Всем советую сайт Водолей 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Это не может случиться со мной! – успел подумать Браун перед тем, как его охватило пламя.
– Крайне прискорбный инцидент, – размышлял инспектор, наблюдая, как затухают милые оранжевые язычки пламени, и кусочки обгоревшего трупа подозреваемого хлопьями опадают на пол. – Ничего подобного не произошло бы, если бы я выспался.
Ньюман решил пойти и составить рапорт. Надо хорошо отдохнуть, а уж потом разобраться со всеми неясными вопросами в этом деле. А потом он направится в Брикстон и еще раз отпинает Быстрого Ника Картера.
Быстрый Ник Картер ждал, когда же кислота начнет действовать. Фортуна, кажется, стала к нему более благосклонна: наркотики ему дал вертухай по имени Брайан Байфорд. Он так же предложил ему пообщаться с ютским республиканцем, который, как и Ник, сидел в одиночке. Вертухай сообщил Картеру, что обычные заключенные не любят педофилов, серийных убийц и террористов и убивают таких людей, если им выдается хотя бы полшанса. По этой причине количество заключенных, с которыми он мог общаться, было очень ограничено.
Быстрый Ник Картер отклонил предложение встретиться с сепаратистом из Кента, объяснив Байфорду, что Ютская Республиканская Армия – это шайка паразитирующих на рабочем классе гангстеров. Как только Картера вставило, у него тут же прошли мысли о сектантских подонках, которые уродуют жизни мужчин и женщин. Абсолютно очевидно, что подпитанное кислотой сознание Ника, было озабочено в основном любыми перспективами выхода на свободу. Глядя на внутреннюю стену камеры, Картер наблюдал, как кирпичи вспыхнули. Через несколько секунд пламя потухло, но горело достаточно интенсивно для того, чтобы оставить дыру, через которую можно пролезть. Вылезая из камеры, Ник увидел, как по небу пролетели две огненные стрелы. Через несколько мгновений на севере появилась звезда, на которой были отчетливо видны распятые на крестах фигуры монархов, поэтов, президентов и всяких реакционных идеологов.
Картер спустился с Брикстон-Хилл и залез в золотую колесницу. Он мчался по грязным улицам южного Лондона, давя полицейских и регулировщиков движения. Он мчался все дальше и дальше через Темзу в Вестминстер. Раньше Картер мечтал о том, чтобы сжечь здание Парламента, и все другие памятники монументальной архитектуры, находящиеся в радиусе тридцати миль от Сохо. Теперь он понял, что эти здания, которые правящий класс хотел сделать символами своего богатства и власти, служили напоминанием буржуазии и пролетариату о том, как повседневная жизнь отстает от мечты. Вместо того чтобы, словно в курятнике, тесниться внутри бесконечных сплющенных викторианских домов, лондонские низы должны жить в многочисленных дворцах и особняках столицы. Каждый человек должен жить в помещении настолько прекрасном, чтобы оно могло возбудить зависть современных королевских семей!
Золотая колесница унеслась в небо. Быстрый Ник смотрел сверху на город и наблюдал, как рабочий класс вываливает из многоквартирных домов и зданий с лоджиями, чтобы захватить в свое владение церкви и соборы. Молния из кончиков пальцев Ника ударила в ряды кенсингтонских пролетарских хибар, известных в народе под названием «двушка снизу – двушка сверху», – и они загорелись синим пламенем. В течение нескольких минут Ник превратил сплющенные дома между Ист-Хэм и Эктон в дымящиеся руины. Улицы, на которых когда-то жили рабочие, превратились в реки огня, и от викторианского убожества, уродовавшего град небесный начиная с середины девятнадцатого века, осталось одно смутное воспоминание.
В галлюцинациях Ника не было ничего оккультного, они были совершенно предсказуемыми результатами кислотного трипа. В тот же самый момент другой член Союза Нигилистов был занят делом, которое демонстрировало практические результаты подобного умственного процесса вне оков пенитенциарной системы. На автобусе Сортирный Рулон Бэйтс доехал до Боу Флайоувер и потом совершил небольшую прогулку до того места, которое раньше было фабрикой «Брайант энд Мэй», где в 1888 году и произошла известная забастовка девушек со спичечной фабрики. После этого здание переименовали в Квартал Боу и превратили в дом с шикарными квартирами для яппи.
Бэйтс засунул краденую кредитку между косяком и американским замком, после чего вошел в роскошные апартаменты какого-то ублюдка. Уходя утром на работу, владелец забыл закрыть врезной замок, чем сильно облегчил жизнь Сортирному Рулону, которому не пришлось разбивать стекло и потом через него пролезать! Нигилист вынул из кармана нож-бабочку и быстро принялся за работу – он начал резать толстый ковер, в котором тонули его ноги. Бэйтс был методичен и эффективен и вскоре изрезал эту мягкую игрушку на мелкие куски.
