https://wodolei.ru/catalog/dushevie_ugly/na-zakaz/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Все это быстро возникло в голове и так же быстро исчезло.
Вкатится он на кухню, а там сидят за столом и пьют пиво еще, скажем,
человека три! Глупый у него будет вид!
Месроп пожал плечами и вошел в комнату, Виктор последовал за ним.
Один из громил мимоходом провел рукой по их одежде.
В любимом кресле Виктора прямо напротив экрана сидел немолодой
человек в светлом костюме и внимательно смотрел на вошедших. Из-за их спин
появился широкоплечий и выложил на стол пакеты с едой. Немолодой раскрыл
один из пакетов.
- Обожаю помидоры, - сказал он. - Рад, что у нас общие вкусы.
Он посмотрел на широкоплечего, и тот исчез. Показал на кресла. Месроп
сел, а Виктор остался стоять.
- Вы тоже садитесь, молодой человек, - обратился к нему незнакомец. -
Вы ведь Виктор, так? Видите, Месроп уже сидит.
Слова незнакомца очень не понравились Виктору. Месропу, судя по
кислой улыбке, еще меньше. Никто здесь не знал их имен. Хозяйке они как-то
назвались и тут же забыли, а пасс вообще был на предъявителя. Судя по
тому, как Месроп кусал губы и щурился, в голове у него шла бешеная работа
- он явно перебирал в памяти, с кем встречался, о чем говорил и кто мог их
раскрыть. А потом Виктор увидел на миг вспыхнувшую в его глазах искру
торжества, хорошо ему знакомую, и понял, что все не так просто и еще
неизвестно, кто оказался в западне. "Гудок в тумане" сработал.
- Давайте знакомиться. Меня можно называть Адам. Мистер, герр, сеньор
или пан - на ваше усмотрение. Считайте, что я принес извинения за
бесцеремонное вторжение в ваше жилище. В случае, если мы придем к
соглашению, наши извинения приобретут более ощутимый характер. Надеюсь, я
понятно излагаю?
- Да, да, нечто в этом роде я и предполагал, - невпопад отозвался
Месроп.
Виктор, не отвечая, сел напротив пана, сеньора, герра или мистера
Адама и бесцеремонно уставился на него. Не был похож Адам ни на
англосакса, ни на поляка, ни, конечно, на итальянца. Чем дольше Виктор
вглядывался в жесткие усы, чуть припухшие веки и короткий ежик волос, тем
больше убеждался, что есть польза даже от самых бездарных исторических
боевиков про ниндзя. Несмотря на матовую бледность гостя, его правильнее
было бы называть Адам-сан, если, конечно, дети богини Аматерасу вправе
себя числить потомками ветхого днями праотца.
- Я знаю, что вы здесь делаете, - продолжал Адам. - Заметьте, я не
говорю "мы". Не намерен представлять ни одну организацию или территорию.
Только от своего имени. Вы и я, больше нам никто не нужен. Меня не
интересует Сармат, вас не касаются мои интересы. За это время вы ничего не
добились. Так. Не скрою, у нас, извините, у меня успехи аналогичные.
- Ага, вы предлагаете сотрудничество? - поднял брови Месроп.
Адам опустил веки.
- Рассчитывал на ваше понимание. Рад. Еще раз извините за вторжение.
Вынужден.
Короткая, отрывистая манера говорить озадачила Виктора. Может,
все-таки не японец? Немец, что ли?
- Мы найдем общий язык, - удовлетворенно сказал Адам. - Уже нашли. Мы
помогаем вам людьми, техникой, деньгами. Вы достаете то, что вас
интересует. Делаете копию. Одну. Вручаете нам. Все. Вознаграждения не
предлагаю. Оригинал ваш - это и есть вознаграждение. Я не прав?
Месроп, не отвечая, поднялся и медленно пошел к двери. В проеме
мгновенно возник широкоплечий.
