https://wodolei.ru/brands/novellini/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Не думаю, что увижу, как он будет оплакивать своего двоюродного брата.Моррис-старший оставил наследство дочери только на один год? И теперь, поскольку ее брат мертв, имение перейдет к другому родственнику? Это ей будет неприятно, подумал Эйдан, если она управляла Рингвудом после смерти отца. Но по крайней мере новым владельцем будет родственник. Нет сомнения, что она скоро привыкнет к новому положению.Однако зачем-то Ева преднамеренно ему солгала. Это не понравилось Эйдану. Она могла хотя бы сказать, что скоро лишится права собственности на свой дом. Но, со вздохом решил он, она не обязана сообщать ему об этом. Она ничего ему не должна. Это он в долгу перед ней.«Защита» – такое слово произнес капитан Моррис. Эйдан не мог забыть, как умирающий капитан слабеющими пальцами теребил его рукав, пытаясь последний раз собраться с силами.«Обещайте мне, что вы защитите ее. Обещайте! Несмотря ни на что!»Проклятье! Что еще могло скрываться за этими словами, кроме того, что уже стало очевидным?Сидевшие за столом перешли к долгому обсуждению мистера Сесила Морриса, но Эйдан их больше не слушал.– Каким человеком был мистер Моррис? – спросил он. Ему было неприятно выпытывать сведения у чужих людей, но он чувствовал необходимость узнать все. – Я говорю об отце капитана Морриса.– Он-то? – сказал один из собеседников. – Он был ничем не лучше, чем любой из нас, хотя напускал на себя важность, будто был королем Англии. А был-то он всего-навсего углекопом в Уэльсе, пока не женился на дочери владельца угольной копи и не разбогател. Когда старый хозяин умер, Моррис продал рудник, еще больше разбогател и купил здесь имение. Стал жить как джентльмен. Он и своих детей воспитал как джентльмена и леди, но они не оправдали его надежд. Ничего другого он и не заслуживав. Мистер Персиваль ушел на войну, а мисс Моррис не захотела выходить замуж ни за одного из благородных женихов, которых он ей предлагал.Теперь понятно, подумал Эйдан, откуда этот валлийский говор и очень валлийская тетушка.– Но был еще сын графа Лаффа, которому отец не разрешил жениться на дочери Морриса, когда тот предложил графу этот брак, – заметил еще кто-то, указывая хозяину на свою пустую кружку. – Ей даже не пришлось ему отказывать.– Но вероятно, она бы отказала, – возразил хозяин, поднимаясь со стула. – Мисс Моррис никогда не лезла в высшее общество.Эйдан тоже встал и, дружески кивнув хозяину и посетителям паба, направился в свою комнату. Он решил, что поедет на долгую прогулку верхом. Ему надо прийти к какому-то решению. Было бы крайне неприлично вернуться в Рингвуд и снова начать выяснять состояние дел мисс Моррис. Но, как весьма неохотно признался себе полковник, наутро он просто не сможет уехать домой. Глава 3 В тот самый день Ева пошла в деревню, пешком и одна. Тетушка Мэри могла бы ее сопровождать, если бы она поехала в карете. Но Еве хотелось побыть одной на свежем воздухе, а присутствие тети помешало бы ей думать о своем будущем.Ее сердце невольно сжималось от страха. После событий вчерашнего утра она пыталась сосредоточиться только на одном, имевшем для нее значение: смерти Перси. Она очень любила брата. Она сожалела, что не сможет его оплакивать, носить по нему траур так, как ей хотелось бы. Но…«Но он умер так неожиданно».Перси написал завещание, по которому он оставлял Рингвуд Еве. Но Рингвуд никогда не принадлежал ему. Он принадлежал Еве, но только до годовщины смерти ее отца. И в эту годовщину Рингвуд по иронии судьбы перейдет к ее кузену Сесилу. Завещание Перси не имело силы. Он умер слишком рано. Как будто ему было бы лучше, если бы он умер позднее, с горечью подумала она.Через пять дней они все окажутся бездомными. Все.Еве стало дурно. Думай она только о своем положении, то нашла бы выход, скорее всего пошла бы в услужение. Но Ева не могла позволить себе роскоши заботиться только о себе.По пути в деревню, недалеко от дома священника, она поднялась на горбатый каменный мостик, перекинутый через речку, разделявшую Рингвуд и Хейбридж, и на минуту остановилась, глядя на медленно текущую воду. Оставалось пять дней для того, чтобы решить, что им делать дальше. Но сегодняшний день она может посвятить Перси. Он заслуживает большего, но она сделает хотя бы это.Преподобный Томас Паддл был дома. На стук Евы он сам открыл дверь. Но его экономка отсутствовала, и он, будучи рьяным блюстителем приличий, не пригласил Еву в дом, а предложил ей прогуляться по церковному двору. Викарий, долговязый молодой человек с румяным лицом и каштановыми волосами, смущался и краснел в присутствии Евы, как и в присутствии других молодых прихожанок, многим из которых он очень нравился.