https://wodolei.ru/catalog/ekrany-dlya-vann/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

VadikV

147
Робин Кук: «Кома»


Робин Кук
Кома

«Айра Левин. Щепка. Робин Кук. Кома»: Лиесм
а системс; Москва; 1994
ISBN 9984-502-04-X
Оригинал: Robin Cook, “Coma”
Перевод: В. П. Космачева, Е. С. Князева

Аннотация

Студентка Сьюзен Уилер, попавш
ая на практику в престижный Бостонский госпиталь, обнаруживает странны
е случаи комы среди пациентов. Начав расследование на свой страх и риск, о
на раскрывает зловещий заговор и становится мишенью для таинственных н
едоброжелателей. Медицинский триллер ведущего автора этого жанра.

Робин Кук
Кома

Памяти моего отца, с признательностью моей матери и благодарностью к Шэр
рон

Пролог
14 февраля 1976

В операционной номер восемь на операционном столе лежала на спине Нэнси
Гринли, смотря вверх на хирургическую безтеневую лампу, похожую на литав
ры, и пытаясь успокоиться. Она уже получила несколько предварительных ин
ъекций, которые, как ей сказали, должны сделать ее сонной и счастливой. Но
это было не так. Нэнси стала еще более нервной, чем до уколов. Хуже всего бы
ло ощущение полной беззащитности. В свои двадцать три года она никогда е
ще не была так смущена и уязвима. Ее укрывала белая льняная больничная пр
остыня с обтрепанным краем и маленькой дыркой в углу. Она не знала, почему
, но это ее беспокоило. Под простыней на ней была только больничная рубаха
до пояса, завязывающаяся сзади на шее и оставляющая спину открытой. Кром
е этого были гигиенические салфетки, пропитанные, как она знала, ее собст
венной кровью. В этот момент Нэнси больницу боялась и ненавидела, и всего
больше хотела выскочить в коридор и убежать. Но она этого не делала. Она бо
ялась кровотечения больше, чем жестокой отчужденной атмосферы больниц
ы. И то, и другое заставляло ее остро осознавать свою смертность, а с этим ч
увством ей редко приходилось сталкиваться в жизни.
В 7.11 утра небо на востоке над Бостоном было светло серым. Сплошной поток ма
шин с включенными фарами направлялся в город. Температура воздуха была ч
уть выше нуля, и пешеходы на улице бежали каждый по своим делам. Голосов не
было слышно, только шум машин и ветра.
Внутри Бостонского Мемориального госпиталя все было по-другому. Мощная
флюоресцентная лампа освещала каждый квадратный дюйм операционной. Су
етливая деятельность и возбужденные голоса возвещали начало операций
ровно в 7.30. Они свидетельствовали о том, что скальпель неминуемо коснется
кожи в 7.30. К этому времени пациент должен быть доставлен, подготовлен, заве
ршена премедикация и готов инструментарий.
Итак, в 7.11 работа в оперблоке и восьмой операционной шла полным ходом. Это б
ыла самая обычная операционная госпиталя. Ее стены были окрашены в нейтр
альный цвет, пол был из полихлорвинила. На 7.30 утра 14 февраля 1976 года в восьмой
операционной была назначена рутинная гинекологическая операция Ц выс
кабливание полости матки. Пациенткой была Нэнси Гринли, анестезиологом
Ц доктор Роберт Биллинг, ординатор второго года, операционной сестрой
Ц Рут Дженкинс, помощницей медицинской сестры Ц Глория Д'Матео. Хирург
ом был Джордж Мейджор Ц новый молодой коллега заслуженных акушеров-гин
екологов госпиталя, Ц сейчас он находился в соседней комнате и одевал х
ирургический костюм в то время, как остальные напряженно работали.
Кровотечение у Нэнси Гринли продолжалось уже одиннадцать дней. Оно нача
лось как обыкновенная менструация, и Нэнси не испытывала неприятных ощу
щений, кроме, пожалуй, некоторого спазма в низу живота в первый день месяч
ных. Но, хотя болей и не было, кровотечение не прекращалось. Каждое утро Нэ
нси просыпалась с надеждой, что сегодня все пройдет, но досадное кровоте
чение все продолжалось. Ее страхи после телефонных консультаций сначал
а с медсестрой доктора Мейджора, а потом и с ним самим исчезали на все боле
е короткое время. И что самое главное, эта мучительная неприятность прои
зошла, как это всегда бывает со всеми неприятностями, в самое неподходящ
ее время. Ее приятель Ким Деверо из юридической школы Дьюка должен был на
днях приехать в Бостон на весенние каникулы.
Они хотели провести вместе неделю, катаясь на лыжах в Киллингтоне. Все бы
устроилось самым наилучшим образом, а кровотечение все портило. Эта мысл
ь не покидала ее. Нэнси была хрупкой привлекательной девушкой с аристокр
атическими чертами лица и чрезвычайно заботилась о своей внешности. Даж
е невымытые волосы лишали ее равновесия. И непрекращающееся кровотечен
ие заставляло ее ощущать себя нечистой, непривлекательной, выводило из с
ебя. В конце концов оно просто пугало ее.
Нэнси вспоминала себя лежащей на кушетке с ногами, закинутыми на спинку,
и читающей редакционную страницу "Глоб". Ким в это время смешивал на кухне
