Все замечательно, цена удивила 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

- Прищурилась Рил. - Я же вас почти об этом попросила!
– Если бы ты знала, как я сожалею, что ничего не сделал! Для меня то положение, в котором ты оказалась, было еще мучительнее, чем для тебя!
– Это еще почему?
– Потому что я люблю тебя!
– Что!!?? - Рил расхохоталась. По любому, это уже перебор! Вся ситуация просто бред! - Любите?! После всего, что вы со мной сделали?!! Вы и мой драгоценный, теперь уже бывший муж! Вы что, издеваетесь, Будиан?
Этот смех был как пощечина.
– Рил, я все исправлю! Я верну тебе память! Я вообще сделаю для тебя все, что угодно! Хочешь, я отравлю твоего мужа? Будешь править сама, вместе со мной? С храмом я как-нибудь договорюсь, нам не будут мешать. - Будиан встал и направился к ней.
Рил поднялась с кресла. После сегодняшней ночи этим ее уже не соблазнить.
– Давайте прекратим этот разговор, Будиан! Он ни к чему не приведет!
Он удивился совершенно искренне.
– Но почему? Ты же терпеть не можешь князя! А я буду не только любовником, но еще другом и помощником! Почему ты не хочешь? Мы же неплохо общались!
Она покачала головой на такую наивную неопытность монаха и сделала попытку объяснить, не обижая.
– Будиан, это разные вещи. Я, конечно, обдумаю ваше предложение, но… Для меня, что вы, что князь… Мне вообще никто не нужен, кроме… - Тут она запнулась и прикусила язык, но было уже поздно.
– Кроме кого?
Рил сделала шаг назад.
– Не подходите!
Он остановился.
– Значит, нет?
– Значит, нет!!
Будиан секунду молча смотрел на нее, а потом тихо поинтересовался.
– А ты в курсе, что я - маг, и могу не спрашивать?
Он сплел пальцы в замысловатую фигуру и пробормотал несколько слов.
Рил не поняла, что происходит, но тело вдруг перестало ей подчиняться, и она тяжело упала на ковер. Испугавшись, сделала попытку закричать, но не смогла открыть рот. Будиан тут же оказался рядом с ней и начал стаскивать с нее халат, потом рубашку. Его руки скользнули по ее неподвижному телу.
Лежа, как беспомощная кукла, Рил разозлилась так, как никогда в жизни. Она рванула все, что было у нее внутри, и полыхнула огнем вся, до кончиков волос. Будиана отбросило от нее горячей волной. Это длилось долю секунды перед тем, как тело снова начало повиноваться ей, даже ковер под ней не успел загореться, и Рил вскочила, стряхивая с себя пепел от ночной рубашки, которую не успел снять падший монах.
Будиан тоже медленно выпрямился, приходя в себя.
– Рил, прости, я…
– Убирайтесь!!
– Рил, подумай над тем, что я сказал!
Она выставила вперед ладони, в которых тут же заполыхал жидкий голубоватый огонь. Глаза засветились потусторонним зеленым светом.
– Убирайся, или я спалю тебя!!! - Сквозь зубы с пробирающей до костей ненавистью.
Будиан остановился. Он знал, что у нее есть способности, но такого не ожидал. В самом деле, он ничего не может сделать. Или может? Он развернулся и вышел прочь. Рил без сил опустилась на пол.
С лицом мрачнее тучи почти нарушивший свои обеты монах шагал по коридору. Его черные одежды развевались у него за спиной, как крылья ворона. Слуги испуганно шарахались от него в разные стороны, но он их даже не замечал. Крушение тайно лелеемых надежд произвело на него гораздо более тяжкое впечатление, чем он ожидал.
Но в его голове, привыкшей к анализу, уже возник четкий план. И к выполнению этого плана он приступил сразу же, как только переступил порог своей комнаты. Первый пункт этого плана заключался в том, чтобы написать письмо князю и вызвать его сюда. Отвращение к нему княгини, а также так вовремя проснувшиеся ведьмовские задатки помогут убедить ее мужа в том, что за ней необходим самый строгий надзор. Этот надзор осуществлять станет, разумеется, сам Будиан, потому что никому другому доверить княгиню совершенно невозможно. Для Богера это будет очевидным. А для самой княгини со временем станет очевидным, что ей лучше иметь дело с ним, Будианом, а не с этим тупым мальчишкой.
Далее, приготовить зелье для этого самого мальчишки, чтобы и пальцем не смел притронуться к княгине, представлялось ему и вовсе плевым делом. Равно как и сделать приворотное зелье для самой княгини. И нравится ей там кто-то, или нет, перестанет быть для нее важным.
Рано или поздно Рил придется принять все его условия. Потому что для нее самой так будет лучше. Даже если сейчас она так и не считает.
А с отцом Вигорием он потом поговорит.
Он намеренно составил письмо так, чтобы сразу возбудить у князя самые черные подозрения, и стал ждать результата.
Результат не замедлил явиться, но совсем не тот, на который надеялся Будиан.