Преподобный сказал ей, что как раз собирался в Рингвуд. Он отсутствовал два дня и только что узнал о трагической гибели ее брата. Он долго выражал ей свои соболезнования, а затем они обсудили поминальную службу, о которой Ева пришла его попросить.– Завтрашний день меня вполне устроит, – заверила она, узнав, что через день викарий снова должен будет уехать по делам. – Я постараюсь всех оповестить. А во всем, что касается службы, я целиком полагаюсь на вас.– Як вашим услугам, мисс Моррис. А не мог бы кто-нибудь произнести прощальное слово? Я не знал покойного лично и буду вынужден ограничиться общими словами.Ева немного задумалась. Они остановились в тени большого бука.– Думаю, Джеймс Робсон охотно сделает это, – решила она. – Они с Перси одного возраста и выросли вместе, были не только соседями, но и друзьями.В эту минуту их прервал глухой топот копыт по каменному мосту. Ева с удивлением увидела приближавшегося к ним полковника Бедвина. Видимо, он возвращался в гостиницу, находившуюся на другом конце деревни. Почему он еще не уехал? Ева полагала, что он уже давно по дороге домой.Когда лошадь Бедвина поравнялась с буком, он заметил их и дотронулся хлыстом до края шляпы. Верхом на лошади полковник казался очень внушительным, несмотря на то что на нем не было мундира. Ева подумала, что не хотела бы вызвать гнев этого человека. Он выглядел угрюмым и неприступным. Казалось, он никогда не улыбался. Но она не должна быть несправедливой. Он приезжал к ней дважды и предлагал помочь ей всем, что в его силах.Полковник замешкался, а затем остановил лошадь. Спешившись, он накинул поводья на забор сада и широким шагом вошел во двор. Ева смотрела на него с удивлением и неприязнью. Она больше не хотела его видеть. Он ей не нравился, хотя она вынуждена была честно признать, что единственной причиной неприязни было то, что именно он призез это ужасное известие о смерти брата. Она представила джентльменов друг другу.– Это полковник Бедвин, – объяснила она викарию, – он сообщил мне вчера о смерти Перси. Перси служил под его началом.– Какая трагедия, – сказал преподобный Паддл. – Эта смерть – ужасная потеря для мисс Моррис и всех здешних жителей. Мы говорили о завтрашней поминальной службе. Вы еще будете здесь, сэр?– Я задержался из-за болезни моего денщика, – пояснил полковник. – По возвращении в Англию он простудился. Даже не знаю, когда мы сможем уехать.Викарий пробормотал что-то сочувственное. Полковник Бедвин взглянул на Еву, и она едва не отпрянула. Это был пронзительный пристальный взгляд. Она почувствовала жалость к его солдатам и была рада, что Перси, хотя и находился в его подчинении, все же был офицером.– Поминальная служба? – переспросил он. Она кивнула.– К сожалению, я не могу предать земле прах брата. Но он здесь вырос. Большинство моих соседей и друзей прекрасно его помнят. Необходима какая-то церемония, торжественное прощание с усопшим.Бедвин понимающе кивнул.– Мы обсуждали, кого попросить произнести слова прощания, – сказал викарий. – Я приехал сюда уже после отъезда капитана Морриса и не смогу сам выразить то, чего он заслуживает.Полковник по-прежнему мрачно смотрел на Еву.– Может быть, – предложил он, – будет уместно, если я скажу несколько слов. Вашим соседям следует знать, каким храбрым кавалерийским офицером стал капитан Моррис, которого они помнят, и с какой отвагой он сражался за свою страну.– Это чрезвычайно великодушное предложение, сэр, – заявил преподобный Паддл.– Вы задержитесь еще на один день? – нахмурилась Ева. – И вы сделаете это ради меня, полковник?Он наклонил голову:– Даю вам слово, мадам.Защитить ее. Прошлой ночью, когда она лежала, не в силах уснуть, ее сердце разрывалось при мысли о том, что мучившие Перси опасения из-за того, что станется с ней после его смерти, были вполне обоснованны. Но почему он решил перед своей кончиной, что полковник сможет ей помочь? Вероятно, думала она, сознание Перси тогда уже затуманилось.– Благодарю вас, – сказала она. – Вы сделаете доброе дело.Полковник кивнул и наконец отвел от нее взгляд. Попрощавшись с преподобным Паддлом, он подошел к коню и через минуту уже был в седле.– Важная особа, – заметил викарий.– Да, – согласилась с ним Ева. И совершенно очевидно, он человек слова. Она поняла, что к предложению Бедвина о помощи, сделанному сегодня утром, и к его решению остаться еще на один день, чтобы произнести речь на завтрашней поминальной службе, доброта не имеет никакого отношения. Ему спасли жизнь, и он чувствовал себя в долгу перед ее братом. Он дал Перси слово, что будет ее защищать, и пока, не видя иного способа оказать ей услугу, он останется и произнесет возвышенные слова в память о Перси ради ее успокоения и в назидание ее соседям. Ева была ему благодарна. * * * Эйдан не считал, что владеет даром красноречия. Конечно, он никогда не произносил речей. Он похоронил столько своих солдат и офицеров, что ему было тяжело об этом вспоминать. Но полковые капелланы всегда находили нужные слова.