https://wodolei.ru/brands/Villeroy-Boch/subway-20/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– Я хочу домой, к папе Пилукке! – И, наклонив голову, словно танк, он бросился вперёд, стараясь пробить стену. Цепь выскользнула из рук Чичетти, но он нажал все двадцать звонков на своём письменном столе, – сейчас же прибежали его двадцать личных секретарей. Гвоздик головой и ногами пробил в стене дыру и собрался просунуть туда голову, когда по команде Чичетти двадцать секретарей повисли, все вместе, как гроздь винограда, на конце цепи и изо всех сил упёрлись ногами в пол, словно рыбаки, вытаскивающие из воды невод.
– А ну тяни! – кричал Чичетти, стоя на письменном столе. – Посмейте только отпустить его, и я уволю вас всех!
Гвоздика, несмотря на всю его силу, втащили обратно и приковали к железобетонной стене.
Чичетти неистовствовал. Как это так, – мальчишка, да ещё железный, не хочет ему повиноваться и разрушает все его планы?!
Прежде всего богач решил поморить пленника голодом. Через несколько дней Гвоздик почувствовал боли в суставах, и при малейшем движении все колесики в нём начинали скрипеть и накаляться. Но гордый мальчик ни на что не жаловался и даже не подавал вида, что страдает.
Однажды Чичетти с лицемерной улыбкой подошёл к своему пленнику.
– Гвоздик, – сказал он, – будет тебе упрямиться. Разве ты хочешь умереть от голода? Давай лучше помиримся и станем добрыми друзьями. Согласен?
Гвоздик, увидев руку, протянутую к нему, недолго думая, схватил её своими железными пальцами и сжал с такой силой, что чуть не раздавил.
– За это ты поплатишься! – заревел Чичетти, корчась от боли. – Ты умрёшь… заржавленный!
Много дней владелец универмага не давал Гвоздику масла и, уверенный, что теперь-то уж тот покорится, решил, наконец привести в действие свой план – выставить механического мальчика в универмаге. Публика хлынет смотреть чудо, и хозяин наживёт большие деньги.
Так по всему городу появились огромные объявления:
Когда Пилукка прочёл это объявление, он чуть не расплакался. Но тотчас же подумал: «Тем лучше. Теперь, по крайней мере, я знаю, где находится Гвоздик, и сделаю всё возможное, чтобы его освободить. Я не допущу, чтобы эксплуатировали моего сына!»
ГЛАВА VI
И ЖЕЛЕЗНЫЙ МАЛЬЧИК МОЖЕТ ПЛАКАТЬ
В день представления зал универмага был набит до отказа: все хотели увидеть механическую куклу. Но едва поднялся занавес, публика так и ахнула от жалости и удивления.
Освещённый ослепительными лучами прожекторов, Гвоздик сидел неподвижно, с поникшей головой. Огромной цепью он был прикован к стене; вид у него был такой грустный и безутешный, что вызывал сострадание. Почувствовав тревожное настроение в зале, Чичетти обратился к публике:
– Не волнуйтесь, синьоры! Перед вами автоматическая кукла, обладающая удивительной способностью выполнять любое приказание. Не думайте, что это мальчик, у которого есть мама и папа, – нет, это только машина…
При этих словах Гвоздик почувствовал, как всё внутри у него заскрежетало. «Папа-то уж во всяком случае у меня есть! – подумал он с горечью. – Ах, если бы он был здесь!»
– Гвоздик, будь умницей, – продолжал Чичетти, – поклонись милостивым синьорам, которые пришли на тебя посмотреть! В награду за это я дам тебе целую банку масла.
Но Гвоздик не двинулся с места, хотя от голода его несмазанные суставы скрипели, как при ревматизме.
Он не послушался даже и тогда, когда взбешённый Чичетти замахнулся на него огромной плёткой. Он не сдвинулся бы с места, даже если бы ему угрожало пламя газорезки. Гвоздик думал о папе Пилукке и только теперь по-настоящему оценил его доброту и любовь.
