https://wodolei.ru/catalog/unitazy/Santek/animo/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Оттуда до квартиры Изабел рукой подать. По дороге я пытался свести воедино противоречивый образ господина Баума - тощий и высокий, как запомнилось мне, и одновременно маленький крепыш, со слов мадам Артунян. Живет на улице Этьен Марсель и одновременно в Версале. Два разных человека?
Ветер был так резок, что пришлось поднять воротник. Шагая по улице Конвенсьон, я с неудовольствием признался себе, что выбора нет, придется-таки ехать в Версаль. По поводу неудобств этого путешествия я был полностью согласен с мадам Артунян.
В квартире Изабел я принял душ и переоделся. Когда вернулась хозяйка, мы с ней выпили виски с содовой, обсудили события дня. И отправились на Монпарнас, где - невероятная удача - нашлось место для парковки прямо напротив ресторана "Дом". Артур ждал нас в зале, допивая порцию виски и попыхивая трубкой. Столик он выбрал так, что ему виден был вход и тротуар снаружи. А позади - зеркальная стена. Изабел села напротив зеркала, спиной к залу. А мы с Артуром рядышком на банкетке, напротив нее. Ужин и вино заказали, не особо затрудняя себя выбором.
- Я прямо от Таллара, - сообщил Артур, - Передал ему твои условия. От себя ещё добавил, что если ему вздумается припрятать на себе магнитофон, то разговора не будет. Он понимает, как ты рискуешь, согласившись встретиться с коммунистом.
- Кем он все же меня считает?
- Представь себе - сотрудником британской разведки, который расследует обстоятельства смерти Андре Маршана, поскольку тот подозревается в шпионаже. Глупость, правда?
Разубеждать Артура я не стал, вопрос его повис в воздухе. Глупо или нет - это как посмотреть.
- А ещё что думает этот Таллар?
- Что коммунисты заинтересованны открыть миру правду о Маршане. И пусть ему воздадут по заслугам.
- А твое мнение?
- Подтвердится версия о шпионаже или нет - коммунисты все равно в выигрыше. Англо-французские конфликты им всегда на руку, а к идеологии это отношения не имеет.
Изабел кивнула в знак согласия. Глядя будто бы на нас, она то и дело скользила взглядом по зеркалу, незаметно оглядывая ресторанную публику.
- Я хотел бы воспользоваться явочной квартирой на улице Дебрус. Пусть присутствует кто-нибудь из нашей службы безопасности. Когда Таллар собирается со мной встретиться?
- Завтра в десять.
- Передай ему, что я готов - встречу его на мосту Альма, на правом берегу. Опиши меня ему - пусть сам подойдет.
- Ладно. Он, как я уже сказал, молод. Высокий, волосы рыжеватые. В общем, красивый парень. И с ним будет ещё один.
Я спустился на первый этаж, где стояла телефонная будка, и за две минуты договорился насчет квартиры. Пока меня не было, нам принесли заказанные блюда.
Разрезая копченую сосиску, я заметил, что Изабел чем-то обеспокоена. Она чаще поглядывала в зеркало, всматриваясь пристально в зал, один раз чуть нахмурилась.
- Ну что там? - спросил я.
- Мы ведь были осторожны, да? Когда заезжали, никто за нами не следил. А теперь я в этом не уверена. Справа от тебя столик у входа, за ним сидит парень к нам боком. С темными волосами.
- Вижу. Когда мы от тебя выезжали, я его не видел.
- Тогда и я не видела. Но сегодня утром он околачивался возле посольства - могу поклясться, это он. Только выглядит по-другому...
- Как это - по-другому?
- Ну, он был в плаще, стоял, облокотясь на капот машины. Увидел меня и пригнулся. Но я успела его разглядеть - волосы курчавые, висячие усы. Лицо такое нездоровое... Это он, точно.
Человек, о котором мы говорили, был занят едой. Перед ним на столе лежала развернутая газета и он читал, двигая шеей.
