https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/skrytogo-montazha/s-gigienicheskim-dushem/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Я подозреваю, что если мы хотим еще чего-нибудь, нам придется пойти и заказать самим, – произнес Эдвард. – Сами они сюда не выйдут.
Шеннон оглядела окружающие их кирпичные стены без окон, заросшие зелеными ползучими растениями, в которых лениво жужжали пчелы. Сладковатый запах жимолости достиг ее ноздрей.
Эдвард вальяжно откинулся на своем стуле и широко расставил ноги. На ширинке его брюк совершенно определенно обозначился бугорок. Под мышками расплывались влажные пятна пота. От него несло настоящим мужским духом. Несмотря на разбиравший ее смех, Шеннон видела, что после прихода сюда он пил очень мало, все время наблюдая за ней. Как бы не отдавая себе отчета, она встала с деревянной скамьи. Ее полотняный жакет соскользнул с плеч и упал на землю. Она одернула шелковую блузку, проведя ладонями от груди вниз по гладкому животу.
– Эдвард, мне, пожалуй, пора уже возвращаться, – нервно заикаясь, с трудом выговорил Джеймс. Он был немногим старше Шеннон. Она твердо встретила взгляд его голубых глаз и долго выдерживала его.
– Не нарушайте нашу компанию, – произнесла она чуть охрипшим голосом.
У Джеймса была крепкая спортивная фигура игрока в сквош, ей нравилось наблюдать за игрой его мускулов, когда он закатывал рукава рубашки. Золотистые волоски на его руках были подсвечены солнцем, лучик солнца блеснул, отразившись от металлического браслета его часов.
Шеннон вновь уселась на скамью. Край юбки задрался, обнажив верх тонких чулок и подвязки.
– Я всегда думала, что чулки прохладней, чем колготки в такую жару, – заметила она. – Но мне все равно жарко.
Она была совершенно трезва. Большая часть вина из бокала попала в траву за столом. Она натянула юбку на колени.
– Я бы их вообще сняла, вы не против?
– Да, конечно же, снимите их, Илэйн, – тут же одобрил Эдвард. На его лбу выступил пот.
«Я их, конечно, сниму, – подумала Шеннон с ощущением полнейшей раскрепощенности. – Я – Илэйн, я могу делать все, что мне вздумается, все равно я этих мужиков больше никогда не увижу».
– Но это же будет неприлично! – поспешил заметить молодой человек. – Лично мне всегда нравились чулки… на женщинах, я хотел сказать, ну, в общем…
– Но ведь сейчас так жарко! – Шеннон расстегнула еще одну пуговицу на блузке. Кремовый шелк прилип к ее влажной коже. Теперь, если она резко дернется, блузка просто спадет сама собой.
Она, нарочито неторопливо, повернулась на скамье, вытянула одну ногу, коснувшись травы пальцем. Прозрачные чулки поблескивали в лучах солнца. Она обхватила пальцами колено и медленно провела ими вверх по ноге, понемногу поднимая край юбки.
– Ну очень жарко…
Теперь ее пальцы, дойдя до верха чулка, скользили уже по прохладной коже ляжки. Юбка задралась совсем, вновь обнажив подвязку.
Она склонилась вперед, и блузка полностью распахнулась. Очертания полных грудей, поддерживаемых кружевным шелковым бюстгальтером, обрисовались в солнечном свете. Мелкие капельки пота жемчужно блестели в ложбинке между ними. Не изменяя положения, она подняла глаза на мужчин, сидящих по обе стороны от нее.
– Мне… э-э-э пора идти, – с трудом выговорил Джеймс позади нее. У него на коленях лежал портфель, закрывая ширинку.
Шеннон посмотрела на Эдварда. Отстегивая одну из подвязок, она перевела взгляд с лица на брюки. Его лицо оставалось бесстрастным, однако ярко выраженная эрекция натягивала молнию на брюках, на черной ткани четко вырисовывалось нечто толстое и длинное. Он даже не пытался скрыть свое возбуждение.
