https://wodolei.ru/catalog/dushevie_kabini/s-nizkim-poddonom/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– А ты на что поставил? – спросил Клейтон Вальдо, когда они проверяли, высохло ли днище лодки, которое они просмолили несколько дней назад.
– На т-т-тридцатое мая, два часа дня. Два доллара.
– Что ж, может, ты и угадал. – Клейтон внимательно осматривал каждый шов в лодке. – По-моему, протекать не должна. Как думаешь – пора ее испробовать?
Вальдо кивнул и взялся за канат, которым надо волочить лодку к воде. Клейтон взялся за другой. Они поволокли ее вниз по грязному склону. Подхваченная водой, лодка легко скользнула в озеро.
– Ты смотри, плавает, как утка!
– Точно! Не такие уж мы плохие кораблестроители.
Они стояли на берегу и с гордостью смотрели, как их детище тихонько покачивается на волнах.
– Ну а теперь давай вытащим ее назад и дадим ей имя.
– Может, «Золотая девушка»?
– Что ж, неплохо. – Клейтон натянул обвисший канат, Вальдо сделал то же самое.
– «Аурелия» означает «золото», – пояснил Вальдо. – У меня одно время был учебник латыни.
– От тебя никогда не знаешь, чего ждать. Пусть будет «Золотая девушка». Предоставляю тебе честь написать название.
Вальдо оглядел лодку, как бы решая, где начать, потом опустил кисть в банку с дегтем и стал старательно выводить буквы.
– Слушай, Вальдо, – начал Клейтон. – Ты в тот раз увидел нас с Аурелией в палатке… Я тебе хочу кое-что объяснить. Во-первых, если бы случилось наоборот и я застал бы тебя в палатке с Аурелией, то поступил бы так же. Во-вторых, хоть ты и тощий парень, но кулак у тебя будь здоров. – Клейтон засмеялся, скрывая смущение. – И в-третьих, черт, мне надо бы это сказать не тебе, а ей. Я люблю Аурелию.
Вальдо сжал губы и посмотрел вдаль. Его лицо выражало примерно то же, что Клейтон ощутил, увидев торт с именем сына. Тоску по любимому человеку, который недосягаем для него.
Юноша вытер со лба пот, потом сунул руки в карманы.
– Смотри, обращайся с ней хорошо. Они замолчали.
Заканчивая надпись на лодке, Вальдо сказал:
– Если не возражаешь, я пойду в лагерь. Мне надо помыться. Мисс Эмма пригласила меня на ужин со своими родителями.
– Конечно, ступай. А я тут приберусь. – Клейтон посмотрел на красивые буквы и с гордостью похлопал лодку по борту. – А ты нравишься мисс Эмме, парень.
– Это потому, что она принимает меня за г-г-героя. – Вальдо рассеянно потер шрам на щеке.
– Ты это заслужил. Ну, иди. Нельзя заставлять даму ждать.
Вальдо кивнул и поспешил к палатке, оставив Клейтона наедине с «Золотой девушкой».
Слух о танцах быстро распространился по лагерю. Все так называемые знатоки решили, что завтра, 30 мая, озеро освободится ото льда. И погоня за золотом продолжится. А сегодня самое время повеселиться.
Аурелия уже несколько дней упаковывала вещи, готовясь покинуть место, которое на пять недель стало ей домом. Так хотелось поскорее добраться до Доусона! Последние несколько ночей Аурелии снились кошмары: она заставала Виолетту в слезах, сестры протягивали друг к другу руки, но в последнюю секунду Виолетта исчезала.
Аурелия не рассказывала Клейтону о своих снах, так как знала, что, когда они приедут в Доусон, их отношения изменятся. У партнеров оставались считанные дни. Аурелия хотела, чтобы этот вечер стал для них особенным. Еще раз поблагодарив Лили, она достала из чемодана вишневое платье.
