https://wodolei.ru/catalog/unitazy/Roca/debba/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Как по-твоему, Эли, какие-нибудь известные личности там будут?
— Какое мне до них дело? — простонала я. — И почему, Джо, я к тебе не прислушалась в свое время? Ты ведь говорила, что глазки у Дэвида маленькие. И вообще, мерзавец он последний. У него теперь другая женщина, а я на бобах осталась.
— Угу, — поддакнула Джо. — Зато он своим драгоценным членом не владеет.
— Если не врет, — процедила мама. — В противном случае я ему сама яйца оторву.
Папа, который до сих пор стоически делал вид, будто штудирует газету, при этих словах нервно вздрогнул и поморщился.
Спать я легла рано. Пушистик, словно почувствовав, как мне плохо, тут же запрыгнул на кровать и устроился на моей груди. Я взяла с Эммы слово, что в мое отсутствие она будет заботиться о котике, как о собственном ребенке, и не станет изводить его голодными диетами.
— Вот бы разрешили взять тебя с собой, — мечтательно произнесла я, почесывая довольно мурлыкающего кота за ухом.
Однако я уже знала, что в Британии матерям в заключении не позволяют держать при себе собственных детей по достижении малышами полугодовалого возраста. Что уж тогда о престарелом коте говорить, пусть даже в нем есть примесь сиамской крови!
Глава 53
После скромного завтрака, состоявшего из джема и тостов, я, едва не задушив Пушистика в объятиях, ждала такси.
По случаю неминуемого вынесения обвинительного приговора вырядилась я, как на казнь, — в короткое черное платьице, которое в последний раз надевала в день рождения, когда мне исполнился двадцать один год. Пожалуй, для судебного зала платье было несколько броским (одни усыпанные блестками бретельки чего стоили!), но я хотела, чтобы все запомнили меня такой. Хотя, подходя к двери, я убедилась, что немного смазала эффект: подол платья сплошь покрывала кошачья шерсть.
Эмма по пути хранила столь несвойственное ей молчание. Да и родители, поджидавшие меня в вестибюле здания суда, были встревожены. Сестрицы порывисто меня обняли, и мне даже показалось, что в глазах Джо блеснули слезы.
— Только не целуй меня, — предупредила мама. — Иначе мне покажется, что это прощальный поцелуй.
— Попрощаться нам разрешат, — уверенно сказала я. — Не все же они такие паскуды.
— Неужели нельзя убедить этого мерзавца отозвать свой подлый иск? — громко спросила мама, увидев входящего в зал адвоката Дэвида. — Он пытается отобрать у матери старшую дочь — ее гордость и утешение. Бедная бабушка, возможно, не доживет до освобождения внучки.
— Тс-с-с! — прошипела я. — Как она, кстати, поживает?
— Опять за свои штучки взялась, — наябедничала Джо. — Похвасталась, что сегодня ее будут снимать фотографы из «Золотого мира». Видела этот журнальчик для старых маразматиков? Его на почте бесплатно дают. Если бы не съемки, так она сама явилась бы сюда и навела шороху…
Джо прервало появление мистера Тейлфорта.
— Как настроение? — с наигранной веселостью осведомился он. — Зададим им перца?
Мама смерила его суровым взглядом. Нашел, мол, время шутить. Тем более что весь ход процесса недвусмысленно свидетельствовал об одном: тюрьмы мне не избежать.
Мистер Тейлфорт жестом поманил меня за собой. Мама же напоследок набросила мне на плечи свой жакет.
— Надень, — напутствовала она меня. — Нечего дразнить присяжных своими оголенными телесами.
Адвокат Дэвида развалился на скамье в такой позе, словно присяжные уже вынесли вердикт в его пользу. За его спиной восседали Барри с Лайзой. На Лайзе был блейзер а-ля Джеки Онассис. Оранжевый на сей раз. Из кулака ее торчал край изорванного в клочья бумажного платка. Невооруженным глазом было видно, как она нервничает, опасаясь перекрестного допроса. Сегодня, правда, рассчитывать на спасительный обморок ей уже не приходилось.
