https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/Grohe/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Не удивительно, что такое сердце перестало работать, – воскликнул учёный, – ведь оно всё заржавело!
На место заржавленного кофейника Пилукка с большой осторожностью вложил золотые часы, закрепил их стальным кольцом и запаял отверстие. Затем по проводу отвёл всё накопившееся в Гвоздике электричество в старый аккумулятор и таким образом не только вылечил Гвоздика от неврастении, но и запасся электроэнергией на целый год.
ГЛАВА XXII
ПО СЛЕДАМ СЛЁЗ, КАЖУЩИХСЯ БРИЛЛИАНТАМИ
Безутешный Гвоздик побежал по всему городу искать Перлину. Его желание найти её было так велико, что второпях на своём пути он опрокидывал автобусы, деревья и прохожих.
– Перлина, вернись! – звал он. – Где ты? Не покидай меня!.. Прости меня!..
При каждом ударе золотого сердца Гвоздик чувствовал, как в нём растут стыд и угрызения совести. Он расспрашивал о Перлине прохожих, полицейских, искал её следы на земле, нюхал воздух. Но куда там! С его железным носом он не почувствовал бы даже запаха лука.
На помощь механическому мальчику пришли как раз те самые мальчишки, с которыми он поссорился, когда вернулся домой. Увидев опечаленного Гвоздика, дети забыли свои обиды, и один из них сказал:
– Ты ищешь плачущую девочку? Я видел её, она пошла вон туда…
Тотчас же все побежали в ту сторону, где мальчик встретил Перлину: может быть, ещё удастся найти какие-нибудь следы? И дети действительно нашли след. Как обрадовался Гвоздик! В том месте, где видели Перлину, начиналась цепочка блестящих капелек. Она тянулась по тротуару, а затем сворачивала за угол. Это были слезы, пролитые Перлиной. Они были очень крупными и, не успев ещё высохнуть, сверкали, словно нить бриллиантов!
– Благодарю вас, друзья! – закричал Гвоздик, вне себя от радости и, пыхтя, как паровоз, бросился по сверкающему следу. Ребята в удивлении смотрели на него.
– Как он изменился! – сказал один из них. – Он снова стал прежним Гвоздиком!
Между тем железный мальчик бежал, охваченный беспокойством: «А что, если кто-нибудь вытер или смёл слезы Перлины?» К счастью, этого не случилось, но произошло нечто другое, очень позабавившее Гвоздика. Один синьор, немного близорукий, принял эти капли за настоящие бриллианты и с жадностью бросился к ним. Представьте себе его разочарование, когда он не нашёл никаких бриллиантов, а только слегка замочил кончики пальцев. Увидев, в какое смешное положение попал этот синьор, другие прохожие притворились, будто не замечают блеска, и Гвоздик нашёл почти все драгоценные капли.
Но вдруг слезы пропали. Это случилось у самого цирка; он возвышался в центре большой многолюдной площади. Гвоздик, летевший с быстротой молнии, так затормозил, что искры посыпались по мостовой. Какой ужас, единственный след – и тот исчез!
Что же произошло? Гвоздик перебрал в голове всё, но не смог догадаться, что случилось на самом деле: Перлина, увидев на улице перед началом представления парад цирковых наездников и клоунов, пришла в такой восторг, что перестала плакать. Она побежала вокруг цирка, в поисках какой-нибудь дырки, чтобы проскользнуть без билета.
Тем временем Гвоздик останавливал всех встречных:
– Вы не видели слезы? Кто взял их? Скажите, мне это очень важно!..
Но никто, разумеется, не мог ему ничего ответить. Он стал бить себя кулаками по голове; раздался звон, словно ударяли по дну кастрюльки. Но вдруг Гвоздик увидел Перлину… Да! Это была она! Перлина стояла в нескольких шагах от железного мальчика и, разинув рот, смотрела на афишу: она обошла цирк кругом и снова вернулась к входу.