- В холодильнике есть пиво и коньяк, - небрежно сказал Месроп, - ну,
и там закуски поищите.
Короткий взгляд на Адама, кивок головы, и через минуту на столе
возникли бутылки, банки, тарелки и прочие атрибуты хорошего вечера. К
удивлению Виктора, Месроп, разлив коньяк, сам взялся за пиво. Адам
пригубил, оценивающе пошевелил губами и допил бокал. Виктор не притронулся
к выпивке и налег на овощи.
После второй рюмки Адам ослабил узел галстука, а после третьей
повесил пиджак на спинку кресла. Погрозил пальцем Месропу и сказал, что
ценит такой подвиг, зная его любовь к хорошему коньяку. Месроп хмыкнул, но
продолжал тянуть из банки.
- Вы можете мне не верить, - продолжал Адам, - но я с вами отдыхаю
душой и телом. Здесь все свои. Не надо врать, выкручиваться, прибегать к
силовым акциям. Мы поймем друг друга с полуслова. Это так хорошо -
понимать друг друга с полуслова! Когда все кончится, и мы разъедемся по
домам, я буду вспоминать эти часы...
- Я тоже, - сказал Месроп, - если, конечно, вы дадите нам вернуться
домой.
- Не говорите так, - укоризненно воскликнул Адам. - Вы, старый
опытный сотрудник ООН, объявились здесь, да еще прихватили с собой невесть
зачем юношу - и не прикрыли тылы? У вас нет отходного варианта? Вы что, не
профессионал?
Месроп кивнул.
- Охотно верю. Разумеется, в моих интересах немедленно вас убрать,
получив искомое. Вам это не понравится. Сделаем так: вы берете то, что вам
нужно и, не делая копий, возвращаетесь в Саратов. Там мы встретимся...
- К этому времени у вас не будет нужды в копиях, - сказал Месроп. -
Еще вопрос, сумеем ли мы добраться до Саратова.
"Вот это пусть тебя не волнует", - подумал Виктор. Адам, кажется, не
знает, что Виктор гонец. Они следили только за Месропом.
- Вы недоверчивы, - констатировал Адам. - Конечно, вы мне не верите.
Но я даю шанс. А так - нет шанса. Есть из чего выбирать - с нами и шансом
или без нас и без шанса. Зачем мне несговорчивые конкуренты?
- М-да, - только и протянул Месроп.
- Не принимайте близко к сердцу, - посоветовал Адам. - Вы здесь
недавно, а я - четвертый месяц. Вам проще. Если я не успею, мне - вот так,
- он провел ребром ладони по горлу. - Правда, - добавил он, - если я не
успею, вам тоже будет плохо.
- Ну хорошо, - сказал Месроп. - Давайте по пунктам.
- Момент!
Адам поднялся с места, качнулся, ухватившись за спинку кресла,
пробормотал что-то непонятное и вышел из комнаты. Через минуту вернулся с
чемоданчиком. "Скоро чонами можно будет стены оклеивать", - подумал
Виктор.
Но денег там не оказалось. Адам извлек из чемоданчика небольшую
коробку и положил ее на стол.
- Тут кое-какие полезные мелочи, - сказал он, - но это потом.
Откинулся в кресле и прикрыл глаза рукой.
- Вы проделали большую работу. Мы с восхищением следили за вашими
перемещениями по городу. За неделю вы обошли всех, кого в свое время
обошел я. Мне потребовалось два месяца. Вам - неделя. Браво. Я очень
надеялся, что пропустил кого-то, и вы наведете на поводыря. Увы. Но мне
лестно, значит, я чисто работал. Правда, в моем списке не было профессора
Хорвата. Но и он - пустой номер, не так ли?
- И вопрос пустой! - сердито сказал Месроп.
- Да, да, - сочувственно кивнул Адам, - у меня просто сердце
разрывалось, глядя, как вы носитесь, весь в мыле. Честное слово, я даже
хотел остановить вас на улице и поговорить прямо там...
