https://wodolei.ru/catalog/dushevie_dveri/steklyannye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

И Мпунзи верил в это. Ауте стало стыдно, но он знал, что, как бы он ни старался развеять эту веру, ему все равно не Удастся это сделать. Мпунзи еще добавил, что будто бы недавно поймали одного из восставших рабов, который заблудился на берегах Холодной Реки. Его поймал надсмотрщик Великого Жреца, шедший с солдатами. Но так как тот был удивительно сильным человеком, он решил не убивать его и отправил в дом рабов на работу. От него-то Мпунзи и узнал о восстании, руководимом с неба великим богом черных людей, который может а любое время принять вид мальчика, раба, человека или серебряной птицы. Мпунзи узнал от него, что Май-Бака после изгнания богами солдат решил не идти на Великий Город. В исчезновении на небе серебряной птицы он увидел знак того, что лучше собрать восставших рабов и брошенное на поле боя оружие, для того чтобы его армия смогла стать еще более сильной. Теперь это войско снова находится на Огненной Горе, но не наверху, а там, где раньше находился лагерь солдат, у пещер рабов.Сообщив все это, юноша немедленно отправился в лагерь Май-Баки. Но, сделав несколько шагов, он вернулся, вспомнив забытый им случай. С некоторых пор в доме рабов поговаривают, будто бы чужеземные боги вместе с бывшим рабом Великого Жреца обосновались по ту сторону дворца, прямо на вершине. И еще говорят, будто бы Тефнахт вот уже несколько дней живет во дворце Великого Жреца с сыном, дочерью и всеми слугами. Солдаты, охранявшие рабов, говорят разное: одни утверждают, что Тефнахт, с тех пор как началось восстание, боится находиться в Великом Городе, другие считают, что он прибыл сюда, чтобы быть поблизости, если вдруг умрет Великий Жрец. А дочь Тефнахта прекрасная Неферт однажды, не сказав ни слова, зашла в дом рабов. Мпунзи также слышал от надсмотрщиков, что жрица Богини Луны Неферт хотела бы увидеть богов из серебряной башни.— Ты никогда не видел Неферт? — взволнованно спросил его Аута.— Я ее видел всего один раз в доме рабов. Говорят, что ночью, когда всходит луна, она гуляет по саду в сопровождении нескольких рабынь, но я этого не видел.Исчерпав все свои новости, Мпунзи простился с Аутой и, крадучись между скалами, направился в сторону берега моря.Вот так произошла встреча Ауты с Мпунзи.А теперь, вспоминая об этом случае, Аута сидел около Хора и поджидал группу рабов, которые, казалось, направлялись в его сторону.Увидев, что Аута молчит и в глазах его светится грусть, Хор спросил его, не болен ли он.— Куда девалась твоя бодрость? — воскликнул Хор.Аута признался ему, чем вызвано его беспокойство. Хор внимательно посмотрел на него и задумчиво, с каким-то оттенком удивления улыбнулся.— Ну, а если эта Неферт не может быть твоею, разве ты не сможешь полюбить другую?На это Аута с грустью ответил:— Вы разве никогда не любите? Вы, кто всю жизнь остаетесь молодыми!— Любим, конечно. Любим и мы, но мы не теряем головы, когда любовь оказывается безответной. Безответная любовь означает, что мы плохо выбрали предмет нашей любви. Наша любовь является одновременно и дружбой. Знаешь, что могло бы случиться, если б мы начали бороться так же, как об этом писали в наших очень древних книгах поэты, за женщину, которая не отвечает взаимностью? Человек мог бы забыть о первой его обязанности.— Но разве это не первейшая его обязанность?— Конечно, нет. Человек должен прежде всего трудиться на благо всех. Иначе мы никогда не были бы теми, кем мы стали. У нас любовь стала помощником человека, а не препятствием.Аута вздохнул:— Было бы хорошо поступать, как вы, но…— Она тебя любит?— Не знаю… может быть, да. Я только один раз смог поговорить с ней, и то тайно. Дочь жреца не может любить раба!— Не может или ей не разрешается?Аута не ответил. А Хор продолжал:— По твоим словам и если я хоть что-то начал понимать в жизни земных людей, мне кажется, что ее желание видеть богов из серебряной башни не что иное, как желание увидеть тебя. Почему она бродит в лунные ночи без охраны?Аута почувствовал, как в нем вспыхнула искорка надежды. Он крикнул:— Я украду ее!— Хочешь, чтобы тебя убили солдаты Тефнахта? — остановил его Хор, но вдруг предложил: — А может быть слетать к ней туда, когда она гуляет без охраны? Наш друг посадит лодку как можно ближе… лишь бы не испугать девушку. Ты же ведь не сможешь ее предупредить, иначе узнает об этом не только она, но и тот, кто не должен знать.Аута с признательностью взглянул на Хора. Но тут к ним подошла группа рабов. Они упали на колени, и Аута долго не мог их поднять. Среди них находился и Мпунзи.Аута узнал, что группа отбилась от восставших рабов и заблудилась, Мпунзи встретил ее, когда возвращался с вестями от Май-Баки.