Качество супер, доставка мгновенная 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Проблема в том, что искажение усиливается с каждым оборотом. Физика обоих миров меняется. Гармония энергий нарушается самым опасным образом.— В чем это выражается? — Глаза Алекса горели радостным пламенем Узнавания Нового.— Близнецы все меньше и меньше походят друг на друга. Из Теллуса уходит Вера, Волшебство Единения с Творцом, уходят Истинные Чувства. Этот мир оставляют Сказка и Поэзия, Любовь и Красота. Там торжествует практический расчет и жажда наслаждений, алчность и поклонение плодам технического прогресса. Люди Теллуса убивают себя и свой мир, теряя Мудрость и Совесть, Бескорыстие и умение чувствовать Замысел Творца.— А Лэйм?— В Лэйме, напротив, создается избыток Эмоциональности и Романтичности, Поэтичности и Легендарности. Но при этом уходит здравый смысл. Исчезает критическое отношение к действительности, объективная самооценка. Уходит стремление к прогрессу и Совершенству. Лэйм превращается в заповедник старых времен, своеобразный котел, в котором нескончаемой чередой сменяются одни и те же события и передряги. Это лучше трагедии Теллуса, но лишь ненамного. Любая крайность — от Искажения. Каждая Истинная мысль Творца гармонична, как чудесная музыка. Истинное звучание Вселенной — это объединенный оркестр всех музыкантов, знающих и любящих исполняемое произведение. Отделите четные иоты от нечетных — и вы не получите Ее Величество Гармонию!Сейчас мы попытаемся изменить положение дел. Это не первая попытка, но до сих пор необратимого улучшения добиться не удавалось. Резким изменениям препятствует сама ткань мироздания. Жителям других слоев нельзя Прямо Вмешиваться в события в мирах-близнецах.— Что ты называешь Прямым Вмешательством?— Это изменение, проведенное обитателем другого слоя с использованием способностей и энергии, не свойственных этому миру. После такого вмешательства нарушитель равновесия часто подвергается удару Золотой Волны. Правда, не всегда. Механизм этот настолько тонок и неустойчив, что ни мы, ни Темные так и не научились предвидеть Реакцию Мира. Темные, правда, не очень стесняются и с легкостью жертвуют своими исполнителями. Мы в этом более осторожны.— Но ведь мы шестеро — жители Лэйма? И чуждыми энергиями не обладаем? Да и вы оставили наверху большую часть своих возможностей?— Конечно! Этим и уникальна создавшаяся ситуация. Вы не только плоть от плоти Срединного Мира. Вы еще Знаете и Умеете! В момент перехода нашей восьмерки через Перекресток у нас есть шанс наладить Обратный Обмен, и концентрации крайностей начнут наконец выравниваться. В этом случае будет уже не важно, в каком из миров мы доживем отпущенный нам срок. Хотя лично я предпочла бы поработать в Теллусе.— Но ведь это дело огромной важности! Никому из нас до сих пор не приходилось лечить миры. Мы просто НЕ УМЕЕМ этого делать!На это ответил Учитель, восседающий в нефритовом кресле возле правой стены:— Это тебе только кажется, Ксана. Любой человек может творить чудеса! В тот момент, когда он испытывает Нежность, Искренность, Любовь, когда он созидает Красоту и Совершенство, когда отказывается от низменных наслаждений ради Работы и Творчества, он лечит свою планету! Вы должны помнить крылатую фразу: «Красота спасет мир!» И еще: «Бог — есть Любовь!» Каждый из вас в отдельности не знает, как помочь своему миру, но вы все вместе уже почти готовы.Тишина воцарилась в Нефритовой пещере. И только размеренное дыхание дракона напоминало о том, что в мире есть время.А потом — один за другим — присутствующие стали выходить из задумчивости.Первым заговорил Алекс:— Делон! У меня к тебе просьба. Я не заговорил бы об этом, если бы не был уверен, что мои слова придутся тебе по сердцу!— Слушаю, тебя, друг.— Ты слышал, я должен уйти в Теллус. Но у меня есть долг, который держит меня в Лэйме. Я — последний из рода Тэнов, драконьих лекарей. Среди Эльдар тоже есть знатоки крылатых родичей твоего Эйба. Но вполне возможно, что Тэны знали нечто, неизвестное вашим целителям. В любом случае мне было бы спокойнее, если бы я передал знания предков в надежные руки. Не согласились бы вы с Эолой принять от меня этот дар и этот долг?— С радостью принимаю твой Дар и твой Долг, брат. Я даже рад, что нашелся хороший повод вернуться в Лэйм. Технический прогресс — это не для меня!Делон и Алекс обнялись и некоторое время стояли неподвижно.— Ты очень ясно мыслишь, мэллон, мы с Эйбом легко найдем твои тайники! — улыбнулся Делон через минуту.Они разомкнули объятья, и к Делону шагнул Олег с бумажным треугольником в руке.— У меня тоже остался долг. Не мог бы ты по дороге на восток найти лагерь восставших в отрогах Гаррского хребта и передать кому-нибудь из командиров это письмо?