направлено в его сторону. Возможно, ему вообще не придется ничего делать. Только ждать.
А ждать он умел хорошо. За двадцать лет этому вполне можно научиться.
Глава 18
Оппак спустился в Главный Зал, где вчера принимал гостей, и плавал. Прислужники уже очистили все водоемы от мусора, и он наслаждался всем доступным пространством в полном одиночестве. Это успокаивало и помогало сосредоточиться. С открытыми глазами он плыл сквозь прохладную воду, у которой был в точности такой же цвет и запах, как в самом большом море Пратуса — Корнат Ма.
Оппак уже давно все понял. Скорее всего, Нарво не позволит ему вернуться на Пратус. Шансы покинуть этот ненавистный комок из грязи и камня уменьшаются с каждым орбитальным циклом, а возраст делает эти шансы еще ниже. Скоро окажется, что его, Оппака кринну ава Нарво, уже никогда не пригласят для продолжения рода. Он сгинет здесь, и вместе с ним — тяжкий позор Нарво.
Земля завоевана. Но туземцы слишком яростно сопротивлялись, победа далась слишком дорого, к тому же на это потребовалось гораздо больше времени, чем можно было судить по первоначальному течению. И кто-то так или иначе должен был взять на себя вину за это. Получив назначение на
Землю, молодой намт камити могущественного Нарво путем умелых маневров направил поток в нужное русло. Оппак умело вошел в доверие к остальным офицерам и убедил их, что причина поражения кроется в чрезмерной осторожности и нерешительности Главнокомандующего.
Им был Джита кринну ава Харив. Глаза старого джао горели лютой ненавистью к Оппаку, даже когда он предлагал собственную жизнь в качестве расплаты за провал перед собранием старейшин. Тогда там присутствовали все — старейшины его собственного кочена, Нарво. и многих других, равно как и Гончие Эбезона.
Разумеется, Нарво принял предложение. Таким образом, отпрыск великого кочена занял высший командный пост и получил аудх. Это было вершиной успеха, настоящим триумфом как Оппака, так и его. Нарво в очередной раз доказал, что ему нет равных не только в сражениях.
Но ни Нарво, ни сам Оппак не поняли предупреждения Джиты. До окончательного покорения Земли было еще очень далеко. Приняв командование, Оппак приказал начать массированное наступление на самое могущественное из человеческих государственных образований, которое туземцы называли Соединенными Штатами. Результатом стало Чикагское сражение — жестокая битва, которая разыгралась на огромной территории к югу от Великих озер. В этом сражении участвовали главные силы людей и джао.
Ярость, с которой сражались люди, казалась чем-то немыслимым. Сказать, что они дрались до последнего — значит не сказать ничего. Оппак не верил докладам своих командиров — теперь это были отпрыски не Харива, а Нарво и подчиненных ему коченов… пока, наконец, не покинул командный пост на орбите, чтобы увидеть все собственными глазами.
Такое могло повергнуть в ужас любое цивилизованное существо. Безрассудная ярость сочеталась в туземцах с омерзительной склонностью к самоуничтожению. Они не задумываясь шли на смерть, если это позволяло убить хотя бы одного джао. Они повсюду устраивали засады и не гнушались использовать в качестве приманки тела своих товарищей, братьев и детей. При этом их вооружение оказалось гораздо более эффективным, чем предполагал Оппак, когда объявил доклады Харива пустой болтовней, придуманной лишь для оправдания.
Эти события глубоко потрясли Оппака — тогда он еще был намт камити, гордостью великого Нарво. Вот когда зародилась ненависть к людям, которая наполняла теперь каждую клетку его могучего тела. Это были отвратительные твари, голые и неуклюжие, оскорбляющие вселенную своим существованием. Их уродливые плоские лица ничего не выражали, они не обладали ни утонченностью, ни какими-либо добродетелями, у них не было понятия о витрик. Да, Оппаку удалось победить их, но не в битве, а лишь после того, как он отдал приказ о немедленном уничтожении целого района, а затем еще раз, потому что люди не успокоились и попытались взять реванш на южном побережье континента.
Тогда Оппаку казалось, что худшее позади. Но один планетный цикл сменялся другим, а ситуация не улучшалась. Управлять этими злобными тварями оказалось не легче, чем заставить их покориться.