Незадолго до обеда, всего лишь через несколько минут после того, как он вышел из своих комнат, чтобы отправиться на очередную исповедь в храм, во дворце случилось немыслимое и невозможное - прогремел взрыв. И так тщательно лелеемая им лаборатория, и библиотека, и комнаты, заставленные дорогими его сердцу коллекциями, превратились в огненный ад. В течение нескольких минут погибло все, над чем он работал и что собирал годами. Вся его жизнь полетела Свигру под хвост, и только сам он чудом остался невредимым.
Он стоял под окном и молча наблюдал, как слуги пытаются потушить пылающий, как факел, дворец. Вдруг он услышал в толпе разговор о том, что комнаты княгини тоже взорвались, и невероятное подозрение, немного погодя получившее подтверждение, закралось в его душу.
Княгиня исчезла. Сначала никто ничего не понял. В суматохе о ней как-то забыли, а потом подумали, что она задержалась на прогулке, не желая возвращаться в горящий дворец. Но уже приехал князь, а ее все не было. Слуги не сразу отважились сказать ему, что ее нет, потому что он и так был в бешенстве из-за пожара, который так и не смогли потушить, пока дворец не выгорел дотла, а когда, наконец, сказали, княжескому гневу вообще не было предела.
Тут же были собраны лучшие следопыты и отправлены по ее следам, слуг начали допрашивать, а сам князь потребовал у Будиана объяснений по поводу письма. Будиан, потрясенный не меньше князя, и не знающий толком, что он теперь чувствует к княгине, любовь или ненависть, кое-как отбрехивался, пытаясь в это время сообразить, с кем же это княгиня могла сбежать. Но тут появился посланный от следопытов, и все стало ясно. Он рассказал, что, судя по всему, она сбежала со своим охранником, человеком по имени Инор, и что направляются они к грандарской границе. Переодетая охрана, тайно следовавшая за ними, исчезла.
Князь, вспомнив, что он сам поставил к ее спальне этого Свигрова полуграндарца, почувствовал себя полным идиотом. Стали выяснять, кто такой этот Инор. Тайная канцелярия клялась, что документы у него были в порядке, но по указанным в них адресам никаких его знакомых и родственников не обнаружилось. Хотя раньше они там были. Стали искать тех, кто за него поручился, но оказалось, что поручители еще вчера спешно уехали, а больше о нем никто ничего толком сказать не может. Ну, пожалуй, кроме того, что он хороший воин. Князь тут же посадил за решетку начальников охраны и тайной канцелярии, но пользы от этого, естественно, не было никакой. Слуги ничего не знали и ничего не видели, в близком общении с Инором никто из них замечен не был. Исчезнувших охранников тоже тщательно проверили, но ничего не обнаружили. Все, тупик.
Единственным, что давало надежду, было то, что княгиня еще плохо ездила на лошади, а потому они не могли далеко уйти. Князь сам решил возглавить погоню. И вот большой отряд во главе с Богером, полетел во весь опор за беглецами. Будиан сначала пытался его остановить, но это было все равно, что голыми руками пытаться остановить с ног до головы закованный в броню отряд бинойских пехотинцев. Между тем, у жреца был реальный способ узнать, где в данный момент находится княгиня. И, когда князь так театрально ускакал, он приступил к ее поискам с помощью своих методов.
Лишь поздно ночью он, кое-как устроившись в спешно приведенном в порядок старом дворце, совершенно вымотанный от переживаний, выяснил невозможную вещь: Рил находилась совсем близко, в городе. Конечно, в каком именно районе и на какой улице она скрывалась, он не смог бы сказать, но то, что она была в Олгене, не вызывало никаких сомнений. Потому что, не доверяя слабеньким амулетам, которые у него остались, а также сильным, но еще толком им не освоенным артефактам, которые пожаловал ему очень расстроенный отец Вигорий, Будиан проверил это несколько раз. Если бы князь был в столице, он, несмотря на усталость, непременно сообщил бы ему об этом. Но князя не было, и обессиленный монах заснул прямо за заваленным амулетами и артефактами столом.
Если бы только он не был таким уставшим!
Но нервное напряжение последних дней не прошло даром, и он не услышал, как тихо скрипнула несмазанная дверь, и осторожная тень проскользнула в его комнату, странным образом не потревожив ни одного из поставленных на скорую руку сторожевых заклятий. Неслышными шагами она приблизилась к жрецу и всадила длинный, опутанный специальными заклинаниями нож ему в спину, прямо туда, где в темной глубине под ребрами мерно билось сердце. Будиан всхлипнул и умер, даже не проснувшись. Тень, однако, этим не удовлетворилась, и всадила еще один нож ему в затылок. На всякий случай. Потом огляделась и вышла так же тихо, как и вошла.
Будиан предстал перед своей богиней, практически не нарушив данного ей обета. Подумаешь, немножко согрешил перед ней. Богиня милостива, она все поймет.
