https://wodolei.ru/catalog/mebel/zerkala-s-podsvetkoy/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Или же он анализировал все, что слышал в этой дружеской беседе? В разговоре мелькало множество незнакомых Кэтрин имен. Том сказал ей перед тем, как они покинули трактир, что в политике Амос всегда на стороне тех, кто обещает ему более щедрую награду. Республиканцы или роялисты, турки или христиане — ему все равно.
— А ты? — спросила она у него тогда. — Ты такой же, как и Амос?
— А уж это, — ответил он, подарив ей белозубую улыбку, на мгновение преобразившую его лицо, — ты решишь сама, когда наше задание будет выполнено.
Он был увертлив, как угорь, — пожалуй, для тайного агента нужное качество. Сейчас, глядя на то, как он сидит, развалившись в кресле и держа в руке бокал вина, можно было подумать, что больше всего на свете он рад возможности посплетничать со старым другом.
— А как там Уильям Грэм? — поинтересовался он наконец. — Я слышал, что он обосновался в Антверпене.
Интересно, почудилось Кэтрин или доброжелательное, спокойное лицо Амоса Шоотера и правда чуть заметно дрогнуло? Словно из-под маски равнодушного, довольного своим житьем-бытьем торговца вдруг выглянул закаленный в безжалостных боях наемник, которым он был когда-то. Не прошло и секунды, как он снова овладел собой и расхохотался.
— Уильям Грэм? Вот уж не думал, что ты с ним знаком, Том! Вы с ним совсем разные люди!
— Я его не знаю, но мне говорили, что с ним полезно было бы подружиться.
— Вот это верно. Он живет не больше чем в миле отсюда. По слухам, то и дело переезжает из города в город. Этого требует его бизнес, но не спрашивай меня, чем он занимается.
Том сделал большой глоток вина и сменил тему беседы.
Чуть позже мистрис Шоотер показала Кэтрин дом и провела ее через маленькие воротца в сад, где росли пряные травы и овощи, а летом созревали фрукты. Прежде чем вернуться в дом, Изабель проговорила на ломаном английском, которому научил ее Амос:
— Вашему мужу не следует доверять этому Грэму — я говорю это ради вас.
— Но почему? — Кэтрин постаралась задать свой вопрос как можно более невинным тоном, и ей это удалось.
Изабель Шоотер покачала головой.
— Не могу вам сказать. Мне вообще не следовало говорить об этом. Но вы славная девочка, даже если ваш муж и не тот весельчак, за которого себя выдает.
Как и Амос, цинично подумала Кэтрин. Вряд ли Тома можно назвать весельчаком, однако сейчас он действительно разыгрывал рубаху-парня.
Она ничего не ответила, вспомнив слова матушки-фламандки, которая говаривала, что умение вовремя промолчать — дар куда более ценный, чем красноречие.
— У вас чудесная жена, сэр. Молю вас, берегите ее, — на прощание сказала Изабель Тому.
— С чего бы это она расчувствовалась? — поинтересовался Том, когда они зашагали обратно. Джорди провел несколько блаженных часов в людской и от души напробовался местного светлого шипучего пива, и теперь шел за ними, слегка покачиваясь.
— Она думает, что я — милое, невинное дитя, которое нуждается в защите. По ее мнению, тебе не следует слишком доверять Уильяму Грэму.
— В самом деле? Ну, так я и не собираюсь ему доверять — как, впрочем, и Амосу. А больше она ничего не говорила?
— Она лишь заметила, что ты только притворяешься весельчаком.
Том резко остановился, и Джорди, который шел, сонно свесив голову, наскочил на него и заработал от хозяина несколько крепких словечек.
— Вот как? Умница, ничего не скажешь. Но если она так умна, почему вышла за Амоса?
Кэтрин пожала плечами:
— Люди вступают в браки по разным причинам. А что, весельчак Амос сказал тебе, где искать Уильяма Грэма?
— Сказал, но не предостерег меня в отличие от супруги. Боюсь, он считает меня столь же двуличным перевертышем, каким является сам.
— Но ведь и ты, и я тоже играем сейчас отведенные нам роли.
Том, громко расхохотавшись, заметил:
— Видимо, отныне мне придется следить за всем, что я говорю. Из тебя вышла бы славная помощница Уиллу Уэгстэффу — из тех, что вышивают слова своих хозяев золотом.
Они зашли в трактир, и Том приказал подать вина и ужин, чтобы подкрепиться на ночь.
Когда Том, чуть пошатываясь, отправился спать — он делил комнату с Джорди, не делая попыток полюбезничать со своей «женой», — Кэтрин подумала, что по крайней мере одно теперь ясно: кем бы ни был Том Тренчард на самом деле, жизнь с ним никогда не будет скучной.
Так оно на следующий день и оказалось. На этот раз Том велел ей одеться поскромнее, и она выбрала старенькое серое платье и большую шаль. Они отправились по адресу, который дал им Амос Шоотер, и по дороге Том купил для Кэтрин белый чепчик с «крылышками» — такие носили все замужние женщины. Кружевная оборка кокетливо обрамляла лицо девушки, скрывая роскошные темные волосы.