Чичетти продолжал кричать. И вдруг произошло нечто невероятное: на жестяной реснице Гвоздика появилась капля ржавого цвета; она дрогнула и упала, за ней другая, третья… Гвоздик плакал!
Тогда среди онемевшей от изумления публики раздался пронзительный крик:
– Гвоздик, сын мой!
Это был Пилукка: он находился в зале среди публики и всё видел. Гвоздик вскочил и голосом, хриплым от радости и волнения, воскликнул:
– Папа, папа! – Он хотел было броситься к Пилукке, но его не пустила цепь, а Пилукка не мог выбраться из рядов зрителей. Сердце сжималось у каждого при виде несчастного механического мальчика и старика, которые тянулись друг к другу и кричали: «Папа!», «Сын мой!»
Но Чичетти это ничуть не тронуло: для него ведь такие вещи, как отцовская и сыновняя любовь, не существовали. Он любил только деньги и, испугавшись, что не получит барышей, заорал:
– Всё это комедия! Не волнуйтесь! Это же кукла! Машина!
– Какая же это машина! – возмутилась одна женщина. – Разве вы не видите, как мальчик страдает? – И, достав из своей хозяйственной сумки помидор, она со всего размаха бросила его в Чичетти. Вслед за ней и остальные зрители стали бросать в него разные овощи и фрукты. Как только Чичетти пытался заговорить, кто-нибудь метко затыкал ему рот помидором или картошкой.
Тем временем Гвоздик, словно настоящий трактор, тянул цепь, которой он был прикован к стене. Цепь не поддавалась, но в стене появилось несколько больших трещин.
– Спасайся, кто может! Всё рушится! – крикнули в зале; толпа, опрокидывая шкафы и витрины, бросилась к выходу. Чичетти, краснее помидора, от которых он едва успевал отплёвываться, ревел:
– Полиция, ко мне! Я – хозяин! Арестуйте Пилукку! Это он во всём виноват!
Полицейские сразу же схватили старика.
Тогда рассвирепевший Гвоздик рванулся так сильно, что стена рухнула с ужасающим грохотом. Сквозь лавину посыпавшихся кирпичей и штукатурки Гвоздик увидел, как полицейские уводили Пилукку.
– Хорошо, что папа жив, – пробормотал мальчик и потерял сознание.
ГЛАВА VII
ГВОЗДИК В БОЛЬНИЦЕ
Пожарные, прибывшие на самой большой скорости к месту происшествия, вытащили Гвоздика из-под груды развалин. Сильно помятый, он не подавал никаких признаков жизни.
Чичетти, боясь окончательно потерять механического мальчика – неиссякаемый источник будущих доходов, – отправил пострадавшего в лучшую больницу города.
В больнице Гвоздика сразу же отнесли в операционную, и три самых знаменитых бородатых доктора принялись исследовать необыкновенного пациента.
– А что, если мы будем лечить его железом? – предложил один из них, почёсывая голову.
– Нет, это не годится! – сказал другой, почёсывая нос. – Железа в нём хоть отбавляй. По-моему, здесь следует назначить массаж…
– Ну, вот ещё! – сказал третий, почёсывая ухо. – Кому захочется калечить себе руки?! Не сделать ли лучше укол?
– Ещё чего! – возразил первый. – Для этого потребовался бы бурав. Не попробовать ли…
Так прошло больше двух часов: один предлагал одно, другой – другое, потому что никто из них не понимал, в чём дело.
– В конце концов, сделайте хоть что-нибудь! – закричал Чичетти. – Мне нужно, чтобы кукла была здорова и немедленно! Я не пожалею денег!
Услышав эти слова, три доктора воскликнули хором:
– Раз так, сейчас же сделаем ему операцию! Операция всегда приносит пользу, да и стоит дороже!