В честь возвращения Рил Пила решила устроить праздник. Всех слуг, после того, как они все приготовили, отпустили, оставив только Гару, чтобы прислуживала за столом.
Таш, проявив неподобающую изгою деликатность, оставил свое сокровище наедине с Пилой, полагая, что им найдется, о чем поговорить. И, как всегда, оказался совершенно прав. Рил, заново познакомившись со своей лучшей подругой, почувствовала себя рядом с ней совершенно свободно, а это случалось с ней в последнее время нечасто. Кроме того, она познакомилась с Даной. В первый раз в своей сознательной жизни взяв в руки ребенка, она испытала при этом море новых ощущений. Дане она тоже понравилась. Малышка таращила на тетю Рил свои ярко-синие глазки и не пыталась кукситься, что вообще было замечательно.
А ее мама, радостная и возбужденная, пыталась рассказать Рил о том, как они жили до всех этих печальных событий, но слишком часто перескакивая на последние новости, и в конце концов совсем запутала ее в именах и датах. Когда подошло время ужина, Гара тихонько постучала в дверь и знаками показала, что пора спускаться. Пила, взяв у Рил малышку, направилась было вниз, но та со смущенным видом задержала ее.
– Пила, извини, можно задать тебе вопрос?
Пила остановилась.
– Судя по тому, как ты смущаешься, меня из-за твоего вопроса ждут большие неприятности.
– Ну, что ты, Пила! Не говори так!
Пила расхохоталась.
– Рил, когда ты вспомнишь свое чувство юмора? Оно у тебя было совсем неплохим!
– Наверное, уже никогда! - Улыбнулась Рил. - А спросить я тебя хотела вот о чем: мне показалось, что твой муж не очень рад меня видеть. Таш сказал, что мы пробудем у вас какое-то время, я не хотела бы быть ему в тягость.
– Не говори глупости, Рил! Конечно, он рад тебе. Но ты права, он все еще злится на тебя. Когда ты ушла, он посчитал, что ты предала не только Таша, но и нас всех.
– Но я же все забыла!
– Он этого не знал, а потому злился и переживал. Ты знаешь, что Таш чуть не умер? Его сильно ранили во время нападения. А потом, когда стало ясно, что ты не вернешься, он просто не хотел выздоравливать. Лежал и смотрел в потолок. Мой благоверный просто с ума сходил, рвал и метал, они очень привязаны друг к другу, дружат еще с богиня знает каких времен. А сейчас он просто никак не может поверить тебе, вот и все.
– Пила, но как я могу ему доказать, что я вас не предавала? А Таша я вообще никогда не смогу предать!
Пила серьезно посмотрела на нее.
– Рил, тебе достаточно будет только подойти к нему и извиниться. Он точно против этого не устоит, сразу растает.
– Растает? Хорошо бы. А то я уже чувствую себя, как грешница перед исповедником!
– Ладно, ладно, не трусь! Ты же всегда была храбрая!
Когда они спустились вниз, их уже ждали. Кроме Таша и Самконга за столом сидел еще и Франя. Они только что получили сведения, что их хитрость, похоже, удалась, и князь ринулся в погоню за двойниками сломя голову. Таш даже не ожидал, что все пройдет так гладко. Этот мальчишка оказался еще глупее, чем они думали. В связи с этим настроение у всех было прекрасное, и Франя, то и дело перебиваемый Самконгом, рассказывал Ташу подробности того, как они накануне провели храмовых магов.
– Нет, чтобы они нам поверили, мы их долго за собой водили! А потом поснимали амулеты, и они решили, что мы собрались в том доме на совет. Полезли туда за нами, как стадо баранов! Ну, мы и устроили им небольшую заварушку с иллюминацией! Ребята до этого весь дом промаслили на совесть, все вспыхнуло так, что любо-дорого! Мы, конечно, смылись, да и они не все там остались, кое-кто выбрался и их даже отпустили. Надо же было кому-то рассказать, как мы там вместе с ними "погибли"! Подходящих трупов мы им там оставили ровно шесть штук, твой, Таш, кстати, тоже! Только Уму не стали впутывать, не для ее возраста это дело. Так что, пусть теперь разбираются, кто есть кто! - Они посмеялись, но Франя снова повернулся к Ташу. - Кстати, что ты там сотворил с княжеским дворцом? Это несчастное строение так и не смогли потушить, от него остались одни головешки! Заклинание, что ли какое прикупил?
Таш усмехнулся и кивнул, глядя на спускающихся Пилу и Рил. Можно сказать и так. А подробности это "заклинание" пусть рассказывает самостоятельно. Если захочет.
Рил, решив не откладывать извинения в долгий ящик, сразу направилась к Самконгу.
– Господин Самконг! - Она поклонилась, и, поскольку она была все еще одета в роскошную амазонку, поклон вышел светский и церемонный. - Я очень виновата перед вами. - Она обвела глазами всех, сидящих за столом. - Перед всеми вами. Пила рассказала, как много людей погибло, когда напали на поместье… А я… жила, и ничего не знала.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59


А-П

П-Я