– Джеймс, – произнесла она, – помоги мне с этим делом.
– Хм…
– Вот здесь. – Она подтянула юбку вверх на бедре, обнажив еще одну белую подвязку. – Подойди сюда и помоги мне расстегнуть это. Будь хорошим мальчиком.
Эдвард громко прыснул от смеха. Возможно, это побудило молодого человека к действию. В его глазах появилась твердая решимость.
Он положил портфель на стол и опустился перед Шеннон на колени. Ширинка его брюк натянулась, что-то под ней толстело, разбухало, и казалось, что она вот-вот лопнет. Шеннон провела кончиком языка по пересохшим губам.
Дерево скамьи стало теплым под ее лоном, трусики между ног постепенно увлажнялись по мере того, как она, поворачиваясь, все больше обнажала ногу. Как загипнотизированный молодой человек двумя пальцами отстегнул подвязку.
– Там сзади есть еще одна. – Шеннон села на скамью верхом и наклонилась всем телом вперед, придавив животом и грудью гладкую поверхность скамьи. Одну руку она закинула за спину и задрала подол юбки.
Она легла на скамейку лицом вниз. Ее набухшие от возбуждения груди выпирали из ставшего вдруг тесным бюстгальтера.
Все тело покрылось гусиной кожей, когда она почувствовала, как жесткие неловкие пальцы Джеймса принялись теребить застежку подвязки на ее ляжке. Наконец она услышала щелчок расстегнувшейся застежки. И тут же почувствовала, как его руки начали скатывать чулок вниз по ноге.
Солнце ласкало ее обнаженную плоть. В воздухе стоял тяжелый, обжигающий запах жимолости. Она кожей ощутила взгляд старшего мужчины.
– Эдвард… – Она провела рукой по кружевной кайме чашечки бюстгальтера. – Здесь так жарко, что мне просто не по себе…
– Я тоже ощущаю некоторое неудобство, – произнес он хрипло. Он сидел совершенно вертикально, прямо-таки портрет образцового бизнесмена. С серьезным видом он указал на свою ширинку: – Может, мне было бы… э… гораздо свободнее…
Шеннон протянула руки, ухватилась за край скамьи и подтянулась на животе, упираясь тугой грудью в твердую древесину. Соски ее грудей, до боли стиснутых бюстгальтером, набухли и затвердели.
И другой ляжкой она вдруг ощутила прохладное дуновение воздуха. Руки молодого человека разбирались с ее подвязками там. От его прикосновений кожа ее покрывалась мурашками.
Поскольку она нагнулась к краю скамьи, ее бедра приподнялись.
– Сделай же что-нибудь… – Она подняла голову и посмотрела через плечо. Джеймс оседлал скамью позади нее. Небольшое влажное пятно расплывалось на его брюках в том месте, где рвущийся наружу член выплакал капельку жидкости. Его бицепсы спортсмена дрожали от напряжения.
Умирающая от желания Шеннон уперлась кончиками пальцев ног в землю и приглашающе оторвала зад от скамьи. Промежность ее трусиков сочилась влагой.
– Ну же, давай! – повторила она.
Она не стала дожидаться, пока он начнет действовать. Теперь, лежа на краю скамьи, она могла дотянуться до стула Эдварда. Шеннон ухватилась обеими руками за стул и уткнулась лицом ему в колени.
– Я тебя высосу досуха. – Ее рот почти касался ширинки, а влажное дыхание овевало промежность. Он зарычал, ухватился обеими руками за металлические ручки стула и непроизвольно дернулся бедрами, прижавшись ширинкой к ее лицу.
Шеннон вытянулась струной и ухватила ртом его укрытый материей член. Он задохнулся. Она медленно протянула руку и расстегнула верхнюю пуговицу. Затем взялась за молнию и попробовала потянуть ее вниз.
– Ох! – Ее ягодицы вдруг обдало прохладным воздухом.