– Перлина! – крикнул Гвоздик и, не успела девочка оглянуться, как он обнял её и поцеловал. – Прости меня, Перлина! Вернись домой!
Вначале девочка встретила его весьма сдержанно, она даже сказала ему:
– Как ты смеешь так развязно себя вести?
От этих слов Гвоздик покраснел (или, вернее, накалился, точно сковородка на огне). Но потом, когда он рассказал Перлине историю заржавленного кофейника и золотого сердца, которое сделал ему папа, девочка поняла, что Гвоздик не был виноват в своей злости. Однако девочка была очень гордая, и Гвоздику долго пришлось уговаривать её вернуться домой.
Трудно обмануть друга; Гвоздик сразу понял, что Перлина в глубине души уже простила его, и от счастья из его сердца вдруг раздалась безудержно весёлая музыка (его золотые часы-сердце не звонили, как будильник, зато это были часы с музыкой: обычно они играли раз в неделю, а сейчас, от радости, они заиграли на пять дней и семь часов раньше времени).
Эти неожиданные звуки сломили последнее сопротивление Перлины, а так как Гвоздик уже держал её за руки, то дети закружились в весёлом танце. Публика, которая направлялась в цирк, останавливалась, думая, что это номер сверх программы. Но Гвоздик и Перлина, глядя друг другу в глаза, не обращали ни на кого внимания. Держась за руки и танцуя, они побежали домой по тому самому пути, который им указывали слезы Перлины… Но чудо! Как только дети к ним приближались, слезы, сверкнув в последний раз, испарялись и исчезали.
А в это время Пилукка стоял на пороге своего дома. Увидев танцующих Гвоздика и Перлину, он побежал им навстречу. Глаза его сияли, и от радости он приговаривал:
– Я был бедным одиноким стариком, а теперь я счастлив так, как может быть счастлив только любящий отец. Этим я обязан вам, мои дорогие дети!
Конец первой части

ЧАСТЬ 2
ГВОЗДИК В ЦИРКЕ

ГЛАВА I
ГВОЗДИК СТАНОВИТСЯ ЗЛЫМ, КОГДА ЕГО ЗОЛОТОЕ СЕРДЦЕ ПЕРЕСТАЁТ БИТЬСЯ
Плохо, когда перестаёт биться сердце; нехорошо также, если останавливаются часы, а поэтому совсем скверно, когда перестают работать часы, заменяющие собой сердце, особенно, если это сердце-часы принадлежит Гвоздику – стальному мальчику, обладающему огромной силой.
Пока золотое сердце Гвоздика было заведено и ровно билось, он был ласковым и добрым, но, как только оно останавливалось из-за того, что было не в порядке или кончался недельный завод, Гвоздик становился злым.
Но Перлина не была ни часовых дел мастером, ни ученым, а потому не знала секрета сердца-часов, и когда, по рассеянности, Гвоздик забывал завести своё сердце и становился злым, девочка сильно страдала, не понимая, что друг её в этом не виноват.
«Может быть, – думала с грустью Перлина, – я надоела ему и он хочет жить только с папой. На самом деле, кто я такая для них? Чужая, которую приютили из милости…»
Но как только Гвоздик снова заводил своё сердце и Перлина видела мальчика весёлым и жизнерадостным, она думала: «Нет, неправда. Гвоздик любит меня, и я для него самая настоящая сестричка».
Однажды Гвоздик сильно обидел Перлину, и она выплакала все свои слезы. Девочка не подозревала, что в тот день у механического мальчика не только не было заведено сердце, но он ещё сунул палец в штепсель и от электрического тока стал очень нервным.
Воспользовавшись отсутствием Пилукки, Гвоздик дёрнул Перлину за косичку и ущипнул своими железными пальцами, а когда она осмелилась его упрекнуть, закричал:
– В своём доме я хозяин и делаю всё, что захочу! Если тебе не нравится моё поведение, можешь уходить!