- Что же не остановили?
- Я в этот миг вспоминал, как входил в известную вам дверь на улице
Занаду, как шел по этажам и коридорам, как заглядывал в комнаты и в залы,
как разговаривал с вежливыми людьми, готовыми часами рассуждать о
воплощенном логосе. И как я чувствовал себя сплошным, то есть полным
дураком...
- Круглым!
- Приношу извинения?
- Дураки преимущественно круглые, - мстительно сказал Месроп. -
Полным, если угодно, будете балбесом. Идиотом тоже можно.
- Великолепно! - восхитился Адам. - Учту. Благодарен. Последний раз
по-русски говорил четыре года назад. Но, признайтесь, вы тоже не
чувствовали себя мудрецом в круглом зале или на музыкальных лестницах?
Месроп хмыкнул, кашлянул, но ничего не ответил.
Собрав пустые банки, Виктор прошел на кухню. Широкоплечий приветливо
взглянул на него из-под очков, улыбнулся и отложил газету. Один из гостей
дремал, положив голову на руки, второй доедал салат и бдительно уставился
на Виктора.
- Два дня и две ночи не спали, - с легким акцентом сказал
Широкоплечий.
Виктор пожал плечами и достал из холодильника полдюжины банок с
пивом. Что-то в последнее время ему часто попадаются дремлющие стражи,
неожиданно подумал он. Старый Гонта, наверно, сказал бы, что таким образом
мир воспроизводит себя через повторяющееся событие, коим является
дремлющий страж.
Вернувшись в комнату, он обнаружил, что обстановка там немного
изменилась. Коробка была распакована. Адам разложил на столе мелкую
электронику и, тыча в нее пальцем, озабоченно говорил Месропу:
- Семь-восемь часов - и все! Питание садится полностью, микроволновая
подпитка не доходит. Мы полагали - экранировка. Ничего подобного. Стены -
как стекло, но все глохнет, как в вате. Плутониевая батарейка села через
сутки. Вы понимаете?
- Нет.
- Я тоже, - сокрушенно сказал Адам. - Никто не понимает, как может
сесть батарейка, срок службы которой не менее трех лет! Да это и не
батарейка вовсе, а очень хитрое устройство, раньше такие на
спутниках-убийцах ставили.
- Это все вампиры, - небрежно сказал Виктор, с хлопком открывая
банку.
Месроп и Адам вздрогнули от резкого звука и уставились на него.
- Какие вампиры? - спросил Месроп.
- Мало ли какие! - ответил Виктор. - Всякие бывают.
- Бред собачий...
- Хорошо, если бред, - сказал Адам. - Но если эти сказки вдруг
подтвердятся... Магия на ядерном уровне - после этого просто жить не
хочется, даже если дадут.
- М-да, дадут жизни, - задумчиво протянул Месроп.
И снова знакомая искра в глазах.
- Любая аппаратура у них разваливается в считанные дни. Вы знаете,
как это связано с ростом глобальной нестабильности сложных систем? Я тоже
не знаю. Догадываюсь, что есть взаимосвязь. Конечно, велик соблазн
раздавить это клопиное гнездо, но мы с вами люди маленькие...
Он выпил еще одну рюмку, глаза заблестели и голос стал ниже.
- Я тоже не профессионал. Это вон те, - шепотом, - что на кухне,
профессионалы. Я исследователь, которого обстоятельства загнали в сыщики.
Нет, в шпионы. Вы думаете, я один в цейтноте? Все в цейтноте. Если мы не
заполучим их формулы или там не знаю, заклятия, заговоры - крышка. Сначала
им, потом нам.
- Даже так!
- Так. Они давно под прицелом. И если бы не важные господа,
надеющиеся заполучить формулы, их бы давно сожгли. Одна секунда и - пшш!
Огонь придет с неба и испепелит нечестивцев...
Адам захихикал.
