водолей ру сантехника 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

«Еще нужно посмотреть, что за ребеночка ты вынашиваешь, милочка! – с брезгливой гримасой на красивом лице бросила она прямо в глаза растерявшейся девушке. – И кто на самом деле отец этого несчастного малыша!» Маша плакала, а Ирина Матвеевна, переходя от лицемерного участия к уговорам и угрозам, методично внушала девушке мысль о том, что от ребенка непременно нужно избавиться. Причем в самые ближайшие сроки, пока не стало слишком поздно… « Любая порядочная девушка на твоем месте сама без лишних слов и уговоров поняла бы, что единственный выход из сложившейся ситуации это аборт. Я помогу тебе устроить все так, чтобы никто не узнал о том, что натворили вы с Семеном. Иначе не только у тебя, но и у него будут из?за этого огромные неприятности. Ты ведь, милочка, еще несовершеннолетняя. Представь, сколько стыда будет, когда о ваших с Семеном шалостях узнают в университете, а родители твои, что скажут?» Семен так и не узнал, как его матери удалось заставить Машу написать ему то глупое и ужасно жестокое письмо, которое он получил спустя пару недель после того, как Ирина Матвеевна узнала о его предполагаемом отцовстве. В нем девушка в довольно резких выражениях сообщила о том, что встретила другого и больше не желает иметь с ним, Семеном, ничего общего. Для чего было написано это послание мы теперь уже, наверное, никогда не узнаем, так как после этого Маша, устав бороться с Ириной Матвеевной и оправдываться перед ней попросту исчезла из общежития в неизвестном направлении. Возможно, она опасалась, что в силу мягкости характера не сможет противостоять властной и жестокой женщине, и та с той же легкостью, как заставила написать глупое абсурдное письмо, принудит ее избавиться от уже желанного и горячо любимого ребенка. Свой адрес она оставила только подруге, попросив пересылать ей письма Семена, если он все же ответит ей. Она надеялась объяснить ему все, что произошло… Реакция твоего отца оказалась довольно своеобразной. Ему было всего восемнадцать, но уже тогда он отличался эксцентричностью, тягой к необдуманным поступкам и театральным эффектам. Отставка любимой поразила его в самое сердце. Он сам мне рассказывал, что когда прочел строки написанные рукой горячо любимой женщины, в которых она самым циничным образом объясняла, что разрывает всякие отношения с ним ради другого, то почувствовал будто кто-то неожиданно и коварно ударил его со всего размаха по голове совковой лопатой. Два дня он не ел, не спал, ходил чернее тучи и даже умудрился подраться с сержантом. Хорошая взбучка слегка встряхнула его, Он собрал по казарме штук десять фотографий симпатичных девушек, пишущих его товарищам трогательные послания из разных уголков нашей необъятной родины, сложил их в конверт с адресом Маши и отнес на почту, снабдив веселой легкомысленной запиской. «Привет, Мария! Я рад, что ты, наконец, разобралась в своих чувствах и нашла человека, с которым ты будешь действительно счастлива многие и многие годы. Поздравляю, надеюсь, если успею вернуться, пригласишь по старой памяти на свадьбу. И еще, если не трудно, у меня к тебе маленькая просьба. Не могла бы ты выбрать свою фотографию из этой пачки, которую я тебе посылаю. Мне ужасно стыдно, но тут в армии голова постоянно забита кучей всевозможных проблем, так что нет ничего страшного, что я даже девчонок, с которыми переписываюсь, путать начал. Сейчас минут пятнадцать думал, какая из них твоя, а потом плюнул и решил попросить о помощи тебя. Ты свою возьми, может, пригодится еще, подаришь новому парню, а остальные пришли обратно, мне они еще пригодятся. Служить то долго, а скука тут смертная. Ну, вот вроде и все. Желаю счастья. Семен.» Верная подруга, как и обещала, сразу же переслала письмо Маше. Уж не знаю, какого ответа она ожидала от парня находящегося в армии и получившего такое послание от любимой, но реакция Семена ей видимо показалась жутко оскорбительной. Возможно это совпало с тем, что внушали ей все эти месяцы подруги и Ирина Матвеевна… Не знаю, теперь спустя столько лет разобраться, что думала тогда девушка уже вряд ли получится. Ну, а результат тебе известен. Она исчезла окончательно, даже подруга теперь не знала, как с ней связаться. И, когда обеспокоенная долгим молчанием Марии, мать приехала из деревни и занялась поисками дочери, то нашла уже только тебя. Роды были преждевременные, крайне тяжелые, девушка умерла, практически не приходя в сознание, и мало что успела о себе рассказать. Дала адрес матери, но сообщить Агафье Тихоновне то ли не успели, то ли не получилось… Тут Семен тоже ничего определенного сказать мне не смог. Конечно, все те же верные подруги поспешили сообщить Машиной маме обо всем, что произошло с Машей за эти два года, дали координаты отца ребенка. Только и из этого ничего путного не получилось. Семен был все еще в армии, а разговор с Ириной Матвеевной, я думаю, ты тоже вполне представляешь чем закончился для убитой горем матери. В общем оформив все документы и забрав внука, то есть тебя, Агафья Тихоновна вернулась к себе в деревню.