https://wodolei.ru/brands/Santek/boreal/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Он посмотрел на инспектора настороженно и недоверчиво. Гроссет вел себя нарочито уверенно, и детектив понял, что ничего серьезного у того не было. Инспектор достал тонкий золотой портсигар и предложил Феннеру длинную сигарету с золоченым фильтром.
– Неплохо живете, – сухо заметил Феннер.
– Раньше вы не попадали в поле нашего зрения. Я проверил вашу лицензию и знаю, что вы загребли кучу денег, распутав это дело с похищением девушки. Ее, кажется, звали мисс Блэндиш? Тогда вы были начинающим детективом в Канзас-Сити. Потом вы перебрались сюда и основали свое дело, не так ли?
Феннер выпустил струю дыма.
– Это беллетристика. Не пора ли приступить к делу? Гроссет невозмутимо продолжал:
– С полгода вы сшивались в Нью-Йорке, но без особого успеха.
Феннер безразлично зевнул.
– Во-первых, выбирайте слова, если хотите со мной говорить. А во-вторых, я сам себе хозяин и в отличие от вас могу выбирать.
– Сегодня утром мы получили в отношении вас довольно серьезную наводку.
– Неужели? – усмехнулся Феннер. – Настолько серьезную, что вы прислали ко мне троих своих дуреломов, перевернувших все вверх дном в моей конторе и убравшихся ни с чем?
Но Гроссета не так-то легко было вывести из себя. Он приятно улыбнулся.
– Ну куда уж нам до вас! Тем не менее мы обыскали весь квартал и что бы вы думали нашли? Какого-то чинка «Чинк – презрительная кличка выходцев из Китая и стран Юго-Восточной Азии.» с перерезанным горлом. Кстати, в одном из офисов неподалеку от вас.
Феннер поднял брови, разыгрывая крайнее удивление:
– Да что вы говорите? Хотите, чтобы я нашел вам того, кто его убил?
– Человек, позвонивший нам утром, сказал, что мертвый китаец находится в вашем офисе.
– Какая досада. Они что, подсадили его не в ту комнату? Гроссет решительно затушил окурок в пепельнице.
– Послушайте, Феннер, нам не следует враждовать. Я выкладываю свои карты на стол. Этого китайца прикончили около полутора суток тому назад. Наводка была сработана грубо, и мы, конечно, сразу догадались, что это подсадка, но были обязаны проверить. Но этот китаец нас заинтересовал. Мы бы хотели знать, кто он и за что ему перерезали глотку. У вас есть на этот счет какие-нибудь соображения?
Феннер озадаченно почесал нос.
– Послушайте, коллега. Ваша речь меня очень растрогала. Поверьте, если бы я что-нибудь знал об этом деле, то немедленно сообщил вам. И уж, конечно, сразу же передал бы вам дохлого китайца. Не тратиться же на его похороны. Но дело в том, что я его никогда не видел и, надеюсь, не увижу.
Гроссет задумчиво посмотрел на Феннера.
– Да, люди, характеризовавшие вас, были совершенно правы. Вы предпочитаете работать в одиночку и передаете дело нам, лишь полностью раскрутив его. Хорошо. Пусть будет по-вашему. Мы поможем вам в этом деле всем чем сможем. Но если вы зашьетесь, то мы уже не сможем вам помочь и, может случиться, сотрем в порошок.
Феннер насмешливо посмотрел на него и встал:
– Надеюсь, у вас все? Разрешите приступить к работе? Гроссет кивнул, не уловив иронии.
– Не пропадайте, Феннер. Уверен, что скоро мы с вами вновь встретимся.
Он махнул своим подручным и направился к двери. Как раз в этот момент из коктейль-бара выпорхнула оживленная Пола и поспешила к собравшемуся уходить Феннеру.
– Где ты была? – неприветливо спросил детектив.
– Послушай, Дэйв. Я разговаривала с мистером Линдсеем. Записала все подробности похищения его дочери. Ну почему ты не хочешь помочь ему?