Перлина заплакала от обиды.
– Если ты на самом деле этого хочешь, – сказала она сквозь слезы, – я могу уйти!
– Уходи! Уходи! – закричал Гвоздик. – Я терпеть тебя не могу!
Вся в слезах, Перлина на цыпочках направилась к двери; на сердце у неё было очень тяжело.
– Ты правда хочешь, чтобы я ушла? – пролепетала она, переступая порог дома. – Ты меня действительно больше не любишь?
– Уфф! – тяжело вздохнул Гвоздик.
Тогда Перлина вышла, бесшумно прикрыв за собой дверь.
Философы говорят: нет ничего хуже горя, причинённого неожиданно и незаслуженно теми, кого мы сильно любим. Поэтому горе Перлины было очень велико.
ГЛАВА II
ГВОЗДИК ОТПРАВЛЯЕТСЯ НА ПОИСКИ ПЕРЛИНЫ
Перлина издали бросила последний взгляд на домик Гвоздика и Пилукки и с поникшей головой отправилась куда глаза глядят.
«Какое мне дело до этого злюки Гвоздика? – думала она про себя. – Пойду бродить по свету, забуду его и буду счастлива».
Но при этом она так сильно плакала, что слезы капали ей на кончики туфель.
Долго шла она по городу и всякий раз когда слышала голоса или шаги у себя за спиной, вздрагивала, думая, не Гвоздик ли это бежит за ней, чтобы попросить прощения. Но Гвоздик не побежал догонять Перлину, и носки ее туфелек совсем полиняли от потока горьких слёз.
«Ну и пусть, – подумала девочка, – если Гвоздик больше меня не любит, я обойду весь свет и постараюсь его забыть».
В эту минуту к ней подошла странная пожилая синьора; она держала на руках кота, собачку и клетку с попугаем. Синьора была одета очень элегантно, но старомодно, как одевались пятьдесят лет тому назад, а на шее у неё на чёрной ленточке висел золотой лорнет.
– Девочка, не поможешь ли ты мне нести клетку? – спросила она. – За это я дам тебе булочку с маслом.
Горе, как известно, влечёт за собой голод, поэтому вы можете себе представить, как голодна была Перлина.
– Хорошо, синьора, – ответила девочка и, взяв клетку с попугаем, пошла за странной дамой.
А как же Гвоздик? Неужели он действительно стал таким злым, что даже выгнал Перлину из дому? Конечно, нет. Когда вернулся домой Пилукка и завёл ему сердце-часы, Гвоздика так стали мучить угрызения совести, что он весь заскрипел от горя.
– Несчастный! – кричал он. – Как я мог выгнать Перлину!? Я себе этого никогда не прощу!
И в отчаянии он с такой силой начал биться головой о стену, что посыпалась штукатурка, стали падать кирпичи, и, если бы его не сдержал папа Пилукка, он разрушил бы весь дом.
– Папа, что мне теперь делать?
– Правда, голова у тебя железная, – ответил учёный, – но всё же тебе и самому следовало бы знать, как вести себя. Иди ищи Перлину, обыщи весь город, а если понадобится, – обойди весь свет, но обязательно найди её, попроси прощения и приведи обратно домой!
– Правильно! – закричал Гвоздик, хлопнув себя рукой по лбу, отчего раздался звон, словно от удара молота по наковальне.
Не теряя времени, он обнял папу и отправился на поиски Перлины.
– Не забывай заводить сердце каждую неделю! – напомнил ему напоследок Пилукка. – И не возвращайся без Перлины. Желаю тебе удачи, сынок!
Проводив Гвоздика до двери, Пилукка долго махал ему на прощанье и плакал от радости и печали: ему грустно было расставаться со своим сыном, но вместе с тем он был счастлив – таким поступком Гвоздик доказал, что у него действительно золотое сердце.