— Надеюсь, вы покажете ей, где раки зимуют? — с надеждой спросила я мистера Тейлфорта.
Присутствующим велели встать, после чего судья Максвелл-Харрис величественно вплыла в зал и взошла на свое место. Она вкратце напомнила, по какому поводу мы здесь собрались, и выразила надежду, что присяжные не забыли, сколь высокая ответственность возложена на их плечи. После чего для дачи показаний вновь вызвали Лайзу.
Когда выкликнули ее имя, Лайза поднялась на ноги с грацией новорожденного жирафенка. Ноги ее предательски разъехались, и мне показалось даже, что она не сможет самостоятельно подняться на возвышение. В следующий миг я явственно услышала, как она всхлипнула.
— Что это с ней? — с недоумением спросила я мистера Тейлфорта.
— Боится, — самодовольно ответил он, поглаживая усы. — Я славлюсь своей суровостью на допросах.
— Не могу! — вдруг истерично крикнула Лайза адвокату Дэвида. — Я не выдержу! Отпустите меня!
Адвокат, похоже, раздумывал, не устроить ли очередной спектакль с обмороком, но судья Максвелл-Харрис, грозно нахмурив брови, бросила на него предостерегающий взгляд, красноречиво давая понять: на сей раз подобные штучки с рук представителям истца не сойдут.
— Мисс Браун, — обратилась она к заметно позеленевшей Лайзе. — Надеюсь, сегодня вы чувствуете себя лучше?
Вместо ответа Лайза зажала рукой рот, будто опасаясь, что ее стошнит.
Ей поднесли Библию для приведения к присяге.
— Не могу я! — жалобно взвыла Лайза.
— Сможете, мисс Браун, — ледяным голосом произнесла судья Максвелл-Харрис. — В противном случае вам придется нести ответственность за неуважение к суду.
Тем временем я, обводя глазами зрителей, заметила еще одно знакомое лицо. Аманду из «Совершенной женщины», которая, сидя с блокнотом на коленях, жадно внимала каждому слову судьи.
Наконец Лайза, жалобно всхлипнув, соизволила присягнуть на Библии. Ей даже разрешили сидеть, принимая во внимание ее жалкий вид, однако предупредили, что ни при каких обстоятельствах не отпустят, пока она не ответит на последний вопрос защитника.
Мистер Тейлфорт поднялся во весь свой недюжинный рост и деловито откашлялся. Глаза Лайзы испуганно расширились, как у затравленной лани. Я злорадно потирала руки. Пусть и она хоть немного помучается, коль скоро мне не миновать отсидки.
— Мисс Браун, — начал мистер Тейлфорт, — вчера мы выслушали душераздирающие подробности ваших отношений с мистером Уитвортом вплоть до второго февраля одна тысяча девятьсот девяносто восьмого года. Сегодня я хотел бы задать вам несколько вопросов о ваших отношениях с ним в настоящее время. В частности, меня интересует вот что: когда вы в последний раз вступали с ним в половую связь?
Глаза Лайзы полезли на лоб.
— Что?!
— Повторяю, — не без удовольствия промолвил мой адвокат, — когда вы в последний раз вступали в половую связь с мистером Уитвортом? Или, если предпочитаете, «предавались любви»?
Лайза затрепетала. Даже серьги в ушах задрожали.
— У нас с ним были замечательные интимные отношения, — еле слышно пробормотала она.
— Говорите громче, мисс Браун, — потребовала судья.
— Сначала я не хотела, чтобы наши отношения заходили столь далеко, — сказала она. — Хотела сберечь себя до свадьбы. Но потом, когда мы с Дэвидом объявили о помолвке, я решила, что откладывать не стоит.