Том также оделся неброско — на нем была коричневая кожаная куртка, грубые полотняные штаны, уже знакомая Кэтрин застиранная рубашка и, разумеется, его великолепные сапоги — без них, казалось, он и шагу не мог ступить. Неизменной осталась и черная остроконечная шляпа.
Джорди, словно призрак, уныло плелся за ними. В Нидерландах он носил некое подобие ливреи — древнюю голубую куртку и такие же штаны, серые шерстяные чулки и тяжелые башмаки с оловянными пряжками. В руке он торжественно нес жезл с серебряным набалдашником.
Перед выходом в город Том завел с Кэтрин серьезную беседу:
— Хэл Арлингтон говорил, что Грэм падок на смазливые личики. Не забывай, что ты хотя и хорошенькая, но все же замужняя женщина. Тебе полагается вести себя очень скромно, но при этом ты должна увлечь Грэма. Бросай на него убийственные взгляды — и тут же опускай глаза. Время от времени можешь посмотреть на него с восхищением, если он скажет что-нибудь остроумное.
Оказывается, ее послали на край света лишь затем, чтобы она попыталась соблазнить Грэма!
— Уж не собираешься ли ты податься в сутенеры, Том Тренчард? Предупреждаю тебя честно и откровенно: может, эта игра и нравится тебе, но у меня нет никакого желания исполнять роль, которую отвели мне твои хозяева!
— Этого и не требуется, — быстро откликнулся Том. — Ты просто подразни его, сделай так, чтобы он увлекся, — и ничего больше!
На лице и в голосе Кэтрин отразилось искреннее отвращение:
— Это же еще хуже, чем соблазнить его на самом деле!
— А уж это на твое усмотрение, — ухмыльнулся Том. — Если ты предпочитаешь быть честной шлюхой…
Кэтрин топнула ногой.
— Если бы жизнь бедного Роба не зависела от меня, я бы побежала в порт и села на первый же корабль, что отплывает в Англию!
— Умница, жена. Мне всегда нравились женщины, знающие, чего хотят, таким даром наделены немногие.
— Ах ты! — Кэтрин задохнулась от гнева. Он был просто невыносим, но что толку говорить ему об этом?
Оказалось, что Грэм жил в крохотном деревянном одноэтажном домишке на окраине города, среди огородов. Параллельно узенькой тропинке виднелся канал, по которому мальчишка тянул нагруженную капустой плоскодонку. Том задумчиво осмотрелся по сторонам, когда они зашагали к дому через запущенный сад.
— Как тут тихо! — Он поежился. — Даже слишком тихо. Я-то думал, что человек вроде Грэма предпочтет затеряться в шумном городе, а не прятаться в такой глуши…
Едва они приблизились к двери, как изнутри послышался шум борьбы и громкие мужские голоса.
— Какого черта! — воскликнул Том и толкнул незапертую дверь. Он быстро вошел в дом, велев Джорди следовать за ним, а Кэтрин — ждать их снаружи.
Разумеется, она и не подумала подчиниться такому нелепому приказу.
Глава четвертая
Они очутились в просторной комнате, посреди которой не на жизнь, а на смерть дрались трое мужчин. Том озадаченно остановился на пороге, гадая, кого из них он надеялся отыскать тут и кого, соответственно, должен попытаться спасти.
Спустя мгновение стало ясно, что один из мужчин ведет неравный бой с двумя нападавшими — надо думать, это и был Уильям Грэм. Том выхватил у Джорди жезл и набалдашником ударил по голове человека, который уже схватил Грэма за горло.
Тот без сознания рухнул на пол. Том бросил Джорди жезл и вытащил из-под куртки длинный кинжал. Увидев, что на него угрожающе надвигаются и Том, и Джорди, второй из нападавших изо всей силы швырнул Грэма в Тома, так что Том потерял равновесие и повалился на скамью, а сверху его придавил Грэм.
Неудачливый убийца выскочил в открытую дверь в глубине комнаты, и следом за ним метнулся Джорди. Том сначала поставил на ноги Грэма, а затем поднялся и сам.
— Кем бы вы ни были, — говорил тем временем Грэм, — вы спасли мне жизнь, сударь, и я всем сердцем благодарен вам.
— Никаких благодарностей — отмахнулся Том. — Вы, сэр, верно, Уильям Грэм, повидать которого я пришел. А кто это? — Он указал на лежащего на полу человека, который со стоном пошевелился. — И почему его сообщник вознамерился прикончить вас?
— Увы, я сам ничего не могу понять, — ответил Грэм. На лице и на горле его виднелись синяки, и говорил он с трудом. — Эти двое вломились через черный ход и явно пытались убить меня.
Почему-то Кэтрин — а она замерла в дверях, потрясенная увиденной схваткой, — ему не поверила.
Том убрал свой кинжал под куртку и, подняв стонущего бандита на ноги, усадил его на скамью.
— Говорите, менеер, — начал Том. — Кто приказал вам убить мистера Грэма?
Мужчина покачал головой, явно не понимая ни слова. Том взглянул на Грэма.
— Моя жена отлично говорит по-голландски и по-французски.