Старые люди, внезапно подумал Виктор. Месроп держится молодцом, за
бородой и не поймешь, сколько лет, да и Адам крепкий такой, гладкий, но
все равно - старые оба. Раскалились из-за ерунды, плетут друг другу сети,
а всех дел пойти и спросить прямо, а если не скажут, вытрясти. Он вскрыл
очередную банку пива, хлебнул и негромко посоветовал взять любого жителя
дома на Занаду и слегка потрясти его.
Месроп пару раз сморгнул и ничего не сказал, а Адам вытаращил глаза:
- Вы большой оригинал, молодой человек. На моих глазах один из тех,
кого вы советуете трясти, раздавил в руке титановую трехдюймовую трубу. А
потом разорвал ее на несколько кусков.
Зазвенела упавшая банка, ее выронил Месроп. Виктор не понял, при чем
здесь труба. Даже если в секте одни силачи, есть способы скрутить
тепленьким любого богатыря и развязать ему язык!
Взяв со стола тонкий цилиндрик, Адам принялся объяснять Месропу, как
включить камеру, куда ее лучше пристроить, а вот эти, - он провел пальцем
над ровным рядком таких же цилиндриков, стоящих на пустой тарелке, -
перекрывают тепловой и световой диапазоны.
- Почему вы сами не ставите? - неожиданно спросил Месроп.
- Хороший вопрос, - сказал Адам. - Ответа не будет. Хотя... А,
плевать! С каждым разом время работы сокращается наполовину. Все мы там
были по нескольку раз. У человека, зашедшего впервые, работает по
максимуму, то есть жалкие семь-восемь часов.
- Радиация? - поднял брови Месроп.
- Никакой. Но мы становимся мечеными. А людей у нас мало. Почти все
здесь.
- Я там был несколько раз.
- Да, но без аппаратуры.
- Действительно... - задумчиво сказал Месроп.
- Вот видите! Даже если это и магия, то какая-то странная. Как бы это
сказать... Научная? Нет. Последовательная? Не то. Есть в ней система.
Близко, но не то. Забыл термин.
- Избирательная?
- Похоже, но... Впрочем, неважно.
Адам задумчиво повертел рюмку, положил ее на стол. Сказал, что
разговорчики про магию - ерунда. Достаточно нарушить второй закон
термодинамики или, еще лучше, причинно-следственный детерминизм, а тогда,
пожалуйста, все что хотите! Месроп кивал, соглашаясь, потом вдруг
прищурился и спросил, не встречались ли они случайно лет пять назад в
Лозанне, на диспуте по металогии? А когда собеседник, улыбнувшись, стал
перечислять все выпитое и съеденное на диспуте, Месроп рассердился и
спросил, какого же черта он полез в это дерьмо. Виктор задремал в кресле,
но и сквозь дрему слышал, как Адам объяснял Месропу, в какую клешню он
попал, а потом возник еще один голос - Виктор приоткрыл глаза и обнаружил
в комнате очкастого Широкоплечего. Широкоплечий говорил что-то о долге и
чести. Виктор понял, что это и есть главный профессионал, и заснул.
- Давайте перейдем в соседнюю комнату, - тихо сказал Широкоплечий, -
молодой человек спит.
Месроп и Адам глянули на Виктора, поднялись, при этом Адам опрокинул
свой бокал, виновато улыбнулся, и они вышли.
В соседней комнате Широкоплечий сказал, что все, о чем договорились с
Адамом, остается в силе, мало того, он лично обещает поддержку. И ушел на
кухню.
- Негодяй, - прошипел ему вслед Адам, - все они негодяи. И мы тоже,
потому что работаем на негодяев.
Он сел на диван и подогнул под себя ноги. Раскачиваясь из стороны в
сторону, совершенно пьяными глазами таращился на Месропа, потом икнул и
повалился набок.
Месроп никак не мог вспомнить его фамилию, да и звали раньше Адама
иначе.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70


А-П

П-Я