Отличный https://Wodolei.ru 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

В это время Элен получила конверт, в котором находилась тысяча долларов. Больше ничего в конверте не было – только тысяча долларов.
– Она рассказала вам об этом? И вы видели деньги?
– Да, она рассказала мне об этом, и я видела деньги, – ответила Максин. – Элен так же сказала мне, что эту игру она проиграла, но как-никак, а тысяча долларов у нее в кармане. Теперь она уедет куда-нибудь, где ее никто не знает, и начнет свою игру сначала.
– Она вам так и сказала?
– Так и сказала.
– Вот эта женщина? – спросил Ловетт.
– Да, эта женщина, – ответила Максин.
Ловетт оглядел всех присутствующих и сказал:
– К вашему сведению, Максин Эдфилд сделала это заявление в письменном виде, оно хранится у меня. Хотя я не думаю, что кто-нибудь из вас отважится на нечестную комбинацию. Разве, что Элен Калверт, присутствующая здесь, попытается... Или, точнее говоря, сделает смелую попытку... Но я думаю, вы не сделаете этого, моя дорогая, не так ли?
Оперативница Дрейка подняла глаза на Мейсона, спрашивая у него совета.
– Не говорите ничего, – сказал тот.
– Я что, даже не могу отрицать?
– Пока нет, – ответил Мейсон. – По совету адвоката вы будете хранить молчание.
Дункан Ловетт улыбнулся:
– Легко понять, что адвокат попал в затруднительное положение после ваших показаний, Максин. И в связи с этим я считаю дело законченным.
– Мне хотелось бы задать мисс Эдфилд несколько вопросов, – сказал Мейсон.
– Прошу вас, – сказал Ловетт.
– Если вы позволите адвокату снять показания со свидетельницы, предостерег Ловетта Джермен Дейтон, – ее уже нельзя будут использовать как свидетельницу.
– Чепуха! – ответил Ловетт. – Она просто рассказала все, что знает. И она сможет то же самое рассказать и присяжным. А если она не сможет ответить на вопросы адвоката сейчас, то и в качестве свидетельницы ее использовать не будет смысла. Я предупредил, чтобы она говорила правду к ничего, кроме правды, и ей нечего бояться. Не так ли, Максин?
– Так, мистер Ловетт.
Тот улыбнулся Мейсону.
– Прошу вас, задавайте ваши вопросы, – сказал он.
Стивен Гарланд вынул пачку сигарет из своего кармана.
– Никто не будет возражать, если я закурю?
Возражений ни у кого не было.
Гарланд закурил и сказал:
– Много ли вы собираетесь задавать вопросов, мистер Мейсон?
– Нет, совсем немного, – ответил адвокат.
– Я буду придерживаться нейтралитета, – сказал Гарланд. – Сяду здесь в уголке, а вы можете разговаривать.
– Не обманывайте себя, Гарланд, – сказал Джермен Дейтон, – мы все в этом заинтересованы.
– Итак, какие вопросы вы хотите мне задать, мистер Мейсон? – спросила Максин Эдфилд. – Я готова ответить на ваши вопросы. Я всю свою жизнь работала, и я – честный человек. Правда, в жизни моей случались мелкие неприятности, но я всегда зарабатывала себе на хлеб честным трудом.
– Очень приятно, – ответил Мейсон. – Я и не собираюсь копаться в вашем прошлом, а всего лишь хочу задать несколько вопросов, чтобы уяснить себе суть дела.
– Прошу вас...
– Вы рассказали нам, что Элен Калверт получила тысячу долларов и уехала в другое место, где ее никто не знал?
– Да.
– Откуда вы это знаете?
– Она сама мне об этом сказала.
– Как вы думаете, зачем она это сделала?
– Как зачем? Она была еще молода. Впереди – вся жизнь и масса возможностей. Если бы я получила тысячу долларов, я бы тоже стряхнула со своих подошв пыль Гловервилла, села на ближайший поезд и укатила.
– Боюсь, вы не поняли, что я имел в виду, – сказал Мейсон. – Ведь речь не о вас, а о Элен Калверт, получившей первый приз на конкурсе красоты, портреты которой были опубликованы в газетах и журналах, и которая имела право на пробы в Голливуде...
– О, понятно, понятно! – перебила его Максин. – Конечно же, весь мир открывался перед ней... И вы полагаете, что ей не было надобности скрываться?
– Совершенно верно.
– Вы подходите к этому вопросу только с одной стороны. А вы попытайтесь подойти с другой. Элен Калверт гуляла с одним из самых выгодных женихов Гловервилла и, видимо, страсти там накалились до известной степени. А потом он начал остывать к ней, и тогда она решила сделать ход конем – начала трюк со своей беременностью, чтобы посмотреть, какой это даст эффект. Но трюк этот не сработал. С другой стороны, она успела побывать в Голливуде, на пробах. Она надеялась добиться там успеха, но вместо этого попала в такое положение, когда говорят: «Вы нам не звоните. Когда вы понадобитесь, мы вам сами позвоним». Короче говоря, не вышло здесь, не вышло там, а у такой девушки как Элен есть гордость. Тем более, что пока Хаслетт гулял с ней, его чувства были довольно сильными, а когда он уехал в Европу, чувства его, естественно, стали быстро остывать.