Кэтрин сделала шаг вперед, но в эту минуту вернулся Джорди. Вид у него был еще мрачнее, чем обычно, и Том нетерпеливо обернулся к нему.
— Простите, хозяин, я потерял его. Там, за садами, начинается лес, и тропинка раздваивается. Должно быть, я свернул не в ту сторону.
— Ничего, — коротко отозвался Том, кивая ему. — Мы и так скоро все узнаем.
Не успели они повернуться, как грянул выстрел. Бандит повалился на пол, изо рта у него струилась кровь, а позади него стоял Грэм с пистолетом в руке.
— Зачем, черт побери, вы это сделали? — воскликнул Том.
— Чтобы спасти вас, разумеется, — с готовностью ответил Грэм. — Видите, он собирался достать кинжал, и я поспешил прийти вам на помощь!
Лицо Тома было столь неприветливо-суровым, что по спине Кэтрин пробежали мурашки. Похоже, он не испытывал благодарности к своему спасителю.
— Зря вы его застрелили, — медленно проговорил он столь ледяным голосом, что Кэтрин с трудом узнала его, — теперь мы уже никогда не узнаем, кто заплатил ему, чтобы он убил вас.
На лице Грэма появилось виноватое выражение, однако он ответил с бесконечным терпением в голосе:
— Ради Бога, простите меня. Я увидел, что он вот-вот нападет на вас, и выстрелил не раздумывая.
Пару мгновений Том молчал, а затем коротко рассмеялся:
— Нет, это вы меня простите. Вы не могли знать, что я долгие годы провел на военной службе — меня не так-то просто застать врасплох! Впрочем, я всем сердцем благодарен вам.
Грэм поклонился.
— А теперь буду счастлив узнать, кто вы и почему вам было угодно искать встречи со мной. — Он направился к буфету, где стояли кувшин и прекрасные бокалы из тонкого стекла — их изящество заметно контрастировало с убогой обстановкой дома. — Выпьем за то, чтобы все кончилось благополучно.
Том покачал головой.
— Мы выпьем позже. Сначала надо решить, что делать с ним, — он указал на тело. — Прошу прощения, если я ошибаюсь, предполагая, что вы не намерены уведомлять власти о случившемся. Значит, от улик необходимо избавиться.
Грэм спокойно разливал вино по бокалам, словно привык вести подобные разговоры каждый день.
— Здесь кругом немало каналов, поверьте, никому и в голову не придет интересоваться, что тут произошло. Скорее всего, и сообщник его не вернется к своим хозяевам с докладом о неудаче. Это были лишь наемники, которых послали, чтобы разделаться со мной; им не повезло, что вы появились так вовремя.
А нам повезло, подумала Кэтрин, которой больше всего на свете хотелось подкрепиться вином. Она отвернулась, стараясь не смотреть на мертвое тело, и, встретив вопросительный взгляд Тома, слабо улыбнулась ему. Обрадованный ее стойкостью, он передал ей бокал.
— Выпей, тебе сразу станет лучше.
Она с удовольствием отпила доброго рейнского вина, слушая, как Том и Грэм обсуждают, что делать с убитым.
— Ваш слуга поможет мне перенести тело в садовый сарай. Когда стемнеет, его могилой станет канал, — почти бодро говорил Грэм.
Джорди состроил гримасу, но повиновался приказу хозяина. Том молчал, но успел многое передумать. Хорошо знакомый с миром политических интриг, где не обойтись без жестокости и насилия, он понял, что безмятежное спокойствие и невозмутимость Грэма перед лицом чужой смерти, виновником которой он сам без особой причины стал, показывали, что перед ним совсем не тот человек, каким считали Грэма и сэр Гоуэр, и милорд Арлингтон.
Перед ним был вовсе не трусливый перевертыш, который собирал ценную информацию и передавал ее то голландцам, то англичанам в зависимости от того, кто готов заплатить больше. Пожалуй, Грэм на редкость опасный тип, которому никак нельзя доверять. Интересно, кто пытался убить его? И почему?
Неужели Гоуэр и Арлингтон затеяли двойную игру и послали убийц, чтобы разделаться с Грэмом и свалить все на них с Кэтрин? Такую версию тоже нельзя исключить.
— Итак, сэр, — заговорил Грэм, жестом приглашая Тома присесть напротив него (Джорди был отправлен в сад — наблюдать за подходами к дому), — я жажду узнать, кто вы и какова цель вашего — столь спасительного для меня визита! — Он благодарственно поднял бокал.
Ах ты, грязная скотина! Том чуть не расхохотался, видя столь откровенную попытку втереться в доверие. В поведении Грэма было что-то странное, но Том никак не мог определить, что именно.
— Меня зовут Томас, Том Тренчард. Я принадлежу к славному семейству, известному своей верностью покойному Лорду-Протектору. Полковник Нед Тренчард, который служит сейчас Империи и Габсбургам, — мой дальний родственник.
По крайней мере, это чистая правда. Как все конспираторы, Том успешно смешивал истину с выдумкой.
— Понятно, понятно, мистер Тренчард. И зачем же явился ко мне родич Неда?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21


А-П

П-Я