Прежде чем начать переодеваться, Аурелия приколола к пологу палатки записку: «Просьба не входить!» Уверенная, что никто не нарушит запрет, она вылила в лохань последний чайник горячей воды и добавила чашку розовой воды. По палатке поплыл нежный запах. Аурелия скинула с себя одежду и ступила в лохань.
Встав на колени, она наклонилась и стала мыть голову, потом намылила плечи и грудь. И с наслаждением окатывалась ароматной водой.
Аурелия сидела в лохани, пока вода не остыла и у нее не сморщилась кожа на пальцах. «Ну что ж, все хорошее рано или поздно кончается», – без грусти подумала она и снова вспомнила жизнерадостную Лили. Но пока все хорошее не кончилось, надо наслаждаться тем, что дарит капризная судьба.
Припудрив тело, Аурелия надела свою самую красивую сорочку и застегнула пуговки поверх летнего корсета. До нее доносились звуки скрипок и банджо. Сколько же времени? По солнцу определить невозможно – оно лишь спускалось к горизонту на несколько часов, но никогда не заходило.
– Аурелия, – раздался голос Клейтона снаружи. – Уже девять часов. Пора идти.
– Я почти готова!
Она схватила старые ботинки, пожалев, что не купила в Сиэтле туфельки. Но с какой стати она стала бы их тогда покупать? В ее планы вовсе не входило надевать роскошное платье или отправляться на танцы с таким видным мужчиной, как Клейтон. Подобное ей даже и не снилось. Аурелия надела платье и вдруг поняла, какую совершила ошибку: у нее были совершенно мокрые волосы.
– Я терпеливый человек, – сказал снаружи Клейтон, – и я знаю, что вас стоит подождать, но уже заиграла музыка, и мои ноги сами пускаются в пляс.
Зеркала не было. Но Аурелия помнила, что у платья очень открытое декольте, хотя забыла, насколько откровенно оно обрисовывает ее грудь. Еще совсем недавно, увидев такое декольте на другой женщине, мисс Брейтон, несмотря на моду, назвала бы его «непристойным». Но ведь она надела это платье не для того, чтобы соблазнять мужчин. Аурелия хотела произвести впечатление только на одного мужчину.
Она расчесала мокрые волосы и распустила их по плечам. Золотые кудри плавно спадали ей на шею и плечи. Как только волосы высохнут, она стянет их черной атласной лентой. Ни дома, ни в колледже она ни за что не показалась бы на людях с распущенными волосами. Но это был Юкон.
Аурелия обернула черную ленту вокруг шеи и завязала бантиком на горле. Хвостики ленты спускались в глубь декольте. Побрызгавшись лавандовой водой, Аурелия отстегнула полог и вышла наружу.
Она ожидала, что Клейтон лукаво улыбнется, или подмигнет, или посмотрит на нее пронзительным взглядом так, будто видит ее всю сквозь одежду.
Но Клейтон, казалось, был ошарашен. Его губы дрогнули. Он словно не знал, куда девать руки. И Боже… он побрился!
Аурелия подошла и потрогала его щеки, провела пальцем по подбородку, который до этого закрывала борода.
– Мне нравится ваш новый облик.
– Я очень рад.
– Как вы думаете, у озера будет прохладно? – спросила она, борясь со смущением. – Стоит брать шаль?
– Возьмите. Самую теплую.
Клейтон натянуто улыбался и отводил глаза.
– Я сейчас, – сказала Аурелия и вернулась в палатку.
Растерянность Клейтона дала ей ощущение власти над ним. Аурелия почувствовала свою женскую силу. У нее мелькнула мысль, что, наверное, и Виолетта испытывала то же ощущение своей власти над мужчинами. Ведь они так жаждали ее общества… так поклонялись ее красоте.
Согретый вечерним солнцем воздух был все еще теплым, Аурелия сняла шаль и перекинула ее через руку. Они быстро спускались по каменистому склону к берегу. Аурелия различала пение скрипок и бренчание банджо. Ей даже послышались нежные звуки мандолины. Мелодия была незнакомая, но такая залихватская, и все так дружно хлопали и топали ей в такт.