– Вы считаете, что Элен знала об этом? – спросил Мейсон.
Максин рассмеялась:
– Она же сидит позади вас! Почему вы не спросите у нее самой? Конечно, она знала об этом. Горе всех ловкачей-адвокатов как раз и заключается в том, что они слишком хорошо знают законы, но плохо знают женскую психологию. Они недооценивают женщин.
– Почему же вы считаете, что она знала об этом?
– Потому что она сама мне об этом говорила.
– Вы хорошо знали ее?
– Конечно, хорошо. Постороннего человека в любовные дела не посвящают и не делятся с ним своими аферами.
– Я, конечно, понимаю, что вы не были для нее посторонним человеком, – ответил Мейсон, – но я бы хотел знать, действительно ли хорошо вы ее знали.
– Ну, я знала ее так хорошо, как вообще одна девушка может знать другую.
– И вы утверждаете, что женщина, сидящая сейчас рядом со мной – это Элен Калверт?
– Да, это она! – заявила Максин Эдфилд. – Только не пытайтесь отрицать это. За это время она, конечно, изменилась, но это все та же Элен Калверт.
– И именно эта женщина рассказывала вам об афере, которую собиралась совершить по отношению к Хармену Хаслетту, заявив ему, что она забеременела?
– Да, это она! – повторила Максин. – И даже если она задумает отрицать это, ей это не поможет.
– Минутку, минутку! – вмешался Дункан Ловетт. – Идентификация этой женщины в данный момент не входит в наши задачи. Она ведь и сама этого не отрицала.
– В ситуации подобного рода, – сказал Мейсон, – вопросы, связанные с проверкой памяти свидетеля, никогда не помешают.
– Все это понятно, – заметил Ловетт, а потом недовольно добавил: – но это уже больше похоже на допрос в суде. Только не подумайте, что я критикую ваши действия, мистер Мейсон. Просто ваша репутация в обстоятельствах подобного рода... Как вам сказать... В общем в подобных ситуациях вы действуете всегда очень ловко и неожиданно.
– На судебном процессе ловкости недостаточно, чтобы выиграть дело. А допрос часто необходим для того, чтобы выяснить, говорит человек правду или лжет.
Ловетт саркастически рассмеялся.
– Так пишется только в книгах по юриспруденции. А на самом деле – и все мы это отлично знаем – допрос адвоката нужен лишь для морального удовлетворения. Когда вы убеждаетесь, что свидетель говорит правду, вы переходите к следующему этапу: пытаетесь его запутать и поставить его показания под сомнение.
– Вы считаете, что я способен на такое? – спросил Мейсон.
– Не будем касаться личностей, – предложил Ловетт. – Итак, продолжайте ваши вопросы или как вы их там называете.
– У меня просто возникли сомнения относительно памяти свидетельницы, – сказал Мейсон. – Мне кажется, что спустя двадцать лет нельзя с такой уверенностью идентифицировать личность человека.
– Чепуха! – ответил Ловетт. – Насколько я понимаю, вы хотите потратить немало времени на идентификацию личности.
– Да нет, совсем немного... Вы разрешите задать мисс Эдфилд еще один вопрос?.. Мисс Эдфилд, вы, кажется, уверены во всех своих показаниях, как и в опознании этой женщины?
– Абсолютно так же!
– И если окажется, что вы ошиблись в идентификации личности, то можно считать, что и все другие ваши показания в известной степени сомнительны?
– Минутку, минутку! – внезапно сказал Ловетт, поднимаясь на ноги. Что это за фокусы?
– Вы возражаете против ответа на этот вопрос? – спросил Мейсон.
– Мне не нравится формулировка вашего вопроса. Мне не нравится и то, что... Максин, вы уверены, что перед вами Элен Калверт?
– Конечно!
– Уверены? – переспросил Ловетт.
– Да, уверена. И этому человеку не переубедить меня в том, что это не Элен Калверт. Я ее хорошо знаю, и я знаю также, чего добивается этот человек. Он пытается доказать, что если я ошиблась в опознании Элен Калверт, то я могла бы ошибиться и во всех других фактах.
Ловетт взглянул на оперативницу Дрейка, потом снова на Максин Эдфилд и медленно сел в кресло.
– Я вас правильно понял? – спросил Мейсон. – Вы согласны с моей формулировкой? Если вы ошиблись в идентификации этой женщины, то могли ошибиться и в другом?
– Это – Элен Калверт, господин адвокат, – ответила Максин. – И все, что я рассказала о ней – сущая правда.