— Вы сказали, что у вас с ним были замечательные интимные отношения, — подчеркнул мистер Тейлфорт. — Значит ли это, мисс Браун, что в них произошли перемены? И если да, то когда?
В то время, когда хищница, то есть я, ворвалась в их жизнь, само собой разумеется, заявила Лайза. Иного ответа трудно было ожидать.
— Но затем, когда мистер Уитворт расторгнул помолвку с мисс Харрис, ваши отношения возобновились?
Лайза кивнула.
— Надолго? — продолжал сыпать вопросами мой защитник.
— Вплоть до второго февраля девяносто восьмого года, — еле слышно прошелестела она.
— И вы готовы утверждать, — в голосе мистера Тейлфор-та зазвенел металл, — что с того самого дня, когда, по его словам, он подвергся нападению со стороны мисс Харрис, между вами не было интимных отношений?
Лицо Лайзы исказилось. Вопрос был задан не в бровь, а в глаз.
— Неужели с тех пор у мистера Уитворта ни разу не было нормальной эрекции? — так затем перефразировал свой вопрос адвокат.
— Э-э-э… — выдавила она.
— Возможно, вы меня не поняли, — процедил мистер Тейлфорт. — Тогда я поставлю вопрос ребром. Способен ли был мистер Уитворт с тех пор функционировать как мужчина?
В ожидании ответа Лайзы я затаила дыхание. Время вдруг раздулось и растянулось, точно пузырь, наполненный водой. Мои родственники, как и прочие зрители, дружно вытянули шеи.
— Да! — выпалила вдруг Лайза.
У Дэвида отвисла челюсть. Я тоже разинула рот от изумления.
А мистер Тейлфорт как ни в чем не бывало продолжал гнуть свою линию.
— Поясните, что вы имеете в виду? — потребовал он.
Щеки Лайзы стали пунцовыми, как спелые помидоры.
— Я имею в виду, что после второго февраля мистер Уитворт был способен функционировать как мужчина, — отчеканила она.
— О нет! — простонал адвокат Дэвида.
— Вы, должно быть, имеете в виду какую-нибудь тяжелую физическую работу, — сказал мистер Тейлфорт, делая вид, что не понял ее. — А я говорил о другом. Был ли он способен удовлетворить вас в постели?
— Да, — твердо сказала Лайза. — Расставшись с Эли Харрис, Дэвид Уитворт предавался со мной любви в постели каждую ночь.
— Вы имеете в виду половой акт, сопровождающийся пенетрацией? — бесстрастно уточнил мистер Тейлфорт.
— Чем угодно.
В зале послышались смешки и ехидные возгласы.
И тут Лайзу словно прорвало.
— Он вешал вам лапшу на уши! — отчаянно затараторила она. — Элисон вообще не причинила ему ни малейшего вреда. И на его активности в постели это никак не отразилось. Более того, когда Барри, его брат, сказал, что на истории с Элисон можно неплохо подзаработать, сексуальная мощь Дэвида неимоверно возросла. Это могут и другие подтвердить.
Адвокат Дэвида, делая ужасные глаза, умолял ее замолчать, но Лайза уже вошла в раж и остановить ее было не легче, чем альпийскую лавину.
«Крепость пала, враг бежит», — написал мне на листочке бумаги помощник Тейлфорта. Я прекрасно понимала, что еще не все кончено, что моя судьба по-прежнему находится в руках присяжных, но комок в горле уже рассосался и неприятная тяжесть в затылке исчезла.
Меж тем Лайза продолжала методично добивать моего бывшего жениха.
— Через неделю после того, как Элисон натерла мазью «Огненный перчик» член Дэвида, мы с ним еженощно предавались любви по три раза, — поведала она с гордой улыбкой. — А весь этот скулеж про неспособность добиться эрекции из-за моральной травмы — нахальное вранье. Ни о каком членовредительстве или моральной травме не может быть и речи. — Она злорадно усмехнулась. — Более того, прежде чем поехать к доктору на обследование, Дэвид попросил, чтобы я заново натерла его член этой же мазью прямо в машине.