Подойдя ближе, Аурелия увидела сотни мужчин, толпившихся вокруг вытащенной на берег новенькой баржи. Сотни мужчин и только пять женщин – Мэйбл и Эмма Уобл и еще три, которых Аурелия не знала.
– Они пришли из лагеря на озере Тагиш, – пояснил Клейтон, словно прочитав ее вопрос.
Женщины танцевали на палубе баржи, непрерывно меняя партнеров: каждому хотелось хоть пять минут потанцевать с дамой. Аурелия заметила, что Вальдо то танцевал с Эммой, то стоял, дожидаясь, когда придет его очередь. Две незнакомые женщины безотказно танцевали с каждым, кто их приглашал, но каждая время от времени кидала взгляд на одного определенного человека. «Своего мужа», – с завистью подумала Аурелия.
Танцевали не только на барже. По всему берегу – куда только долетала музыка – мужчины отплясывали друг с другом или поодиночке. Переход через перевал и месяцы тяжелого труда отрезвили стампидеров. Но сейчас люди воспрянули духом.
Веселье было заразительным. У Клейтона снова появились на щеках ямочки, и в глазах загорелся лукавый огонек.
– Потанцуем? – спросил он Аурелию.
– Нет-нет, я это не умею. Я и вальс-то неважно танцую.
– Да какая разница! Мы же не полезем на баржу – там мне придется делить вас с каждым. – «Нет уж, – говорил его решительный взгляд, – этого я не допущу». – Будем танцевать на берегу.
Аурелию тоже не радовала перспектива танцевать со всеми подряд. Ей нравилось, как Клейтон дружелюбно, но безапелляционно говорил потенциальным кавалерам, которые улыбались мисс Брейтон и снимали шапки:
– Дама пока не настроена танцевать.
Ей также понравилось ощущение его шершавой ладони на своем плече. Аурелия улыбнулась и взяла его под руку.
Теплый ветер разносил музыку по берегу. Аурелия весь день представляла себе, как она и Клейтон будут двигаться в такт музыке и плеску волн, целующих берег. Погода стояла чудесная. Даже комары исчезли. Правда, на горизонте собирались тучи.
Но действительность не совсем совпадала с фантазиями Аурелии. Во-первых, идти по берегу было трудно, ботинки увязали в песке. Промучившись примерно милю, она с наслаждением прислонилась к скале отдохнуть. Подол ее нарядного платья был весь в песке.
– Мы зашли в безлюдное место, – сказала она, оглядываясь по сторонам. – Ни одной палатки.
– До леса все равно далеко. А потом все отплясывают вокруг баржи.
Аурелия посмотрела туда, откуда они пришли. Темноту освещал огромный костер. Время от времени до них доносились задорные звуки скрипок.
– Как настроение? – спросил Клейтон, поднимая камешек и бросая его в озеро так, чтобы он запрыгал по воде.
– Замечательное!
– Еще пройдемся?
– Я не привыкла ходить по песку. У меня вязнут ботинки.
– Доктор Гардиан сейчас это вылечит. – Клейтон шутливо поклонился и рассмешил Аурелию.
– Значит, у меня появился конкурент?
– Мы могли бы основать партнерство. – Он опустился на колено. – Покажите-ка ботинок.
– Ботинок? – Ничего не понимая, Аурелия все же приподняла юбку над поношенными ботинками с серебряными пряжками. – Клейтон! Что вы делаете?
Его пальцы ловко расслабили шнуровку и стянули ботинок.
– Давайте другую ногу.
Потому что она ему доверяла, потому что Гардиан в ней вызывал такие чудные ощущения и потому что она была согласна следовать за этим мужчиной, куда бы их ни привела эта странная прелюдия, Аурелия протянула ему другую ногу. К чертям всякие условности!