коктейли. Вдруг у нее появилось странное и необычное ощущение чего-то те
плого и мягкого во влагалище. Ни боли, ни дискомфорта не было совсем. Это о
щущение поначалу смутило Нэнси, но затем она почувствовала, как намокает
нижнее белье и что-то течет по ногам. Почему-то не особенно испугавшись, о
на подумала, что кровотечение усилилось, и кровь идет очень быстро. Не дви
гаясь, она повернула голову в сторону кухни и позвала:
Ц Ким, будь так добр, вызови мне скорую.
Ц Что-то случилось? Ц торопливо спросил Ким.
Ц У меня сильное кровотечение, Ц спокойно сказала Нэнси, Ц но беспоко
иться не о чем. Я думаю, слишком сильные месячные, но правильнее было бы по
ехать в больницу. Вызови, пожалуйста, скорую.
Поездка на скорой была обычная, без сирены и какой-либо спешки. В приемной
она ждала дольше, чем предполагала. Когда появился доктор Мейджор, Нэнси
впервые почувствовала радость. Доктор Мейджор, его лицо, манеры и даже за
пах ассоциировались у Нэнси с ненавистной процедурой осмотра, но, увидев
его в приемной, она обрадовалась до слез.
Гинекологический осмотр в приемном покое был самым ужасным воспоминан
ием. Только бумажная колышущаяся занавеска охраняла ее израненное чувс
тво собственного достоинства от множества людей в приемной. Каждые неск
олько минут ей измеряли кровяное давление. Давление все падало. Нэнси пе
реоделась в короткую больничную рубаху. Иногда занавеска отходила, Нэнс
и оказывалась лицом к лицу с людьми в белых халатах, детьми с порезами и ус
талыми стариками. Тут же рядом лежало открытое всем любопытным взорам по
дкладное судно, наполненное темно-красными сгустками ее крови. И в это же
время доктор Мейджор находился внизу между ее ног, прощупывая ее и однов
ременно беседуя с медсестрой о каком-то другом больном. Нэнси сжала веки
и мысленно застонала.
Но весь этот ужас кончился быстро, как и обещал доктор Мейджор. Доктор дет
ально объяснил Нэнси расположение ее матки, изменения, происходящие в ма
тке во время нормального менструального цикла и при болезнях. В объяснен
ии было что-то о кровеносных сосудах, о выходе яйцеклетки из яичников. Из
этого всего доктор доказывал ей, что для лечения Нэнси необходимо сделат
ь выскабливание полости матки. Нэнси согласилась, не задавая никаких воп
росов, только просила не сообщать ничего родителям. Она хотела поставить
их потом перед свершившимся фактом. Она была уверена, что ее мать первым д
елом подумает об аборте.
И сейчас Нэнси упорно смотрела на большую лампу над операционным столом
. Единственная мысль, которая делала ее чуть-чуть счастливей, была мысль о
том, что этот проклятый кошмар закончится через час, и ее жизнь вернется в
нормальное русло. Вся суета в операционной была настолько чужда ей, что о
на старалась не смотреть ни на что, кроме этой лампы.
Ц Вам удобно? Ц Нэнси взглянула направо. Глубокие карие глаза между хир
ургической маской и шапочкой внимательно наблюдали за ней. Глория Д'Мате
о обернула правую руку Нэнси салфеткой и продолжила иммобилизировать е
е.
"Да", Ц ответила Нэнси с некоторой отчужденностью. В этот момент она чувс
твовала себя адски неудобно. Операционный стол был жесткий, как дешевые
кухонные столы фирмы Формика. Но фенерган и демерол, которые ей ввели пер
ед операцией, уже начали свою работу в глубине ее мозга. Нэнси была в гораз
до более ясном сознании, чем ей хотелось бы, но в то же время она начала ощу
щать свою отстраненность от окружающего. Атропин также начал оказывать
свое действие, делая горло и рот сухими, а слюну вязкой.
Доктор Роберт Биллинг был целиком поглощен своим аппаратом для анестез
ии, который представлял собой клубок стальных трубок, вертикальных мано
метров и нескольких разноцветных цилиндров со сжатыми газами. Коричнев
ый баллон с галотаном был водружен сверху аппарата. Этикетка на нем глас
ила "2-бромо-2-хлоро-1,1,1,-трифторэтан" (C2HBrClP3). Это был почти превосходный анестет
ик. "Почти", так как время от времени появлялись сообщения, что он оказывае
т разрушающее воздействие на печень пациента. Но такое происходило редк
о, и положительные качества галотана затмевали его потенциальный вред. Д
октор Биллинг был без ума от этого препарата. В его воображении рисовали
сь картины, он видел себя разрабатывающим галотановый наркоз, представл
яющим его медицинской сообществу в передовой статье в "Медицинском журн
але Новой Англии", и, наконец, получающим Нобелевскую премию в том самом см
окинге, в котором он женился.
Доктор Биллинг был чертовски хорошим ординатором-анестезиологом, и он з
нал об этом. Он даже думал, что почти все признавали это. Он был убежден, что
знает анестезиологию... И он был осторожен, очень осторожен. В его практике
не встречалось серьезных осложнений, что действительно было редкостью.