До сих пор в этих порожденных мерзостью горах сохранились очаги сопротивления… равно как и на других территориях, других континентах. Можно с легкостью превратить лагеря этих паразитов в пыль — в этой планетной системе достаточно крупных каменных глыб. Но превращать половину планеты в непригодную для существования пустыню? К тому же тогда всем станет ясно, что он, Оппак кринну ава Нарво, не смог победить этих голых выродков, что он просто распугал их, а теперь они попрятались по своим норам и плодятся там, восполняя потери. Но и это еще полбеды. Время течет все быстрей, и его течение несет в сторону Земли Экхат, если только прогнозы были верны. Тратить силы и средства на то, чтобы справиться с людьми — недопустимое расточительство. Хватит того, что на этой планете погибло больше воинов и техники, чем в любом из миров, покоренных джао. Даже сейчас на Земле приходится держать многочисленные гарнизоны, чтобы просто не допустить бунта. И что толку в обширных ресурсах планеты, если их невозможно использовать в войне с Экхат? Если этот факт всплывет на поверхность, лишь немногие в Наукра Крит Лудх оставят его без внимания. Оппак почти не сомневался: Гончие уже почувствовали запах и заподозрили неладное.
Безумие. Он не представлял, как выплыть из этого водоворота. По крайней мере, так, чтобы спасти свою репутацию и все, что она обеспечивала. Это началось слишком давно, продолжалось слишком долго… И только себе Оппак мог признаться: держать ситуацию под контролем становится все труднее. Пожалуй, не только ситуацию, но и собственный разум. А иногда… иногда ему не удавалось даже это.
Но сейчас ему как никогда необходимо мыслить здраво. Очевидно, Плутрак решил, что власть Нарво на Земле слабеет. И решил поступить также, как прежде поступил сам Нарво: послать своего намт камити, чтобы бросить вызов.
Но копаться в себе — не в обычаях Нарво. Этот путь ведет к бездействию. Взгляд истинного Нарво всегда обращен вовне, а не внутрь. Отпрыски великого кочена смотрят в лицо Вселенной, предпочитая направлять поток, а не следовать ему. Да, Оппаку удалось победить Джиту, но Эйлле не сможет его победить. Потому что ему придется иметь дело с Нарво, а не с Харивом. Оппак уничтожит этого утонченного выскочку.
Наконец он позволил воде вытолкнуть себя на поверхность и заморгал, чтобы разглядеть предусмотрительно лишенное выражения лицо Дринна— — смотрителя дворца.
— Транспорт готов, Губернатор. Вы можете воспользоваться им, когда вам будет угодно.
Оппак ухватился за плоские черные глыбы, выбрался из воды и отряхнулся.
— А женская особь?
Ни одна вибриса Дринна не дрогнула.
— Какая, Губернатор?
— Отпрыск Стокуэлла. Она все еще здесь?
— Вы не давали ей разрешения покинуть дворец.
Вот как? Губернатор почувствовал, что наслаждается звучанием этой фразы. Он так старался не обращать на нее внимания, что на какое-то время и в самом деле забыл о ее присутствии. Но была еще одна причина для радости. Хитрость, задуманная давным-давно, удалась — по крайней мере, все говорило об этом. Маленькая самка очень усердно стала изучать языки джао после того, как Оппак усмирил ее брата по выводку. Сейчас произношение у нее куда лучше, чем было у ее брата — трудно ожидать большего от человека. А главное, она неплохо владеет Языком тела. Ее навыки очень пригодятся, когда придут Экхат и нужно будет убедить ее соплеменников сражаться и умереть.
Что же касается ее отца… Время Бена Стокуэлла иссякает. Оппак устал от его мелких хитростей, с помощью которых старый самец надеялся улучшить положение людей. Старый… Похоже, люди стареют куда быстрее, чем джао. Если все пойдет, как задумано, Оппак должным образом воспитает младшую Стокуэлл, потом подавит ее отца и назначит ее президентом. Кого еще, если не отпрыска кочена Стокуэлл, столь много воспринявшую у джао?
— Передай ей, что она будет сопровождать меня во время китовой охоты, — сказал Оппак. Он хорошо помнил, как помрачнела эта ава Стокуэлл, услышав о предстоящем мероприятии. — Пусть ее немедленно отведут в мой транспорт.
В черных глазах Дринна засверкали изумрудные искорки злорадства. Он принял великолепную позу «почтение-и-понимание», однако положение кончиков его ушей добавили ей легчайший оттенок «предвкушения-удовольствия».
Оппаку нравилась утонченность тройственных поз, хотя сам он был слишком занят, чтобы в этом упражняться.
— Да, — пробормотал он. — Обучение даром не проходит. Смотритель скрылся за голубым сиянием дверного поля.
