https://wodolei.ru/catalog/kuhonnie_moyki/iz-nerjaveiki/vreznye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– В наше время женщины рожают и после сорока.
– Надеюсь, ты не будешь так долго тянуть. И не забывай, что Пол на десять лет старше тебя.
Робин попыталась представить Пола пятидесятилетним, а себя сорокалетней и не смогла. Сейчас они вместе только из-за Уэнди. Кто знает, останется ли у них что-то общее, когда она вырастет?
– Я приму это к сведению, – пробормотала она.
– Наконец-то вы разобрались во всем, но мне совершенно непонятно, зачем было подвергать себя таким испытаниям. Ну да ладно, все хорошо, что хорошо кончается. О, дорогая, только не эту скатерть! Я достану новую, которую тетя Агнес подарила мне на Рождество.
Энни говорила без умолку, и Робин радовало только то обстоятельство, что большинство ее реплик не требовало ответа. Мать уже поспешила рассказать всем, что ее дочь и зять снова вместе, и было бы неудивительно, если бы она принялась вязать детскую одежду, чтобы ускорить события…
Когда Робин зашла в гостиную, чтобы позвать всех к столу, Пол и Джеймс мирно беседовали. Уэнди, игравшая с котом, без возражений отправилась мыть руки, хотя не раз пыталась доказать Робин, что это пустая трата времени.
Робин оставалось только надеяться на подобное сотрудничество и впредь, когда придется общаться с властями.
Накануне вечером она опять заговорила с Полом о школе, но ничего не добилась. Руководство уже ознакомлено с ситуацией и никаких сложностей с приемом Уэнди не возникнет, сказал он. Дети учатся на примерах, а дисциплина в такой прекрасно организованной школе, как Форрестхилл, – это именно то, что нужно Уэнди.
Улучив минутку, когда они остались наедине, отец выразил ей свои сомнения по поводу возобновления их брака.
– Ты уверена, что поступаешь правильно? – с тревогой спросил он. – Я вижу, как ты относишься к Уэнди, но надо же подумать и о себе. Мне бы не хотелось, чтобы тебя снова обидели.
– Не волнуйся, – успокоила его Робин, желая чувствовать такую же уверенность, с которой звучал ее голос. – На этот раз все по-другому.
Отец слабо улыбнулся.
– Мне нравится Пол. Но когда мужчина так притягивает к себе женщин, ему бывает трудно противиться бесчисленным искушениям.
– Значит, я должна ему в этом помочь, разве не так? – сказала дочь. Возможно, если бы я, вместо того чтобы хлопать дверью, попыталась бороться за него, мы бы вообще не расстались.
– Тогда ты говорила, что за него не стоит бороться.
– Только потому, что старалась убедить себя, что выше этого. – Робин приподняла плечи. – Когда я выходила за него замуж, я жила в мире собственных фантазий… и не думала, что брак требует некоторых усилий.
– Но если Уэнди – единственная причина, которая подвигла вас начать все сначала, то эти усилия ни к чему не приведут.
Для меня эта причина – не единственная, подумала Робин. А вот за Пола она не ручается. Одно можно было сказать с уверенностью: она не будет опять хлопать дверью, как бы ни сложились обстоятельства. Интересы Уэнди – превыше всего.
Они уехали в четыре, напутствуемые требованиями Энни приезжать поскорее опять.
– Где мы сегодня обедаем? – спросила Уэнди, когда они выехали на шоссе.
– Разве можно так быстро проголодаться после всего, что ты съела за ланчем? – ужаснулась Робин.
– Можно, – заверила ее девочка. – Ведь я растущий организм.
– Ввысь или вширь? – поддел ее Пол. – Мы остановимся у следующей бензоколонки, и я куплю тебе жареный картофель, чтобы не было скучно.
Робин раскрыла было рот, чтобы возразить, но тут же закрыла его снова.
Девочку так редко баловали, так что несколько лишних калорий не причинят ей никакого вреда.
Робин не захотела оставаться одна в машине и последовала за Полом и Уэнди в ярко освещенный магазинчик. Предоставив им обсуждать достоинства и недостатки различных сортов шоколада, выставленных в витрине, она устремилась к книжному стенду. Своих книг она не увидела, но ее внимание привлек единственный экземпляр одной из последних книг Пола. Смешно было ее покупать, имея возможность в любой момент получить от него, но именно так Робин и поступила, надежно спрятав затем в недрах своей вместительной сумки.
Если главный женский персонаж окажется жгучей брюнеткой, она всегда сможет выбросить книгу в ведро.
– Ваша дочка так похожа на отца, – с дружелюбной улыбкой заметила женщина средних лет, стоявшая у прилавка. – И такой же твердый характер, держу пари.
– Ее улыбка стала еще шире, когда Пол и Уэнди подошли к Робин. – Ну как выбрали? Смотрите, не усердствуйте, не то потеряете зубы.
– А у меня все равно вставные. – Уэнди выложила на прилавок три шоколадных батончика и стрельнула взглядом на женщину. – Одна сейчас, а две попозже.