— Май-Бака посылает тебе свое высшее почтение, добрый бог, и радует твой слух вестью о том, что в лагерь прибыло четыре раза по тысяче рабов. Этих я привел к тебе, так как они бродили тут поблизости. Отсюда я их поведу к Май-Баке.Аута с любопытством взглянул на одного небольшого роста, но крепко сложенного раба; лицо у него было светло-желтого цвета. Рядом стоял другой, тоже небольшого роста, с темно-красной кожей. Он спросил, из какой страны их вывезли.Оба раба очень плохо говорили на языке атлантов, а один почти ничего не понимал. Тот, у кого кожа была светло-желтая, мог быть с дальнего востока, подумал Аута, а может быть, из маленькой страны Шумер. Но вот второго типа людей ему не приходилось встречать. Цвет их кожи напоминал атлантов, да и черты лица не особенно-то отличались от них, разве что лицо посуше, нос подлиннее и побольше, да и ростом человек был чуть поменьше. Первого он наугад спросил на языке страны Шумер, как его звать. Довольный возможностью поговорить на своем родном языке, человек расплылся в улыбке до самых ушей и поклонился:— Наш бог знает все языки земли… Меня зовут Утнапиштим, и пусть славен будет бог, пожелавший узнать мое ничтожное имя!— А ты откуда? Как называется твоя страна? — спросил Аута другого, но на языке атлантов.Раб с темно-красным лицом показал рукой на запад. Аута пожал плечами:— Там нет никаких стран, только несколько маленьких островов, населенных дикими людьми. Ты оттуда?— Нет. Страна большая, красивая. Далеко! — ответил тот.Аута знал, что в некоторых сказках иногда говорится о большой стране на западном конце Земли, но он считал это выдумкой. Теперь же он не знал, что и подумать. Мысленно прикинув, Аута решил, что странный человек, вероятно, говорит правду, так как по внешнему виду он был не похож ни на кого из известных ему народов. Из разговора с ним Аута узнал, что его зовут Махукутах. В Другой раз он расспросил бы его поподробнее, но сейчас Мпунзи ждал и ему надо было со всеми остальными отправляться к берегу моря. Аута посоветовал передать Май-Баке, чтобы тот собрал побольше рабов.— Жаль, что погиб Яхубен! — сказал он грустно. — Ему нельзя было идти впереди всех.— Смерть Яхубена — это потеря всего лишь одного человека, — сказал Мпунзи, — Он был храбрый человек, но он не был рабом.— Да, но Яхубен знал, как организовать войско, ему было хорошо известно военное ремесло, а вам ведь придется драться с лучшей армией мира. — Аута очень сожалел, что не мог дать рабам ценного совета. — Вы храбры, но солдаты искусны и их много больше, чем вас. Передай Май-Баке, пусть повременит с боями и соберет рабов. Я приду…— Приходи, бог Аута. Ты бог и все знаешь. Ты научишь нас военному ремеслу.Аута грустно улыбнулся и подумал, что неплохо, если бы его самого кто-нибудь научил этому искусству.Когда наступил вечер, двадцать рабов под прикрытием длинных теней сумерек исчезли среди скал. Аута заметил странный, полный удивления взгляд Хора. Хор спросил его:— Как можно столько пройти пешком? Я посмотрел на Мпунзи. Для того чтобы сказать несколько слов, которые ему и не так уже помогут, он прошел половину Атлантиды босой, голый и, конечно, голодный. У вас много чудесных людей на Земле! Они совершали бы чудеса, если бы знали столько, сколько знают ваши жрецы, и остались бы такими, какие они есть!— Скажи, Хор, как им помочь! — воскликнул Аута, и в его голосе прозвучали нотки отчаяния. — Если бы я знал хотя бы то, что знал Яхубен!.. Я хотел бы быть с ними, но ты не отпускаешь меня.— Только потому, что хочу помочь им. Они добьются много больше, если ты научишь их, как жить. Тогда они будут воевать и без тебя. После окончания исследований, ради которых мы сюда прилетели, до нашего отлета мы улучим время и для тебя. Я подумал, что с нами полетишь не только ты. У нас ты смог бы научиться некоторым вещам по-настоящему, и тогда мы послали бы тебя назад на Землю. Если же ты сейчас пойдешь к ним, то сможешь научить их лишь тому, как умирать, и умрешь, как твой друг Яхубен, возможно раньше, чем их научишь чему-нибудь.Дни проходили в исследованиях, которые чужеземцы вели спешным порядком. Для Ауты они были днями учебы. Чужеземцы почти ничего не заставляли его делать. Земная пища давно кончилась, и он снова глотал их странные шарики.Однажды вечером Хор подошел к нему и протянул ему руку. Они стояли на краю скалы. Огромная желтая луна вышла откуда-то из-за горизонта.— Аута, — сказал Хор, — поднимается луна.— Вижу! — ответил тот спокойно.Хор рассмеялся:— Ты что же, раздумал и не хочешь пойти?— Куда, Хор? — Аута оживился, вспомнив, о чем идет речь. — Могу отправляться? Я тогда подумал, что ты пошутил.Хор строго взглянул на него и произнес:— Пошли. Может быть, увидев любимую, ты успокоишься.