зеркало шкаф 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Знаю. — Она привстала на цыпочки и, полуприкрыв глаза, коснулась его губ легким поцелуем. — Я скучала по тебе…
— Очень хорошо, — он расслабленно улыбнулся. — Что может быть слаще, чем знать, что по тебе скучает красивая женщина?
Ах, совсем не того ожидала Касси, совсем другие слова хотела услышать в ответ. Она почти физически ощутила, как растаяло очарование момента, как вновь наваливаются на нее и одолевают сомнения минувших дней. Неожиданно ей пришло в голову, что Брэден вполне мог бы все это время утешаться в объятиях другой женщины.
— Почему ты нахмурилась? — нежно выпытывал у нее Брэден, даже не подозревая, что за шторм надвигается на него.
— Скажи, сколько женщин было у тебя до меня? — выскочило у Касси.
Брэден остолбенел:
— Как, извини?
Касси вспыхнула и выскользнула из его объятий.
— Я спрашиваю, сколько женщин знал ты до того, как женился на мне?
— Чего это ради ты об этом спрашиваешь? — заинтересовался Брэден.
— Очень просто. Я хочу знать, сколько женщин могут знать всякие интимные детали о моем муже… Леди Эбигейл Девон можешь уже не считать. — Касси едва сдерживала гнев. Она рассказала Брэдену такое, во что до этого не посвящала ни одного человека, она вывернула свою душу наизнанку и позволила ему читать в ее сердце. А он в ответ только» ально усмехнулся. Он плеснул масла в огонь ее сомнений, как тут не обидеться?
Брэден взлохматил шевелюру.
— Эбигейл… Вот оно что! Что ж, я должен был догадаться. — Он взял ее за плечи и решительно встряхнул. — Запомни, Касси, ты не должны верить ни одному слову этой женщины.
— Я должна это понимать так, что ты не имел с ней никаких дел?
Брэден сжал зубы:
— Понимай так, что тебя я просто не могу и не буду ставить с ней на одну доску. Ничего похожего…
Касси вывернулась из его рук, слезы брызнули у нее из глаз.
— Я вижу, что ничего похожего!
— Что, черт возьми, все это значит? — Брэден начинал сердиться.
Касси пропустила вопрос мимо ушей.
— Ты, как я погляжу, даже не пытаешься отрицать, что знал, и близко знал ее! — обличала она его срывающимся голосом.
— Даже если я очень близко был знаком с Эбигейл Девон, это тебя не касается! — выпалил он ей в ответ.
— Да неужели? — взбешенно съязвила Касси, — Наверное, я что-то не так поняла. Мне почему-то казалось, что я тебе не посторонняя, что я твоя жена.
Она резко развернулась и стремглав бросилась прочь вдоль берега.
— Ты жена мне, а не сторож! — закричал Брэден ей в спину. Она удалялась от него стремительно, не оглядываясь. Брэден почувствовал, как все тревоги и все отчаяние последних недель вспыхивают в нем с новой силой, пульсируют в голове. — Касси! Вернись сейчас же! — Ее платье мелькало вдалеке.
Брэден сорвался за ней, слыша бешеный стук своего сердца. Он хотел догнать ее, бросить на землю и свернуть ей голову — эту красивую голову с глазами цвета вечернего моря и сверкающим водопадом черных волос. Дерзкая девчонка, она, видите ли, требует доложить, кто перебывал в его постели, начиная с пятнадцати лет, а сама только и делает, что дразнит и изводит его своими прелестями!
Он догнал ее, схватил за плечо и рывком повернул к себе.
— Отстань от меня! — она ни капли не испугалась его горячности, и в ее голосе, и во взгляде была только ярость.
— Нет, объясни, что ты имела в виду! — Брэден крепко держал ее за плечи.
— По-моему, я выражалась достаточно ясно, ваша светлость, — она уже пришла в себя, но еще пыталась сопротивляться. — Но что поделаешь, если, по-вашему, я не имею права знать, с кем вы делите свою постель!
