купить душевую кабину недорого в москве в интернет магазине 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Я знаю, что не должен был выходить за рамки, но мне захотелось отыграться.
— Я знаю, что вы не очень похожи на любителя играть в команде, правда, Дирк? — сказал Джордан, впервые называя Питта по имени. — Вам больше нравится играть в вашу собственную игру.
— Мудрость требует преследовать наилучшие цели наилучшими средствами.
— Это ваши слова?
— Нет, они принадлежат Фрэнсису Хадчисону, шотландскому философу.
— Я отдаю вам должное за то, что вы цитируете точно. Большинство из тех, кого я знаю в официальном Вашингтоне, занимаются плагиатом и вместо этого говорят: «Цель оправдывает средства».
— Что еще хотите мне сказать? — спросил Питт, с отчаянием глядя на свою кровать.
— Я думал, вам будет интересно узнать, что мы нашли все шесть перевозчиков бомб.
— Все шесть машин? — спросил удивленный Питт.
— Да. Они запечатаны в подземном подвале до того дня, когда с них смахнут пыль и отведут в те места, где они должны быть взорваны.
— Быстро вы сработали.
— У вас свои методы, а у нас — свои.
— Вы установили за ними наблюдение?
— Да, но нам приходится действовать очень осторожно, мы не осмеливаемся высовываться, пока не установили тех, кто ответственен за весь этот ужас, и не разрушили их командный центр, — сказал Джордан.
— Кстати, сегодня вечером Джиордино чуть было не сорвал всю операцию. Кто-то в филиале компании «Мурмото», который он посетил, забеспокоился. Мы успели скопировать данные из их компьютерной системы всего за несколько минут до того, как они стерли все свои записи о поставках импортных машин.
— По этим данным вы отыскали машины?
— Мы смогли проследить, какая из принадлежащих японцам компания по перевозке грузов забрала эти автомобили в порту, и проникли в их отчетность. В этих записях, разумеется, не было никаких упоминаний о пунктах назначения груза, но нам удалось позаимствовать копию накладной водителя. Там было указано, сколько километров проехал грузовик после выезда из доков. Ну, а остальное потребовало серьезной оперативной работы и большой беготни.
— Вроде взлома и проникновения в охраняемые помещения.
— Если мы куда-нибудь тайно проникаем, мы никогда ничего не взламываем, — сказал Джордан.
— Как только станет известно, что наши добропорядочные граждане сидят на атомных бомбах, принадлежащих иностранной державе, паника разорвет страну на куски.
— Малоприятная ситуация, я согласен. Публичные протесты и требования возмездия могут заставить японцев отвести машины в стратегически важные точки и нажать на кнопку «огонь», прежде чем мы найдем и обезвредим эти бомбы.
— Искать их по данным таможен можно лет двадцать, прежде чем будут найдены все такие машины.
— Я так не думаю, — спокойно ответил Джордан. — Мы знаем, как они это делают, а благодаря вам и Джиордино мы знаем, что нужно искать. Японцы не имеют и половины того профессионального опыта в разведывательных делах, какой имеем мы. Я ручаюсь, что мы отыщем все эти «Мурмото» с бомбами за тридцать дней.
— Мне нравится ваш оптимизм, — сказал Питт. — Но как насчет наших союзников и русских? Японцы могли подложить бомбы и под них. Президент собирается предупредить их лидеров об этой возможности?
— Пока нет. Мы опасаемся доверить странам НАТО столь важный секрет, там вполне возможна утечка информации. С другой стороны, президент может счесть, что, если дать знать об этом Кремлю, это могло бы укрепить наши отношения. Подумайте об этом. Наши страны теперь в одной лодке, обеим внезапно угрожает третья сверхдержава.
— Есть еще одна пугающая угроза.
— Их так много, какую же я упустил?
— Предположим, что Япония взорвет несколько бомб в США или в России. Каждая из наших стран сочтет, что на нее напала другая, начнется война, и жадным япошкам останется лишь подобрать все, что им приглянется.
— Я не хочу ложиться спать, пока подобная возможность не устранена, — обеспокоенно сказал Джордан. — Давайте просто справляться с проблемами в порядке их возникновения. Если наша операция будет успешной, то все снова окажется в руках политиков.
— Ваша последняя мысль, — сказал Питт, делая вид, что понял, — заставит всех нас не спать ночами.
Он уже засыпал, когда сигнал охранной системы предупредил его, что кто-то пытается войти в ангар. Заставив себя выбраться из удобной постели, он прошел в кабинет и включил небольшую телесистему наружного наблюдения.
Стаси Фокс стояла у боковой входной двери, с улыбкой глядя в объектив, как он считал, хорошо замаскированной скрытой камеры охранной системы.
Он нажал на кнопку, и дверь открылась. Затем он вышел из кабинета и стал ждать ее на балконе лестницы.