Феннер окинул ее холодным взглядом.
– Послушай, детка. Ты не носишь накладок на заднем месте?
– Какое тебе дело, что я ношу? У меня, по-моему, и так все на месте.
– Жаль. Когда мы вернемся в нашу берлогу, я так тебя отшлепаю, что ты у меня две недели не сядешь. И больше ни слова об этом Линдсее и его дочке. Они меня не интересовали, не интересуют и никогда не заинтересуют. У меня и без того полно забот. Дай Бог расхлебать до конца жизни.
– С твоим умишком тебе вовек не расхлебать. Дернул же меня черт связаться с таким бесчувственным чурбаном, – пробурчала Пола, шагая за ним к выходу.
Когда они вернулись в офис, Феннер прошел прямо в кабинет занял свою излюбленную позу и закурил.
– Иди-ка сюда, ежик, – крикнул он Поле. Она проскользнула в дверь и села около него, держа наготове блокнот и карандаш. Феннер покачал головой:
– Я не собираюсь ничего диктовать. Просто посиди со мной.
Пола смиренно сложила руки на коленях.
– О'кей. Я еще не была в роли бессловесной сиделки. Не поддаваясь на ее ехидные замечания, Феннер задумчиво произнес:
– Может быть, надо было сообщить о деньгах полиции, и они помогли бы мне выйти на след. Гроссета интересует этот китаец. Но тогда пришлось бы всем делиться с этим цепким парнем, и плакали наши денежки.
– А почему бы и нет? Он мог бы помочь тебе отыскать эту девушку…
– Ты опять за свое?
– Я имею в виду мисс Дэйли.
Феннер отрицательно помотал головой, как бы убеждая самого себя:
– Нет, здесь мне придется покрутиться самому. Что-то мне подсказывает – полицию не следует вмешивать в это дело. Пола взглянула на часы. Было около пяти.
– Ну ладно, мыслитель, я пошла работать. Все равно сейчас вряд ли что-нибудь придумаешь.
– Сиди, – раздраженно приказал ей Феннер. – Пока что я тебе плачу деньги.
– Я бы не сказала, что очень большие, – огрызнулась Пола, усаживаясь поудобнее в кресле.
Она знала, что, когда он в таком настроении, ему лучше не перечить.
– Если эта дамочка не объявится, то не знаю даже, с чего и начать. Абсолютно никакой зацепки. Мы не знаем, кто она, откуда приехала. Единственно, что нам известно, так это то, что у нее есть сестра, как-то связанная с двенадцатью китайцами. Если тот мертвый китаец – один из них, то остается одиннадцать. Отвалить такую кучу денег – и смыться. Тут что-то не так.
– А может быть, она заметила какого-нибудь знакомого, испугалась и поэтому рванула от меня сломя голову? – вставила Пола.
Феннер обдумал эту возможность.
– Ты не заметила никого подозрительного, кто бы мог так ее напугать?
Пола покачала головой.
– Нет, ты же знаешь, что в это время на улицах только наша благопристойная балтиморская публика.
– А это мысль.
Феннер вскочил со своего крутящегося кресла и принялся расхаживать по кабинету.
– Ну, конечно же, она чего-то напугалась и поэтому убежала. Надо ждать ее телефонного звонка. Как только она позвонит, немедленно сообщи мне. Ты будешь знать, где меня разыскать.
– Может быть, еще перетащить свою кровать сюда или ночевать прямо здесь на столе? Боюсь, что люди нас не правильно поймут.
– Пусть это тебя не беспокоит. У меня достаточно хорошая репутация, и никто меня не заподозрит в совращении несовершеннолетней.
– Мне уже двадцать, – выпалила Пола и хлопнула дверью. Феннер рассмеялся и поднял трубку телефона.
– Управление федеральной полиции? Позовите, пожалуйста, инспектора Гроссета. Скажите ему, что с ним хочет поговорить Феннер.
Вскоре в трубке раздался бодрый голос Гроссета:
– Хеллоу, Феннер. Решил все же поговорить со мной?