– Капитан Персиваль Моррис однажды рисковал собственной жизнью, чтобы спасти меня, и был тяжело ранен, – начал он, когда наступило время произнести слово прощания перед внушительным собранием прихожан, заполнивших красивую, типично английскую сельскую церковь.Мисс Моррис во всем сером, сидела на передней скамье рядом с тетушкой, облаченной в черное, с черной же вуалью. Здесь же находились молодая светловолосая женщина, которую он видел на лужайке в Рингвуде вместе с детьми, и экономка, из которой, подумал Эйдан, помнивший, как она решительно шагала за своей хозяйкой, получился бы превосходный сержант, будь она другого пола. Большинство паствы в знак уважения были в черном. Вероятно, некоторые удивлялись, почему только мисс Моррис не последовала их примеру.– Я был рядом с капитаном Моррисом, когда он умер, – через несколько минут закончил Эйдан заранее приготовленную речь. – Его последние мысли были о сестре. Он просил меня лично передать ей весть о его кончине. И еще он просил меня передать ей, чтобы она не носила по нему траура. И, выполняя его желание, она сегодня в сером. Мы все должны считать большой честью для себя, что нам довелось знать этого храбрейшего человека, беззаветно служившего своим соотечественникам и своей стране. Мы должны оказать ему уважение. с уважением относясь к его сестре, которую он любил до последнего вздоха.Эйдан отвесил Еве короткий по-военному поклон и вернулся на свое место. Он заметил, что она сидела выпрямившись, с сухими глазами, бледная, как призрак. Миссис Причард и некоторые прихожане прикладывали к глазам носовые платки.Он не следил за дальнейшей службой. Печально зазвонил церковный колокол, служба окончилась.Эйдан пожал руку преподобному Паддлу и похвалил его за поминальную церемонию, проведенную с таким вкусом и достоинством. Он подумал, удобно ли сейчас поговорить с мисс Моррис, или приличнее подождать до завтрашнего дня, но она избавила его от сомнений и сама подошла к нему. Она протянула Эйдану затянутую в перчатку руку.– Благодарю вас, полковник, – обратилась она к нему. – Я навсегда сохраню в памяти все, что вы сказали о Перси, многого я раньше не знала. И я всегда буду помнить, как вы были добры ко мне, задержавшись здесь еще на один день.– Я сделал это с удовольствием, – ответил он, взяв ее тонкую теплую руку.– Как чувствует себя ваш денщик? – удивила она его вопросом.– Намного лучше, спасибо.– Рада это слышать. – Она кивнула. – Некоторые мои друзья и соседи зайдут ко мне выпить чаю. Может, вы тоже придете?Он даже не решался на это надеяться. Шансов на то, что ему удастся поговорить с ней наедине, было мало, но вдруг у него окажется такая возможность. Он еще не знал, что он ей скажет, о чем ее спросит, не сочтет ли она его слишком дерзким.Эйдан не успел ей ответить. Какой-то человек с ног до головы в черном, кланяясь и улыбаясь, выступил вперед. Даже носовой платок, зажатый в руке в черной перчатке, был черным.– Какая прочувственная речь, милорд, – обратился он к изумленному Эйдану. – Я едва удержался от слез. А моя матушка не смогла сдержаться. Каким утешением, должно быть, было для бедного Персиваля то, что в последнюю минуту рядом находился офицер такого знатного происхождения. Как я понимаю, вашим отцом был покойный герцог Бьюкасл, а ваш брат сейчас обладает этим титулом? Я благодарен вам от всей души, милорд, что сегодня вы почтили нас своим присутствием.– Сэр? – с холодным высокомерием произнес Эйдан.– Полковник, – вмешалась мисс Моррис, ее глаза смотрели с неприязнью на человека в черном, – позвольте вам представить моего кузена, мистера Сесила Морриса.– Это великая честь, милорд, – с дурацкой ухмылкой сказал Сесил Моррис, кланяясь и шаркая ногами. – Не могу ли я представить вам свою матушку? Где же она? – Он повернулся к толпе, собравшейся на церковном дворе. – Куда она подевалась? А, вон она, разговаривает с миссис Филпот и мисс Драббл. – Он замахал носовым платком.Эйдан внимательнее вгляделся в Сесила. Так вот кому достанется Рингвуд! Низенький толстяк с выпяченной грудью, казалось, был готов лопнуть от важности. Уж слишком он подобострастный, этот кузен мисс Моррис. У него не было, как заметил Эйдан, и намека на валлийский выговор. Напротив, по сравнению с ним даже произношение Бьюкасла не казалось провинциальным.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36


А-П

П-Я