раковина тюльпан купить дешево 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

А ты поднимайся к себе, милочка, и болтай себе с ее светлостью!
Однако этот совет оказался излишним, поскольку ее светлость спустилась вниз и зашла на кухню, где Сара пробовала рукой, хорошо ли разогрелась плита, собираясь поместить в нее пирог с мясом.
– О, не обращайте на меня внимания, миссис Нид, – проговорила леди Брум. – Как же здесь уютно и как вкусно пахнет! Я сяду вот на этот стул и понаблюдаю за вами. – Она села и милостиво улыбнулась хозяйке. – Я думаю, вы будете счастливы узнать, что я убедила мисс Кейт погостить у нас какое-то время, – заявила она. – Не будете ли вы так добры сообщить мне размер ее одежды и обуви? А также какие цвета она предпочитает? А, благодарю вас. Как вы предусмотрительны!
Она протянула руку, и Сара вложила в нее лист бумаги. Лицо Сары было хмурым – она никак не могла избавиться от ощущения, что леди Брум ведет себя в ее доме как хозяйка и что она подчинила своей власти не только домочадцев и парней из конюшни, но и ее саму, и избавиться от этой власти нет никакой возможности. При этом никак нельзя было сказать, что она обращается со всеми снисходительно, наоборот, леди Брум была весьма любезна. Покровительственный – вот как можно охарактеризовать тон, которым она разговаривала с Сарой, миледи снизошла до общения с женой извозчика! Несомненно, она была бы столь же любезна и с Джо и непринужденно смеялась бы над остротами мистера Нида. Пока Сара размышляла над этим, леди Брум убрала лист с размерами Кейт в сумочку и достала оттуда кошелек. Сара вся напряглась, но миледи вытащила из кошелька полкроны и положила монету на стол.
– Не отдадите ли вы эти деньги тому конюху, который пошел нанимать экипаж для меня? – попросила леди Брум.
Сара кивнула, все еще продолжая хмуриться. Но в этот момент в кухню заглянула Кейт, она искала свою тетушку и, найдя ее в кухне, весело защебетала:
– Вы не поверите, мэм, но, не застав вас в комнате, я подумала, что мне все это приснилось! – Тут она заметила озабоченность Сары и воскликнула в притворном ужасе: – О неверная! Никогда не прощу тебе этого! А может, простить? Да, пожалуй, прощу. Впрочем, не знаю. Тетя Минерва, Том нанял для вас экипаж, он ждет вас во дворе.
– Тогда ты проводишь меня туда, – ответила леди Брум, вставая и протягивая Саре руку: – Я покидаю вас, миссис Нид. Знаю, вам трудно выбраться из Лондона, но, если вы все-таки найдете время, надеюсь, мне нет необходимости говорить, что в Стейплвуде вы всегда найдете радушный прием.
– Конечно, – ответила Сара, делая небольшой реверанс. – Конечно же. О Бог ты мой.
После этого леди Брум в сопровождении племянницы вышла из кухни. Через пять минут Кейт вернулась – в глазах ее плясали веселые огоньки, а щеки пылали. Она обняла Сару за талию и прижала к себе.
– Ну, Сара, я сделала выбор, и хотя я еще не знаю, радоваться мне или плакать, но надеюсь, все-таки радоваться! По правде говоря, все эти дни мне с большим трудом удавалось сохранять присутствие духа, ибо сама мысль о том, чтобы опять стать гувернанткой, приводила меня в ужас! Особенно сейчас, после того как ты меня обласкала и баловала. Но я все-таки немного побаиваюсь. Как я буду жить в большом барском доме? Я уверена, что дом Астли ему и в подметки не годится! Там, конечно, есть и дворецкий, и ливрейные лакеи, как ты думаешь?
