https://wodolei.ru/brands/Grohe/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Поэтому побежал к машине и уехал.— Почему вы не вызвали полицию?— Я подумал об этом, но, видите ли, полицейские не относятся к числу моих лучших друзей. И учтите мое положение, господин Тейлор, я абсолютно ни в чем не был виноват, но кто бы в это поверил? Вы сами в это не верите, хотя я вам рассказал, как обстояло дело. Я женатый человек, и в общем-то делать мне было там нечего. Я решил, что этот мужчина был ее мужем. Он выскочил из ее дома, и к тому же, когда он ее оттолкнул, она сказала что-то такое, что заставило меня подумать: это ее муж.— Что же она сказала?— Я не помню точно. Но что-то вроде: «Не трогай меня, ублюдок!» Во всяком случае, она обратилась к нему так, будто знала его. Я был уверен, что это ее муж, иначе не убежал бы таким образом. И понятно, не стал вызывать полицию. Но я не сообразил, что это не был ее муж, пока не прочитал обо всем в газетах на следующий день и не узнал из отчетов, что ее муж — офицер военно-морского флота. А тот малый был в гражданской одежде.— Как он выглядел?— Здоровяк вроде вас, как я уже сказал, и, кажется, очень хорошо одет. Довольно симпатичный внешне. Но я не успел рассмотреть его лицо. Было уже темно, и все случилось дьявольски быстро. Через минуту я уже валялся на спине на тротуаре, а в следующую минуту вскочил в свою машину и дал оттуда деру.— Все равно кажется странным, что вы не обратились в полицию, — медленно произнес Брет.— Я же объяснил. Мне показалось, что это ее муж.— Но на следующий день, когда узнали, что он не был мужем? Когда вы прочитали в газетах, что ее убили?— Я не посмел обратиться к полицейским, — жалобно процедил Гарт. — Скажем, я бы сообщил им об этом малом, а они не смогли бы его разыскать. Что бы тогда стало со мной? Могу ответить вам: я был бы на полпути в тюрьму Сан-Квентин и к газовой камере за убийство. Я не убивал, но не мог доказать, что не делал этого.— В такой же ситуации вы и теперь, не так ли? Вы уверены, что мужчина, который вас избил, действительно существует?— Побойтесь Бога! — дико закричал Гарт. — Посмотрите вот на это, если не верите. — Он указал на длинный белый рубец, протянувшийся несколько ниже и параллельно правой брови. — Этот малый чуть не выбил мне правый глаз, а на затылке посадил шишку величиной с гусиное яйцо. Да я едва сумел унести ноги от этого маньяка.— У меня тоже есть шрамы, но они ничего не доказывают.— Хорошо! Ладно! Я докажу вам. Поедем с Лос-Анджелес, прямо сейчас.— Зачем?— Я смогу доказать, что говорю правду. Мое лицо так сильно кровоточило после удара этого малого, что я вынужден был броситься к ближайшему доктору, и он наложил восемь швов на мой глаз. Может быть, вы знаете его? Доктор Ральстон. Он живет всего в двух или трех кварталах от вашего дома.— Я его не знаю. Да и в доме этом я совсем не жил. Но мы поедем и повидаемся с ним. На улице меня ждет такси.Гарт встал и взял широкополую шляпу жемчужно-серого цвета с сейфа, стоявшего в углу комнаты. Когда он сидел за письменным столом, то создавалось впечатление, что это крупный человек, но когда он встал, то Брет увидел низенького крепыша, нервного карапузика, у которого от страха дрожали ноги.В такси Гарт дергался и чувствовал себя не в своей тарелке. Он пытался завести разговор о своей семье, но Брет не поддержал эту тему. Когда Гарт наконец успокоился, воцарилось молчание. Брет отвернул лицо от попутчика и смотрел на однообразные картины улиц, которые они проезжали. Проносились оштукатуренные или сборные дома, почти все одноэтажные, построенный на крошечных участках пятьдесят на шестьдесят футов, где оставалось место для квадратной лужайки перед фасадом, для сушки белья и крохотного садика за домом. Скученные дома, в которых было не больше индивидуального, чем в кроличьих клетках, полосой тянулись под полуденным солнцем, создавая картину городского смирения. Ведомые мечтой об освоении Дикого Запада, размышлял он, последние переселенцы приехали сюда со всех концов страны, со всего света, чтобы устроить домашний очаг на плоской и пустой оконечности этих улиц.— Улица Цезаря, — вдруг произнес Гарт. — Скажите, это не ваша улица? Вон там ваш дом, не так ли?— Правда? — Брег покрутил во все стороны головой и в заднем стекле на мгновение увидел оштукатуренное бунгало, на которое показывал Гарт. Оно было таким же, как все остальные дома, Брет никогда не видел его.Гарт с любопытством посмотрел ему в лицо.— Вы не узнаете своего собственного дома?— Я сказал вам, что никогда здесь не жил. Жена купила его, когда я находился в море.Вдруг ему почудилось, что он все-таки видел этот дом той ночью, когда Гарт побывал там. Та ночь все еще оставалась пробелом в его памяти. Все, что он знал о ней, было известно ему с чужих слов, но это Гарта не касалось.