https://wodolei.ru/catalog/mebel/zerkalo-shkaf/s-podsvetkoj/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


OCR Вера -
«Отбрось сомнения»: Панорама; Москва; 2004
ISBN 5-7024-1718-6
Аннотация
Ну и задала же головоломку своим родным и близким Мириам Грейс, старейшая представительница знатного британского рода, завещав фамильное имение малознакомой молодой женщине Хилари Уинтон, с которой и встречалась-то всего пару раз… А Хилари, вместо того чтобы продать дом за баснословную сумму, предложенную ей бывшим возлюбленным Эдвином Айртоном, вселяется в него и не желает идти ни на какие компромиссы. Обаятельная, умная и упрямая женщина знает теперь, как важно доверить голосу собственного сердца и не полагаться на чужое мнение. Важно лишь, чтобы в это поверил и сам Эдвин.
Джоанна Лэнгтон
Отбрось сомнения
Пролог
Если бы не музыка, шестнадцатилетняя Хилари Уинтон, наверное, сошла бы с ума от одиночества и гнетущей тоски.
Когда упреки мачехи и безразличие отца, возраставшие с каждым днем, доводили ее до отчаяния, она садилась за свое старенькое пианино и, едва касаясь клавиш, переносилась вместе с потоком льющихся дивных звуков в другой мир — призрачный и восхитительный.
Именно на этом инструменте играла еще девочкой ее ныне покойная мать. Сколько же пламенных мыслей поведала мама этим черно-белым полированным клавишам! — вновь и вновь задумывалась Хилари. Сколько радости и печали разделила с ними! Наверное, это пианино помнит все: и ее первую любовь, и то, что творилось в маминой душе, когда она повстречала папу…
Размышлять об отце ей было больно и страшно. Он как будто терял самого себя — становился все более раздражительным, злобным и нетерпимым.
Пока мама не покинула их, жизнь текла совсем по-другому. Дни были наполнены нескончаемыми заботами, однако никто не жаловался, поскольку в преодолении трудностей каждый получал свою порцию радости и удовлетворения, чувствуя теплоту и заботу близких.
Хилари занималась помногу и с большим упоением. Играла вечно прекрасные произведения Моцарта, Бетховена, Грига, Листа… Импровизировала, а еще много сочиняла.
Все ее переживания — скорбь по безвременно ушедшей матери, страдания от недостатка понимания со стороны отца, страх перед неизвестным будущим — выливались в музыку. Погружаясь в мир звуков и мелодий, она также много мечтала — о большой любви, о всепоглощающей страсти, о духовной близости с единственным мужчиной, который непременно должен был повстречаться на ее пути.
1
В это воскресное утро вся семья была в сборе. Эдвин Айртон наблюдал за родственниками и размышлял о вечном: о справедливости, о жизни и смерти, о непостижимости человеческой природы.
Его прабабка, Мириам Грейс, тихая задумчивая старушка, решила весьма оригинальным способом поразить родню. Она завещала фамильное имение малознакомой молодой женщине, с которой встречалась за несколько лет до смерти всего пару раз.
— На старости лет Мириам выжила из ума, я давно это понял! — пробурчал, багровея от негодования, дядя Эдвина — крепкий мужчина с аккуратно подстриженными усами.
— Наверное, матушка решила жестоко подшутить над нами! Другого объяснения ее странному поступку я просто не нахожу! — вскинув вверх сухие руки, воскликнул сын покойной, дед Эдвина.
— Подарить имение неизвестно кому — полное неуважение ко всем нам! — заявила, качая головой, Дороти, внучатая племянница Мириам.
Эдвин понимал, чем вызвано возмущение родственников, несмотря на то, что речь шла лишь о небольшом старом коттеджике с садом. Этот дом принадлежал семье на протяжении двух столетий, был как будто подернут дымкой времени и являл собой неотъемлемую часть жизни каждого из присутствовавших. Потому-то столь удивительными и непонятными в этой истории казались всем причины, побудившие Мириам завещать имение посторонней женщине, Хилари Уинтон.
— Невероятно! — Отец Эдвина, вдовец Говард Айртон нервно забарабанил пальцами по столу, у которого стоял. — Бабуля решила оставить часть своего имущества дочери убийцы моей жены! Она точно спятила!
С тех страшных пор прошло почти пять лет, но Говард все еще пребывал в трауре. Он жил одиноко и замкнуто, не посещал ни банкетов, ни юбилеев, хотя раньше обожал выходить в свет. Вместе с супругой.
Все, кто знали чету Айртонов, прекрасно понимали горе Говарда. В отношениях между ним и Изольдой не было ни фальши, ни искусственности, ни показухи. Они познакомились еще подростками и умудрились пронести свою любовь сквозь года чистой, сильной и незапятнанной.