Она вошла в ангар, одетая обольстительно, но скромно в синий жакет без воротника, узкую юбку того же цвета и белую блузку с вышитым жемчугом воротом. Она медленно шла среди рядов роскошных автомобилей, и на ее лице отражалось почтительное изумление. Наконец она остановилась у восхитительной двухместной спортивной машины «Гальбот-Лаго Гранд Спорт», кузов которой был специально изготовлен известным французским дизайнером и автомобильным мастером Саоутчиком, и легко провела пальцами по одному из крыльев.
Она была не первой, кто оценил эту машину. Почти каждая женщина, когда-либо посещавшая необычную «квартиру» Питта, интересовалась именно этой жемчужиной его коллекции. Он смотрел на «Гальбот-Лаго» как на шедевр механического искусства, но женщины испытывали какое-то чувственное притяжение, глядя на нее. Стоило им увидеть обтекаемые, почти кошачьи линии кузова машины, ощутить свирепую мощь ее двигателя и почувствовать запах элегантной кожаной обивки салона, как этот автомобиль превращался для них в некий эротический символ.
— Как ты нашла меня? — спросил он, и его голос отозвался эхом в огромном помещении.
Она взглянула наверх.
— Я изучала твое досье два дня, прежде чем вылететь на Тихий океан и взойти на борт «Неукротимого».
— Нашла там что-нибудь интересное? — спросил он, раздосадованный тем, что его частная жизнь была доступна для разглядывания всякому, кто обладал достаточной властью, чтобы нарушить ее неприкосновенность.
— Ты парень что надо.
— Это явная лесть.
— Твоя коллекция машин просто захватывает дух.
— Существует немало куда более обширных коллекций более дорогих моделей и фирм.
Она снова повернулась к «Тальбот-Лаго». — Я просто влюбилась вот в эту.
— Мне больше нравится зеленый городской автомобиль рядом с ней.
Стаси повернулась и стала внимательно рассматривать «Стутц», словно изучая манекен, демонстрирующий новую модель платья на выставке мод. Затем она тряхнула головой.
— Симпатичная машина, но массивная, слишком мужественная на женский вкус.
Затем она снова посмотрела на него.
— Мы можем поговорить?
— Если мне удастся не уснуть. Поднимись сюда.
Она взобралась наверх по винтовой лестнице, и он быстро показал ей свое жилище.
— Могу я предложить тебе выпить? — спросил Питт.
— Нет, спасибо. — Она снова посмотрела на него, и в ее глазах появилось выражение сочувствия. — Мне не следовало приходить. У тебя такой вид, словно ты сейчас упадешь.
— Я приду в себя после хорошего ночного сна, — произнес он уныло.
— Что тебе нужно, так это хороший массаж спины, — неожиданно сказала она.
— Я думал, ты пришла поговорить.
— Я могу поговорить, пока буду массировать тебя. Какой способ массажа ты предпочитаешь? Шведский или шиатсу?
— Какого черта, сделай и то, и другое.
Она рассмеялась.
— Ладно. — Взяв его за руку, она повела его в спальню и толкнула на кровать лицом вниз.
— Сними халат.
— Могу я попросить поберечь мою стыдливость и прикрыться простыней?
— А у тебя есть что-то, чего я прежде не видела? — сказала она, стаскивая с его плеч халат.
Он рассмеялся.
— Только не проси меня поворачиваться на спину.
— Я хочу извиниться перед тобой, прежде чем Тим и я отправимся на Западное побережье, — серьезно сказала она.
— Тим?
— Доктор Уэзерхилл.
— Вы и прежде работали вместе, я полагаю.
— Да.
— Я когда-нибудь снова увижу тебя? — спросил он.
— Я не знаю. Наши задания могут развести нас в разные стороны.
Она нерешительно замолчала на некоторое время.
— Я хочу, чтобы ты знал, что мне очень неловко из-за всех неприятностей, которые я тебе причинила. Ты спас мне жизнь, а поскольку я заняла дополнительное место в последнем батискафе, ты чуть не потерял свою.
— Хороший массаж — и мы квиты, — сказал Питт, устало улыбнувшись.
Она взглянула на его распростертое тело.
— Для человека, четыре месяца прожившего под водой, у тебя неплохой загар.
— Моя цыганская кровь, — пробормотал он сонным голосом.
Применяя основной метод точечного массажа техники шиатсу, Стаси начала нажимать пальцами на чувствительные области голых ступней Питта.
— Чудесное ощущение, — пробормотал он. — Джордан проинформировал тебя о том, что нам удалось выяснить относительно боеголовок?
— Да, ты подбросил ему технические характеристики. Он подумал, что ты улизнул от него. Теперь, когда Тиму и мне точно известно, на что следует нацелить наше расследование, мы можем здорово продвинуться в розыске заминированных автомобилей.
— И вы собираетесь обследовать порты Западного побережья.
— Сиэтл, Сан-Франциско и Лос-Анджелес — вот те порты, в которых разгружаются автомобилевозы, транспортирующие машины «Мурмото».
Питт замолчал, когда Стаси начала массировать ему ноги, сочетая шиатсу со шведской техникой растирания. Она массировала его плечи, спину и шею.