Невидимые руки ухватили ее за юбку и резким движением задрали подол на спину. Затем она почувствовала, как Джеймс стянул в кулак ее трусики. Секунда болезненного ожидания, и он резко сдернул их. Раздался треск разрываемой ткани.
Он просунул руку ей между ног под живот и одним движением приподнял над скамьей. Босоножки с высокими каблуками болтались в воздухе. Теперь она опиралась на скамью только грудью и верхней частью торса. Одной рукой она вновь ухватила молнию на брюках Эдварда, другой держалась за его стул.
Головка члена коснулась ее вагины. Она дернулась, затем вновь замерла, упершись в скамейку. Одним движением она спустила молнию на брюках Эдварда. Массивный член вырвался на свободу. Ее лицо погрузилось в упругие темные волосы, а язык нырнул в потную расщелину между мошонкой и телом. Он подался всем телом вперед. Горячим языком она вылизывала ему кожу за мошонкой, между ногами, ощущая вкус соленого пота. Эдвард застонал.
– О, скажи же мне, что ты со мной сделаешь? Не бойся, матерись!
– Я отсосу тебя до конца. Я заглотну твою палку и стану лизать и сосать ее, пока ты не кончишь у меня во рту. А тем временем твой приятель трахнет меня в зад. Он отдерет меня на всю катушку, а я отсосу тебя досуха. У-ф-ф!
Джеймс обхватил ее за талию и уперся жестким стержнем в ее влагалище. Шеннон подалась назад. Головка члена с трудом протиснулась сквозь передние губы, затем выскочила наружу, вновь вошла и вышла – с чавканьем и хлюпаньем.
Шеннон продолжала водить языком от корня до головки детородного органа Эдварда, с жадностью вдыхая его мускусный запах. Костяшки пальцев, вцепившихся в стул, побелели. Ее алчущие губы обхватили сначала головку, а затем заглотнули весь набрякший ствол, заработавший подобно поршню. Пот запачкал ее белую юбку, собравшуюся складками на спине. Шеннон лишь мельком увидела налившееся кровью лицо Эдварда и слипшиеся от пота волосы.
– Сейчас я тебя отдеру! – прохрипел он. – Джеймс, поддай ей жару! Засади ей поглубже. До самой матки! Сейчас же!
Сзади Джеймс шуровал своим шкворнем в ее влажном ноющем влагалище. Она на секунду замерла, привстав на цыпочках, приноравливаясь к его ритму. А затем, уловив момент, когда он опять вошел в нее, принялась сосать в том же темпе. Объемистый стержень в ее влагалище и вздувшийся член у нее во рту слились в одно целое, в одно не изведанное никогда ранее ощущение: она имела и ее имели. Толчок сзади, глоток спереди – ритм завораживал ее, так могли незаметно пролететь минуты или даже часы.
Мускулистые бедра Джеймса с силой ударялись о ее ягодицы, руки обхватили ее торс, мошонка билась о промежность. Набухший фаллос у нее во рту затвердевал, увеличиваясь в размере, раздирая ей рот.
Ее вагина вдруг сжалась, задержав в глубине член стоящего сзади, одновременно она полностью заглотнула член переднего мужика.
Эдвард громко вскрикнул и кончил сильной струей прямо ей в рот. Его возбуждение ускорило ее собственный оргазм, и, сжавшись в последнем усилии, она почувствовала, как Джеймс с воплем выплеснул поток семени в ее алчущую, жаждущую вагину. Обессиленная, истекающая потом и соками, она забилась в судорогах на скамье и в изнеможении уронила голову на колени Эдварда. Джеймс, тяжело дыша, растянулся вдоль ее спины. Только сейчас она по-настоящему ощутила жару: солнце, возбужденные тела, пот, семя удовлетворенных мужчин.