— Хорошо, брат, я сделаю это.В это мгновение воздух у стены задрожал, и в зеленом мерцании обозначилась лежащая на полу, свернувшаяся калачиком Харма. Она прижимала ладони к лицу, и узнать ее можно было только по серому длинному платью, которое было на ней во время бегства из Гвингорма.— Она и там была босиком? — спросила Ксана, невольно задержав взгляд на маленьких розовых ступнях девушки.Ей никто не ответил, но глаза почти у всех расширились до чрезвычайности.— Погодите… — неуверенно продолжила Ксана. — Я помню, что у нее… были… копыта!— Вот именно БЫЛИ! — почти закричал Олег и подхватил Ксану на руки. — Я не удивлюсь, если у Зазрака исчезнут рога!Словно в ответ на его вопль, на полу рядом с Хармой начали проступать два других тела. Через пару секунд все увидели стройного черноволосого юношу и небольшую, поразительно красивую женщину. Они, конечно, были похожи на Зазрака и его мать, но при этом уже не были гвинами.— Они — люди! — зачарованно проговорила Виола, присаживаясь на корточки рядом с вновь прибывшими.Зазрак открыл глаза и некоторое время смотрел на Виолу. Затем он попробовал приподнять голову. Что-то в этом движении показалось ему странным, и он поднес ладонь к макушке. Присутствующие улыбались, как именинники, получившие в подарок полкоролевства и говорящего кота в придачу.Зазрак, задумчиво ощупывая голову, потешно поерзал, проверяя наличие хвоста, а потом уставился на свои босые ноги. Смену выражений на его лице сопровождал взрыв хохота. А увидев изумленное лицо пришедшей в себя Хармы, даже Учитель разразился радостным смехом.И только Кара приняла свое превращение как должное. Она приподнялась, и, повинуясь ее взгляду, сразу трое мужчин бросились ей помогать. Взглядом же поблагодарив их, она извлекла откуда-то зеркальце и, придирчиво осмотрев себя, одобрительно кивнула. Это стало ее единственной реакцией на столь радикальные перемены.— Ну вот теперь комплект полный! — поднялся со своего кресла Учитель.— Не хотите ли Вы сказать, что Зазрак…— Именно, Ви! Это, пожалуй, самая приятная неожиданность Эксперимента! Вас с Александром продублировало не только в Лэйм, но и в Гвингорм!— До сих пор в учебниках описывались лишь три вектора развития! — возразил Ал.— Теперь к классической триаде нужно добавить Четвертый вектор — Путь Высветления и Гармонизации Первоосновы. Наш опыт можно считать экспериментальным подтверждением тезиса о том, что без очистки каждой клетки, без переплавления самой материи человеческого тела Путь не может привести к однозначной Победе. Ведь необратимое движение к совершенству невозможно без устранения внутренних противоречий, без очистки и перенастройки фундамента, без безусловного, практически органического вживания в шкалу ценностей и значимостей. Но довольно теории. Вас ждет практика. Что, бодхисатвы, готовы?— Нет! — Зазрак, до этого переводивший взгляд с одного говорившего на другого, попробовал встать на ноги. — Я, конечно, стою, — сообщил он окружающим, недоверчиво глядя на свои ступни, — но идти куда-нибудь мне еще рановато!— А идти, собственно, никуда и не нужно! Пересечение Перекрестка — это не внешнее движение, а акт внутренней работы.Отворение Двери.Правда в одиночку открывать эту дверь небезопасно. Слишком сильные и разнородные ветры дуют на Перекрестке. Без помощи Братьев и Сестер вас закружит и как минимум выбросит обратно. Чтобы не потерять Путь, нужно Слышать и Чувствовать, Видеть и Понимать.Это не так трудно, как думают малодушные и неверящие, но и не просто. Словами всего не расскажешь. По ходу дела все поймете сами.— Когда нам начинать?— А вы уже начали. Несколько секунд назад. В момент, когда независимо друг от друга единогласно приняли Решение…Ксана закрыла глаза и прислушалась к своему пульсу.Тело наливалось энергией.Пространство пещеры снова начало меняться. Теперь оно с каждой секундой густело, заставляя тело упруго подрагивать, как бы под струями водопада.И на пределе слышимости зазвучала музыка.Ничего прекраснее Ксана еще не слышала. Тысячи голосов сливались и разлетались вновь в искристой, хрустальной капели колокольчиков, в нежной, светящейся метели черемуховых лепестков, в объемных, гудящих на нижнем пределе трепете гор и вековечных сосен.Эта музыка звала присоединиться. Она ничего не навязывала, но она была тем, что человек, услышав однажды, боится потерять, тем, что хочется слушать непрерывно, тем, к чему хочется прикасаться, иметь отношение, принадлежать.Сейчас, завтра, вчера…И кроме музыки подул ветер.Это были струи чистой энергии. Они не просто прикасались к телу. Они промывали его, проходили насквозь. Очи усиливали свечение ауры, будто бы раздувая искры первородного света, и Ксана наконец поняла, что имели в виду, когда говорили: «искра божья».