Оппак позволил себе с сожалением окинуть взглядом просторный зал, где гуляло эхо, и его вибрисы дрогнули. Как ему будет не хватать этих бассейнов с тщательно составленным ароматом! Но охотиться предстоит в океане. Конечно, этому океану далеко до Корнат Ма с его величественными зелеными волнами. Но когда еще ему доведется увидеть Пратус? К тому же… Да, эта планета омерзительна, но принадлежит ему, Оппаку. Так почему бы не воспользоваться хотя бы теми жалкими развлечениями, которые она может предложить. Все остальное сделает отпрыск Стокуэлла.
На побережье залива Эйлле предстояло отправиться на транспорте из парка Тихоокеанской дивизии — заслуга Кларка позволяло взять с собой не только свой штат, но и весь батальон джинау в качестве почетного караула. Удивление, с которым генерал наблюдал вчера за беседой джао с ветеранами, все возрастало. Все утро этот Эйлле смотрел на них так, словно хотел запомнить каждого в лицо. Кларик ожидал, что вопросы будут формальными, а ответы — выслушиваться просто для вида. Но нет. Во время беседы Эйлле делал пометки или просил об этом своего фрагту, а если чего-то не понимал или хотел уточнить, вежливо и терпеливо переспрашивал.
Это не мешало Эйлле оставаться джао — чуть высокомерным, неизменно исполненным чувства вседозволенности и превосходства над людьми. Похоже, это у них врожденное. Но, черт возьми, он не просто слушал, но и слышал то, что ему говорили! Ни разу в жизни Кларик не видел, чтобы джао — да еще и занимающий столь высокий пост — снисходил до такого.
Мало того: Субкомендант взял к себе в подчинение не одного человека, а троих! Это было просто неслыханно. Кларик еще мог объяснить, почему выбор пал на Райфа Агилеру. В конце концов, он ветеран Завоевания, бывший танковый командир… чертовски хороший командир, судя по отчетам. Учитывая, что на юге, в Паскагуле, в ведении Субкоменданта находилась модернизация вооружения, в том числе танков… Скорее всего, Эйлле кринну ава Плутраку потребовался компетентный и опытный консультант, способный объяснить, как обращаться с грубой и примитивной человеческой техникой.
Но зачем ему нужен Гейб Талли? Дураку ясно, что этот парень как минимум сочувствует Сопротивлению, и Кларик подозревал, что не только сочувствует. В каждом его движении сквозит непокорность, как ни пытается Талли это скрыть. А как-то раз рукав его рубашки задрался, и Кларик заметил, как на запястье что-то блеснуло. Локатор — устройство, с помощью которого джао не дают своим пленникам сбежать. Значит, особым доверием Субкоменданта Талли не пользуется.
Во всяком случае, за этим типом нужен глаз да глаз, особенно после высадки на побережье. А что будет дальше, зависит от Субкоменданта. Если он не будет следить за поведением своего подчиненного слишком строго, с какой стати вам напрягаться, генерал-майор Кларик?
Несколько лет назад джао передали в распоряжение Тихоокеанской дивизии несколько своих транспортов. По глубокому космосу эти посудины свое уже отлетали, а вот для суборбитальных перелетов вполне подходили, особенно после небольших переделок и доработок. В результате появилась возможность в весьма короткие сроки перемещаться в любую точку планеты. Один из этих кораблей Кларик и передал в распоряжение Субкоменданта и его свиты.
Позже выяснилось, что блистательный отпрыск Плутрака решил взять лишь четверых своих подчиненных, включая фрагту. По слухам, было еще двое — женская особь джао и человек. Но эту парочку оставили в Паскагуле. Видимо, для них там было достаточно работы.
Предыдущий Субкомендант — вернее, Субкомендантша, Пинб кринну ава Харив, — занимала свой пост еще во времена Завоевания. Но леди уже тогда была не первой молодости, а теперь и подавно вышла из возраста, когда Субкоменданту необходим фрагта… Старушка становилась рассеянной, а потому частенько забывала, что еще не вышла в отставку. Ее личный штат состоял из пяти десятков джао, столь же активных и энергичных, как и мадам Пинб.
Похоже, Эйлле кринну ава Плутрак искупал количество качеством. Можно не сомневаться: новый Субкомендант уже сейчас знает о каждом из своих джинау больше, чем Пинб потрудилась выяснить обо всех скопом за пятнадцать лет. Интересно, что из этого выйдет.
С одной стороны, находиться в подчинении у Пинб было сущим блаженством. Как и все джао, она презирала людей. Но в отличие от большинства джао — не только людей, но и лично Губернатора, а заодно и всех Нарво и всех отпрысков союзных ему коченов. Пользуясь этим наплевательским отношением к делу, Кларик частенько действовал так, как он считал нужным. Но именно из-за наплевательского отношения Субкомендантши Тихоокеанская дивизия пребывала ныне в плачевном состоянии.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79


А-П

П-Я