Ее юбка на шелковой подкладке была измята и скручена вокруг талии, блузка расстегнута. Одна грудь гордо высовывалась из чашечки бюстгальтера, другая еще была укрыта кружевами и шелком. Один чулок и босоножка исчезли. Теплый воздух шелком обволакивал ее обнаженные ягодицы. Лоскуты, бывшие когда-то ее трусиками, валялись на траве рядом с деревянной скамьей.
Сшитые на заказ, измятые брюки Эдварда потемнели от пота и были измазаны спермой. Его грудь все еще учащенно вздымалась и опускалась. Щека Шеннон еще покоилась на его бедре. Джеймс всем своим весом лежал на ней. Пуговицы на его рубашке были выдраны с корнем, а брюки висели на щиколотках. На нем были красные шерстяные носки.
И это в разгар лета! Шеннон прыснула. Великолепное тело, а все остальное просто позорно. Она встретилась с ним взглядом и снова хихикнула, испытывая полнейшее блаженство. Она еще раз насладилась зрелищем обнаженного тела, бедер и мокрого, сразу съежившегося члена. Соски снова начали затвердевать.
«А ведь мою грудь никто из них так и не отсосал, – подумала она мечтательно. – Надо бы сейчас им сказать об этом…»
Невдалеке послышался бой часов.
– Ну это ж надо! – воскликнула Шеннон. Она вскочила, бесцеремонно спихнув Джеймса на траву. Тот что-то проворчал, скорчив недовольную физиономию. – Уже поздно, – сказала она. – Мне пора идти.
Глава 5
В наступившей тишине Надя открыла еще одну бутылку вина. Майкл Морган милостиво позволил наполнить его стакан. Это был пухленький молодой человек, как всегда элегантный в синих джинсах и сшитой у дорогого портного рубашке.
– Ну, это было нечто, Шеннон! – воскликнул он восхищенно. – Я знаю крутых мужиков, которых бы это завело!
– Вольное изложение одного из писем, которые навалом приходят к нам в редакцию, – невозмутимо произнесла Шеннон Гаррет.
Надя перехватила ее взгляд и усмехнулась.
– А как насчет того, чтобы теперь послушать мою историю? – Голос Кори прозвучал чуть приглушенно. Она стояла на коленях на подоконнике, наполовину высунувшись на улицу. Затем выпрямилась и удовлетворенно кивнула: – Мне отсюда видно, он на месте. И пусть это всего лишь «Хонда-350», которая старше моей бабушки, но это мой мотоцикл, и мне он нравится.
Майкл поднял свой стакан:
– Как насчет истории с мотоциклистом? Возможно, мне она придется больше по вкусу.
– Забавно, что именно ты это говоришь, Майк. – Она уселась на подоконнике, свесив ноги в комнату. – Я могу рассказать, как все случилось. Как это случилось со мной, я имела в виду. Ну что, начинать?
– Конкурс любовных историй. – Майкл допил свое вино и передал стакан Наде. – Давай стартуй.
Кори подняла одну ногу на подоконник. На ней была длинная, ниже колен, майка, одолженная у Нади, надетая поверх бюстгальтера и обтягивающих шортиков. Ее кожаные причиндалы висели в ванной комнате, поскольку только там можно было еще найти свободный крючок.
– Ладно. – Кори убрала с лица спутанные черные волосы. – Который сейчас час? Значит, скажем… сутки тому назад я возвращалась на мотоцикле после съемок в Мидленде. Уже почти стемнело. Вы себе представляете, каково это – долго ехать на мотоцикле летом, да еще одетой в эту чертову кожу, потеешь адски. Короче, зарулила я на какую-то станцию техобслуживания, не знаю уж какую.
– Нет каких-нибудь уточняющих деталей? – поинтересовался Майкл.
– Если б я сама знала, то уж непременно сказала бы. И вообще, кто рассказывает историю – ты или я? Так что заткнись: все будет действительно лихо.
Она спустила ноги с подоконника, подошла к столу и плюхнулась в кресло между Надей и Майклом, глядя на них ясным чистым взором.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24


А-П

П-Я