Как у пилота Боинга 747, у него был контрольный лист анестезии, в котором он с
фанатическим пылом регистрировал каждый этап процедуры наркоза. Он сде
лал тысячу ксерокопий этого контрольного листа, и приносил его к началу
каждой операции вместе с остальным оборудованием. К 7.15 анестезиолог как р
аз находился на двенадцатом этапе, который включал в себя прикрепление ж
есткой резиновой трубки к аппарату. Один конец ее подключался к вентиляц
ионному мешку емкостью четыре-пять литров, который позволял анестезиол
огу наполнять легкие пациента на всем протяжении операции. Другой конец
трубки был подсоединен к емкости с натронной известью, которая предназн
ачалась для поглощения выдыхаемой больным углекислоты. Этап номер трин
адцать заключался в проверке вентилей на трубках, подводящих газовые см
еси к больному, и установке их в крайнее правое положение. На четырнадцат
ом этапе аппарат для анестезии подключался к кранам, вмонтированным в ст
ену операционной и подводящим сжатый воздух, закись азота и кислород. К а
ппарату прикреплялись и автономные баллоны с кислородом, предназначен
ные для чрезвычайных ситуаций. Доктор проверил давление в обоих баллона
х, они были заполнены полностью, Доктор Биллинг чувствовал себя прекрасн
о.
Ц Я собираюсь прикрепить несколько электродов к вашей грудной клетке,
чтобы мы могли наблюдать за вашим сердцем, Ц сказала Глория Д'Матео, спус
кая вниз простыню и поднимая госпитальную рубаху, подставляя живот Нэнс
и стерильному воздуху операционной. Рубаха едва прикрывала ее груди. Ц
Сейчас вы на секундочку почувствуете холод, Ц добавила Глория, нанося б
есцветный гель на три точки обнаженной груди Нэнси.
Нэнси хотела что-то ответить, но не смогла быстро разобраться с собствен
ным двойственным отношением к тому, что она испытывала. С одной стороны, о
на была благодарна этим людям, так как они собирались ей помочь, с другой с
тороны, она злилась, чувствуя себя такой беззащитно обнаженной, в буквал
ьном и фигуральном смысле.
Ц Сейчас я вас уколю, Ц сказал доктор Биллинг, помяв левую руку Нэнси, чт
обы выступили вены. Он так туго наложил резиновый жгут на ее запястье, что
она ощутила сердечные толчки на кончиках пальцев. Все это происходило та
к быстро, что Нэнси с трудом воспринимала окружающее.
Ц Доброе утро, мисс Гринли, Ц с энтузиазмом сказал доктор Мейджор, быст
ро входя в дверь операционной. Ц Я надеюсь, вы хорошо спали ночью. Мы зако
нчим с этим делом за несколько минут, и вы сможете вернуться в свою кроват
ь и хорошо выспаться.
Нэнси еще не успела ответить, как вдруг нервы на ее левой руке ожили и посл
али сигнал в болевой центр мозга. После этого боль быстро возросла до мак
симума и также быстро исчезла. Тугой жгут на запястье тоже убрали, и кровь
вновь потекла в руку Нэнси. Она почувствовала, как внутри у нее закипают с
лезы.
Ц Внутривенное, Ц сказал доктор Биллинг в пространство, проставляя га
лочку напротив шестнадцатого этапа в своем контрольном листе.
Ц Сейчас вы ненадолго заснете, Ц продолжал доктор Мейджор. Ц Не так ли,
доктор Биллинг? Нэнси, вы везучая девочка, доктор Биллинг Ц наш лучший ан
естезиолог.
Доктор Мейджор звал всех своих пациенток девочками, независимо от их воз
раста. Эту снисходительную манеру он, несомненно, усвоил от своих старши
х коллег.
Ц Совершенно верно, Ц подтвердил доктор Биллинг, прилаживая резинову
ю маску к трубке. Ц Трубка номер восемь, Глория. Вам, доктор Мейджор, уже мо
жно обрабатывать руки. Ровно к 7.30 мы будем готовы.
Ц О'кей, Ц ответил доктор Мейджор и направился к двери. Внезапно остано
вившись, он повернулся к Рут Дженкинс, которая устанавливала столик для
инструментария. Ц Я хочу работать моими собственными расширителями и к
юретками, Рут. Прошлый раз вы подготовили для меня это средневековый хла
м, который принадлежит госпиталю. Ц И он вышел до того, как сестра успела
ответить.
Где-то позади себя Нэнси слышала похожий на звук сонара сигнал кардиомо
нитора. Это разносился по операционной ритм работы ее собственного серд
ца.
Ц Все в порядке, Нэнси, Ц сказала Глория. Ц Сдвиньтесь немного вниз к кр
аю стола и положите ноги на вот эти стояки.
1 2 3 4 5 6 7 8


А-П

П-Я