— Мне не нужно было бы и думать об этом, если б ты не была такой недотрогой! — Он выпалил это прежде, чем успел подобрать слова, гнев лишил его разума. — Черт, Кассандра, я просто иссох, я сгораю заживо. И кто тому виной? Ты, моя глупая маленькая жена. Ты.
— Ах, видимо, поэтому ты бросил меня, оставил одну в этом замке? Ты хотел дать мне понять, что снедаем страстью? Очень странный способ, Брэден. — Она вызывающе вздернула голову, черный ливень волос взметнулся и рухнул ей за плечи, сверкнули манящим огнем аметисты прекрасных глаз.
— Снедаем страстью? — повторил он низким, неожиданно охрипшим голосом. — Ты хочешь узнать силу моей страсти? — Он поймал ее волосы, сжал их в кулаке так, что она не смогла бы и шевельнуть головой.
И прежде, чем она успела произнести хоть слово, его губы прильнули к ее губам и требовательно затрепетали, — все пределы и рубежи, которые он воздвиг между ними, рушились и рассыпались на мелкие кусочки. Ее мягкие, вздрагивающие губы подавались и таяли под властным напором его порыва — от натиска решительного и безжалостного тирана. Не в силах стерпеть сладости гнета, Касси разомкнула уста — со стоном протеста. Его язык толкался и вздрагивал, приглашая к игривому танцу, кровь молодым вином побежала по жилам, и объятия его сомкнулись подобно стальным обручам. Касси теряла голову, она чувствовала порыв Брэдена, его стремление к полному и беззаветному слиянию душ и тел, и, словно в дурмане, принимала его и отдавалась ему. Поцелуй был яростным и ошеломляющим… и все-таки она ощутила сладкое отчаяние, неотчетливо, где-то на дальних задворках пылающего сознания, за пределами яростно бушующего пламени. Ах, во всем он такой, успела подумать она:, жесткий и непреклонный с виду, нежный и ранимый в душе.
И Касси сдалась. Обвив руками шею мужа, она без стыда прижалась животом к его крепким бедрам. Словно огонь охватил Брэдена.
Задрожав, он выдохнул ее имя, его руки скользнули вниз по ее ягодицам и, отрывая от земли, он с наслаждением прижал ее к своей затвердевшей, пульсирующей плоти. Он был готов к тому, что страх снова скует ее тело, и потому был ошеломлен, когда она прильнула к нему и, запустив пальцы в его густые черные волосы, прошептала его имя с тем же страстным вожделением, какое стучало в его изголодавшемся теле, горело в его чреслах.
Его охватило яростное, ненасытное желание. Вся вселенная сейчас вращалась вокруг них, и никакая земная сила не могла предотвратить того, что неизбежно должно было произойти. Касси ощутила, как ее спина коснулась песка, как солнце брызнуло ей в глаза огненными искрами, и отчаянно зажмурилась. Она ощутила, как Брэден нетерпеливо расшнуровывает корсет на ее талии, стягивает одежду. И помогала ему, желая поскорее преодолеть эту последнюю преграду, разделявшую их. Она открыла глаза, и солнечный свет, казалось, померк, не в состоянии соперничать с буйной, нестерпимой страстью, пылавшей во взгляде Брэдена, запечатленной в каждом мускуле его лица.
Желание, охватившее ее, было неодолимо. Касси села и дрожащими руками потянулась к мужу, чтобы помочь ему справиться с непослушными пуговицами на рубашке, чтобы как можно скорее почувствовать его на себе. Брэден встал на колени, не желая ее помощи, одним движением расстегнул рубашку и, сорвав ее с себя, отшвырнул в сторону. С нескрываемым восторгом он смотрел, как отражается его страсть в глазах жены, как вскипает и рассыпается праздничным фейерверком, и — лег на нее, прижимаясь обнаженной грудью к ее грудям.