— Сейчас там кто-нибудь живет?— Не знаю. Ну, конечно, кому же там жить? Нет, он пустует.— Мне показалось, что я увидел даму в заднем дворике, но, наверное, она из соседнего дома.Вскоре водитель высадил их перед двухэтажным сборным домом с выцветшей надписью на деревянном щитке, прикрепленном к ограде: «Гомер Л. Ральстон, доктор медицины».— Хорошо, что я увидел эту вывеску, — сказал Гарт. — Из меня хлестала кровь, как из недорезанного поросенка, и доктор сказал, что таким ударом можно убить человека.Другая надпись на входной двери предлагала: «Звоните и входите». Тускло освещенная приемная была заполнена пациентами, которые смирно ожидали своей очереди под холодным взглядом медсестры, восседавшей за столиком возле двери. Она посмотрела на вновь вошедших.— Да?— Нам надо увидеть доктора, — объяснил Гарт.— Доктор очень занят. Вам придется ждать своей очереди.— Мы пришли сюда не для лечения, — пояснил Брет. — Это касается юридического вопроса.Она пожала плечами в накрахмаленном халате, выражая суетливую покорность.— Присаживайтесь, пожалуйста. Я выясню, что можно сделать, когда выйдет очередной пациент.После томительных пяти минут ожидания их провели в кабинет для консультаций. Доктор — крупный мужчина лет шестидесяти, с понурым лицом — сидел боком за своим столом.— Чем могу быть вам полезен, джентльмены? — спросил он, не вставая с места.— Доктор, вы не помните меня? — живо спросил Гарт. — Вы наложили несколько швов на мой глаз в мае прошлого года.Врач посмотрел на него повнимательнее.— Постойте, вы пришли сюда в нерабочее время, не так ли?— Да, совершенно правильно. Дело касалось...Брет прервал его:— Пускай доктор вспоминает сам.Доктор перевел взгляд с одного на другого. Очки с толстыми стеклами делали его карие глаза похожими на подозрительных лягушат.— У вас были неприятности с глазом, мистер...— Гарт. Бертон Гарт. Все обошлось, доктор. Мой лечащий врач в Глендейле, а именно Гларк, раза два приходил для осмотра и снял швы...Доктор тут же прервал его:— Если проблем нет, мистер Гарт, то извините, меня ждут пациенты.— Но проблема есть, — заметил Брет. — В определенный момент, двадцать третьего мая прошлого года, было совершено преступление. Гарт утверждает, что заходил в вашу клинику именно в то время.Доктор снял очки, обнажив свои маленькие, уставшие, старые глаза.— Вы из полиции?— Я расследую это дело частным образом. Не могли бы вы проверить время, когда Гарт приходил к вам?— Разве вы не помните, когда я к вам пришел, доктор? Вы не могли этого забыть. Вся моя рубашка была залита кровью.— Я вас хорошо помню. Я как раз собирался ложиться спать. Постойте, это было где-то около десяти часов вечера.— Можете ли вы присягнуть в этом? — спросил Брет.— Думаю, что да. Да, смогу. Это случилось около десяти.— А дата?Доктор поднял кверху ладони своих крупных рук в беспомощном жесте.— Я не всегда помню даже, какой сегодня день недели. Но можно проверить по моим записям. — Повысив голос, он позвал: — Мисс Дэвис.В дверь вошла молодая медсестра.— Да, доктор?— Вы помните тот вечер, когда я вызвал вас, чтобы помочь этому джентльмену подлечить глаз? Господин Гарт, да?— Вы помните, в какое время вам позвонил доктор? — спросил Брет.Она подняла взгляд к потолку и довольно долго молчала.— Это было чуть позже десяти, — отозвалась она наконец. — Может быть, десять минут одиннадцатого. Я обратила внимание на время, потому что было очень поздно.— Проверьте дату по записям, мисс Дэвис. Эти джентльмены подождут в приемной. — Доктор отмахнулся от их благодарности и нажал кнопку звонка под столом.Несколько минут спустя мисс Дэвис принесла им заполненную карточку, на которой значилась дата посещения мистера Гарта — 23 мая.— Ну вот, такие дела, — констатировал Гарт, когда они выходили из дома. Теперь, когда тяжесть страха с него слетела, все больше начинали проявляться противные черты его характера. — Может быть, в другой раз вы не будете так торопиться обвинять невинных?— Вам повезло, — мрачно заметил Брет.Его разозлило и унизило то обстоятельство, что эта толстая мелкая крыса сумела взять на улице его жену, хотя вроде бы успехи Гарта на этом и закончились. Гарт представлял собой тот тип штатского, который ненавидели все военнослужащие. Эти люди остались в тылу и нажились на войне. Они были слишком старыми или больными, чтобы сражаться, но не настолько стары и больны, чтобы не бегать за юбками и не наставлять рога отсутствующим мужьям. Но в данном случае Гарт сам оказался жертвой, и мысли Брета обратились к неизвестному мужчине, который спустил Гарта с лестницы.— Не могли бы вы сказать мне что-то еще о том мужчине? Не назвала ли она его имени? Может быть, сказала еще что-то?