Она улыбнулась: как приятно было в одних чулках стоять на прохладном песке. Но не успела Аурелия привыкнуть к этому новому ощущению, как почувствовала, что Клейтон обхватил ее щиколотки.
– Расставьте ноги, – нарочно медленно, копируя заезжего гипнотизера, проговорил он. – Немножко.
Аурелия, не задумываясь, чуть-чуть расставила ноги. Сердце вдруг бешено заколотилось. От ее тонких лодыжек горячие сильные руки Клейтона стали медленно подниматься по икрам к коленям, потом еще выше. Аурелия тихонько ахнула. Зацепив пальцем круглую резинку, Клейтон стал стягивать чулок по той же дорожке, которую только что прошли его ладони. Она кожей ощущала и прохладу с озера, и огонь томления. Он снял чулки и положил их на ботинки.
Волнение стесняло ей грудь. Клейтон тоже дышал как-то неровно. Он быстро снял свои башмаки и носки. Затем протянул руку и нежно разжал нервно стиснутый кулачок Аурелии.
– Музыку слышите?
– Да, если прислушаться.
Держа Аурелию за руку, Клейтон повел ее ближе к воде.
– Аурелия, – прошептал он, – у вас бывают… как бы это сказать… сны наяву? Вам приходилось воображать, как и где что-то произойдет? Как вы будете выглядеть и что будете говорить? Что будете делать?
– Бывают ли у меня фантазии? Очень часто, – тихо ответила она.
Клейтон огляделся, как будто стараясь запомнить, что их окружает, и сказал:
– Это – моя любимая фантазия.
Он погладил ее шею, потом запустил пальцы в золотую гриву, спускавшуюся ей на спину. Легкими как перышко касаниями приподнял черный бантик, который она завязала на горле, и такими же воздушными касаниями пальцев последовал за ленточкой к тому месту, где она опускалась на грудь. Взявшись за кончик ленты, Клейтон натянул ее, потом отпустил и прошептал:
– Еще не время. Я мечтал об этом с того самого вечера, когда мы танцевали на пароходе. Давайте потанцуем. Пожалуйста.
Аурелия вспомнила тот вечер и так же тихо ответила:
– У вас, судя по всему, дар предвидения.
– Жизнь научила меня не полагаться на везение. Успеха добивается тот, кто сам строит свою удачу.
Он обнял ее и плавно повел в танце. Аурелия едва слышала звуки скрипок и банджо, но это было не важно. Клейтон напевал давно забытую колыбельную мелодию и своим дыханием щекотал ей шею. Аурелия легко скользила в танце, ощущая ступнями мягкий песок и коленями – холодящий шелк нарядного платья.
На небе, среди наползающих туч, тускло светили и солнце, и луна. А Аурелия-то полагала, что они никак не могут являться на небосклоне вместе.
Сумерки сгущались. «Наверно, уже за полночь», – подумала Аурелия. Шаги Клейтона замедлились – словно мелодия, звучавшая в его душе, умолкла.
Он обнял Аурелию и прижал к себе. Минуту они стояли молча.
– Это была дивная фантазия, Клейтон. Я счастлива, что была ее участницей.
– Фантазия только началась.
Он стал легонько целовать Аурелию в губы и, почувствовав их легкий ответ, страстно завладел ее ртом. Аурелия была уже не в силах сдержать желание и с наслаждением вела свою партию в этом дуэте. Не говоря ни слова, Клейтон взял ее за руку и повел к скалам, которые загораживали их от всего света. Он снова потрогал черную ленточку на ее горле, глядя на Аурелию с трепетной и вопросительной улыбкой. От его обычной самоуверенности не осталось и следа.
– Я собиралась завязать ею волосы, когда они высохнут, – рассеянно объяснила она.
– Аурелия, я не хочу тебя напугать. Или прикажи мне немедленно отвести тебя в палатку, или я развяжу этот бантик. И тогда Дороги назад уже не будет. Я хочу тебя.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37


А-П

П-Я