установка ванн 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Опасность с двух сторон и еще посередине. Один, тот, кто соединит их вместе… соединит то, что не должно быть соединено.
Внезапно Чайтра схватила меня за руку.
— Покиньте это место, — резко сказала она. — Забудьте то, что вы должны делать, а делайте только то, что нужно.
Я вздрогнула от ее слов, мне захотелось куда-то помчаться, что-то сделать. Большим усилием воли мне удалось сохранить самообладание, остаться стоять на месте. В этот момент взгляд Чайтры резко изменился. Создалось впечатление, что она увидела меня и все окружающее. Чайтра смутилась. Она часто-часто заморгала глазами, и у меня прошло то неприятное ощущение надвигающегося ледяного облака. Осталась только гусиная кожа на плечах да легкое дрожание под коленями.
— Господи, — произнесла я растерянно. — Что все-это значит? Ты говорила какими-то загадками.
Чайтра тряхнула головой и смущенно посмотрела на меня. На ее подносе легонько позвякивали ложки. Вид у служанки был очень растерянный.
— Не знаю, что и сказать, — пробормотала она. — Знаю только, что мне не нравится это место. Оно забирает у меня энергию. Но я должна оставаться здесь. А ты можешь свободно уйти… Уходи отсюда, Хилари! Если ты не сделаешь этого быстро, боюсь, что можешь окончить свою жизнь в Эбби Хаус.
Больше Чайтра ничего не сказала. Она повернулась и поспешно направилась своей дорогой.
Я еще долго стояла и дрожала, сама не зная отчего. То ли от соприкосновения с незнакомым и пугающим, то ли от мысли, что придется доживать все оставшиеся годы в Эбби Хаус. Последняя фраза Чайтры врезалась в мое сознание, и я подходила к ней с той и другой стороны. Что это за предупреждение? Она не сказала, что я коичу свою жизнь в Эбби Хаус, а только то, что могу окончить. Значит, при каких-то определенных обстоятельствах. Что это могут быть за обстоятельства? Кроме того, слово «окончить» не передает продолжительность этого участка жизни. Он может длиться день, а может век. За этими различиями совершенно разные судьбы человека.
И новые вопросы. Теперь они касались уже хозяйки Чайтры миссис Мэдкрофт. Ух не она ли обозначает того, кто соединит две противоположные стороны? А кто имеется в виду под этими сторонами? Что если это мать Фанни и…
И се убийца?
От охватившей меня внутренней дрожи я передернула плечами. Теперь у меня уже не оставалось никаких сомнений в том, что я останусь с миссис Мэдкрофт до тех пор, пока все это не закончится. С этой мыслью я направилась в свою комнату.
Миссис Мэдкрофт и мистер Квомби решили провести этот день вместе за каким-нибудь спокойным занятием. Мистер Квомби грациозно пригласил меня присоединиться к ним, но я отказалась. Мне хотелось заполнить предоставленные мне часы какой-нибудь работой. Надо работать, работать и работать, пока не избавлюсь от предчувствия надвигающейся, уже близкой беды, которое охватило меня после того, как я услышала предсказание Чайтры. По благодарной улыбке и надежде, засветившейся в глазах миссис Мэдкрофт я поняла, что мое отсутствие ею не будет ощущаться.
А меня тешили мои собственные надежды. Если мистер Квомби сделает предложение, возможно, мы сможем сразу же вернуться в Лондон. Миссис Мэдкрофт, безусловно, будет слишком взволнована и занята, чтобы думать о сеансах. Подготовка к свадьбе поглотит все ее время и внимание. Я помолилась за то, чтобы мистер Квомби сделал ей предложение в течение дня.
Помня об обещании, данном мною доктору Родесу, я отправилась искать Фанни. Одна из горничных наверху сказала мне любезно, что та в гостиной.
— И будет рада вашему обществу, — добавила горничная. — Она не знает, чем заняться.
С этим напутствием я быстро прошла мимо лестничной площадки второго этажа и вошла в фамильное крыло. Было тихо. Приглушенный солнечный свет просачивался через оконные стекла в дальнем конце здания. Я остановилась и осмотрела коридор, нет ли здесь мистера Ллевелина, с которым мне совершенно не хотелось встречаться. Коридор оказался пуст, и я быстро прошла к комнате Фанни.
На мой стук дверь сразу же широко распахнулась. Светлые локоны Фанни дыбом поднялись вокруг ее лица, а сама она улыбалась, как всегда ослепительной улыбкой.
— Хилари, слава Богу, что ты пришла! — воскликнула она с неподдельной радостью. — Мне ужасно скучно.
За Фанни, удобно устроившись, на небольшом диване сидела Салли Причард. При последних словах Фанни, она недовольно наморщила свой аккуратненький носик. — В самом деле, Фанни, — с искренней обидой сказала она. — Я в твоем обществе уже больше часа, и твое откровенное высказывание, будто тебе ужасно скучно, ничто иное как грубость.
Фанни еще раз блеснула своей детской непосредственностью. Она разразилась звонким смехом.