После этих слов Лайзы сидевшая в зале мать Дэвида громко охнула и мешком рухнула на пол. Однако свидетельницу было уже не остановить.
— Вчера вечером, возвращаясь с работы, я заметила перед нашим домом незнакомый автомобиль. Роскошный. То ли новый «мерседес», то ли нечто в том же роде. Я подумала, что к Дэвиду заехал его адвокат, однако, войдя, ни в гостиной, ни на кухне Дэвида не нашла. Тогда я поднялась наверх, в спальню, где меня ждало замечательное зрелище. Дэвид сидел на кровати, а перед ним на коленях стояла незнакомая мне женщина и… Словом, они занимались оральным сексом.
Я прижала пальцы к губам, чтобы не расхохотаться.
Мать Дэвида отчаянно заголосила.
— Я оттащила ее за волосы, а потом от души надавала оплеух. А какого черта? Дэвид потребовал, чтобы я отпустила ее волосы, но было уже поздно. В первый миг мне даже показалось, что я скальпировала эту стерву, но потом поняла, что держу в руке парик. Словом, я пинками выгнала ее из дома, а потом, когда вернулась в спальню, чтобы потребовать объяснений, Дэвид даже не соизволил извиниться передо мной. Напротив, он был взбешен.
— Взбешен? — переспросил Тейлфорт. — А почему?
— По его словам, я разрушила его карьеру.
— Что? — Тейлфорт не скрывал изумления. — Его карьеру? Как страхового агента?
— Нет, актерскую, — пояснила Лайза. — Он собирался сниматься. — Презрительно фыркнув, она добавила: — В порнофильмах.
В зале воцарилась могильная тишина.
Затем послышались испуганные возгласы. Мать Дэвида на руках вынесли из зала.
— Да, — всхлипнула Лайза. — Оказывается, эта сука в парике, которая ему отсасывала, владеет крупнейшей в стране компанией по производству порнофильмов. Студия «Мягкие губки» — так, кажется, она называется. И эта дрянь якобы хотела снять фильм про Дэвида. А минет делала лишь с целью удостовериться, что во время съемок он не подкачает!
В зале грянул дружный хохот.
— Не понимаю, что тут смешного, — обиженно заявила Лайза.
Судья Максвелл-Харрис призвала всех соблюдать тишину.
— Если я вас правильно понял, — заговорил мистер Тейлфорт, — то действия вашего суженого мало походили на поведение до смерти запуганного мужчины. Это так?
— Совершенно верно, — ответила Лайза, хмыкнув. — И после всего этого Дэвид еще хотел, чтобы я лжесвидетельствовала в его пользу. Но я не могу врать, когда на карту поставлена честь другой славной женщины, также пострадавшей из-за этого гнусного негодяя.
Зал начал дружно скандировать:
— Лай-за, Лай-за, мо-ло-дец!
Присмотревшись, я увидела Марсию Гуттенберг, окруженную целой кучей феминисток из «Сафьянового клуба». Лайза вопросительно посмотрела на меня. Я жестом показала, что она молодчина. Сестра Дэвида вскочила со стула.
— Это ложь! — истошно завопила она. — Она все это выдумала!
Судья Максвелл-Харрис потребовала, чтобы сестрица моего бывшего жениха села на место и замолчала.
— Это чистая правда, ваша честь, — закончила Лайза. — Дэвид Уитворт — лживый мерзавец, и вы можете известить его, — тут она сорвала с пальца обручальное кольцо и, не глядя, швырнула в сторону Дэвида, — что наша помолвка разорвана.
С этими словами она сбежала с возвышения и сломя голову кинулась прочь из зала.
— У меня больше нет вопросов к свидетельнице, — поспешно произнес мистер Тейлфорт, видя, что кто-то пытается остановить Лайзу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43


А-П

П-Я