Удобно сайт https://Wodolei.ru 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Регентство - 4

OCR angelbooks
Оригинал: Jaclyn Reding, “White Mist”
Перевод: С. Горячева
Аннотация
В старинном особняке на маленьком островке у берегов Англии встретились мужчина и женщина, самой судьбой, казалось бы, обреченные на одиночество, - красавица Элинор Харт, почему-то скрывающаяся под маской скромной гувернантки, и ее новый «хозяин», загадочный аристократ Гэбриел Макфи, человек с таинственным прошлым. Эти двое боятся доверять друг другу, но не в силах противостоять пламени жгучей страсти, охватившей их с первого взгляда…
Жаклин Рединг
Белый туман
Моему отцу, Фреду Адамовичу, истинному герою…
Нам многое пришлось пережить за минувший год.
Благодарю тебя за то, что прошел через все испытания и остался рядом.
В конце концов, у нас впереди еще многие годы, чтобы вместе ходить на хоккейные матчи.
В качестве автора этой книги мне выпала честь встретиться со многими писателями, чьими произведениями я восхищаюсь и чьей дружбой дорожу. Среди них такие великолепные женщины, как Сандра Мартон, Аллисон Ли, Сьюзен Кинг, Элизабет Бойл, Кэтрин Коултер и Мэри Джо Патни, чья доброта и неизменная поддержка оказали самое благотворное влияние на мою жизнь.
Надеюсь, что этот скромный знак признательности с моей стороны покажет, как высоко я ценю все, что они для меня сделали.
Пролог
Прежней жизни больше не существовало. Все рухнуло утром двенадцатого сентября 1820 года, а она даже не почувствовала приближения беды.
Леди Элинор Уиклифф, внучка герцога Уэстовера и наследница - ни много ни мало - одного из самых знатных семейств в Англии, воспитывалась так же, как и многие ее сверстницы. Она вела спокойное, беззаботное существование, в котором от нее не требовалось ничего, кроме умения делать аккуратные стежки и быть приятной в общении. Еще задолго до того как Элинор переступила порог классной комнаты привилегированного частного пансиона мисс Эффингтон для благородных девиц, ей внушали, что все, к чему она должна стремиться в жизни, - это удачно выйти замуж, стать любезной и гостеприимной хозяйкой дома и подарить своему пока еще неведомому будущему супругу пока еще не рожденного, но столь долгожданного наследника мужского пола.
«Сядьте прямо, мисс.
Вы должны двигаться плавно, дорогая, а не расхаживать крупными шагами.
Держите пальцы вот так, когда разливаете чай».
Постоянно нашептывали ей со всех сторон дамы постарше, чьей единственной целью было пробудить в юной особе от двенадцати до двадцати двух лет от роду унизительное чувство страха перед мыслью окончить свои дни в одиночестве, подобно сестре такого-то и такого-то или племяннице лорда Как-его-там, этим несчастным, отверженным обществом, известным всем как… старые девы.
Дрожь по телу.
Впрочем, Элинор имела в этом отношении одно явное преимущество. В отличие от бедняжек, чьи браки были устроены родней, иногда даже не удосуживавшейся представить невесте будущего жениха (как в случае с ее лучшей подругой по пансиону, мисс Амелией Баррингтон, которая за два года до того навсегда связала свою судьбу с излюбленным партнером ее отца по игре в вист), Элинор еще с четырехлетнего возраста было обещано, что со временем она сама сможет выбрать себе спутника жизни. Едва начав выезжать в свет, она сделала все от нее зависящее, присматриваясь и подыскивая наиболее достойного, пока не нашла наконец человека, с которым ее объединяли общие интересы, который относился к ней с неизменной добротой и к тому же мог предоставить ей роскошный дом вместе со всеми привычными для нее удобствами.
Ричард Хартли, третий граф Херрик, был красив, вежлив, и его репутация не подвергалась сомнению в самом изысканном обществе. Он много и с удовольствием читал и, как и она сама, обладал тонким музыкальным слухом. Он намеренно не поправлял Элинор, когда та произносила какое-нибудь слово иначе, чем он, и прислушивался - притом вполне искренне - к тому, о чем она говорила. Без сомнения, они могли отлично поладить друг с другом, и, что было особенно важно, загородный дом Ричарда, Херрик-Мэнор, находился всего в двух милях от резиденции герцогов Уэстоверов в Уилтшире. Все это, вместе взятое, делало его в глазах Элинор самым приемлемым претендентом на ее руку.
До чего же забавно, думала тогда Элинор, что судьба свела их именно в Лондоне, так далеко от дома, тогда как их семьи были соседями в течение многих поколений. В глазах девушки это являлось еще одной причиной, почему ей и Ричарду следовало соединить свои судьбы.
Однако Кристиана, судя по всему, эти доводы отнюдь не убеждали.
