https://wodolei.ru/catalog/vanny/180cm/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Габриель одарила его нежной улыбкой и, прежде чем взять у него из рук подарок, смахнула последние слезы со щек.
– Пожалуйста, передай этому юноше мою благодарность. Молодой воин, вынув кинжал, тотчас подался к ней, и глаза Габриель расширились от ужаса.
– Не бойся, он хочет отрезать на память прядку твоих волос, – успокоил ее Джейсон.
Габриель одобрительно кивнула, и Ревущая Молния осадил своего пони рядом с Санни. По его грустному взгляду она поняла, что он был глубоко задет ее отказом, но по крайней мере они дали индейцу удобный предлог, чтобы спасти его гордость. Отрезав довольно толстую прядь ее великолепных рыжих волос, он улыбнулся на прощание и, вернувшись к своим воинам, увел их прочь.
Довольный тем, что их испытания остались позади, Джейсон слегка потрепал Габриель по руке.
– Он наверняка до конца своих дней будет носить с собой прядь твоих волос.
– Я тоже буду беречь это перо, Джейсон, поскольку действительно считаю его предложение большой честью для себя, хотя и не могу его принять.
– По той самой причине, о которой ты ему сказала?
– А по какой же еще? – Габриель повернула Санни в сторону каравана, не без горечи думая о том, что молодой красивый индеец решил попросить ее руки, а человек, которого она любит, так до сих пор и не сделал этого.
В свою очередь, горько разочарованный ее холодностью, Джейсон поскакал вперед, чтобы отдать приказ фургонам трогаться в путь.
Глава 10
Как только угроза нападения индейцев миновала, дни снова потекли безмятежно. Габриель казалось, будто они путешествовали уже целую вечность. Это тягучее однообразие навевало такую скуку, что время для них как будто остановилось, и каждый новый день ничем не отличался от предыдущего. Наконец переселенцы покинули окрестности северного притока Платта и направились дальше вдоль берега реки Свитуотер, чьи воды плескались у подножия огромного гранитного образования, известного под названием Скала независимости. Тут караван сделал короткий привал. Барбара тотчас пожелала прочитать все имена, написанные на граните, и добавить к ним свое. Пришлось Полу приготовить смесь из грязи и пороха, которую можно было использовать вместо краски.
– Говорят, каждый, кому случается проезжать по Орегонской тропе, оставляет здесь свое имя. На этой скале гигантский список переселенцев, следующих на запад. Подумать только, что наши внуки когда-нибудь пройдут по тому же самому пути и, прочитав наши имена, узнают о том, какое захватывающее приключение мы пережили! – весело щебетала Барбара, когда они все вместе приблизились к огромной скале.
– А знаешь, Барбара, мне очень нравится твоя мысль, – откликнулась Габриель. – Надеюсь, кто-нибудь из моих потомков увидит здесь мое имя и оценит то, что я сделала.
Айрис, конечно же, посчитала весь их замысел пустой затеей, но, как всегда, присоединилась к спутницам, которые уже карабкались вверх по гранитной скале, чтобы найти подходящее место для своих надписей.
Увидев это, Джейсон расположился на полпути к вершине и крикнул им:
– На этой скале более пяти тысяч имен, дамы! У нас едва хватит времени, чтобы надписать здесь свои собственные инициалы, не говоря уже о том, чтобы прочесть все остальные.
Подруги тотчас остановились и принялись читать написанное вслух, а Габриель, вскарабкавшись повыше, пристроилась рядом с начальником каравана.
– А где ваше имя, мистер Ройал? Наверное, еще выше?
– Да, – отозвался Джейсон с лукавой усмешкой. – Только не просите меня показать его, поскольку я не позволю вам залезать так высоко.
– Когда-то я очень хорошо лазала по деревьям, гораздо лучше, чем большинство моих сверстников, однако я никогда не имела дела с валунами такого размера. – Габриель подняла глаза к вершине скалы, не сомневаясь в том, что при желании вполне могла бы взобраться на нее.
– А я и не подозревал, что в детстве ты была таким сорванцом, – произнес Джейсон, понизив голос.
– Да уж, – призналась Габриель.
Солнечный свет, отражавшийся в ее рыжих волосах, словно окружал ее золотистым ореолом, и Джейсон был несказанно доволен тем, что может просто сидеть и вести с ней беседу, поскольку со дня их памятной встречи с Ревущей Молнией им так и не представилось для этого удобного случая.
Выражение его серых глаз смутило Габриель: они словно манили, притягивали к себе. И ей тоже хотелось просто побыть с ним рядом.
– И как только ты выдерживаешь такое, Джейсон? Эта дорога действительно трудна, так что же заставляет тебя проделывать один и тот же путь снова и снова?
Джейсон только пожал плечами.
– Мне с четырнадцати лет пришлось жить самостоятельно, и большую часть этого времени я провел в путешествиях, хотя в конце концов всегда возвращаюсь в долину Уилламетт, оправдывая это тем, что там находится мой дом.