– Пока еще нет, но может быть. Хотел у тебя кое-что спросить относительно этого китайца, которого вы нашли. При нем не было чего-нибудь интересного?
– Ну, ты, парень, однако, нахал, – рассмеялся Гроссет. – Уж не думаешь ли ты, что ФБР станет поставлять тебе информацию?
– Нет, я так не думаю, – отрубил Феннер. – События только начинают раскручиваться, и у меня предчувствие, что если они наберут обороты, то вам придется расследовать еще не одно убийство. В наших обоюдных интересах предотвратить их.
– Еще раз предупреждаю тебя, Феннер, если ты что-то скрываешь, что могло бы помочь начатому нами следствию, то я тебе не завидую.
Феннер недовольно заерзал в кресле.
– Слушай, парень, ты наводил обо мне справки и должен знать, что меня не так-то легко запугать. И потом, я имею полное право сохранять инкогнито моего клиента. Так что не будем терять времени. А теперь твой ход. За мной не заржавеет. Верну с процентами, как только что-нибудь раскопаю. Идет?
– Тебе палец в рот не клади, – с сожалением в голосе произнес Гроссет. – То, чем мы располагаем, вряд ли поможет тебе. Мы почти ничего не нашли.
– А все же. Как они его подсадили?
– Проще простого. Пронесли его через центральный вход в корзине из-под белья, распаковали в пустом офисе на твоем этаже и подкинули его тебе.
– Не лови меня на дешевых приемах. В мою контору они его не заносили, а оставили, как ты говоришь, в пустом офисе.
Феннер слышал, как инспектор рассмеялся на другом конце провода.
– Кто-нибудь видел, как они его заносили? – спросил он.
– Нет.
– Спасибо. Это уже кое-что. Больше ничего? Может быть, какая-нибудь деталь, которая показалась тебе странной?
– Боюсь, это все. Разве что то, что они располосовали его от уха до уха, а потом зашили.
– Да что ты говоришь? Деликатная работа, ничего не скажешь. Это все?
– Пока все.
– Ну, бывай.
Феннер положил трубку и озадаченно смотрел на нее несколько секунд.
Спустя некоторое время в кабинет вошла Пола и обнаружила своего патрона в обычной позе за столом. На его лице было все то же недоумевающее выражение.
Пола поставила на кресло небольшой чемодан со своими постельными принадлежностями и сняла пальто и шляпу.
– Есть какие-нибудь новости?
Феннер отрицательно помотал головой.
– Если бы не китаец, то этот гонорар можно было отнести к разряду легких денег. Но этим веселым ребятам надо было во что бы то ни стало убрать меня с дороги. Иначе зачем бы так рисковать и тащить труп в мой кабинет посреди бела дня?
Пола открыла свой чемодан и достала книгу.
– Я уже пообедала, – сказала она, усаживаясь в кресло у телефона. – Готова сидеть здесь хоть до скончания века. Если тебе надо идти, иди.
Феннер встал из-за стола и стряхнул пепел с костюма.
– О'кей, крошка. Я скоро вернусь. Если она позвонит, скажи, что мне очень нужно ее видеть. Запиши адрес и навешай лапши на уши, как ты это можешь. Мне необходимо добраться до нее.
– Вот этого-то я и боюсь, – пробормотала Пола вслед уходящему Феннеру.
В приемной перед Феннером выросли двое коренастых плотных мужчин, одетых в одинаковые черные костюмы. Они были похожи на мексиканцев или пуэрториканцев. Сначала Феннер подумал, что это агенты ФБР, но понял, что ошибся. Их правые руки были засунуты в карманы плотно облегающих пиджаков. Все на них было одинаковое: рядовые черные костюмы, черные широкополые шляпы, белые рубашки с пестрыми галстуками. Внешне они выглядели как водевильные персонажи, и, только взглянув в их глаза, можно было понять, что они скорее походят на змей или на каких-то других пресмыкающихся с обрубками вместо туловища.