- Ты бы принял его за араба? - спросил я Артура.
- Пожалуй, да. Пойду взгляну, что там за газета у него.
Артур поднялся и проследовал в туалет, по пути ему пришлось пройти мимо читавшего, и он заглянул в газету. Тот не обратил на него ни малейшего внимания.
- Араб, - сообщил Артур, вернувшись, - Похоже, тебе не придется искать учредителей "Луны" - они сами за тобой охотятся.
Возникшая проблема лишила ужин всякого удовольствия.
- Пожалуй, не стоит тебе возвращаться ко мне, - сказала Изабел.
- Стоит или нет - а я вернусь. Я умею за себя постоять, не так ли? Хочу перемолвиться с этим юнцом парой слов - я ведь собирался.
- Ты так и нарываешься на неприятности - а зачем?
- Затем! - ответил я резко, - А вот кому грозит опасность, так это тебе. Тебе нельзя встревать ни в какие истории - в посольстве это не понравится.
- Переночую, пожалуй, у подруги.
Расплатившись за ужин, мы получили свои пальто и зонты и остановились в дверях. Наш преследователь тоже заплатил по счету, но продолжал сидеть, будто бы дочитывал газету. Как только мы вышли, тут же поднялся и он. Мы ещё постояли на улице, прощаясь с Артуром. Когда Изабел села в машину, а следом за ней я, парень выскочил из ресторана и поспешил к стоявшему неподалеку "Рено".
- Поехала на вокзал Монпарнас, - сказал я, - Надо быть поосторожней.
По дороге я инструктировал Изабел насчет дальнейших действий. До вокзала доехали спокойно, никто вроде за нами не следил.
- Вернусь из Версаля сегодня же, переночую в твоей квартире. Звони мне от подруги, начиная с часу, каждые полчаса, пока не застанешь. Хорошо? А завтра увидимся в посольстве, - я поцеловал Изабел на прощание: - Пока, дорогая, будь осторожна.
Мы ещё раз поцеловались, я вышел из машины и направился в огромное помещение вокзала, нащупывая в кармане мелочь на билет.
ГЛАВА 16
Он открыл дверь сам - и я тотчас узнал его: коротышка в сером, которого я видел на кладбище, когда хоронили Артуняна, - он ещё так осторожно оглядывался.
- Господин Баум?
- Он самый. А вы кто?
- Меня зовут Джордж Пэнмур, - я назвал то имя, под которым представился в свое время Артуняну, - Вам обо мне говорили...
- Входите. Я вас видел на русском кладбище.
Квартира выглядела скромно - небольшие комнаты, мебель будто перевезена из фамильного поместья - больно уж громоздкая. Эстелла Баум оказалась уютной маленькой женщиной, хлопотливой, как курица. Баум познакомил нас и предложил мне пройти в кухню - там можно поговорить спокойно. Она затрясла головой, выражая высшую степень неодобрения, и немедленно удалилась из гостиной, оставив нас в обществе двух сонных кошек и неоконченного вязания. Баум выключил телевизор и предложил мне рюмку коньяку. Налил и себе, и мы расположились друг против друга в тяжелых креслах.
- Я вас давно жду, - сказал Баум, - Арам меня предупредил. Я не знал, как с вами связаться, - он не успел сказать, - во второй раз мы уже не встретились.
Баум понимающе кивнул, - Но я вас все-таки отыскал. Вернее, кого-то, кто выдал себя за вас. В вашем кабинете на улице Соссе.
Баум высоко вскинул кустистые брови и стал похож на симпатичного удивленного хомяка:
- Pa possible - невозможно!
- Тем не менее это произошло.
- Как он выглядел, этот тип?
Я постарался описать предыдущего Баума как можно подробнее, но нынешний только головой покачал:
- У нас такого нет.
- Более того, он отвез меня к себе, на улицу Этьен Марсель.