Произошедшая пять лет назад трагедия явилась страшным ударом не только для Говарда и Эдвина, но и для четырех других семей. Гилберт Уинтон сел за руль в нетрезвом состоянии и, выехав на встречную полосу, врезался на опасном перекрестке в автомобиль Изольды Айртон. Погиб не только сам Уинтон, но и трое его пассажиров.
В то лето расположенный по соседству с виллой Айртонов коттедж сдавали множеству людей. Говард и Изольда бывали в Майами-Бич нечасто, но когда такое случалось, изнывали от шума, не стихавшего круглые сутки. Время от времени Говард собирался поговорить с владельцем вечно наполненного развеселыми туристами дома насчет его покупки. Лишь таким способом можно было заполучить спокойствие и относительную тишину. Все остальные коттеджи, за исключением дома Мириам, находились на приличном расстоянии от их виллы.
Семейство Уинтонов состояло из трех человек — Гилберта Уинтона, его вечно чем-то недовольной супруги Анны и дочери от первого брака, Хилари.
Эдвин видел их несколько раз издалека. Создавалось такое впечатление, что Анна постоянно отчитывает мужа и все время делает падчерице замечания. По крайней мере, об этом свидетельствовали ее мимика и неприятные гримасы. Гилберт выглядел так, будто окончательно разочаровался в жизни.
Самой привлекательной из Уинтонов была молодая Хилари. Эдвин засматривался на нее и мечтал с ней познакомиться. О том, что она еще школьница, он даже подумать не мог…
Дело в том, что Хилари уже тогда обладала фигурой созревшей аппетитной женщины и вела себя соответствующе.
Окна правой боковой части виллы Айртонов выходили на коттедж, в котором временно жили Уинтоны и их друзья. В это лето Эдвин как никогда часто приезжал в Майами-Бич по вечерам и оставался там на ночь. Наверное, это было связано с жуткой усталостью. Здесь же ему лучше отдыхалось и крепче спалось. А еще Эдвину не терпелось вновь и вновь взглянуть на устраиваемое Хилари ночное шоу. С наступлением полуночи она выходила из дома и, совершенно обнаженная, принималась самозабвенно плавать в бассейне с голубой водой и подсветкой.
Разглядывать из окна ее полную грудь, ее очаровательный плотный округлый зад доставляло Эдвину истинное удовольствие.
Он не считал, что совершает нечто постыдное. Любой молодой мужчина, окажись тот на его месте, не упустил бы возможности посмотреть столь чудесное представление.
Эдвин был уверен, что Хилари плавает в таком виде специально для него. Он даже не сомневался в том, что каждый вечер, когда остальные уезжают развлекаться, она остается дома именно для того, чтобы поймать его на крючок.
Наверняка это обольстительное создание давно заприметило меня, разузнало, кто я такой и каким обладаю состоянием, думал он, самоуверенно ухмыляясь. Поэтому и лезет из кожи вон, чтобы привлечь к себе мое внимание. Готов поспорить — эта особа давно просчитала, ' что из окон виллы великолепно просматривается бассейн. И теперь крутится перед моими глазами, терпеливо выжидая своего часа.
Мысль о том, что его так откровенно приглашают к близости, будила в нем противоречивые чувства.
В женщине, особенно в своей женщине, ему всегда хотелось видеть прежде всего целомудрие. Хотя до поры до времени в ней должен дремать и вулкан безудержной страсти. Идеальным он считал вариант, когда его подруга была бы недоступной для других, но превращалась в настоящую развратницу, оставаясь наедине с ним. То, что Хилари положила на него глаз, нисколько его не удивляло. Еще подростком он понял, что с невероятной силой привлекает к себе внимание представительниц прекрасного пола. Во-первых, необычной внешностью: высокий и стройный, он обладал восхитительными синими глазами, обрамленными темными густыми ресницами, богатой шевелюрой, чувственными красивыми губами и смуглой гладкой кожей, которую даже в переходный период не портили прыщи. Во-вторых, тем, что являлся единственным наследником единственных потомков двух знатных старинных британских родов и был очень богат.
Целеустремленный и упорный, Эдвин Аир-тон блестяще учился в Майамском университете, а закончив его, стал помогать отцу управлять крупным радиоэлектронным предприятием. Когда ему было двадцать три, на нем уже лежала половина тех обязанностей, которые в былые времена выполнял Айртон-старший.
— Скоро я передам тебе дела полностью, Эд, — сообщил ему отец в начале рокового лета, как будто предвидел, что в недалеком будущем все произойдет именно так. Помимо его воли… — У тебя есть деловая хватка. И управленец из тебя выйдет просто первоклассный.
Эдвин с удовольствием занимался бизнесом. Быстрый ум, настойчивость, жесткость, расчетливость и непомерная трудоспособность передавались в семье Айртонов и Грейсов по наследству.
Итак, Хилари привнесла в жизнь Эдвина свежесть и новизну. Период тайных подглядываний довольно быстро закончился, и молодые люди устремились навстречу друг другу. Девушка не играла с ним в глупые игры и ясно дала понять, что желает его. В первую ночь их знакомства они уже занимались любовью.