– Есть, но не более двух, – решительно ответила Сара. – В таких домах должен быть помощник дворецкого, так что, я думаю, в Стейплвуде он будет. Кроме того, там будут экономка, портниха ее светлости, служанка при кладовой и четыре или пять горничных, остальное тебя не касается, мисс Кейт, поскольку ты не будешь иметь дел ни с садовниками, ни с конюхами. А когда ты едешь?
– Завтра! По крайней мере, завтра я должна переселиться к моей тетушке в «Кларендон». – Тут она вздернула подбородок, прикрыла глаза и томным голосом произнесла: – Я проведу ночь в «Кларендоне», Сара, так что будь добра, уложи мои вещи!
– Не сомневайся, соберу! – мрачно откликнулась Сара.
– О нет, я сама соберу! – вскричала Кейт, меняя надменную позу на обычную.
– Нет, я должна помочь тебе, я соберу твои вещи! И не возражай! Кто собирал тебя, когда ты уезжала к Астли? Я должна уложить твое лучшее муслиновое платье, ах, я только сейчас вспомнила, что на него надо нашить новые ленты! – С этими словами Сара бросилась к кухонному столу и вытащила из ящика кошелек. – Возьми его, любовь моя, пойди и купи себе новых лент. Обед будет готов не раньше чем через час, так что времени у тебя вполне достаточно.
Но Кейт спрятала руки за спину и энергично замотала головой:
– Я пойду, но твои деньги брать не буду. У меня много денег, столько, что я не постою за расходами и проедусь до Бедфорт-Хаус в экипаже!
– Это ее светлость дала тебе столько денег? – спросила Сара.
– Нет, я их сэкономила! – смеясь, ответила Кейт и направилась к двери. – Нет, Сара, нет, Я не возьму у тебя деньги, я тебе и так слишком многим обязана. Оставь мне обед, хорошо?
Она ушла и не возвращалась до пяти часов. Наконец во двор въехал экипаж, и из него вышла нагруженная пакетами Кейт.
– Да! – воскликнула Сара. – Поздненько же ты заявилась! И на что это ты швырнула свои деньги, расскажи, будь любезна!
– И вовсе я их не швырнула, а, надеюсь, купила нужные вещи, – ответила Кейт, раскладывая пакеты на кухонном столе. – Это – тебе, а это – трубка для Джо, а это… О Боже, куда же делась табакерка, которую я купила в подарок мистеру Ниду? Нет, здесь ее нет, и здесь тоже, а, я положила ее в свою сумочку, чтобы не забыть. Скажи, Сара, как ты думаешь, Джо понравится? О, Сара, что с тобой?
– Я не могу не плакать, – всхлипывая, произнесла няня, закрыв лицо передником. – И на все это ты потратила свои собственные деньги, а ведь их у тебя так мало! Ах ты, негодная девчонка, зачем ты это сделала? Неужели ты ничего не купила для себя? Нет, я не могу этого вынести!
– Конечно же я купила! Я купила ленты, как ты мне велела, и кучу всякой ерунды, чтобы подновить свои наряды, – весело сказала Кейт. – Сара, умоляю, перестань распускать сопли!
Последние слова оказали свое действие. Сара опустила передник и негодующе воскликнула:
– Мисс Кейт, что это ты говоришь? Где ты подхватила такое грубое, вульгарное выражение? Впрочем, чего спрашивать, это конечно же от отца!
– Вовсе нет! От Тома!
– О, неужели? Сколько раз я тебя просила не подходить близко к конюшням, мисс Кейт! Да, хочу тебе еще кое-что сказать: если ты будешь бросаться такими выражениями в Стейплвуде, то вылетишь оттуда со скоростью пули!
– Хорошо, Сара, не буду, – покорно согласилась Кейт. Она взяла самый большой пакет, извлекла из него шаль от Пейсли и накинула ее на плечи своей няни. – Это – тебе! Скажи, что она тебе нравится! – приговаривала Кейт, обнимая Сару и целуя ее в щеку. – Это тебе на память, с любовью, дорогая.