- Адрес мне ничего не говорит. Вы уверены, что встреча произошла именно в моем кабинете?
- Уверен. Снаружи висела табличка: "Начальник отдела документации". И ваше имя.
- Я начальник отдела исследований. На моей двери должность не обозначена - просто имя и фамилия.
- А номер комнаты какой?
- Триста шестнадцать. Третий этаж.
- А я был в семьсот девятнадцатой, на седьмом.
- Господин Пэнмур, - Баум говорил со мной терпеливо и мягко, как с душевнобольным, - в нашем управлении комнаты семьсот девятнадцатой нет, потому что нет седьмого этажа. Последний - шестой, там расположены технические службы.
- Но в лифте была кнопка с цифрой "семь"!
- Значит, вы были не у нас.
- Вот это да! - я залпом выпил рюмку.
- Расскажите все с самого начала, - предложил Баум, протягивая мне бутылку с коньяком. Я налил себе еще. Кошки во сне зашевелились, одна даже попыталась встать, но, разморенная теплом, снова улеглась на ковер. Баум ногой в домашней туфле ласково потрогал её.
Я начал свой рассказ с моих встреч - с Артуняном, с Альбером Шаваном, с того, как я был "арестован" возле "Sexy-Bizzare". Поведал, как били меня в контрразведке, как я улизнул от своих мучителей и встретился с Баумом, как он мне помог. И дальше - как взял напрокат машину и какая это оказалась машина. Потом о сражении в доме Бонтанов. О дальнейшем путешествии. Закончил на том, как симулировал автокатастрофу. Кое о чем я счел за лучшее умолчать: об убитом арабе, о бумагах Сегюра, о Бракони и находке в его доме. Когда я закончил, Баум спросил, не запомнил ли я номера машины, на которой меня увезли от дверей ночного клуба.
- Запомнил. У меня память на такие вещи. 5502 75. Или 5592.
- Министерский номер. Установить нетрудно, - он потянулся за лежащим на столике блокнотом, записал. - А номер дома на улице Этьен Марсель?
- Не заметил. Но могу специально сходить и посмотреть.
- Завтра же и сходите, ладно? И опишите людей, которые вас били.
Я описал, как мог, он сделал пометки в блокноте.
- А как они были одеты?
В моем описании первое место занимала обувь - её я разглядел лучше всего.
- Они обращались друг к другу по имени?
- Не слышал. По-моему, это профессионалы. Знают, как бить, куда ударить, чтобы побольней. И при этом никаких эмоций - скучное занятие, тысячу раз это проделывали.
- А как выглядит квартира на улице Этьен Марсель?
Пришлось напрячь память - я ведь был ещё не в себе, когда туда приехал. Но кое-что все же вспомнилось.
- Пьет хозяин шотландские виски "Блэк Лейбл" - дорогое удовольствие во Франции. А квартира безликая. Знаете, он не чувствовал себя дома - даже входную дверь открыл как-то неуверенно. Может, я и ошибаюсь...
- Он говорил, что это его квартира?
- Сказал, что отвезет меня "к себе". И дал лейкопластырь, чтобы залепить порезы. В ванной он, стало быть, ориентируется.
- Как вам показалось - квартира вообще обитаема? Живут в ней?
- Думаю, да. Или специально для меня ей придали жилой вид. На столике в прихожей были письма, а на вешалке - мужская шляпа и плащ.
- Давайте вернемся к той комнате, которую вы приняли за мой кабинет. Когда вы вылезли в окно, то обратили внимание на соседние здания?
- Помню крышу дома напротив. Но особо ничего не разглядел - там парапет высокий.
- Что-нибудь все-таки разглядели? Какие-нибудь дома? Может, что-то необычное?
- Дом напротив - кирпичный. И выше того, в котором я находился. Иначе бы я просто его не увидел - я ведь прятался за парапетом, полз, согнувшись.
- Стало быть, этажей восемь?
- Не меньше.