– И у тебя совсем нет семьи? – спросила Габриель чуть слышно.
– Нет, моих родителей уже нет в живых. Все остальные их дети умерли еще во младенчестве. – Видя сочувствие в ее лазоревых глазах, он поспешно произнес: – Я сам выбрал такой образ жизни, Габриель. Нет ничего лучше, чем стремиться вперед, отдавшись на волю ветра, и не иметь никаких привязанностей и утомительных обязанностей.
– По правде говоря, мистер Ройал, вы напрасно считаете дом и семью утомительной обязанностью, поскольку та беззаботная жизнь, которую вы мне тут описываете, становится совершенно бессмысленной, если в ней отсутствует цель или если вам не с кем ее разделить, – возразила Габриель.
– Вот как? – Джейсон, казалось, был изумлен. – Ваше мнение меня совсем не интересует. В конце концов, это моя жизнь, а не ваша.
Обиженная столь резким отпором, Габриель тотчас спросила:
– Однако вы ведь тоже оставили тут свое имя, так? Значит, то обстоятельство, что вы проезжали по этому пути, должно иметь для кого-то значение.
В ответ на ее замечание Джейсон громко рассмеялся.
– Что ж, мисс Макларен, я так же тщеславен, как и любой смертный, и хочу, чтобы обо мне помнили.
Поднявшись, Габриель чуть слышно прошептала:
– Я, со своей стороны, никогда тебя не забуду. Никогда!
Она снова присоединилась к подругам, и когда им наконец удалось найти свободное местечко на камне, с помощью заостренной палки вывела печатными буквами свое имя.
Их отдых был кратким, и на следующее утро с первыми же лучами рассвета караван продолжил свой путь. С каждой милей дорога становилась все извилистее и все круче, и к концу дня Габриель уставала до такой степени, что уже и думать ни о чем не могла. Она и без того сильно потеряла в весе, но теперь стала совсем хрупкой, почти невесомой, и когда они наконец миновали Южный перевал через Скалистые горы, оставив позади Континентальный хребет, девушка и не вспомнила о том, что они проделали лишь половину пути.
Ответственность за здоровье всех своих подопечных лежала на Джейсоне, и потому он не мог не заметить перемены в облике Габриель. Однако то же самое относилось и ко всем остальным девушкам. К счастью, они пока что не потеряли ни одного человека, но среди переселенцев было не так уж много маленьких детей, которые обычно становились первыми жертвами сурового пути. Караван двигался вперед с опережением графика, и потому, стоило им достичь Медвежьего озера, как Джейсон распорядился расположиться на отдых на несколько дней. Трава тут доходила до колен, а форель прямо-таки выпрыгивала из воды.
Теперь, когда один из самых трудных участков пути остался позади, Габриель с радостью упала на мягкую траву и стала любоваться плывущими по небу облаками. Долина казалась ей настолько прекрасной, что она недоумевала, как после подобного зрелища у людей еще могло возникнуть желание двигаться дальше.
Джейсона, в свою очередь, занимало совсем другое. С него было уже достаточно пылких взглядов Габриель, он нуждался в более осязаемом доказательстве ее чувств. Она была чрезвычайно страстной женщиной, и отныне Джейсон решил изменить тактику. Возможно, дивная красота окружавшей их природы заставила его отказаться от прежнего решения держаться в стороне, а может, внезапно охватившее его нетерпение было порождено каким-то тревожным предчувствием. Для своих целей он выбрал утро, надеясь, что в столь раннее время никто ничего не заподозрит. В ту ночь он почти не смыкал глаз, в восторге от собственной сообразительности. Еще несколько часов – и Габриель снова будет принадлежать ему!
Габриель на берегу озера полоскала в воде чулки, когда к ней, легко перескакивая через песчаные кочки, приблизился Тимоти Даффи. Он прошептал ей что-то на ухо, после чего быстро удалился. Мальчик разжег в ней любопытство и потому она направилась к реке, впадавшей в озеро, следуя вверх по течению. Перебравшись через камни, попадавшиеся ей на пути, она наконец приблизилась к глубокой заводи и увидела там Джейсона. Начальник каравана сидел на берегу и ловил форель так усердно, словно намеревался накормить ею весь караван.
– Тимоти сказал мне, что ты обнаружил тут в горах подъем, который может меня заинтересовать. Что ты имел в виду?
– Ты уже проделала большую его часть, – лукаво отозвался Джейсон, – но я хотел бы провести тебя чуть дальше.
Ничего не подозревающая Габриель осмотрелась по сторонам.
– Сегодня и впрямь прекрасный день для лазанья по горам, но мне показалось, что ты увлечен рыбалкой…
– Для меня это не более чем предлог. Рыба может и подождать. Давай-ка лучше поднимемся еще немного в гору.