– Значительно позже, – сухо вставил Пол. – Это тебе на всю неделю.
Контраст между правильным английским мужчины и странным акцентом девочки привел продавщицу в смущение. Робин хотела было объяснить ситуацию, но решила, что Пол не оценит этот жест.
– Она подумала, что ты отец Уэнди, – сказала Робин, когда они вышли из магазина, а девочка уже успела убежать вперед. – Я только сейчас обратила внимание, насколько вы похожи.
– Мы и с Бетти были очень похожи друг на друга, – сообщил Пол, неожиданно на ходу обнимая ее за плечи и притягивая к себе.
Ощутив тепло его тела, Робин на мгновение поверила, что все вернулось вновь. И тут же вспомнила, что даже прежде сомневалась в глубине его чувств.
Она мельком взглянула в зеркало у входа, мимо которого они проходили: Пол – высокий, темноволосый, в мягком кашемировом пальто, и она – водопад золотистых волос, мягко обрамляющих лицо и падающих на плечи, ростом едва достигающая его подбородка. Мы хорошо смотримся вместе, подумала Робин.
Вернувшись домой, они обнаружили дежурное тушеное мясо, оставленное в духовке миссис Мэрфи. Это решило проблему обеда, к глубокому удовлетворению Уэнди. Словно и не было ни ланча, ни шоколада, девочка немедленно уничтожила то, что перед ней поставили, и попросила добавки.
– Мне понравились ваши папа и мама, – сообщила она, помогая Робин составлять тарелки в посудомоечную машину. – Ваша мама сказала, что я могу называть их бабушкой и дедушкой, но это, наверное, только после того как меня удочерят?
– Никаких до и после, – быстро ответила Робин. – Нам просто нужно пройти через испытательный период, чтобы власти убедились, что мы счастливы вместе.
Уэнди задумчиво взглянула на нее.
– А вы с дядей Полом счастливы вместе?
Неожиданный вопрос на несколько секунд лишил Робин дара речи. Она судорожно пыталась припомнить, не было ли в последние несколько дней между ними каких-либо размолвок. Нет, – во всяком случае, в присутствии Уэнди.
– Конечно. Очень счастливы.
Ответ, казалось, удовлетворил девочку. Хотя кто знает, что происходит в этой маленькой темноволосой головке? Уэнди похожа на Пола не только внешне, сокрушенно подумала Робин, закрывая дверцу посудомоечной машины.
Пол включил телевизор, чтобы посмотреть вечерние новости и, когда Робин и Уэнди вошли в гостиную, лениво наблюдал за какими-то беднягами на экране, которых мучил ведущий с садистской улыбочкой.
– Сколько будет двадцать девять умножить на триста пятнадцать? – услышали они от дверей вопрос последнего.
– Девять тысяч сто тридцать пять, – ответила Уэнди на целую секунду раньше, чем испытуемый дал тот же ответ.
Ошарашенная Робин взглянула на Пола и встретила его не менее удивленный взгляд.
– Как тебе это удалось? – спросил он.
Уэнди пожала плечами.
– Легче легкого.
– Может, попробуешь еще? – словно бы невзначай спросил он. – Просто чтобы посмотреть, кто быстрее.
В серых глазах, так похожих на его собственные, зажглась слабая искра интереса.
– Хорошо.
Она опередила всех испытуемых и в последующих задачах, споткнувшись лишь тогда, когда дело дошло до пятизначных чисел. Робин не верила собственным ушам.
– Твоя мама тоже неплохо управлялась с цифрами, – заметил Пол, когда передача закончилась. – И в школе ей приходилось скучать, потому что она все схватывала на лету. Наверное, у тебя похожая история, а?
На лицо Уэнди набежала тень.
– Наверное.
– Думаю, в новой школе тебе скучать не придется.
Уэнди не отреагировала на его слова. Остаток вечера она казалась подавленной и, ко всеобщему удивлению, в девять часов без напоминаний отправилась спать.
– Странно, что подобные способности никто до нас не заметил, – сказала Робин, едва за девочкой закрылась дверь.
– Уэнди могла просто скрывать их, чтобы не выделяться среди сверстников и не стать предметом их насмешек.
– Наверное, и книги, которые мы накупили, не заинтересовали ее потому, что она уже переросла их, – задумчиво проговорила Робин. – Знаешь, мы должны бережно обращаться с ней. Такие одаренные дети бывают очень ранимы.
– Значит, ее примут в Форрест-хилл. – Если Пол и торжествовал свою победу в выборе школы, он ничем этого не выдал. – Ты еще не говорила с Шоном?
– Лично – нет, – призналась Робин. Перемена темы застала ее врасплох. – Я оставила для него сообщение на автоответчике о том, что переношу нашу встречу на четверг.
– А если в четверг он не сможет?
– Тогда бы он уже перезвонил мне. – Робин недовольно взглянула на Пола. Если ты думаешь, что я ограничусь телефонным звонком, то напрасно.