Гарт повернулся к нему, остановившись возле поджидавшего его такси.— Не думаю, — медленно произнес он. — Я рассказал вам все, что знаю. Это был крупный, симпатичный парень, очень хорошо одетый. В спортивном стиле. Мне показалось, что у него светлые волосы, но в темноте это трудно как следует различить. Послушайте, господин Тейлор, меня ждут дома.— Поезжайте. Я знаю, где вас найти, если вы мне понадобитесь.Гарт бросил на него последний озабоченный взгляд через плечо. Потом такси поглотило этого толстячка в твидовом костюме и укатило прочь.Брет немного постоял у кромки тротуара, стараясь прийти в себя, а затем повернулся и пошел пешком в сторону улицы Цезаря. Глава 15 Женщина средних лет сидела на крылечке белого бунгало и, видимо, чувствовала себя совершенно как дома. Он еще раз посмотрел на номер дома, чтобы убедиться, что это был его дом: номер 1233, улица Цезаря. Он не мог ошибиться, поскольку слишком много писем отправил по этому адресу. Но дом не пробуждал в нем никаких образов или чувств. Даже знание того, что Лоррейн была здесь убита и именно здесь он обнаружил ее тело, ничего не меняло: все представлялось таким же незнакомым, как эта женщина на крыльце пустого дома.Он повернул на входную дорожку, и она поднялась, чтобы встретить его, — грузная женщина с усталым лицом, обрамленным короткими седыми волосами. Плохо сидевшее на ней платье в голубой цветочек помялось в тех местах ее фигуры, которых не пощадили годы.— Здравствуйте, — приветствовала она. — Вы, наверное, что-то продаете? Мне ничего не надо, кроме изделий из нейлона. — Она посмотрела вниз, на свои толстые обнаженные ноги. — Уже полгода обхожусь без чулок. Вот почему мои ноги так потрескались. У меня всегда была очень нежная кожа.— Я ничего не продаю. Моя фамилия Тейлор...— Да что вы говорите! — Кожа на ее дряблом лице натянулась в улыбке от приятного сюрприза. — Неужели вы лейтенант Тейлор?— Он самый.— Вот это новость! Я думала, что вы... — Она отбросила окончание фразы, как горячую картофелину, и повысила голос до крика: — Отец, выйди и посмотри, кто пришел. Ты никогда не догадаешься, кто к нам пришел. — Она подмигнула Брету и хрипло прошептала: — Не говорите ему, кто вы. Пусть он догадается. Вот он удивится. — Для себя самой или для всего мира она добавила: — Вас послал сам Господь, чтобы протрезвить его!— Я сам несколько удивлен, — заметил сухо Брет. — Полагал, что мой дом пустует.— Вы хотите сказать, что мисс Вест вам ничего не сообщила? Знаю, что она не хотела вас беспокоить, когда вы болели, но теперь вам лучше. Странно, что она вам ничего не сказала. Она тоже недавно заезжала сюда. Во всяком случае, если вы хотите знать мое мнение, то я скажу, что с вашей стороны было очень любезно позволить нам вот так приехать и жить здесь.— Пожалуйста, пожалуйста.Хотя это казалось абсурдным и невероятным, но до него начинало доходить, что эта женщина — мать Лоррейн. Лоррейн сказала ему, что ее семья живет в штате Мичиган, но уклонялась от ответов на более конкретные вопросы. Он думал, что она их стыдилась, и не стал уточнять, верны ли слухи о том, что ее отец был правой рукой Генри Форда и мог бы в любой день получить для нее хорошее секретарское место, но ей больше нравилось жить самостоятельно и пользоваться полной свободой.Женщина позволила себе распустить язык без всякого смущения, что свойственно беднякам, людям, которым нечего терять.— Надеюсь, вы не собираетесь сразу же переезжать сюда? Отец еще не подыскал работу, а после смерти Лоррейн он стал пить, и только одному Господу известно, когда он ее найдет... Отец! — прокричала она опять. — Ты что, заснул там?Внутри дома раздалось ворчание и восклицания, послышались тяжелые шаги по полу.— Он наверняка спал, — заявила она. — Я никогда не встречала человека, который мог бы так много спать, как Джо Беркер. Последний год он работал в ночную смену в городе Уиллоу-Ран и привык спать днем. А теперь спит еще и по ночам. Я не раз говорила ему, чтобы он пошел обследовался на предмет сонной болезни, но я, конечно, шутила. Возможно, это от вина, он ведь без конца пьет. С тех пор как мы приехали сюда, он называет эти напитки на испанский или итальянский манер. Можно подумать, что он — латинос или какой-нибудь итальяшка...Ее голос сник, как звук патефона, у которого кончился завод, когда она заметила, что Брет ее больше не слушает. Фамилия «Беркер» подтвердила его догадку о том, что эта женщина приходится ему тещей, и это открытие наполнило его неприятной грустью. Так вот с какой семьей он породнился. Эта грузная, стареющая карга пришла теперь на смену его очаровательной матери, умершей во времена его детства.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26


А-П

П-Я