Кристиан Уиклифф, маркиз Найтон, старший брат Элинор, двадцать лет назад ставший после внезапной кончины отца главой семьи, с самого начала отнесся к этой партии не слишком благосклонно. Впрочем, сам он объяснял это тем, что ее выбор слишком скоропалителен, а решение необдуманное - ведь, в конце концов, это ее первый сезон в обществе.
- Лучше повремени немного, Нелл, - сказал ей Кристиан, когда она впервые упомянула при нем о Ричарде как о возможном кандидате на ее руку. - Зачем тебе выходить замуж за первого приглянувшегося мужчину?
Однако склонность к авантюрам проявилась у Элинор еще в младенчестве - как, например, в тот день, когда она решила, что не останется дома с няней, пока ее мать и Кристиан веселятся на балу. Поэтому с обычной глупой самонадеянностью семилетнего ребенка она забралась в узкое потайное отделение за задним сиденьем экипажа Найтонов, решив, что, когда они прибудут на место, у матери не останется другого выбора, кроме как взять ее с собой. Однако Элинор не приняла в расчет того, что после долгой поездки в тесном пространстве по тряской дороге выбраться оттуда самостоятельно может оказаться не так-то просто. В итоге вместо того чтобы присутствовать на торжестве, мать Элинор, леди Френсис, провела весь вечер возле экипажа, нервно теребя в руках носовой платок, между тем как Кристиану, кучеру Найтонов и нескольким другим мужчинам пришлось чуть ли не разобрать на части карету, чтобы извлечь оттуда девочку.
Тем не менее, несмотря на не слишком восторженное отношение со стороны Кристиана, Элинор оставалась тверда в своем выборе. В конце концов, почти все ее подруги уже вышли замуж, а этот молодой человек вполне ее устраивал. В течение нескольких месяцев они с Ричардом были почти неразлучны, посещая балы, прогуливаясь в парке (разумеется, под бдительным оком ее матери) и таким образом медленно, но неуклонно приближаясь к тому неизбежному моменту, когда он сделает ей официальное предложение. Светские матроны, видя все это, одобрительно кивали своими увенчанными тюрбанами головами, а Элинор терпеливо ждала, предоставив событиям идти своим чередом, как то было предрешено для нее с самого детства…
Вплоть до того памятного дня двенадцатого сентября 1820 года, когда Кристиан вынужден был прямо объяснить Элинор, почему ее свадьба с Ричардом никогда и ни при каких условиях не может состояться.
Для дня, который произвел в ее жизни переворот, не уступающий по силе землетрясению, начало выдалось обманчиво безмятежным. Элинор гостила тогда в Скайнеголе, старинном замке, расположенном в северо-западной, гористой части Шотландии, в котором ее брат жил со своей женой Грейс. Приближалась осень, и в утреннем воздухе уже ощущался легкий морозец - преддверие наступающих холодов. Девушка проснулась рано, едва первый луч солнца показался из-за восточных холмов, заставляя покрытые инеем поля за стенами замка сверкать и переливаться всеми цветами радуги. Все вокруг казалось ей в тот миг необычайно красивым.
Элинор позавтракала одна у себя в комнате, наслаждаясь тишиной и покоем возле ярко пылавшего очага. Обернув ноги толстым пледом, она немного почитала, позанималась рукоделием, намереваясь провести столь же приятно и беззаботно весь день, когда около полудня ей доставили письмо, скрепленное печатью с гербом графа Херрика.
Ричард писал ей из йоркширского поместья, принадлежавшего его семье, и в этом послании, как и предполагала Элинор, он просил ее руки, сообщив ей между делом адрес своего лондонского поверенного, мистера Джереми Суайра, который в случае ее согласия должен был взять на себя составление брачного контракта и прочие юридические формальности.
Хотя это предложение мало напоминало те романтические, произнесенные на коленях при лунном свете любовные признания, о которых она и Амелия Баррингтон так часто шептались между собой еще девочками в пансионе, Элинор охватило радостное волнение, и она тут же отправилась на поиски брата.
Девушка застала его одного в кабинете.
После того как Кристиан внимательно перечитал письмо Ричарда - дважды, он еще какое-то время сидел за столом, слушая Элинор, а та между тем подробно разбирала все возражения, которые, по ее мнению, брат мог выдвинуть против этого союза, и даже те, которые раньше не приходили ей в голову. Она напомнила Кристиану о том, что его брак с Грейс, состоявшийся немногим раньше в том же году, и даже брак их родителей были устроены их дедом, герцогом Уэсто-вером. По ее словам, ее собственное замужество будет иметь гораздо более прочную основу, поскольку они с Ричардом провели много времени в обществе друг друга и сами сделали свой выбор вместо того, чтобы позволить сделать это за них другим.
Элинор была настолько уверена в своей правоте, противопоставляя любому доводу Кристиана против этой партии свой собственный, что не обращала внимания на его молчание, решив, что победа осталась за ней.
Однако она жестоко ошибалась.