Затем она легонько шлепнула его по ягодицам и приказала ему повернуться, но никакой реакции не последовало.
Питт спал как убитый.
Где-то под утро он проснулся, почувствовав, как ее тело неистово переплетается с его телом. Движения, ощущения и приглушенные вскрикивания Стаси проступили через пелену утомления, подобно сну. Он чувствовал, будто он плывет через грозовое облако, сквозь раскаты грома и вспышки молний, пока все ощущения не сошли на нет, и он снова провалился в черную бездну непробудного сна.
— Проснись, соня, — сказала член Конгресса Лорен Смит, проводя пальцем вниз по спине Питта. — Тебе сюрприз.
Сознание Питта стряхнуло прочь паутину сна, когда он повернулся на бок и посмотрел на Лорен. Она сидела, скрестив босые ноги, рядом с кроватью. На ней был хлопчатобумажный вязаный топ с матросским воротником и серовато-зеленые парусиновые брюки со стрелками. Ее волосы были собраны назад и повязаны широким шарфом.
Туг он кое-что вспомнил и украдкой посмотрел на противоположную сторону постели. Она была пуста, с облегчением увидел он.
— Разве ты сейчас не должна была совершать героические подвиги в Конгрессе? — спросил он, тайно радуясь тому, что Стаси ушла до прихода Лорен.
— У нас спад. — Она держала в руке чашку кофе, так что он не мог до нее дотянуться, дразня его.
— Что я должен сделать, чтобы получить кофе? — спросил он.
— Это будет стоить тебе поцелуя.
— Ужасно дорого, но я в отчаянном положении, и мне придется согласиться.
— И, кроме того, объяснения.
Ну вот, подумал он, сейчас снова будет сцена ревности, и быстро собрался с мыслями.
— Насчет чего?
— Не чего, а кого. Ну, знаешь, насчет той женщины, с которой ты провел ночь.
— Что это еще за женщина? — спросил он с хорошо разыгранным удивлением.
— Та самая, которая спала в этой постели сегодня ночью.
— Ты что, видишь здесь еще какую-нибудь женщину?
— А мне не нужно видеть ее, — сказала Лорен, получая огромное удовольствие оттого, что дразнит его. — Я чую ее запах.
— А ты поверишь, если я скажу тебе, что это была моя массажистка?
Лорен склонилась к нему и поцеловала его долгим, продолжительным поцелуем. Когда она, наконец, снова оторвалась от него, то протянула ему кофе и сказала:
— Неплохо придумано. Ставлю тебе высший бал за творческое воображение.
— Ты меня надула, — сказал он, надеясь сменить тему. — Здесь всего полчашки.
— Ты ведь не хочешь, чтобы я разлила ее по одеялу, не так ли?
Она засмеялась, как если бы ей действительно доставила удовольствие неразборчивость Питта. — Вытащи свою огромную волосатую тушу из кровати и смой эту парфюмерию. Неплохой запах, я признаю, весьма дорогой. Я приготовлю завтрак.
Лорен стояла у кухонного стола, нарезая ломтиками грейпфрут, когда Питт вышел из душа второй раз за восемь часов. Он обернул вокруг бедер полотенце, подошел к Лорен сзади, обхватил ее за талию и потерся носом о ее шею.
— Столько времени прошло с тех пор, как я видел тебя последний раз, как тебе удалось так долго обходиться без меня?
— Я с головой ушла в законотворчество и совершенно забыла про тебя.
— У тебя не нашлось времени на развлечения?
— Я была хорошей девочкой. Это не значит, что я не была бы скверной, если бы у меня был хоть малейший шанс, особенно если бы я знала, что ты не терял времени даром с тех пор, как вернулся домой.
Лорен прекрасно держится, подумал Питт, лишь небольшая вспышка ревнивого гнева. Но она слишком хорошо понимала ситуацию, чтобы поднимать шум. Питт был не единственный мужчина в ее жизни. Ни он, ни она не диктовали друг другу, как себя вести, и не выказывали излишнюю ревность, что делало их связь еще более привлекательной для обоих.
Когда он куснул ее ухо, она повернулась и обвила руками его шею.
— Джим Сэндекер сказал мне о гибели твоего проекта и о том, как ты едва спасся.
— Предполагалось, что это секретная информация, — сказал он, когда они потерлись носами.
— Женщины — члены Конгресса действительно пользуются некоторыми привилегиями.
— У тебя есть привилегия общаться со мной в любое время, когда ты захочешь.
Ее глаза потемнели.
— Я действительно очень огорчена тем, что твоя станция уничтожена.
— Мы построим другую. — Он улыбнулся, глядя на нее. — Результаты наших исследований удалось спасти, только это и имеет значение.
— Джим сказал, что еще несколько секунд — и ты бы умер.
— Как видишь, пронесло, — усмехнулся Питт. Он отпустил ее и сел за стол.
Они выглядели как счастливые супруги, проводящие воскресное утро у себя в доме, хотя ни у Лорен, ни у Дирка никогда не было семьи.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76


А-П

П-Я