– В таком случае имеет смысл провести пару дней в Вашингтоне. Мы с Уэнди приедем туда вечером в четверг, а в пятницу все вместе отправимся показывать ей достопримечательности. – Он секунду помолчал, затем добавил:
– Так обычно поступают семьи.
– Хорошая мысль, – одобрила Робин, подумав, что было бы еще лучше, если бы перед этим ей не пришлось встречаться с Шоном. – Я смогу заехать к себе и взять кое-какую одежду, а потом присоединиться к вам.
– Значит, решено. – Мгновение спустя глаза Пола приобрели выражение, от которого у Робин быстрее забилось сердце. – Иди ко мне, – мягко позвал он.
– Я не в настроении, – пересилив себя, проговорила она. – Да и Уэнди может спуститься.
– Я же не предлагаю устраивать оргию. Впрочем… – он философски приподнял плечи, – если не хочешь, чтобы я тебя обнял и поцеловал, я могу вместо этого снова включить телевизор.
Робин до боли прикусила губу, стараясь не выдать разочарования.
Удовлетворение, которое она получила, продемонстрировав свою стойкость, мгновенно сменилось обидой. Как легко он отказался от нее! Впрочем, что же тут странного? Всегда найдется кто-то другой, кто исполнит все его желания, – помани он только пальцем!
Позже, в кровати, она повернулась к нему спиной. Когда он придвинулся и обхватил рукой ее талию, Робин замерла. Ее раздирали противоречивые чувства.
Попытавшись освободиться от его объятий, она услышала низкий смех Пола.
– Оставь меня в покое, – прошипела она.
– Ты этого совсем не хочешь.
И это было правдой. Робин прекратила борьбу и закрыла глаза, чувствуя, как его руки скользят вверх, к ее груди, а внутри разгорается нешуточный пожар.
– Уже лучше, – мягко сказал Пол. – Намного лучше! – Он перевернул ее на спину и, приподнявшись на локте, посмотрел ей в лицо. – А теперь скажи, что бы все это значило?
Спроси его о сережке, настойчиво твердил внутренний голос. По крайней мере, узнаешь, как он объяснит ее появление. Но Робин одолевали совсем иные желания, поскольку рука Пола уже скользила по внутренней стороне ее бедра.
– Я просто не хочу, чтобы меня воспринимали как нечто само собой разумеющееся, – хрипло выдавила она.
В полумраке спальни было невозможно рассмотреть выражение глаз Пола. Но по улыбке нетрудно было понять, что он забавляется.
– А разве я воспринимаю тебя так?
Единственное, что она могла сказать точно, – это то, что он сводит ее с ума своими легкими поглаживаниями, доставляющими ей невыразимое удовольствие. Очень легко он прикоснулся к ее губам своими и, раздвинув их, провел языком по ее зубам, прежде чем проникнуть вглубь. Чувственность затопила ее тело, руки в страстном порыве прижали его к себе, и она едва различила низкий смех, донесшийся откуда-то сверху…
Когда вернулась способность думать, Робин поняла, что проиграла еще одно сражение, едва его начав. Вся она, до последнего вздоха, принадлежит Полу, и он это знает.
Свидание с Шоном, как она и предполагала, получилось мучительным для обоих.
– Ты знала, что поступишь так, еще в воскресенье. – В голосе его звучал праведный гнев. – Почему не сказала мне тогда?
Робин беспомощно развела руками.
– Наверное, я все еще пыталась убедить себя, что эта чаша меня минует.
Мне жаль, Шон. По-настоящему и искренне жаль.
– Ты будешь жалеть еще больше, когда твой муж снова примется за старое, жестко сказал он. – Пол использует тебя, Робин. Если бы он искренне хотел все начать сначала, то сделал бы это раньше.
Она думала точно так же, и именно поэтому Шону не стоило упоминать об этом сейчас. Она выдавила улыбку и повела плечом.
– Возможно, раньше у него просто не было повода, а переступить через мужскую гордость он не мог.
– Тебя заботит лишь его гордость, не так ли? – горько спросил Шон.
– Мне больше нечего сказать. Прости, – произнесла она, понимая, что говорит не то, что нужно, но не в силах справиться с собой.
Робин успокаивала себя тем, что Шон быстро найдет ей замену. У него была масса достоинств, которых вполне достаточно, чтобы осчастливить любую женщину. Он и ее устроил бы, не повстречай она раньше Пола.
Даже при воспоминании о нем по спине Робин пробежали мурашки. Пол был любовником, о котором можно только мечтать. Многие женщины с радостью ограничились бы одним этим.
Из состояния задумчивости ее вывела какофония автомобильных гудков и водитель такси, посылающий проклятия в ее адрес. Тут Робин наконец заметила, что красный сигнал светофора давно сменился зеленым, и нажала на газ.
Она уже договорилась о продаже квартиры с тем же агентством, у которого ее купила, и поэтому, приехав домой, тут же включила телефон и положила на видное место связку ключей, чтобы завезти их туда на обратном пути. Помимо мебели было несколько мелких предметов, которые ей хотелось бы сохранить, а от остального следовало так или иначе избавиться.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20


А-П

П-Я