Отзывчивый сайт Wodolei 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Но «Туснельда Торнада» уже подхватила его и вместе с чугунной бабой всосала в свою пасть. Лишь на мгновение огромный экскаватор, словно прыгун на трамплине, замер на верхушке смерча. Перед тем как окончательно взлететь за облака, «Туснельда» выпустила вихревидный язычок, который протянулся к онемевшей тете Коре. Ураган обернул ее в тигриную шкуру и унес с собой, быстро исчезая за небольшой рощицей, окружавшей виллу.
— Счастливого пути! — крикнул месье Флип.
— А куда лее он летит? — спросил Кнобель.
— Понятия не имею. Наверное, домой, на Бермудские острова. Наверняка «Туснельда» соскучилась по родине. В любом случае Болленштилю и Коре предстоит нелегкий, долгий путь. У такого торнадо сил больше, чем кажется на первый взгляд.
Тиль и Кнобель помчались к Альбертине.
— Вот они мы! — Тиль сиял как медный грош, насколько можно сиять сквозь толстый слой пыли, которой «Туснельда» осыпала всех без исключения.
— И мы остаемся здесь! — добавил Кнобель.
Альбертина не могла скрыть слез. Она очень рада была этим двум маленьким милым сорванцам, но горе ее было сильнее радости. От всей банды, непобедимой банды клетчатых, осталась только она одна.
— Что-то ты нам совсем не рада, — сказал Тиль. — Что с тобой? Твой дом мы отремонтируем… — Он быстро понял, что Альбертина все равно безутешна и ее не так-то легко развеселить.
— Ах, Тиль, это долгая история. Я расскажу ее вам как-нибудь перед сном, когда буду вас укладывать.
Твои сны с тобой, Альбертина!
Альбертина лежала в цветочном кабинете на пальмовых листьях и смотрела в окно на звездное небо. Было тихо и темно, печаль и одиночество выползли из самого дальнего, мрачного уголка ее души. Ей стало холодно, она натянула лилейное одеяло до самого подбородка. Крупные слезы скатывались у нее по щекам и капали на подушку из мягкого мха.
В голове у нее, словно бешеная карусель, проносились обрывки воспоминаний о друзьях: полет на скуттерах, изгнание тети Коры, подготовка к открытию виллы, ухмылка Клары, когда в библиотеке она притворилась мертвой, восторг Пауле, когда он увидел маленький мобильник, «Бугатти» и разный прочий хлам на вилле.
Особую боль приносили воспоминания об Отто, о том, как он хрипловато смеялся, как они дурачились, как играли в принцессу и барона. Она вспоминала его акробатические номера и его ужасно печальное лицо, когда он прыгнул в чемодан. Ей казалось, что прошла целая вечность, хотя на самом же деле она приехала на виллу всего три дня назад. Ей даже не хотелось разговаривать с папой по звездному телефону. Пусть не знает, как ей тяжело.
Альбертина закрыла голову подушкой, чтобы прогнать мучительные образы своих друзей. Стала вдыхать терпкий запах мха.
— Немедленно начинай думать о чем-нибудь другом, Альбертина Шульце! — крикнула она и отбросила подушку в сторону. Потом Альбертина глубоко вздохнула, выпрямилась, сделала грозное лицо, как у Саладина, выпятила подбородок, сузила глаза и, накинув на плечи одеяло, словно плащ полководца, решительным взглядом окинула матрешек.
Ровным строем стояли они на подоконнике. Было видно, как рада Маша, что Ниночка снова с ними. Альбертина вскочила и зажала маленькую куколку в руке.
— Девочки, слушайте внимательно. Пункт первый: я — гордая хозяйка единственной в своем роде виллы. Пункт два: если у других крохотный палисадничек, то у меня — целый парк. Пункт три: месье Флип — потрясающий, прошедший огонь, воду и медные трубы дворецкий, и все его заботы — только обо мне. Пункт четыре: я могу делать все, что захочу, и никто не может командовать мной. Пункт пять: я самый счастливый человек на земле. — Альбертина посмотрела на молчащих куколок и упала на лилейную кровать. Нет, все напрасно, все это — только глупая болтовня. Зачем ей вилла, зачем парк, дворецкий и лилейная кровать, если с ней нет банды клетчатых?