Касси со стоном закрыла глаза. Более сладкого чувства она никогда не испытывала. Жесткие, курчавые волосы на его теле возбуждающе щекотали ее затвердевшие, ноющие соски. Выгнув спину, она пошевелила бедрами, медленно двигая ими вверх и вниз, и наслаждение стало почти невыносимым.
— Касси… Боже… — выдохнул Брэден, чувствуя нестерпимую, тянущую тяжесть в паху. Он вдруг испугался, что не сможет выдержать напор рвущейся из него влаги, не успеет раздеть ее. Никогда еще он не испытывал столь бесконтрольного, безудержного чувства. Он забыл обо всем, он желал одного — скорее раздеть ее и быть в ней.
Приподнявшись, он встал на колени и замер в напряженном ожидании; его грудь тяжело вздымалась. Касси открыла глаза, в ее взгляде были недоумение и мольба.
— Брэден… пожалуйста…
Словно одержимый, он сорвал с нее оставшуюся одежду. А потом, стягивая с себя бриджи и сапоги, смотрел на нее сверху, думая о том, что никакая фантазия не смогла бы явить ему такое совершенство, какое открылось взору сейчас. Подсунув руку под ее спину, он приподнял жену и подстелил свою рубашку, чтобы уберечь ее нежную кожу от песка. Затем лег рядом с ней, благоговейно лаская рукой и взглядом ее обнаженное тело. Касси почувствовала его трепет, тихую ласку его прикосновений, и вспыхнувшая было в ней стыдливость тут же угасла. Это Брэден, ее муж, она принадлежит ему — вся и навек.
— Касси… Ты так красива, так прекрасна, — шептал он, целуя ее шею и отчаянно борясь с искушением перейти от слов к делу и немедленно овладеть ею. — Ты хоть знаешь, как я хочу тебя? — выдохнул он, осыпая поцелуями ее плечи и спускаясь к ее грудям, где дерзко выступавшие розовые соски дразнили его взгляд. — Я еще никогда, — он втянул маленькую выпуклость в рот, — никогда, — он перекатил ее языком, — не хотел так. — Задыхаясь, он выпустил ее сосок и припал губами к другому, жадно посасывая и лаская его языком, и Касси вскрикнула от наслаждения.
— Брэден… — Она выгнулась, предлагая ему себя. Все ее тело было охвачено огнем, желание, могучее и яростное, которого она никогда прежде не знала, пульсировало в низу ее живота, и инстинктивно, подчиняясь ему, она раздвинула ноги, еще не зная, что именно ей нужно, но зная, что только Брэден может унять эту нарастающую, ноющую боль.
Брэден не мог отклонить это невинное приглашение. Теряя голову, с замирающим сердцем он поймал ртом ее губы, его рука скользнула меж ее дрожащих ног. Он почувствовал влагу на лепестках этой розы и его орудие, и без того напряженное, мучительно дрогнуло.
— Касси… любовь моя… прости… я не могу больше… — Он перекатился, и его живот прижался к ее животу. Он посмотрел в ее глаза: в них не было страха, только страсть и желание… и что-то, еще более прекрасное. — Позволь мне любить тебя, — зашептал он, почувствовав, что вступил в преддверие горячего, влажного рая. — Позволь окунуться в тебя… Касси. — Он шептал ее имя, чувствуя, как продвигается его клинок, обхватываемый тесными ножнами. Опираясь на руки, он не отрываясь смотрел в ее глаза, сдерживая себя, медленно, осторожно входя в нее, оставляя ей время привыкнуть к его вторжению. Он видел, как потемнели ее глаза, как расширились ее зрачки, сначала от изумления, потом от боли. Но она не отвела взгляда, не вздрогнула.
Они оба почувствовали, как подалась и лопнула тонкая мембрана.
Тихий вскрик Касси потонул в исступленном, восторженном стоне Брэдена.