За пять недель, на протяжении которых длился их головокружительный роман, Эдвин увлекся Хилари настолько, что был готов жениться на ней.
Он мечтал сделать ее своей и уже строил грандиозные планы на будущее. Ему хотелось владеть ею полностью, раствориться в ней, с головой окунуться в омут страсти и блаженства.
Впоследствии, вспоминая о своей решимости вступить с Хилари в брачный союз, Эдвин содрогался. Он узнал, что она еще школьница незадолго до того, как собрался сделать ей предложение. Эта новость потрясла его до глубины души, ведь в одном из разговоров Хилари назвала себя студенткой третьего курса университета! Семнадцатилетних студенток-третьекурсниц — если они не вундеркинды — не существует!
Он уехал и несколько дней не появлялся в Майами-Бич.
Подруга детства Эдвина, Глэдис Нейленд, красавица-шатенка, пыталась всячески поддержать его, советуя немедленно расстаться с маленькой лгуньей, дабы избежать публичного скандала. И предлагала разные пути наиболее безболезненного способа завершения этого романа.
Но Эдвин не послушал Глэдис. Решил, женившись на Хилари, попытаться научить ее честности. Она была ему нужна. В ней он видел смысл своего существования, без нее уже не мыслил себя.
Может, это даже хорошо, что ей так мало лет, думалось ему. Молодые легче поддаются перевоспитанию.
Вернувшись в Майами-Бич, он переоделся и вышел .из дома, полный решимости серьезно побеседовать со своей юной любовницей. И замер от ужаса, увидев ее на пляже, целующуюся с длинноволосым типом на мотоцикле. В ту же минуту его мечты и намерения разбились вдребезги. Он понял, что должен как можно быстрее забыть Хилари, вытеснить ее и все, что с ней связано, из головы и сердца…
— Если нога дочери Гилберта Уинтона еще раз ступит на принадлежащие нам земли, память твоей матери будет беспощадно осквернена, — заявил Говард Айртон, обращаясь к сыну.
Отрываясь от оживших в памяти воспоминаний, Эдвин взглянул в исполненные страдания глаза отца и утешительно похлопал его по плечу.
— Не беспокойся, я сделаю все возможное, чтобы ничего подобного не произошло. Предложу Хилари Уинтон приличную сумму, от которой ей будет трудно отказаться, и имение Мириам вновь станет нашим.
— Если хочешь, я займусь этим вместо тебя, — предложила стоявшая справа от него Глэдис Нейленд. — Тебе, наверное, неприятно будоражить старые раны.
Эдвин взглянул в великолепные глаза Глэдис.
— Спасибо, ты как всегда очень внимательна. Но я решу эту проблему сам. Не волнуйся.
Глэдис Нейленд была идеальной кандидатурой на роль жены Эдвина. Их знакомство длилось долгие годы. Красивая, стройная, очаровательная Глэдис могла стать прекрасной хозяйкой в доме своего давнего приятеля. Она была дочерью известного в Майами финансиста и занимала должность помощника директора дизайнерского салона.
Оба они — и Эдвин и Глэдис — полностью посвящали себя работе, считая, что безумная любовь в браке — вещь совершенно ненужная. Молодые люди решили создать семью, основанную на таких добродетелях, как честность и взаимное уважение.
Глэдис неоднократно намекала Эдвину, что не прочь родить ему детей. Но также ясно давала понять, что не намеревается ублажать его в постели и будет только рада, если он найдет себе любовницу и плотские потребности станет удовлетворять с ней.
Эдвина вполне устраивали эти условия. Они ему даже нравились.
Вступив в такой брак, я сохраню личную свободу, довольно размышлял он. А мне она очень дорога.
На следующий же день Эдвин просмотрел свои рабочие планы и решил, что через месяц отправится по делам в Солт-Лейк-Сити. А заодно и нанесет визит Хилари Уинтон.
Предложу ей хорошие деньги, подумал он. Интересно, какой она стала по прошествии стольких лет? Теперь ей уже не семнадцать, а целых двадцать два… Изменилась ли? Повзрослела? Надеюсь, ей польстит тот факт, что я лично занялся урегулированием этого вопроса… Он покачал головой, злясь на самого себя. Почему это так волнует меня? Я должен добиться единственного: вернуть семье имение Мириам. Любование прелестями Хилари Уинтон не входит в мои планы!
Домик в Майами-Бич! — мечтательно глядя в пустоту, подумала Хилари. Собственное жилище в расположенном на островах пригороде Майами! Атлантический океан! Море солнца и тепла…
— Ты наверняка продашь завещанный тебе старушкой коттедж, — заметил тридцатипятилетний Освальд Малэй, двоюродный брат Хилари. — И сможешь получить за него кругленькую сумму.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18


А-П

П-Я