- Мне очень жаль, Нелл, но твой брак с Херриком просто невозможен. Больше я ничего не могу к этому добавить.
Нынешний Кристиан мало походил на любимого брата, которого она знала до сих пор. У него были все те же каштановые волосы, чуть темнее, чем у нее самой, все те же удивительные светло-синие глаза, унаследованные от матери, однако лоб его пересекла глубокая складка, а с лица исчезла привычная улыбка. Только тогда Элинор по-настоящему забеспокоилась:
- Но почему, Кристиан? Пожалуйста, объясни мне, почему ты так решительно настроен против лорда Херрика? По-твоему он бесчестен? Или ты узнал о нем нечто такое, о чем считаешь своим долгом меня предупредить?
- Нет, - ответил он, нахмурившись еще больше. - Судя по всему, что я видел и слышал, Херрик действительно тот джентльмен, за которого себя выдает.
- Ричард рассказывал мне, что в детстве вы с ним не ладили. Он опасался, что это может уронить его в твоих глазах, но мне казалось, что…
Кристиан покачал головой.
- Это не имеет никакого отношения к стычкам на школьном дворе, Нелл.
- Тогда в чем же дело, Кристиан? Если я намерена выйти замуж за лорда Херрика, почему ты отказываешься дать мне благословение? Разве не ты сам всегда твердил, что я вольна в своем выборе? Разве ты не дал мне слово? Что ж, я так и поступила. Я свой выбор уже сделала, и он пал на Ричарда.
Кристиан ничего не ответил. Он просто сидел и смотрел на сестру, как ей показалось, совершенно равнодушный к ее словам.
Раздосадованная таким пренебрежением к ее будущему счастью, Элинор впервые в жизни решилась бросить вызов брату. Ухватившись крепче за подлокотники кресла, она гордо выпрямилась и произнесла:
- Ты не оставляешь мне выбора, Кристиан. Раз уж ты отказываешься забыть о своих чувствах и подумать о моих, я должна сообщить тебе, что, если понадобится, я готова бежать вместе с Ричардом в Гретна-Грин.
- Нет!
Элинор не могла припомнить, чтобы за все двадцать лет ее жизни брат хоть раз повысил на нее голос или говорил с ней резким тоном, даже тогда, когда она испортила его лучшую пару ботинок для верховой езды, пробираясь в них через лабиринт из живых изгородей во время дождя. Напротив, Кристиан всегда баловал ее, потакая любому желанию - совсем как в тот день, когда она в пятилетнем возрасте стащила с кухни три порции своего любимого лимонного торта, после чего не могла смотреть на еду за ужином. Тем больше ее встревожила его внезапная вспышка этим утром. Его последующие слова, произнесенные по контрасту очень тихо, совершенно ошеломили Элинор.
- Те причины, по которым ты не можешь выйти замуж за Херрика, не имеют ничего общего с моей личной неприязнью к нему, Нелл. Вряд ли ты способна меня понять. Правда, тебя еще не было на свете, когда…
Следующую четверть часа Элинор провела, сидя неподвижно, словно каменная статуя, а Кристиан тем временем поведал ей печальную историю, начавшуюся с признания, что их отец, Кристофер Уиклифф, не умер своей смертью, как ее уверяли. Не было ни внезапной лихорадки, ни последнего вздоха в ту далекую ужасную ночь, когда она, Элинор, была еще младенцем во чреве матери. Нет, продолжал Кристиан, на самом деле их отец погиб, сражаясь на дуэли за честь их матери с человеком, с которым она состояла в любовной связи и который, вполне возможно и даже более чем вероятно, был настоящим отцом Элинор… с покойным графом Херриком, Уильямом Хартли.
Отцом Ричарда.
Даже сейчас Элинор хорошо помнила охватившее ее в тот миг чувство полной безысходности, будто стены комнаты надвинулись на нее. Горло перехватило, она не могла произнести ни слова, подступившие слезы обжигали глаза. Выслушав ужасные намеки брата, девушка только покачала головой, как будто таким путем она могла избавиться от кошмара.
- Это неправда, Кристиан! - всхлипнула она. - По словам Ричарда, его отец разбился, упав с утеса, когда однажды рано утром отправился на прогулку верхом. Никто не видел, как это случилось, только его лошадь вернулась в конюшню одна. Его тело так никогда и не было найдено. Зачем тебе понадобилось выдумывать все это, Кристиан? Зачем?
Тут Кристиан закрыл глаза и тяжело вздохнул.
- Нет, я не выдумываю, Нелл. Бог свидетель, я сам отдал бы все на свете, чтобы сказанное мною не было правдой, поскольку я провел большую часть жизни, пытаясь оградить тебя от необходимости когда-либо услышать об этом. - Он бросил на нее взгляд, полный отчаянной мольбы. - Я сам был там в ту ночь вместе с герцогом (Кристиан всегда так величал их деда), и на моих глазах лорд Херрик выстрелил в нашего отца.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37


А-П

П-Я