Мейсон повернулся к женщине.
– Скажите нам, пожалуйста, ваше настоящее имя и род занятий.
– Вы этого хотите? – спросила оперативница.
– Да, я этого хочу, – ответил Мейсон.
– Мое настоящее имя Джесси Алва, – сказала она. – И я работаю по лицензии в качестве частного детектива в «Детективном агентстве Дрейка». Недавно я, по просьбе мистера Мейсона, зашла в его контору, пробыла там несколько минут, а затем покинула ее и приехала в эту квартиру. Она арендуется «Детективным агентством Дрейка»... Вы хотите, чтобы я сказала еще что-нибудь, мистер Мейсон?
– Нет, спасибо. Этого достаточно, – ответил адвокат.
Ловетт снова вскочил с кресла.
– Это настоящий обман! – закричал он.
– Это не обман. Просто это не то, чего вы ожидали. Вы разочарованы результатом моего допроса, но тут уж я ничего не могу поделать.
– Он лжет! – воскликнула Максин Эдфилд. – Все они лгут. Не давайте им запутать себя, мистер Ловетт. Эта женщина – Элен Калверт!
– У вас есть с собой служебное удостоверение, мисс Алва? – спросил Мейсон.
Оперативница кивнула, достала удостоверение личности с фотокарточкой, права водителя и лицензию частного детектива.
Дункан Ловетт внимательно изучил все документы, задержал свой взгляд на фотографии, сравнивая ее с оригиналом. Потом медленно сложил документы и вернул их владелице.
Джермен Дейтон сказал:
– Я предупреждал вас, Ловетт! Вы дали свободу этому человеку, и он перевернул все вверх дном.
– Это ловушка! – в свою очередь воскликнула Максин. – И это еще ничего не доказывает. Элен Калверт, уехав из Гловервилла, могла взять другое имя и назваться Джесси Алвой... и пойти работать частным детективом... Разве не так? Ее документы – еще не доказательство!
Дункан Ловетт сказал озабоченным тоном:
– Многое зависит от того, Максин, насколько вы сами уверены в том, что это – Элен Калверт.
– Конечно же Элен Калверт! Я ее узнала. Она не сильно изменилась. По-прежнему ходит с высоко поднятой головой.
Ловетт промолчал и задумался.
Джермен Дейтон спросил:
– Ну, а что скажете вы, Гарланд?
Тот усмехнулся.
– Я предпочитаю не вмешиваться. Но скажу, что в какой-то мере ответственен за результат этой беседы. Я допустил фатальную ошибку, недооценив соперника. Идентификацию личности мы провели лишь на основании фотографии двадцатилетней давности и словесного описания. Сейчас, когда я вспоминаю, что мы следили за этой женщиной, когда она вышла из конторы Мейсона, я начинаю понимать, что все это оказалось чересчур легким. А когда ты имеешь противником такого человека, как Перри Мейсон, легко быть не может.
– Значит, вы считаете, что это не Элен Калверт? – спросил Дейтон.
Гарланд рассмеялся и сказал:
– Если она – Элен Калверт, то я – Наполеон Бонапарт.
– Вам так легко не удастся лишить меня моих денег! – вскричала Максин Эдфилд. – Говорю я вам – это Элен Калверт.
Мейсон многозначительно посмотрел на Деллу Стрит, которая стенографировала разговор.
– Что вы имеете в виду, говоря о ваших деньгах, Максин?
– Ловетт собирался заплатить мне...
– Заткнитесь! – набросился на нее Ловетт. – Глупая баба! Нужно уметь держать свой язык на привязи!
Максин Эдфилд замолчала.
– Ты записала этот диалог, Делла? – спросил Мейсон.
– Слово в слово, – ответила Делла Стрит.
Мейсон улыбнулся:
– Что ж, я думаю, нам больше нечего здесь делать.
– Минутку, минутку! – заговорил Ловетт. – Я не хочу, чтобы эта последняя реплика была истолкована превратно. Я согласился уплатить Максин издержки, которые она понесла, приехав сюда, а также по сто долларов за каждый день, проведенный здесь. Но ее показания я не собирался оплачивать.
Мейсон вежливо произнес:
– Тем не менее, мне кажется, что мою последнюю фразу лучше оставить в силе и закончить на этом нашу дискуссию. Что касается вас, мисс Алва, то вы можете сообщить Полу Дрейку, что выполнили работу, которая от вас требовалась, и можете освободить квартиру. Мне остается лишь поблагодарить вас за помощь. – Мейсон поднялся, подошел к двери, открыл ее и сказал с улыбкой: – Всего хорошего, господа!

8

Мейсон и Делла Стрит поднялись на лифте и пошли по коридору в сторону своего офиса.
– Может быть, зайдем по пути к Дрейку? – спросила Делла.
Мейсон покачал головой:
– Нет, Пол получит отчет от своей оперативницы Джесси Алва и поймет, что с его стороны дело закончено.
– И с нашей стороны – тоже?
Мейсон улыбнулся:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20


А-П

П-Я