– Ну а Семен… в смысле отец… он то что, даже не поинтересовался, как судьба его бывшей девушки сложилась? – Когда я замолчала, спросил Никита. – Ты вроде сказала, что он учился там же, куда мама поступила почти перед смертью, наверное, и подружки там у нее остались…– В университет Семен не вернулся. Он учится там начал только для того, чтобы к Маше поближе быть… Конечно, судьба бывшей возлюбленной была, не смотря на обиду и сильнейшее разочарование, ему совсем не безразлична… Но и тут Ирина Матвеевна сочла своим долгом вмешаться. Зная, что девушки уже нет в живых, она посчитала, что Семе вовсе незачем знать, как тут произошло все на самом деле. Наверное, она хотела, как лучше. Если все равно исправить уже ничего нельзя, то зачем заставлять парня мучится и взваливать на плечи груз вины и ответственности… В общем, как мне муж рассказывал, он сразу по приезду ринулся в ту квартиру, которую снимал для Маши, естественно ее там не было, в общежитии он нашел ту самую подругу, которая когда?то ходила на переговоры с его матерью. Девушка ему объяснила, что Маша вышла замуж за военного, бросила учебу и уехала с ним. Вот и все. Я, да и Сема тоже, практически уверена, что без влияния и денег Ирины Матвеевны тут уж точно не обошлось. Иначе сам посуди, зачем подруге говорить заведомую неправду? Был август месяц, почти все студенты, сдав экзамены, разъехались по домам, поэтому поговорить еще с кем-то из Машиных подруг Семену не удалось… Да он и не стремился, ему вполне хватило одного подтверждения… Он мне признался, что после Машиного письма сильно мучился, когда прошло первое потрясение и обида немного отступила, парня начали терзать сомнения. Уж больно сильно все это было не похоже на мягкую и совестливую девушку, с которой он прожил вместе почти два года. Вот если бы она приехала к нему в часть и со слезами на глазах повинилась в том, что полюбила другого, было бы конечно не менее обидно, но все же понятнее… а так… Вдруг, ни с того ни с сего… В общем, сомнения у Семена были. Он даже писал Маше с просьбой объяснить что же все-таки произошло, только письма эти до адресата, сам понимаешь, не дошли… Ну, а разговор с подругой развеял все эти сомнения. Сема снова почувствовал себя обманутым сентиментальным дураком…– Понятно. – Глухо отозвался Никита.– Естественно, тебе понятно. – Не смогла удержаться от колкости я. – Что тут не понять. От обиды твой отец предпочитал прятаться, как ты приблизительно. Неделю пил, не просыхая и мотался из комнаты в комнату по женскому общежитию, пока родители за ним не приехали… Почистили, причесали немного привели в чувство и отправили учиться за границу, чтобы, наконец, начал всерьез заниматься своей карьерой и будущим…– Ты говорила, он все?таки узнал о том, что моя мать умерла…– Конечно, узнал, шила в мешке не утаишь. Рано или поздно все тайное становится явным. Правду ему открыл отец. Он искренне любил Семена и совсем не одобрял того, как повела себя в этой ситуации жена. Он не осмелился пойти против Ирины Матвеевны открыто, но все же, когда поехал навестить сына, не выдержал и признался, как все случилось на самом деле… К сожалению, и ему Ирина Матвеевна не посчитала нужным открыть всю правду. Неизвестно от кого родившийся внук был ей совершенно не нужен, а, зная сентиментальный и добрый характер твоего деда, она решила не рисковать и о твоем существовании ему не рассказала. Так и получилось, что отец, взяв с Семена страшную клятву, ничего не говорить матери, поведал ему историю о том, как Маша родила ему сына, но оба они умерли при родах… Сема клятву сдержал, так как любил и жалел отца, но в дом, где жила Ирина Матвеевна, уже больше так и не вернулся. С этого момента он стал жить совершенно самостоятельно… Много работал, еще больше пил, женщин менял, как перчатки. О женитьбе даже и не помышлял, так как, по его собственному признанию, перестал им доверять, да и вообще за людей старался не держать… Вот так вот его психика отреагировала на то, что произошло почти тридцать лет назад… Судить конечно тебе, но я бы на твоем месте обвинять отца не стала. Если уж кто и виноват, то это Ирина