— Любовь — это не спокойствие: когда любимая женщина не рядом с тобою, всегда волнуешься, волнуешься и тогда, когда она рядом! — ответил Аута и направился к летающей лодке.Там уже ждал их улыбающийся рулевой.Лодка быстро долетела до места и сделала несколько кругов над садом дворца. Высокие деревья не давали ей возможности сесть. Они с трудом нашли подходящее место в кустах. Когда вышли из лодки, Аута прошептал:— Вот она.По аллее шли три женщины. Одна из них была Неферт. На ней была длинная белая одежда, на густых волосах лежал венок. Талию ее перехватывал пояс из серебряных колец. Одежда, по обычаям Атлантиды и таких стран, как, например, Та Кемет, не закрывала ей грудь. Шла она медленно, словно плыла. Лунный свет играл в ее черных волосах.Аута стоял как завороженный. Но и остальные не остались равнодушными. При свете луны были видны ее темные брови, идущие от самых висков, топкий и прямой нос, слегка изогнутый над полными губами. Восточного типа лицо было обрамлено ниспадающими на лоб и плечи прямо подстриженными волосами.Первым прервал молчание рулевой.— Я не жалею, что не остался в лодке, — сказал он шепотом. — Может быть, мне более никогда не представится случай увидеть этот сад и вдыхать аромат его цветов. С лодкой все равно ничего не случится. Там же никого нет… В конце концов, и для меня здесь есть чему поучиться…Хор вопросительно взглянул на него.— Хочется посмотреть своими глазами, как похищают женщину! — сказал, улыбаясь, рулевой. — Надо же и мне знать, как это сделать с одной из твоих дочерей, после того как вернемся домой.— Она не желает быть с тобой вместе? — спросил простодушно Хор.Рулевой промолчал. Неферт подошла к ним совсем близко. Тогда Аута тихо окликнул ее:— Неферт, мы здесь! — и побежал к ней.Девушка повернулась к ним и, неожиданно вскрикнув, бросилась в объятия Ауты. Она прижалась к его могучей груди.Тотчас после этого вблизи послышались голоса, и из-за кустов показались сверкающие в лучах лунного света Солдатские шлемы.— Пойдешь со мною, Неферт? — спросил Аута торопливо.— Бежим, как бы нас не убили. Мне не надо было бы кричать. Я знала, что ты придешь, я чувствовала. Но у меня…Голос ее умолк. Солдаты были совсем близко.— Беги с ними, Неферт! — прошептал ей Аута, указывая на двух чужеземцев.— Я иду с тобой!Девушка побежала к Хору, который взял ее под руку. Но чужеземцы не могли бегать на этой планете, хотя у них под одеждой и находились воздушные подушки. Они быстро, как только могли, направились к лодке.Солдаты окружили Ауту. Он поднял огромную каменную чашу с цветами и бросил ее на голову ближайшего солдата. Солдат упал, у него из виска показалась кровь, рядом лежал его разбитый шлем. Какой-то солдат был готов ударить Ауту копьем, но в это мгновение копье перехватила чья-то рука и отвела вниз. Голос прошептал:— Есть приказ привести его в целости и сохранности.Аута воспользовался замешательством и схватил с пьедестала маленькую мраморную статую какого-то бога. В этот момент послышалось продолжительное шипение. Аута только приготовился бросить статую в подбежавшего солдата, как услышал, что шипение переросло в свист. Молниеносно сверкнула мысль: “Без меня улетают. Испугались!” В тот же миг послышался крик рулевого:— Беги! У нас забрали летающую лодку!Аута посмотрел вверх и понял: лодка летела на юг. Кто взял ее? Кто смог управлять ею? Статуя бога выскользнула из его рук и разбилась на мелкие куски. Голова беспомощно склонилась на грудь. Чья-то тяжелая рука легла на его плечо. На ногах он почувствовал прикосновение чего-то холодного. Только теперь он понял, что это цепи. Он хорошо знал холодное прикосновение меди. У земли было темно, и солдаты никак не могли просунуть в кольцо медную цепь. Аута пришел в себя. Он поднял глаза и сильно ударил кулаком в висок солдата, вцепившегося в его плечо своей тяжелой рукой. Солдат покачнулся и попятился назад. Четверо других бросились на Ауту и схватили его за руки. Он попытался вырваться, но не смог. Хотел взглянуть в сторону, откуда кричал рулевой, но успел лишь увидеть в кустах что-то светящееся серебром. Вероятно, это были чужеземцы с Неферт, а может быть, всего лишь блик луны. Но вдруг откуда-то послышался высокий голос. Аута напрягся изо всех сил, пытаясь еще раз сбросить с себя державшие его руки. Как могло случиться, что никто не бросился на чужеземцев? Или солдаты в самом деле сочли их за богов и боятся их…— Если будете так сжимать, то задушите меня! — закричал Аута — Великий Жрец казнит вас всех. Слышали его приказ?Объявленные ранее слова о приказе Великого Жреца оказали ему добрую услугу. Солдаты отпустили Ауту и, окружив его плотным кольцом, отошли на несколько шагов.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44


А-П

П-Я