Ветер наполнил все тело волшебной легкостью.И силой.Хотелось танцевать. Хотелось смеяться. Хотелось петь.Где-то рядом уже звучали смутно знакомые голоса. Ксана вдруг поняла, что это не песня, а заклинание. Алекс и Виола, медленно кружась в сверкающей спирали светового столба, напевно и торжественно произносили какой-то речитатив на непонятном, но поразительно знакомом языке. Их лица озаряли улыбки. Их глаза сняли непередаваемым, ни с чем не сравнимым Счастьем.Ксана уже летела. И полет этот не был сверхъестественным чудом. Он был чудом естественным. Нормальным. Но от этого не менее упоительным.Рядом вдруг оказался Олег. Он тоже смеялся радостным, легким смехом человека, нашедшего наконец разгадку трудной задачи, ответившего на мучавший его долгое время вопрос. Их руки встретились, и они запели без слов, сливая голоса в волшебном дуэте, и еще никогда песня не приносила такой радости.У правой стены мелькали в радужном свечении Летта и Сан. Но их полет не был ни торжествен, как у Алекса и Виолы, ни лиричен, как у принцессы и менестреля. Сатвийский послушник и светловолосая воительница играли в догонялки. Они наслаждались полетом как восторженные, переполненные счастьем ласточки. Они стремительно взмывали к потолку пещеры и, зависнув на долю секунды, вдруг с радостным смехом срывались в многовитковые спирали, выписывая в воздухе немыслимые по сложности фигуры.А внизу стояли Зазрак и Харма. Они не пытались взлететь. Они просто смотрели друг другу в глаза, и руки их сливались в двойной круг объятий. Они стояли, крепко упираясь ногами в нефритовый пол, и ветер вокруг них густел и обретал структуру.Неподалеку от них стояли эльфы. Они прижались друг к другу спинами и, запрокинув лицо вверх, с тихой нежностью следили за своими производными.И в молчании и неподвижности этой четверки было не меньше смысла, чем в ликовании остальных.Они шли через Перекресток.Они связывали оборванные нити Силы.Они исправляли Искажение.Не нужно было делать ничего специального. Нужно было лишь следовать своему естеству, своей интуиции, своим озарениям.Своему Таланту.Ибо сказано:«Талант — это тайна связи с основным потоком Жизни!» М. Анчарок.

А потом все снова вернулось на круги своя. Исчез Делон, исчез Эйб. Исчезли Учитель и Кара Ондр. Прилив сменился отливом. Эмоциональный подъем уступил место усталости и умиротворению.Все собрались в круг в центре пещеры и, подчиняясь настойчивым жалобам усталых тел, опустились на пол.Они расположились так, чтобы ни на секунду не терять контакт друг с другом. Все чувствовали, что так надо.Хотелось закрыть глаза и погрузиться в блаженное состояние удовлетворенности от хорошо выполненной важной работы, в состояние созерцания только что рожденного шедевра.Ксана лежала на спине, положив голову на бедро Олега, и чувствовала себя воином, только что одержавшим победу. А еще она чувствовала, как новая волна энергии Творчества чуть заметно струится по кругу отдыхающих бойцов.Тишина была ласковой. Но чего-то в ней не хватало.И тогда Олег задвигался, приподнимаясь.«Битва позади и на привале — самое время для песни. У меня нет лютни, друзья, но я постараюсь, чтобы музыка, звучащая во мне, зазвучала и в вас».Ксана передвинулась и устроила голову на животе Летты. Глаза девушек на секунду встретились, и теплая волна симпатии и нежности наполнила обеих.А музыка уже звучала. Гитара, флейта, что-то ударное. И голос. Голос менестреля.Ксана была уверена, что большую часть слов она уже слышала раньше. Но в звучащей песне были и совсем новые слова, рождающиеся прямо сейчас, под влиянием только что пережитой борьбы. Не спугни тишину когда мы войдем в дом по ступеням луныПосле сотен боев, после сотен дорог возвратившись с войныНазовем свои мечты именем однимИ обнявшись в братский круг рядом постоим… В тревожной тишинеПо трепетной струнеДуша взлетает ввысьДуша уходит в звукДуша уходит в звукОпять спина к спинеНа прежней сторонеМы держим хрупкий мирНе размыкая рукНе размыкая рук Энергия прибывала.По спине начали пробегать щекочущие импульсы. Появилось покалывание в кончиках пальцев. Сладко ныло в животе. А в груди поднималась Гордость.И Радость.И Счастье. Знать где Зло и Добро, различать Свет и Тьму, выбирать Нет иль ДаЧерез хаос борьбы нас ведет за собою все та же звездаУтром ветреный рассвет снова Тьму сожжетСтарый замок на холме Память бережет… Сквозь неприступность скалСквозь плен чужих зеркалНайдет дорогу лучВолшебного теплаБесценного теплаВзлетит из-за плечаСверкание мечаИ разлетятся в прахНочного Страха МглаИ темных дел зола Ксана почувствовала, что лежать уже невозможно и нужно встать.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46


А-П

П-Я