– Вы хотели меня видеть? – спросил Феннер. Одного взгляда на подозрительно оттопыривающиеся карманы было достаточно, чтобы понять, что ему в живот направлены два ствола.
– Да, нам надо с тобой потолковать, – сказал один из незнакомцев.
Феннер повернул обратно в кабинет. Увидев неожиданных «клиентов». Пола потихоньку выдвинула ящик стола и положила руку на кольт Феннера.
– Руки на стол, стерва, – угрожающе процедил один из пуэрториканцев.
Пола нехотя положила руки на стол, демонстративно повернув их ладонями вверх.
Коротышка вышел в прихожую в огляделся. Вид у него был озадаченный. Он подошел к навесному буфету, в котором Пола хранила все необходимое для кофе и чая, заглянул внутрь и недовольно выругался.
– Если джентльмены немного подождут, то мы приготовим им горячий обед и уложим спать. Мы хотим, чтобы вы чувствовали себя как дома, – сказал Феннер.
– Сейчас мы тебя сами уложим, – сказал коротышка постарше, вертевший в руках массивную пепельницу.
Вдруг он резко с разворота ударил ею Феннера по лицу. Феннер успел только немного отвернуться. Сильный удар пришелся ему в глаз и на левую щеку.
Второй пуэрториканец выхватил курносый короткоствольный пистолет и так сильно ткнул Полу в бок, что та вскрикнула от боли.
– Только пошевелись, и мы выпустим твоей девке кишки. Феннер спокойно вытащил из кармана чистый белый платок и приложил его к окровавленной щеке.
– Ну, ребята, вы мне еще за это ответите, – с угрозой произнес он.
– Лицом к стене! Живо! Нам надо осмотреть вашу вонючую контору. И без шуток, пока я тебе еще не добавил, – прикрикнул на Феннера один из гангстеров.
Тут Феннер окончательно убедился в том, что они пуэрториканцы. Таких можно встретить сколько угодно во всех портовых городах южного побережья. Стиснув зубы в бессильной ярости, он повернулся и уперся руками в стену собственного кабинета. Единственно, что его сдерживало в этот момент, так это беспомощно сидевшая за столом Пола, в грудь которой упирался пистолет. Феннер сразу понял, что с этими «друзьями» лучше не рисковать.
Старший пуэрториканец обыскал Феннера.
– Сними пиджак и брось его мне.
Феннер повиновался. Пуэрториканец сел на край стола и тщательно прощупал подкладку пиджака. Потом он вытащил записную книжку Феннера, полистал ее и вместе с пиджаком бросил на пол. Он вновь подошел к Феннеру и ощупал его. Детектив с отвращением ощутил запах чеснока и немытого тела и с трудом подавил в себе желание схватить его за горло.
– А теперь ты. Иди сюда, красотка, – приказал он Поле. Пола презрительно поджала губы, но сделала шаг вперед.
– Не прикасайся ко мне своими грязными лапами, скотина, – в глухой ярости сказала она.
Пуэрториканец что-то сказал своему компаньону по-испански.
– Ты тоже подойди, – бросил он Феннеру.
Феннер сделал несколько шагов вперед, и в тот момент, когда он проходил мимо того пуэрториканца, который стерег Полу, тот вдруг неожиданно ударил его по затылку рукояткой пистолета. Оглушенный Феннер упал на колени, пытаясь удержать равновесие, упершись руками в пол. Но это ему не удалось, и он повалился набок к стене.
Пола в ужасе открыла рот, чтобы закричать, но второй пуэрториканец сильно ткнул ее стволом под дых, и она только охнула и медленно опустилась рядом с Феннером, ловя ртом воздух.
Пуэрториканец подхватил ее под мышки и рывком поставил на ноги. Коротышка быстро общупал ее, но не нашел того, кто искал. Он швырнул ее в кресло, а сам сел на край стола, пока второй шарил по комнате. Он делал это очень квалифицированно, как будто занимался этим всю жизнь.
Сквозь полузабытье Феннер слышал, как они ходят по комнате, но не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Глаза ему застилала красная пелена гнева и боли, которую никак не удавалось сбросить.