В гостиной Сортирный Рулон разбил мраморный камин, порезал состоящий из трех частей кожаный диван и нанес непоправимый ущерб нескольким оригинальным произведениям искусства. Бэйтса не волновали живопись или скульптура, народный промысел стал анахронизмом в век видеомагнитофонов и виртуальной реальности! Союз Нигилистов боролся за мир нарастающего экстаза, поэтому Сортирный Рулон и чувствовал потребность разнести эту уютную квартирку. Нормальные бытовые условия необходимо было поднять до уровня гораздо выше, чем тот, которым наслаждались богатые в этом мрачном районе, но до того, как это произойдет, квартиры яппи являлись неизбежной мишенью, на которой пролетарии могли отводить свой классовый гнев.
Бэйтс вынул из кармана пальто балкончик краски и на стене написал: ЗАБАСТОВКА СПИЧЕЧНЫХ ДЕВУШЕК ВОЗВРАЩАЕТСЯ! Через секунду над уничтоженным им камином он написал: КРИШНАМУРТИ ЖИВ. Сортирный Рулон был настоящим шутником; он ничего не уважал в этой жизни – даже историю рабочего движения, поэтому он был только рад посмеяться над карьерой оккультной шарлатанки Ани Безант которая, сыграв ведущую роль в забастовке девушек со спичечной фабрики, стала потом главой Общества Теософов. Безант была человеком, следовавшим прихотям моды, что опять же типично для высшего класса. На протяжении своей долгой жизни она верила в такие разнообразные доктрины как христианское самобичевание, воинствующий атеизм, социализм, спиритуализм и независимость Индии. В то время как леваки из среднего класса свято чтили память Безант, Шоу, Веббса и им подобных, Бэйтс не чувствовал ничего, кроме отвращения к этим пиздюкам. Девушки со спичечной фабрики – вот они, как он понимал, они что-то значили. А их роскошная благожелательница, инстинктивно въезжал закаленный уличными боями пролетарий, и гроша ломанного не стоила.
Сортирный Рулон вырезал на дубовом столе буквы КЯР – Компания за Ядерное Разоружение, после чего разбил стекло аквариума. Вода каскадом хлынула из резервуара и разлилась по ковру. Редкие тропические рыбы ловили ртом воздух. Бэйтс ухмыльнулся: их владелец будет очень расстроен, когда вернется домой. Так как нигилист не мог придумать никакого другого акта вандализма, который превзошел бы этот последний, то он решил свалить. Представится еще много возможностей порушить дома и машины яппи!
Майк Армилус решил, что настал момент разорвать секретный пакт со Стивом Драммондом и Классовой Справедливостью. Средства массовой информации и большинство левых были не в состоянии отличить его метод революционной борьбы от того, который практиковался подхалимами и слабаками, собравшимися вокруг Драммонда. Было необходимо предпринять нечто решительное, потому что продавцов газеты Союза Нигилистов оскорбляли на улицах Лондона идиоты, находившиеся под неправильным впечатлением того, что эти продавцы были частью команды Классовой Справедливости, отлупленной в ночной драке Матом Дрэддом и Брикстонскими Сепаратистами. Конечно, каждый высказывающий такие взгляды бывал показательно избит, но все же было необходимо сделать что-то большее, дабы нигилисты опять обрели репутацию опасных сумасшедших, добивающихся победы даже в самых невыгодных для них обстоятельствах.
Глупость Стива Драммонда привела к тому, что его людей замочили националистические подонки. Армилус не собирался повторять ошибки вождя анархистов. Поэтому он направился в Брикстон и принялся раздавать размноженную на ксероксе листовку всем черным братьям по разуму, которые ее брали. Листовка раскрывала связи черных сепаратистов и Партии Насилия Найджела Дэви. Она так же рассказывала в деталях о плане черных и белых реакционеров провести через сутки совместное собрание в штаб-квартире Сепаратистов на Рэйлтон-Роуд. Это давало Майку прекрасную возможность собрать многонациональную военную силу, которая будет в состоянии нанести смертельный удар националистам и их изуверской идеологии. Для того чтобы это сделать, ему надо было иметь черных братьев по разуму на своей стороне или, по крайней мере, нейтрализовать их, потому, что, если местное население неправильно поймет ситуацию и встанет на защиту националистической реакции, то силы прогресса не сумеют восторжествовать над политическим мракобесием.
– Эй, парень, – сказал только то прочитавший листовку черный собрат по разуму и протянул руку. – Эта штука – полный динамит! Уже многих в Брикстоне сильно заебали фокусы этих так называемых Черных Сепаратистов.
– Мы завтра вечером с этими подлецами разберемся, – ухмыльнулся Армилус и пожал руку своего нового знакомого.