Они сразу же приступили к делу. Но оперировать железного пациента было не так-то просто – не годился ни один инструмент: скальпели притуплялись, пинцеты ломались, иглы сгибались. Три доктора потели, пыхтели, но, как ни старались, им не удавалось разрезать тело Гвоздика. Ведь оно было железным! Однако хирурги не сдавались. Один велел принести пилу, другой – напильник, а третий, самый сильный, потребовал – топор! Затем они все вместе с ожесточением набросились на больного.
Один пилил, другой точил, третий рубил, но Пилукка сделал Гвоздика так крепко, что с ним ничего нельзя было поделать. Доктора снова решили поменять инструменты.
– Кувалду! – заорали они. – Отбойный молоток! Газорезку!
И не переводя дыхания бросились на Гвоздика. Прошло пять минут. Наконец Гвоздик вздрогнул, открыл глаза и начал вертеться и смеяться, как сумасшедший:
– Ой! Ой! Вы меня совсем защекотали, – кричал он. – Хватит, я больше не могу!..
Увидев столь плодотворные результаты своего тяжёлого труда, три доктора в изнеможении упали на пол. Гвоздик с любопытством огляделся вокруг, но, заметив, что к нему подкрадывается Чичетти с толстой цепью в руках, он, несмотря на свою болезнь и тяжёлое состояние, из последних сил подбежал к окну и спрыгнул вниз.
Он упал прямо в такси, которое стояло на улице. Шофёр, услышав, что садится пассажир, спросил: «Куда едем?» – и включил мотор, но с места тронулась только передняя часть машины, потому что задняя, раздавленная Гвоздиком, осталась лежать на мостовой.
Шатаясь, механический мальчик направился к дому Пилукки. «Вот кто меня вылечит, – думал он. – Только папа Пилукка может сделать это, потому что только он один любит меня».
ГЛАВА VIII
ЛУЧШИЙ ДОКТОР – ПАПА ПИЛУККА
Гвоздик скрипел всеми заржавленными суставами. Он чувствовал, что силы его покидают.
К счастью, на длинном спуске, ведущем к дому Пилукки, мальчик повстречал детей, которые катили перед собой самодельную тележку.
– Пожалуйста, – пробормотал Гвоздик, еле державшийся на ногах, – дайте мне вашу тележку: я болен, а мне нужно добраться до дому…
Ребята при виде такой необычной куклы смутились и не знали что ответить. Но, когда Гвоздик, обессиленный, свалился в тележку, один из мальчиков со всей силы подтолкнул её.
Тележка сдвинулась с места и покатилась по склону. Набирая скорость, она в несколько секунд достигла дома Пилукки, точно снаряд, вышибла дверь и влетела в комнату.
От такого удара чуть не обрушился весь дом. Можно было подумать, что случилось землетрясение. Но из груды осыпавшейся штукатурки и обломков мебели вскоре показались две головы: почти лысая голова Пилукки с огромной шишкой на макушке и сплющенная головка Гвоздика. Старику казалось, что всё это он видит во сне. Он подпрыгнул от радости и бросился обнимать Гвоздика. При этом Пилукка со всей силы ударился своим толстым красным носом о железный носик Гвоздика и окончательно убедился в том, что он не спит.
– Гвоздик, сын мой, наконец-то ты вернулся! Как я тебя ждал! – бормотал старик, прижимая к себе мальчика, и крупные слезы лились у него из глаз. Но Гвоздик наклонил голову с таким скрипом, от которого у Пилукки мурашки забегали по телу.
– Милый папа, мне плохо, – прошептал он и потерял сознание.
Пилукка не упал духом. Он засучил рукава, взял молоток, клещи и тотчас же принялся за работу. Ему-то, любящему отцу, хорошо был знаком этот сложный маленький механизм.
Не прошло и часа, как Пилукка вылечил Гвоздика. Он сменил ему два изношенных колесика, соскоблил ржавчину, заняв у соседей масло, хорошенько смазал его. Наконец, металлический мальчик заблестел, как зеркало.