Только когда они ушли, Феннеру наконец удалось встать на четвереньки и доползти до своего кресла.
Пола, сжавшись, сидела перед ним и тихонько плакала от унижения и ярости.
– Не смотри на меня, черт бы тебя побрал! Не смотри ты, слюнтяй!
Феннер, пошатываясь, прошел в небольшой туалетик рядом со своим кабинетом и умылся, прикладывая пригоршнями холодную воду к своему разбитому лицу, вода стекала в раковину, красная от крови. Потом все еще неуверенной походкой он подошел к навесному шкафу и достал начатую бутылку виски и два стакана. Голова его гудела, как колокол, а руки продолжали противно дрожать. Он было попытался налить виски в стакан, но больше расплескал. Потом плюнул на это занятие и сделал большой глоток прямо из горлышка. Обжигающая жидкость помогла ему собраться и обрести равновесие. Плеснув по паре унций в каждый из стаканов, Феннер вернулся в кабинет.
Пола все так же тихонько плакала в кресле, Феннер поставил перед ней стакан с виски.
– Выпей, малыш. Сейчас это тебе не помешает.
Она оторвала ладони от лица, посмотрела сначала на Феннера, потом на стакан с прозрачной желтой жидкостью и со злостью выплеснула ее ему в лицо. Потом вновь опустила голову и заплакала по-настоящему.
Феннер достал свой окровавленный платок и вытер лицо. Потом он сел в кресло и закурил.
Так они сидели молча несколько минут. Феннер чувствовал себя отвратительно. И не столько от боли в затылке и от саднившего лица, сколько от вида плачущей перед ним девушки, за которую был в ответе.
Пола перестала плакать.
– Ты вот пыжишься, строишь из себя супермена. Не смог справиться с двумя подонками. Испугался их пушек. О Дэйв, ты стал размазней. Наложил в штаны перед этими…, дешевыми вонючими ублюдками. А я-то думала, что ты – настоящий мужчина и можешь постоять за себя и за меня. Нет, Дэйв Феннер, с меня хватит.
Она в ярости колотила своими маленькими кулачками по диванной подушке, а потом вновь расплакалась.
– О Дэйв, ну как ты им позволил лапать меня?
Феннер сидел с каменным лицом. Его глаза превратились в кусочек льда.
– Ты права, маленькая. Я слишком долго ловил мух. Он решительно встал из-за стола.
– Не разыскивай меня пару дней. Успокойся. Больше они сюда не сунутся. Жди звонка. А впрочем, закрой контору и отдохни дома.
Он рывком открыл ящик и взял свой излюбленный полицейский кольт специальной конструкции.
Не оборачиваясь, он вышел из кабинета, хлопнув дверью.
Через чае, переодетый в чистый костюм и рубашку, Феннер ехал в такси к центру города. Движение в этот вечерний час было очень интенсивным, и машина с трудом пробивала себе путь. Феннер сосредоточенно смотрел перед собой, и только крепко сжатые кулаки выдавали его чувства.
Такси свернуло с шумной Седьмой авеню и выехало на одну из боковых улочек. Через несколько минут оно остановилось. Феннер бросил таксисту доллар и вылез из машины. Пройдя несколько десятков метров по тротуару мимо дерущихся ребятишек, он поднялся по ступенькам обветшавшего дома и позвонил. Дверь открыла старая, потасканная, неопрятная женщина, которая подозрительно уставилась на него, не приглашая войти в дом.
– Кайк дома? – коротко спросил детектив.
– А кто его спрашивает?
– Скажи, его хочет видеть Феннер.
Старуха сняла цепочку и открыла дверь пошире.
– Осторожнее, мистер, тут темно. Не сломайте себе шею, – предупредила она. – Айк сегодня на взводе.
Феннер поднялся по грязным, обшарпанным ступенькам, морща нос от запаха пищи и грязи, и постучал в дверь. Возбужденные голоса за нею разом смолкли. Дверь открылась, и на пороге появился худощавый мускулистый парень с нездоровым блеском в глазах.