Когда несколькими минутами позже в кухню зашел мистер Нид, он был поражен, увидев, как его невестка важно расхаживает по ней, как он выразился, вырядившись в красивую шаль, и тут же потребовал ответа, что это она тут делает, разряженная, словно рождественский бычок.
– О, отец, это мисс Кейт подарила мне, – ответила Сара, и слезы снова потекли у нее из глаз. – Это именно то, о чем я всегда мечтала.
– Ну что ж, – произнес мистер Вид, – так я и знал! Не зря она распушила свои перья! Как только увидел, что она выпорхнула из ворот, подумал: ну, не иначе как пошла сорить деньгами!
– Неужели вы и вправду так подумали? – спросила Кейт. – Ну тогда я не буду дарить вам табакерку, мистер Нид.
– Неужели ты ходила покупать мне табакерку, мисс Кейт? – спросил он, не веря своим ушам. – Ты меня разыгрываешь!
– Убедитесь сами, – воскликнула Кейт, протягивая ему коробочку.
– И правда табакерка, разрази меня гром! – произнес мистер Нид, беря ее узловатыми пальцами и поднося к глазам, чтобы получше разглядеть. – Настоящее серебро! – заявил он, очень довольный. – Ну спасибо тебе большое, мисс, большое тебе спасибо! И теперь каждый раз, когда буду брать понюшку табаку из этой коробочки, я буду вспоминать тебя, можешь мне поверить!
Сара отметила про себя, что он выразил свою благодарность с редкой изысканностью. Мистер Нид очень осторожно пересыпал содержимое своей костяной табакерки в серебряную и протянул пустую Саре, велев выбросить, поскольку она ему больше не понадобится, после чего отправился в свою любимую гостиницу. Вне всякого сомнения, он намеревался угостить закадычных друзей табачком из новой табакерки. Позже он узнал, что Кейт подарила новый носовой платок младшему из его внуков, и это слегка притупило его радость от подарка, но только до тех пор, пока ему не представилась возможность сравнить достоинства своей серебряной табакерки с платком, который он презрительно обозвал подтиркой для птичьего глаза.
Глава 3
Двумя днями позже, когда стрелка часов приближалась к пяти, и карета, в которой ехали леди Брум, ее племянница и горничная, была уже недалеко от Стейплвуда, леди Брум пробудилась от сна. Мисс Молверн не спала – она сидела со сверкающими от возбуждения глазами и то с благоговением поглаживала шелковистый мех своей горностаевой муфты, которую подарила ей леди Брум, то, скосив глаза, любовалась накидкой на своих плечах из того же меха, то с интересом вглядывалась в пейзаж, проплывавший за окнами кареты, размышляя о неожиданных переменах в своей судьбе.
С того самого момента, как она переехала в отель «Кларендон», ее не покидало ощущение, что она неожиданно очутилась в другом мире – мире изобилия и богатства. В гостинице ее встретили очень учтиво и препроводили наверх в апартаменты миледи. Она занимала несколько комнат, выходивших на улицу Олбемарн. Увидев племянницу, миледи бросилась к ней, поцеловала в щеку и, отодвинув от себя, не без зависти воскликнула:
– Какая же ты красавица! И какой у тебя тонкий вкус! Не удивительно, что этот гадкий юноша сделал тебе предложение. А, Сидлоу, познакомься – это моя племянница. Любовь моя, это Сидлоу, моя портниха, которая когда-то, подобно твоей Саре, была моей няней.
Мисс Молверн не зря провела полгода в доме благородных господ, и хотя мисс Сидлоу, которая всячески старалась продемонстрировать презрение к бедной родственнице своей госпожи, сделала ей безупречный реверанс, мисс Молверн не опустилась до рукопожатия. Она улыбнулась и ответила на реверанс мисс Сидлоу легким наклоном головы, прекрасно понимая, что только таким образом сможет заставить ее относиться к себе не как к бедной родственнице, а как к леди с первого взгляда.