— О, не будь глупой, — успокоила она подругу. — Ты знаешь, что я люблю послушать сплетни, но я уже больше не могу сидеть спокойно ни единой минуты.
Фанни схватила меня за руку и потащила в гостиную. На каждый мой шаг она делала два или три, игриво пританцовывая вокруг меня, словно взбалмошный ребенок. Салли смотрела на нас, обиженно поджав губы. Мне было интересно знать, помнила ли она тот случай, когда вот так же непрошено я вторглась в оранжерею, где она прогуливалась с мистером Ллевелином.
— А почему бы нам не покататься верхом! — ликующе предложила Фанни. — Хилари почти ничего не видела в имении, а полдень сегодня такой чудесный.
— Ты же знаешь, я не выношу лошадей, — жеманно произнесла Салли. — От одного запаха конского пота я чихаю и у меня слезятся глаза.
— Тогда мы поедем с Хилари, — решительно заявила Фанни. — Ты, конечно, не будешь против того, чтобы на пару часов остаться одной, не правда ли, Салли?
— Почему ты так думаешь? — с нескрываемой обидой произнесла Салли.
— Иди и найди Урсулу, — посоветовала ей Фанни. — Разговор с тобой пойдет ей на пользу. Думаю, что и Эдмонд где-нибудь поблизости.
В глазах молодой вдовы вспыхнули искры женской игривости, от ее хмурости не осталось и следа.
— Возможно, я так и сделаю, — сказала она, вставая с дивана.
Салли поцеловала Фанни, кивнула мне и выскочила из комнаты.
Фанни подождала, пока дверь закроется, затем картинно закатила глаза и прыснула со смеха.
— Эдмонд придет в ярость от такой моей шутки, — смеясь, сказала она.
— Ты действительно так думаешь? — спросила я.
— Ну, ничего, — махнула рукой Фанни. — Общество Салли пойдет ему на пользу.
Она откинула локоны назад и посмотрела на меня.
— Ты ездишь верхом? Помнится, ты говорила, что ездишь.
— Немного. Но у меня нет костюма для верховой езды.
— Я дам тебе свой. Он должен подойти.
Спустя примерно четверть часа мы уже шли к конюшням. Ими оказались беспорядочно стоящие сооружения из серого камня, с покатыми черепичными крышами. Конюхи и другие работники, судя по всему, слонялись без дела. Они бесцельно входили в открытые двери и выходили из них, стуча ботинками о камни. Запах сена и свежего навоза устойчиво держался в воздухе, и от него щипало в носу.
Костюм для верховой езды, в который одела меня, Фанни, был желтовато-зеленого цвета с темным оттенком. Фанни призналась, что этот костюм не относится к ее любимым, поскольку ткань для него выбирала Урсула. Сама Фанни предпочитает более светлые тона и яркие краски. Сейчас ее обтягивал костюм из розового бархата. На голове Фанни кокетливо красовалась дерзкая шляпка, под которую были убраны ее локоны.
В конюшне нас встретил конюх, мужчина средних лет с большим животом и надвинутой на лоб кепке. Он посмотрел сначала на Фанни, затем на меня и переступил с ноги на ногу.
— Доброе утро, Сэм! — приветствовала его Фанни с детской улыбкой на губах. — Оседлай Джингера и Стокинга для нас, будь добр.
— Не могу сделать этого, мисс, — мрачно сказал конюх, вращая пуговицу на пиджаке и упорно глядя себе под ноги. — Вы же знаете приказ мистера Ллевелина. — Ах, какая досада! — с наигранным кокетством сказала Фанни. — Но он сказал, чтобы я не ездила одна. А я сегодня не одна. Не так ли?
Я вежливо улыбнулась, но не могла не почувствовать, что попала впросак. Фанни сделала то, что я не поддерживала. Вспомнился ее рассказ о несчастном случае. Но тогда она выехала на лошади самовольно, потому что была ребенком и не сознавала ответственность. Теперь положение дел иное. Фанн и уже невеста и ее самоуправство едва ли может быть извинительным. Конюх с сомнением покачал головой.
— Не знаю, мисс, — сказал он. — Я не знаком с этой молодой леди.
— А ты и де можешь знать всех моих друзей, Сем, — поучительно произнесла Фанн LINK Word.Document.8 «C:\\!ebook\\!doc\\Томас Отчаянная.doc» OLELINK1 \a \r и . — А сейчас беги и делай то, что я велела!
Конюх колебался, явно не желая идти.
— Я не буду повторять тебе два раза! — нетерпеливо напомнила Фанни, и в ее голосе появилась резкость.
Требовательный тон Фанни, судя по всему, задел конюха, и он уже открыл было рот, чтобы выразить протест, но так и не успел ничего сказать. Вместо этого он посмотрел поверх Фанни, и чувство облегчения отобразилось на его лице.
Фанни повернулась так резко, что ее юбочка для верховой езды закрутилась вокруг нее.
Я тоже повернулась, но неохотно, медленно, догадываясь, что за спиной у нас стоял, наверное, не кто иной, как мистер Ллевелин. Что и говорить, ситуация сложилась неприятная. Не знаю почему, но я испытывала такое чувство, словно меня поймали за кражей столового серебра. Видимых причин для внутреннего дискомфорта вроде бы и не было, тем не менее, я сознавала, что мы с Фанни что-то сделали не так.