Гвоздик открыл глаза, вскочил на ноги, заскрипел и закричал во всё горло:
– Ура! Я здоров! Теперь нас никто не разлучит; я навсегда останусь с тобой! – Он схватил за руки папу Пилукку и весело закружился с ним по комнате.
Но старик остановился.
– Ах, если бы всё было так, как ты говоришь! – с грустью сказал он. – Только Чичетти не оставит нас в покое до тех пор, пока мы не заплатим долги…
– Я буду работать! Так ведь говорят? – спросил Гвоздик, мало искушенный в житейских делах. – Я достану деньги, чтобы уплатить Чичетти. Я не хочу, чтобы нас разлучили.
Но тут раздался стук в дверь и послышался хорошо знакомый голос:
– Пилукка, открой! Гвоздик у тебя, я знаю! Верни его мне, или ты попадёшь в тюрьму!
Это был Чичетти в сопровождении целого отряда полицейских.
– Беги, Гвоздик, беги, спасайся! – крикнул Пилукка. – Обо мне не беспокойся!
Хотя Гвоздику и тяжело было расставаться с папой Пилуккой, но он не заставил просить себя дважды.
– До свиданья, папа! Я вернусь с деньгами! – воскликнул он, целуя Пилукку. – До скорой встречи!
И в тот самый момент, когда дверь подалась под напором полицейских, Гвоздик пробил головой стенку и удрал.
ГЛАВА IX
ГВОЗДИК ЗНАКОМИТСЯ С ПЕРЛИНОЙ
Гвоздик покинул родной город и зашагал по автостраде. Он шёл и шёл, его ноги-утюги до того накалились, что ступни жгло, как огнём. Но вот показался маленький автомобиль; он ехал медленно, потому что в нём сидел толстый-претолстый синьор. Недолго думая, одним прыжком Гвоздик прицепился сзади. Машина, потеряв равновесие от неожиданного груза, подняла передние колёса и продолжала двигаться только на задних до тех пор, пока разъярённый хозяин не закричал на мальчика:
– Убирайся отсюда, бродяга! Если хочешь путешествовать, поезжай поездом!
Гвоздик решил тотчас же воспользоваться дельным советом. Свернув с автострады, он отправился на железнодорожную станцию и вскочил в товарный поезд. Состав двинулся, и мальчик почувствовал вкусный запах. Гвоздик побежал по крышам от вагона к вагону, пока не добрался до цистерны с бензином.
– Вот это удача! – воскликнул механический мальчик. – Не только бесплатный проезд, но ещё и в вагоне-ресторане!
Поезд мчался, тяжело пыхтя, а Гвоздик сидел верхом на цистерне, как генерал на коне, и во время всего пути с наслаждением потягивал бензин из резинового шланга.
Когда состав подошёл к первой станции, мальчик слез. В дороге он хорошо отдохнул, наелся досыта и теперь отправился искать работу: он не забыл о своём обещании – заработать деньги и расплатиться с долгами.
«Я буду механиком, – подумал он. – Пожалуй, это самая подходящая для меня профессия».
Без особого труда Гвоздику удалось устроиться на небольшом заводе. Ему не терпелось как можно скорее начать работу, но не успел он войти в машинное отделение, как взлетел на воздух, словно кто-то поднял его за шиворот, – механического мальчика притянул к себе огромный магнит. Гвоздик повис на нём, болтая ногами.

– Что это за шутки? – закричал он. – На помощь! Освободите меня! – Пришлось остановить машину; со всех сторон сбежались рабочие, чтобы общими усилиями оторвать железного мальчика от магнита.
Тогда Гвоздик попробовал работать продавцом в посудной лавке, но через четверть часа за прилавком не осталось ни одного целого стакана: как только он брал что-нибудь в руки, всё моментально разбивалось. Из посудной лавки его тоже уволили.
Гвоздик не падал духом;
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13


А-П

П-Я