– Чего нужно? – не очень-то дружелюбно спросил он.
– Скажи Айку, что пришел Феннер. Парень закрыл дверь и кого-то о чем-то спросил. Потом дверь вновь открылась, и он кивнул Феннеру:
– Заходите, мистер Феннер, Айк вас ждет.
Айк Буш сидел за столом с четырьмя другими мужчинами, каждый из которых с честью бы украсил витрину полицейского розыска. Они играли в покер.
Феннер прошел в комнату и остановился позади Буша. Остальные искоса взглянули на него, продолжая игру. Буш сосредоточенно изучал свои карты. Это был огромный массивный мужчина с кирпичным лицом и рыжими кустистыми бровями, в глубине которых прятались крошечные поросячьи глазки. Карты в его толстых пальцах выглядели как костяшки домино.
Несколько минут Феннер молча наблюдал за игрой. Потом он наклонился и шепнул в мясистое ухо Буша:
– Ты рискуешь надолго остаться без партнеров. Буш опять уставился в свои карты, потом сплюнул на пол. Он с грохотом отодвинул стул, с раздражением бросил карты на стол и встал. Феннер прошел за ним в смежную комнату.
– Что тебе от меня нужно? – недовольно прорычал он.
– Двух пуэрториканцов, – спокойно произнес Феннер. – Одеты в черные похоронные костюмы, белые рубашки с блестящими галстуками. Черные квадратные туфли и широкополые шляпы. Небольшого роста, коренастые. У каждого в кармане по стволу.
– Не знаю таких, – покачал головой Айк. – Это, должно быть, чужаки.
Феннер холодно посмотрел на него:
– А ты узнай, и чем быстрее, тем лучше. Мне не терпится с ними потолковать.
Айк пожал могучими плечами:
– Почему такая спешка? Что они тебе сделали? Феннер повернул голову и показал пальцем на глубокую ссадину на скуле.
– Эти два подонка ворвались в мою контору, оставили мне этот автограф и смылись. Ты знаешь, я таких вещей не прощаю. Айк вытаращил глаза:
– Ну, скоты. Подожди.
Он прошел к телефону и набрал номер. Долго полушепотом говорил с кем-то, потом повесил трубку и взглянул на Феннера.
– Ну что, выяснил?
– Да.
Айк озадаченно потер щетину на подбородке тыльной стороной ладони.
– Они появились в городе пять дней назад. Никто не знает кто они и откуда. Вот адрес. Сняли меблирашку. Похоже, при деньгах, но никто не знает, на чем они их делают.
Феннер протянул руку и взял бумажку с нацарапанным на ней адресом. Потом рывком встал.
Айк угрюмо посмотрел на него.
– Хочешь достать их? – спросил он. – Может, дать тебе пару моих парней?
Феннер усмехнулся, но глаза его оставались холодны.
– Нет, не надо. Это мое личное дело, – сквозь зубы произнес он.
Айк взял со стола бутылку без наклейки и вопросительно посмотрел на Феннера:
– Может быть, выпьешь на дорожку?
Феннер отрицательно покачал головой. Он одобрительно похлопал Айка по плечу и вышел. Такси еще стояло на улице. Шофер выглянул и приветливо помахал Феннеру.
– Подумал, что это вряд ли ваш дом, – сказал он, улыбаясь. – Поэтому решил подождать. Куда поедем? Феннер открыл дверцу.
– Далеко пойдешь, парень. Наверное, учился заочно?
– Дела идут туго, – серьезно ответил таксист. – Приходится вертеться. Так куда двинем?
– Остановишь по ту сторону Бруклинского моста. Дальше я дойду пешком.
– Кто-то вам здорово подкинул, – сказал шофер, косясь в зеркало.
– Нет. Случайно наткнулся на столб, а может быть, на кулак. В темноте не разобрал. Собираюсь представить иск мэру за плохое освещение улиц.