- А на улице Соссэ все дома на противоположной от нас стороне - из серого камня, а не кирпичные.
- Вот как!
- Излишне и говорить, что мы никогда не пользуемся услугами автошколы Марсо. Припомните ещё что-нибудь...
- Да, я же видел Эйфелеву башню! Довольно близко - может, в километре. Или ближе. Тогда я на это внимания не обратил, но теперь понимаю, что от улицы Соссэ она гораздо дальше.
- Вы её видели прямо за кирпичным зданием?
- Да. Прямо перед собой.
- Значит, улица, на которой вы были, проходит перпендикулярно прямой линии, если её начертить от Эйфелевой башни к этому дому?
- Что-то в этом роде.
- На ваше суждение, что до башни около километра, к сожалению, полагаться нельзя. Знаете, расстояние - вещь обманчивая...
- Пожалуй.
- Что ещё вспомните?
Я подумал. Ага, вот. Где-то поблизости проходит метро: пока я ждал своего спасителя в гараже, явственно чувствовал, что пол вибрирует. Я даже, от нечего делать, фиксировал в голове, насколько часто проходят поезда. Примерно каждые семьдесят секунд.
- На разных линиях метро в Париже поезда ходят с разной частотой, одобрительно сказал Баум, - Это ваше наблюдение может оказаться полезным.
- И вот ещё что. Насчет маршрута. Трудно, конечно, его определить, находясь в багажнике, однако я чувствовал, как меня прижимает к стенке на поворотах. По-моему, мы поднялись по спиральному пандусу, развернулись круто и сразу же оказались на улице с большим движением: я слышал уличный шум. Потом остановились, ткнулись во что-то, в тротуар, видимо. Повернули направо и ещё раз направо... - я прикинул в уме и спохватился: - Господи, я видно, совсем одурел в этом багажнике, мог бы и сам сообразить, что с улицы Соссэ направо не повернешь. Там же одностороннее движение.
- Во именно, - отозвался Баум, записывая что-то, - А с какой стороны было солнце, вы не заметили?
- Солнца не было - туман. Или утренняя дымка.
- Может, необычные звуки или запахи?
- Нет. Просто уличный шум.
Баум оторвался от блокнота, посмотрел на меня:
- Раннее утро - какой уж такой особый шум?
- Машин было уже много.
- Из этого следует, что вас везли по оживленной магистрали. Потому и машин много. Движение одностороннее?
- Не могу сказать.
- Жаль, это сократило бы круг поисков. Но, по крайней мере, нам известно, что здание, в котором вы побывали, находится на оживленной улице, примерно в километре от Эйфелевой башни, поблизости проходит линия метро, по которой поезда идут каждые семьдесят секунд, а напротив стоит кирпичный восьмиэтажный дом. Кроме того, в здании, которое нам предстоит отыскать, имеется подземный гараж. Можете что-нибудь добавить?
- Пожалуй нет.
- Попробуем обойтись тем, что есть, - он поднялся, - Предлагаю выпить кофе. Эстелла уже легла, но она обычно оставляет кофейник на плите, чтобы не остыл.
В кухне, за накрытым красной скатертью столом, мы не спеша выпили по чашке крепкого кофе. Я рассказал Бауму о своих отношениях с акционерным обществом "Луна", не упомянув при этом, что убил одного из их людей. О Бракони и его космическом передатчике тоже умолчал: будет ещё время для исповеди. О предстоящей встрече с коммунистом - ни слова. Однако попросил Баума узнать, если возможно, сколько некий Р. Брансон платит биржевому маклеру Жюлю Робертону, чья контора находится на Итальянском бульваре в доме N 48. Кустистые брови снова взметнулись, но их обладатель ни о чем не спросил, только записал данные в блокнот.
- Знаете, что самое странное? - сказал он, - Зачем им столько хлопот? Использовали министерскую машину - или, может, просто министерские номера.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29


А-П

П-Я