Гвоздика сильно мучили угрызения совести, и он бегом отправился искать Перлину: исколесил весь город и своими железными ногами так истоптал мостовую, что ему угрожал штраф за повреждение общественной территории.
Но Гвоздик думал только о Перлине. Он обыскал весь город вдоль и поперек и уже решил идти в другие края, когда вспомнил, что не зашел в цирк.
«Перлина любит цирк, – подумал он. – Может быть, она пошла посмотреть представление?»
ГЛАВА III
ГВОЗДИК НЕ НАХОДИТ В ЦИРКЕ ПЕРЛИНУ, ЗАТО НАХОДИТ РАБОТУ
Гвоздик собирался войти в цирк, но навстречу ему хлынул поток публики: спектакль был окончен. Повиснув на фонаре, железный мальчик принялся осматривать толпу, в надежде увидеть Перлину. Но вот все зрители вышли, униформисты заперли двери, а Перлины нигде не было.
«Может быть, она осталась там?» – мелькнуло в голове Гвоздика. Это была последняя надежда. Желая окончательно убедиться в своём предположении, он нырнул под тент – огромный парусиновый навес – и очутился в цирке.
Но что это? Наездники, акробаты, клоуны, униформисты – все бежали, унося кто стул, кто подпорки для тента, а кто, схватив за уздечку, тащил за собой лошадь. Но не подумайте, что это был грабёж! Просто разбирали цирк в связи с переездом в другой город.
Гвоздик, оставаясь незамеченным, вертелся среди загримированных и одетых самым странным образом людей; глазами он искал Перлину.
Вдруг железный мальчик обо что-то споткнулся: это был огромный чемодан, который сам собой двигался вперёд!
Удивлённый Гвоздик присмотрелся получше. Нет! Чемодан двигался не сам собой: его тащили, тяжело пыхтя и обливаясь потом, три крохотных человечка – три лилипута.
– Давайте я вам помогу, – невольно вырвалось у Гвоздика. – Куда отнести чемодан?
– В фургон, – хором ответили лилипуты. – Но если уж ты такой добрый, то позволь и нам сесть сверху. С нашими коротенькими ножками добраться до фургона – дело нелёгкое: для нас это целое путешествие.
Гвоздик поднял чемодан вместе с маленькими человечками и понёс. Тем временем лилипуты, сидя на чемодане, шептались между собой.
– Да он железный! – сказал один из них. – Я никогда не видел таких детей!
– Ну и что же? – возразил другой. – Может быть, для этого он прошёл специальный курс лечения.
– Во всяком случае, он, должно быть, сделан из особого железа, – заключил третий. – Я никогда ещё не встречал такого любезного и хорошего мальчика!
Гвоздик отнёс чемодан вместе с лилипутами в фургон, стоявший недалеко от цирка. Но фургон трёх лилипутов только лишь назывался фургоном, на самом деле это был игрушечный домик на колёсах.
– Какой ты милый, – сказал один из лилипутов, обращаясь к Гвоздику, – ты избавил нас от большого труда.
– Чего чего, а работы нам хватает! – добавил другой. Если бы ты знал, как мы живём! Не успеешь окончить представления, как сразу же в дорогу!
– Мы нигде не задерживаемся ни на минуту! – продолжал третий. – Сегодня здесь, а завтра уже далеко…
При этих словах у Гвоздика, который больше не надеялся найти Перлину в родном городе, возникла гениальная идея.
– А если я поступлю работать в цирк, – сказал он, – я тоже смогу объехать все города в поисках девочки, которая мне очень дорога?
– Конечно! В каждом городе, где мы выступаем, все жители приходят смотреть наши представления. К тому же тебе повезло, – директор сейчас как раз ищет новых артистов.
Не теряя времени, лилипуты решили представить Гвоздика директору цирка.
– Но, – сказал один из них, почёсывая себе ухо, – в цирке мне никогда ещё не приходилось видеть ни одного артиста, который был бы целиком из железа.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13


А-П

П-Я