– Правильно, – вставил черный брат, – настало время убить фашистского зверя!
– Рад, что ты согласен, – восторгался Майк, – а что из того, что я говорю тебе не нравится?
– Все то, что ты говоришь, отлично, – подтвердил черный брат. – Единственная критика с моей стороны состоит в том, что ты о многом не сказал. Например, почему бы тебе не показать националистического монстра таким, какой он есть? Все здесь знают, что так называемые сепаратисты используют политику для идеологического прикрытия своей криминальной деятельности. Мат Дрэдд – гангстер, у которого схвачены все мелкие дилеры. Его мордовороты разбили коленные чашечки моему брату за то, что он продал мелкую партию травы без их ведома.
– Ты прав, – признался Армилус, – я должен был бы добавить, что фашизм это всего лишь более жестокий способ капиталистического рэкета. Я торопился с листовкой, и если бы я над ней дольше поработал, то обязательно что-нибудь получше придумал.
– По крайней мере, ты активно выступаешь против реакционеров и гангстеров, – черный брат был щедр на похвалу. – Я думаю, что твоей листовки достаточно, чтобы мобилизовать людей против националистической опасности. А изучение этого зверя в деталях может подождать до того момента, когда эту гадость беспощадно уничтожат.
Это был только первый из многих подобных разговоров Майка за тот день. К тому времени, когда Армилус покинул Брикстон, он был уверен в своей способности уничтожить националистическое учение.
Джордж Сандерс знал, что Классовая Справедливость находится в ситуации «потонем или выплывем», и что Стив Драммонд надеялся на поступление налички, с помощью которой можно будет воссоздать организацию после разгрома в Брикстоне. Следуя в фарватере своего первого успеха с ограблением банка, он решил провести еще один в зажиточном районе Ислингтон. На этот раз мусорным пакетом был затянута внутренность ночного сейфа на Аппер-Стрит. Возвратившись через несколько часов и вынув мешок, Джордж был обрадован его тяжестью. Он думал о том, что, по меньшей мере, двенадцать владельцев магазинов положили в ночной сейф свою дневную выручку, как вдруг чья-то рука схватила его за плечо.
– Ах ты, доходяга хуев, сейчас я отведу тебя к легавым в их лавку!
Джордж чуть не описался, но через секунду собрал свою волю в кулак и попытался убежать. Незнакомец держал крепко. Сандерс извернулся с намерением нокаутировать чувака. Но когда он оценил размеры парня, который на двадцать сантиметров возвышался над тощим анархистом и, кроме того, имел телосложение кирпичного сортира, Сандерс передумал. Нет смысла начинать драку, которую нельзя выиграть!
– Слушай, приятель, – Сандерс пытался быть дипломатичным, – будь разумным, я уверен, что мы можем прийти к взаимовыгодному соглашению. В этом мешке, наверное, не меньше десяти штук и я с большим удовольствием дам тебе половину.
– Иди ты на хуй! – у незнакомца был такой вид, словно он собирался навалять своему собеседнику. – Если здесь ебанных денег так много, то я беру их себе все. На хуй полицию. Но перед тем как я тебя отпущу, ты мне скажешь, как ты открываешь сейф.
– Легко, – ответил Джордж, – у меня отмычки.
Человек-гора выхватил у анархиста мешок с добычей и связку отмычек. Он уже собирался уйти, как Сандерс схватил его за руку.
– Отпусти меня, хер собачий! – заревел незнакомец.
– Не будь ты такой пиздой, – умолял Джордж. – Ты забрал все, что у меня было, поэтому дай мне десятку, чтобы я мог утешиться парой кружек пива!
– Я парень сговорчивый, – признался человек-гора, – и так как я только что получил от тебя подарок, я научу тебя разводке, которую проделываю уже несколько лет.
Незнакомец вынул из кармана пальто целую пачку лотерейных билетов и передал их Сандерсу, который незамедлительно бросил их на тротуар.
– Они мне, блядь, на хуй не нужны! – ругался Джордж. – Дай мне на хуй денег!
– Вот что ты делаешь, – терпеливо объяснил незнакомец. – Ты ходишь по пабам и говоришь, что продаешь лотерейные билеты для бездомных детей. Продавай билет за фунт и клади деньги в карман. Ты можешь заработать пару сотен за ночь. Никто никогда не попытается тебя проверить. Все очень просто.
И с этими словами человек-гора исчез. Сандерс поднял пачку лотерейных билетов, перешел улицу и зашел в паб. Через пять минут он вышел наружу с тридцатью фунтами в кармане. Незнакомец был прав, это были легкие деньги. Джордж решил, что у него на самом деле нет мужества для банковских дел. В будущем он будет придерживаться простых разводок, как, например, с лотерейными билетами. Сандерс все еще собирал наличку для Классовой Справедливости.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32


А-П

П-Я