Мистер Ллевелин некоторое время стоял молча, устремив на сестру строгий, пристальный взгляд. На меня он едва взглянул.
— Что ты делаешь? — требовательно спросил он Фанни.
— О, это ты, Эдмонд, — сказала Фанни, зевнув и вежливо прикрывшись рукой. — Мы с Хилари хотели покататься верхом по имению.
— Тебе же было запрещено ездить верхом, если никто не сопровождает, — сказал он тоном строгого наставника.
— Я с Хилари, не так ли? — продолжала Фанни разыгрывать невинное дитя.
Мистер Ллевелин презрительно осмотрел меня и перевел взгляд на Фанни.
— Я не считаю, что мисс Хилари подходит для сопровождения, — сухо заметил он.
— Какая досада! Сколько хлопот из ничего. Тогда пошли Сэма, если считаешь это таким необходимым. Но я не могу бездельничать целый день в ожидании сопровождающего.
— Тут нужен не Сэм. Да чтобы удержать тебя от твоих милых шалостей, нужен не Сэм, ты это хорошо знаешь.
— В самом деле, Эдмонд, ты невыносим! Тогда сопровождай нас сам, если считаешь это нужным. Но я не откажусь от верховой езды.
С этими словами Фанни нетерпеливо тряхнула локонами, которые уже выбились из-под ее шляпки.
Последовала пауза, затем мистер Ллевелин утвердительно кивнул головой.
— Но в будущем я прошу тебя предупреждать меня о поездке не менее, чем за час, — предупредил он. На это Фанни только улыбнулась. Поставленное братом условие — не то неудобство, которое могло бы удержать ее от любимого занятия.
По счастливой случайности, мистер Ллевелин оказался уже одетым для верховой езды. Безупречный костюм подчеркивал его широкие плечи и придавал ему своеобразное мужское изящество. Очевидно, хозяин имения тоже захотел в этот день развлечься, и наше общество не входило в его планы.
Присутствие сумрачного брата сразу же привело в уныние даже неунывающую Фанни. Наш разговор с мистером Ллевелином не складывался. Хозяин не считал себя обязанным проявлять по отношению к нам любезность, он молчал, предоставив нам возможность тихо разговаривать друг с другом. Время от времени Фанни сердито смотрела на него, но он не обращал на это никакого внимания. Его невозмутимость начала выводить Фанни из себя.
Что касается меня, то я предпочитала любоваться пейзажем. Посмотреть было на что. Холмистая равнина простиралась во все стороны. Зелеными могучими волнами катились пастбищные земли и подлески. Все разнообразные участки местности были объединены непередаваемой словами гармонией, которая придавала местности одновременно величие и спокойствие. Я удивлялась тому, что столько разнообразного в природе как-то уживалось. А люди, даже когда их совсем немного, никак не могли достичь согласия и мира. Чего им не достает?
Не успели мы проехать и одной мили, как впереди заметили одиночного всадника, скакавшего нам навстречу легким галопом. Когда расстояние между нами уменьшилось, я узнала по фигуре доктора Родеса.
— Кенет! — радостно закричала Фанни и, пришпорив лошадь, поскакала ему навстречу.
Ловкость, с которой Фанни сидела в седле, убедительнее всяких слов говорила о том, что опека брата была для нее излишней.
Мистер Ллевелин нахмурился, но отпустил сестру к жениху без комментариев. Я с завистью посмотрела вслед Фанни, мне тоже захотелось поехать за ней. Удержало лишь чувство такта. Может быть, невесте хотелось побыть какое-то время наедине с женихом. Не хотелось мешать им, хотя эта деликатность обрекала меня оставаться в обществе мрачного мистера Ллевелина.
Без особого восторга я подумала о том, что теперь мне предстояло вести с ним разговор.
— Вам должно быть приятно, что ваша сестра нашла подходящего для замужества человека? — спросила я, подбирая такую тему разговора, которая не могла бы его зацепить.
Мускулы его лица пришли в движение.
— Мне нет, — сухо сказал он. — А вот Кенету не мешало бы иметь больше здравого смысла.
— Господи, что с вами? — изумилась я. — Мне казалось, что как брат вы хотя бы попытаетесь порадоваться за них.
— Не пытайтесь навязывать мне, что я должен, а чего не должен чувствовать, мисс Кевери, — осадил меня мистер Ллевелин. — А так как мы одни, есть одно дело, которое мне хотелось бы обсудить с вами.
— А если у меня нет желания? — спросила я. Он резко посмотрел на меня, и его пальцы натянули поводья.
— На будущее скажу вам, — все тем же сухим тоном произнес он. — Я буду вам благодарен за то, что вы не будете содействовать Фанни в ее попытках нарушать дисциплину.
— Что вы имеете в виду? Случай в конюшне?
— Именно.
— Пока ваш конюх не начал возражать, я не подозревала, что выезд для Фанни — проблема.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55


А-П

П-Я