Когда они пересекли Бруклинский мост, уже стемнело. Феннер прибавил пару долларов доброжелательному таксисту и вошел в ближайший бар. Он заказал сандвич и двойную порцию виски. Когда девушка принесла заказ, он показал ей адрес и спросил, где находится эта вилла. Она с трудом отыскала ее на карте города. Покончив с сандвичем, Феннер запил его еще одной порцией виски, заплатил по счету, дав официантке щедрые чаевые и вышел из бара. Сейчас он чувствовал себя вполне сносно, а клокотавшая в нем ярость придавала силы.
Через десять минут он был на месте. Нужная ему вилла находилась на углу. Свет в ней был потушен, и изнутри не раздавалось ни звука. Феннер осторожно открыл железную калитку, стараясь не скрипеть, и пошел по посыпанной гравием дорожке, настороженно вглядываясь в темные окна. Потом он обошел мрачную двухэтажную коробку вокруг. Одно окно на первом этаже было приоткрыто. Он посветил фонариком внутрь комнаты. Она была пуста. Через мгновение он был внутри.
Осторожно открыв дверь комнаты, он оказался в маленьком холле, из которого наверх вела узкая винтовая лестница. Феннер вытащил кольт и начал медленно подниматься по ней на второй этаж. Лицо его было напряжено и каждый мускул тренированного тела был готов к мгновенной реакции.
На лестничной площадке он остановился и потянул носом. Он уловил неприятный запах, который ему что-то смутно напоминал.
Феннер в нерешительности остановился перед тремя дверями, потом осторожно повернул ручку средней двери и вошел в комнату. Неприятный тошнотворный запах усилился. У него появилось ощущение, как будто он оказался в лавке мясника. Феннер нащупал выключатель на стене и включил свет.
Он был в богато меблированной пустой комнате. Не опуская пистолета, он повернулся и закрыл комнату на ключ. Это была дамская спальня. На низком трюмо стояли обычные атрибуты дамского туалета. На небольшой кровати лежала кружевная ночная рубашка. Феннер подошел к белому полированному гардеробу и открыл дверцу. На вешалке висел один-единственный костюм – костюм Мэриан Дэйли, в котором она приходила в его контору.
Феннер задумчиво дотронулся до него, пытаясь воссоздать образ своей таинственно исчезнувшей клиентки. Потом он снял его и вместе с вешалкой бросил на кровать. Пружинящим шагом он подошел к комоду и выдвинул верхний ящик. В нем лежала строгая шляпка мисс Дэйли. В другом ящике он обнаружил дамское белье, чулки и туфли. Все это он тоже сложил на кровати. Предчувствуя неладное, Феннер стал лихорадочно открывать ящички трюмо и увидел в одном из них ее сумочку. Он вытряхнул содержимое сумочки на кровать, но, не найдя ничего необычного, ощупал ее изнутри. На дне под отпоровшейся подкладкой он обнаружил маленькую записку и с интересом прочитал ее. Размашистым женским почерком было написано:
«Ки Уэст.
Дорогая Мэриан,
Не беспокойся, Нулен обещал помочь мне. Пайо еще ничего не знает. Думаю, что теперь все образуется».
Записка была без подписи.
Феннер аккуратно сложил ее вчетверо и спрятал в портсигар. Он сел на кровать и задумался. Ки Уэст и двое пуэрториканцов. Кое-что начинало вырисовываться. Он встал и еще раз систематично обыскал комнату, но больше не нашел ничего интересного. Потом он открыл дверь и вышел в коридор. Теперь он решил осмотреть комнату слева. Его фонарик выхватил белую раковину и ванную и скользнул по облицованным кафелем стенам. Бьющий в нос запах заставил его поморщиться. Убедившись, что шторка на окне плотно задвинута, Феннер включил свет.
Ярко освещенная просторная ванная выглядела как разрубочная какого-нибудь мясного павильона в конце рабочего дня. Стоявшая у стены ванна была покрыта окровавленной простыней.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11
загрузка...


А-П

П-Я