— Касси… О-о, Касси… наконец-то! — Это было все, что он смог произнести. Он припал к ней и, обняв, глубоко вдохнул, вбирая в себя запах ее тела. Потом погладил ее напряженные бедра. — Расслабься, милая, — прошептал он ей в ухо. — Пусть твое тело привыкнет ко мне. Я в тебе, любимая, там, где и должен быть… Да, Касси, вот так… вот так, родная, — подсказал он, когда она, расслабившись, робко приподняла бедра навстречу ему.
Для Касси открылся мир, о котором она прежде даже не догадывалась. Боль, которую причинило ей вторжение, была уже забыта, и она с наслаждением ощущала сейчас, как вздрагивает в ней стержень его страсти, как непроизвольно отзывается ее тело в ответ на эту пульсацию. Он был огромным и горячим, он жаждал проникнуть в самые глубины ее естества, и Касси, подчиняясь его ритму, инстинктивно задвигала бедрами.
Брэден наставлял ее, вел по тропе страсти, жарко шепча на ухо нежные слова. Его толчки становились все тверже, нетерпеливее, сильнее, Касси закинула ноги и обхватила ими бедра мужа. Брэден, обезумев от страсти, приподнял ее и с силой вонзился в самую ее сердцевину. Она сжала его плечи, с наслаждением ощущая на ладонях его пот и открываясь навстречу мощным ударам.
— Касси! — хрипло выкрикнул он. Мучительное напряжение охватило его, он знал, его возбуждение достигло предела, еще несколько секунд, и он уже не сможет удерживать его. Но ему хотелось большего.
Оторвав грудь от нее, он просунул ладонь между их телами, чтобы потрогать Касси в том месте, где — он знал это — у нее ныло сейчас и где ей отчаянно хотелось ощутить его руку, и снова задвигался мощными толчками, глубоко входя в нее и чувствуя, как ее пальцы впиваются ему в спину, как трепещет нежная мякоть ее глубин, становясь сильно — , и требовательной.
— Любимая, — выдохнул он. — Прошу тебя… сейчас… Отдай мне себя… всю себя… сейчас. Я никогда не обижу тебя. Верь мне, Касси! — Ее имя первобытным стоном рвалось из его груди. — Сейчас, любимая, сейчас…
И, словно вняв этой отчаянной мольбе, ее тело сотряслось, охваченное спазмами наслаждения.
Он слышал ее крик, ощутил пробежавшую по ее телу дрожь, и благословенный взрыв облегчения потряс его. Их ликующие стоны смешались в один, жаркие тела слились в пике ощущения такого яркого, такого интенсивного, что настигшее их наслаждение было почти непереносимым, оставив их обессилевшими и почти бездыханными.
Они долго лежали, не шевелясь, не желая разрывать возникшее единение. Брэден слушал, как колотятся в унисон их сердца, чувствовал ее кожу, горячую и влажную от пота. Постепенно тихий шум прибоя проник в его сознание, он ощутил солнце, согревавшее спину, услышал нетерпеливое ржание лошадей.
Удовлетворение теплыми волнами пробежало по его телу. Касси осторожно пошевелилась под ним, и он, подняв голову, посмотрел на нее.
— Тебе не было больно? — тихо спросил он.
Она мечтательно посмотрела ему в глаза, погладила его щеку, покачала головой:
— Нет. А если даже и было, я не помню этого.
Он улыбнулся, и так мог улыбаться только мужчина, знающий, что только что сделал самую красивую женщину в мире своей женой.
— Можно ли считать, что мы уладили все наши разногласия? — поддразнил он ее, осторожно скатываясь на песок.
Она засмеялась — чудесная нимфа, явившаяся из морской пены.
— Наверное.
— Тогда нам пора домой, а то Чарлз с Добсоном уже, наверное, ищут нас, — сказал он, вставая. Он расхохотался, увидев ее испуг. — Не бойся, любовь моя, — успокоил он ее, — они ни за что не догадаются, где мы.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47


А-П

П-Я