Пробираясь под ветвями деревьев, свисавшими над самыми их головами, они вскарабкались вверх по склону горы и оказались рядом с еще одним небольшим водоемом, чуть больше того, в котором Джейсон только что удил рыбу. Взяв Габриель за руку, он перевел ее по гладким камням, служившим мостиком через самую узкую часть пруда. Затем они миновали сосновый лесок и вышли на поляну, где уже было расстелено одеяло, на котором стояла корзина со снедью для пикника.
Джейсон жестом предложил ей сесть рядом с ним.
– Я обнаружил это место два года назад. Здесь я порой отдыхаю от караванной жизни, иначе давно стал бы таким же усталым и раздраженным, как и все остальные. Надеюсь, ты не возражаешь, если я похищу тебя на час-другой, чтобы составить мне компанию?
В ответ на его замечание Габриель рассмеялась:
– Ты не очень-то последователен, Джейсон. Разве можно просить меня составить тебе компанию, если ты так от всех устал, что хочешь скрыться?
– Ну и какое тут противоречие? – удивился он. – Одно дело – находиться в шумной толпе, и совсем другое – наедине с прекрасной женщиной. Теперь тебе все ясно, или ты ждешь от меня дальнейших объяснений?
Приветливая улыбка на лице Габриель тут же сменилась выражением нескрываемого беспокойства. Напрасно она проявила столько слабости!
– Если ты хочешь просто поговорить со мной, я останусь. Но если ты ждешь от меня большею, тогда…
– Не волнуйся, – отозвался Джейсон. – У меня с собой бутылка вина, а также сыр и свежее печенье. Я даже успел собрать немного ягод, пока тебя ждал. Разве так ведет себя человек, который таит враждебные намерения?
Он разлил красное вино по оловянным кружкам и протянул одну из них ей.
– Надеюсь, ты простишь меня за то, что я не сумел найти подходящих к случаю хрустальных, рюмок, но ни одна из них не выдержала бы подобного путешествия.
Испытывая облегчение оттого, что он, судя по всему, был настроен весьма благодушно, Габриель отпила вина, отведала сыра и печенья. Ягоды оказались кисловатыми, но все же приятными на вкус, и она нашла трапезу восхитительной. Спустя какое-то время Габриель уже потеряла счет выпитому и потому решила остановиться.
Теперь она в упор смотрела на Джейсона, и в тот миг он казался ей еще красивее, чем в день их первой встречи.
– Знаешь, мне нравится твоя борода. Я тебе об этом никогда не говорила, но, по-моему, она тебе очень к лицу. – Оказалось, Габриель едва ворочает языком.
– Благодарю тебя, но если ты сказала мне это просто из вежливости, я сбрею ее сегодня же вечером. – Джейсон отставил в сторону кружку и осторожно приблизился к ней.
– Джейсон… – чуть слышно прошептала Габриель, но едва он уложил ее на шерстяное одеяло, совершенно забыла, что именно собиралась ему сказать.
Его мягкие губы лишь на миг обхватили ее приоткрытый рот, после чего он принялся осыпать быстрыми, легкими поцелуями ее веки, опушенные длинными ресницами, и нежные щеки, между тем как его пальцы расстегивали одну за другой пуговицы на ее платье. Затем он освободил девушку от нижнего белья, и вот уже ее стройное тело предстало перед ним во всей красе. За последнее время она сильно похудела, однако фигура по-прежнему оставалась безупречной, и настроение Джейсона резко изменилось. Нежность уступила место давно сдерживаемой страсти. Теперь его поцелуи стали невероятно жаркими – ее нежную кожу словно обдавало языками пламени. Желая вдоволь насладиться ее дивным телом, он провел рукой по прохладной гладкой округлости ее грудей и скользнул ниже, к плоскому животу. Однако, жаждая полной близости, уже спустя мгновение принялся осыпать все ее тело жадными поцелуями, пока она не затрепетала, как тростинка на ветру. Тогда он привлек ее к себе и не выпускал из объятий до тех пор, пока она с глубоким вздохом не отстранилась от него. Но стоило Габриель поднять на него глаза, своей голубизной затмевавшие ослепительный цвет летнего неба, как они запылали яростным гневом.
Даже не пытаясь держать себя в руках, Габриель тут же вспылила:
– С твоей стороны это было недостойным, бессовестным, аморальным, да в конце концов просто некрасивым поступком! Неужели ты и впрямь решил, будто я настолько наивна, что не догадаюсь, зачем ты меня позвал? Или ты полагал, что раз уж я пришла сюда, у меня хватит глупости, чтобы остаться?
Джейсон не стал отвечать на ее выпады, а просто подхватил изумленную красавицу на руки и понес ее к пруду. Приблизившись к самому берегу, он швырнул ее прямо в холодную воду, однако купание ничуть не охладило пыл Габриель, а, напротив, еще больше ее разозлило.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45


А-П

П-Я