Обед подали в номер миледи. Это был довольно скромный обед, однако блюда были подобраны с большой изысканностью. На первое подали суп и омары под соусом, рецепт которого был известен только Жакару – местному повару, а на второе – рагу из утят, на десерт – блюдо peu d’amour. Мисс Молверн, забыв обо всем на свете, ела с наслаждением.
Однако, поглощая изысканные блюда, она внимательно слушала рассказ миледи о славной истории Стейплвуда и семейства Брум. Она узнала, что один из Брумов был пожалован в рыцари королем Яковом I и с тех пор этот род не прекращался; она узнала, что все Брумы считали своим долгом расширить свои владения или усовершенствовать их декор. Леди Брум пообещала показать Кейт рисунки и планы барского дома, выполненные более двухсот лет назад, а потом добавила:
– Моя задача, вернее, задача сэра Тимоти была расчистить и облагородить сады, а также построить бельведер над озером, который придаст пейзажу законченный вид.
В глазах Кейт сверкнул лукавый огонек, но ее тетушка в это время выбирала peu d’amour и не заметила его. Кейт пришла в голову мысль, что хотя леди Брум понимает, что ее детская мечта выйти замуж за герцога – всего лишь пустое тщеславие, но полностью избавиться от него леди так и не удалось. Просто она направила его в другое русло – ее восхищение славной историей семейства Брум было отнюдь не напускным; когда она рассказывала о Стейплвуде, то говорила со знанием дела и в голосе ее звучало благоговение.
Тетушка рано отправила Кейт спать, предупредив, чтобы завтра к пяти часам утра она была готова к отъезду.
– Надеюсь, ты не возражаешь против того, чтобы ехать весь день? Я не решаюсь оставлять сэра Тимоти одного более чем на три дня, и к тому же я плохо сплю в придорожных гостиницах.
– Конечно же, нет! – не задумываясь, ответила Кейт. – Мне приходилось часто путешествовать целыми днями по Пиренейскому полуострову, да еще по ужасно скверным дорогам! А когда у меня не было лошади, я ездила в старинных колымагах.
– Ах, я и забыла, что ты жила в Португалии! Боюсь, что отдельные участки дороги, по которым мы поедем, просто ужасны, но у моей кареты очень хорошие рессоры и форейторы у меня свои собственные. Имея такую карету, я так мало путешествую! Сущая ирония судьбы! Но поскольку мне приходится ездить без мужа, то необходимо подбирать таких кучеров, на которых можно положиться. Ну а теперь я провожу тебя в твою спальню просто для того, чтобы убедиться, что там есть все необходимое.
Леди Брум окинула острым критическим взглядом спальню, а взгляд Кейт упал на горностаевую накидку и муфту, лежавшие на кровати. Она остолбенела:
– Это не мое, мэм!
– Что ты имеешь в виду? А, меха. Нет, они твои. Это мой первый подарок племяннице. Тебе они нравятся?
– О да, да, тетя Минерва, я, конечно, вам очень благодарна, но вы просто подавляете меня своей щедростью.
Леди Брум расхохоталась:
– Неужели? Глупышка, ты что, хочешь швырнуть мои подарки мне в лицо?
– Нет, я не так дурно воспитана, и они мне очень нравятся! – сказала Кейт с очаровательной наивностью, поднося муфту к лицу. – О, какая она мягкая! И какая роскошная!
То же самое можно было бы сказать и о карете, которая на следующее утро помчала их на север. Но вместо этого Кейт сказала, что такая роскошь, к которой она не привыкла, рождает совершенно неподобающие мысли в ее голове. Леди Брум кинула многозначительный взгляд на капор Сидлоу и улыбнулась, но попросила Кейт не болтать глупостей. Сидлоу, сидевшая спиной к ним на неизменном переднем сиденье, тоже улыбнулась, но улыбка ее была кислой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48


А-П

П-Я