Раздался стук в дверь.
Это, должно быть, месье Флип. Краем одеяла она вытерла лицо.
— Если это не тетя, то войдите! — сказала она, стараясь улыбнуться.
В комнату вошел месье Флип. Он нес в руках стакан.
— Я подумал, что надо принести вам молока на ночь и тогда можно считать, что на сегодня я исполнил свой долг. Наши близнецы уже крепко спят сладким сном в королевской спальне.
— Месье Флип!
— Да, фройляйн Альбертина?
— Вы не могли бы называть меня просто Альбертина? И на «ты»?
— Для меня это большая честь, фройл… я имею в виду — Альбертина!
— Так гораздо лучше звучит.
— У тебя все в порядке?
— Да, все отлично. — Она вымученно улыбнулась.
— Хитрить ты отлично умеешь, мадмуазель. Ты действительно фантастический человечек, а другого вилла и не заслужила. Нам придется еще раз привести в порядок эту нашу жемчужину. Мне без тебя не справиться, ты же понимаешь.
Альбертина слабо кивнула и отпила глоток молока.
— Вы думаете, этим троим там хорошо? — ни с того ни с сего спросила она.
— Я в этом уверен. Только Пауле немного тоскует по своим инструментам, которые пришлось бросить, а Кларе приходится сражаться с бандой «Миссис Монеты» без твоей помощи. Отто наверняка уже стянул где-нибудь подзорную трубу и лихорадочно обшаривает небо в поисках звезды по имени Люминос, чтобы поговорить с тобой по звездному телефону.
— Мне кажется, я сегодня не смогу заснуть.
— Ты боишься, что во сне встретишься с бандой и наутро поймешь, что все случившееся только плод твоей фантазии? — Месье Флип читал ее мысли.
Альбертина смущенно посмотрела на дворецкого, потом взяла стакан с молоком и выпила его до дна.
— Я знаю, что человек, который встретился со снами в жизни, начинает считать собственные сны ерундой. Именно это произошло с Лиззи, она совершенно перестала доверять собственным снам. Но без снов мы не можем жить, Альбертина. Представь себе, что все наши сны — и злые, и добрые — окажутся здесь, в нашем реальном мире. Какой хаос тогда начнется! Страхи, тяжелые мысли и печали, которые мы преодолеваем во сне, будут всегда сопровождать нас и сводить с ума. Но было бы еще хуже, если бы мы потеряли все наши стремления и надежды.
Альбертина, не понимая, смотрела на него.
— Да-да, наши сны — это прибежище наших стремлений и надежд. Без них мы просто не можем жить, ведь это они торопят нас вперед, дают уверенность в том, что день завтрашний и послезавтрашний таит в себе что-то такое, ради чего стоит жить. — Месье Флип сел на край лилейной кровати. Он поправил у Альбертины под головой подушку и ласково откинул у нее со лба буйные рыжие кудряшки. — Сны — это такая подушка, на которой отдыхает наша душа. Ну а теперь — спи.
— Давайте вы останетесь тут, со мной, пока я не засну! — попросила Альбертина. Она чувствовала, что ей стало лучше. Тень усталости легла на ее веки.
— Не думай, что ты потеряла свою банду. Она не исчезла, не угасла, не растворилась, она всегда может к тебе приходить — в твоих снах. Когда засыпаешь, изо всех сил думай об Отто, о Кларе, о Пауле — и они снова к тебе придут! — Он положил руку ей на лоб.
Приятное, блаженное чувство охватило Альбертину. Она крепко сжала в руке Ниночку. Веки у нее отяжелели, она поплыла, поплыла куда-то, и вот издалека послышался голос, голос Отто, он звал ее. Комната стала расплываться у нее перед глазами и превратилась в яркое, сверкающее море света.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29


А-П

П-Я