Матвеевна… хотя, и все остальные тоже хороши. Если бы хоть кто-то проявил каплю настойчивости и здравого смысла, все могло бы сейчас быть совсем по другому. А все думали только о себе. Твой дед Василий, как последний слюнтяй, боялся потревожить свое спокойствие. Бабка Агафья, упиваясь гордостью и независимостью, даже не посчитала нужным поговорить с человеком, которого так любила ее единственная дочь. Просто поставила почему-то на нем крест, обозвала подлецом и вычеркнула отца из твоей жизни. Про подружек, которые вечно лезут куда не просят, вообще говорить не стоит… Да и Семен, если бы хоть раз повел себя как мужик, тоже мог с легкостью прояснить ситуацию. Почему он предпочел засунуть как страус голову в песок? Он просто обязан был, узнав правду, хотя бы могилу Маши найти, да и перед Агафьей Тихоновной повиниться, что так получилось… А он пил, гулял и упивался собственными обидами, делая вид, что весь окружающий мир в неоплатном долгу перед ним и его исковерканной судьбой… Он даже сейчас как трус поступил. Узнав, что его сын все?таки остался жив и стал уже вполне взрослым и самостоятельным мужчиной, предпочел устраниться и снова перевалить все на чужие плечи… – В сердцах заметила я.– Ну, уж это ты загнула. – Никита глянул на меня с некоторым удивлением. – Тебя послушать, так он и умер только для того, чтобы со мной не дай бог не встретиться… – Я поняла, что слегка перегнула палку.– Да нет, конечно, это я глупость сболтнула… Не бери в голову… Глава 13 В город мы въехали около часа. Припарковав обшарпанную девятку у шикарного подъезда дома, в котором располагалась квартира Семена, мы пошли внутрь.– Олег Иванович, познакомьтесь, пожалуйста, – Я указала слегка обалдевшему от нашего помятого вида консъержу на Никиту. – Это сын моего мужа Семена. Скорее всего, теперь он будет жить в квартире своего покойного отца. Его зовут Никита. Никита Семенович.– Очень приятно. – Вежливо кивнул Олег Иванович.– Мне тоже. – Хмуро кивнул ему Ник и направился вслед за мной к распахнувшимся нам навстречу дверям лифта.– Полина Игоревна, подождите, пожалуйста… – окликнул консьерж – тут такое дело… Вобщем, пока вас не было, несколько раз приходил следователь, – Олег Иванович достал из кармана что-то типа визитки. Водрузив на нос очки, он прочитал. – Сметанин Сергей Серафимович. – Он насчет вас с Семеном Васильевичем расспрашивал, ну, и велел обязательно позвонить ему, как только вы или вот этот молодой человек, сын Семена Васильевича, появитесь. Вот и телефоны свои оставил… Я решил, что правильно будет вас заранее предупредить…– Спасибо Олег Иванович. – Искренне поблагодарила я.– Так я могу позвонить? Не хотелось бы проблем лишних…– Конечно, звоните. – Пожала плечами я. – Я и сама планирую связаться со Сметаниным в самое ближайшее время. А больше, кроме следователя, меня никто не искал?– Ну как же, Полина Игоревна, как же! Вас все эти дни с утра до вечера кто?нибудь разыскивает. Особенно часто ваша подруга наведывалась, Анжела Львовна, Ирина Матвеевна тоже не один раз приезжала. Даже скандал однажды устроила, утверждая, что я обманываю, и вы просто не желаете ее впускать… Еще молодой человек появлялся пару раз, но вы предупредили охрану перед подъездом, поэтому его даже в холл не пускали…– Понятно, – кивнула я и шагнула в лифт.
Телефонный звонок раздался буквально через пару секунд после того, как мы с Никитой шагнули в гостиную.– Надо же! – Усмехнулась я. – Оперативно действует наша милиция…– Думаешь, это следователь звонит?– А кто же еще? – Пожала плечами я но, подняв трубку, услышала голос Игната.– Ты вернулась? – Его голос звучал немного печально. – Значит, я был прав, ты действительно завела себе другого мужчину? Неужели кого-то получше найти не смогла. Затрапезный какой-то, и машина у него полный отстой.– Не говори глупостей, Игнат. – Устало вздохнула я и покосилась на с любопытством прислушивающегося к разговору Никиту. – Судя по всему, ты видел, как я подъехала. Ты что следишь, что ли, за мной?– Да нет, просто хотел зайти в очередной раз «мило» пообщаться с охранниками, – собеседник усмехнулся, – а тут и ты сама собственной персоной с хахалем подкатила…– Это сын Семена. – Сухо пояснила я. – А все остальные домыслы на наш с ним счет можешь смело оставить при себе.– Так ты все?таки ездила в это лесничество? Так я и думал…– Ну, если все вопросы исчерпаны…– Не спеши, Полина. – Торопливо перебил Игнат, видимо опасаясь, что я повешу трубку. – Я хотел с тобой поговорить… ну, извиниться, что так глупо все получилось перед твоим отъездом. Ты же должна понимать, я тебя люблю и очень боюсь потерять… Неужели так трудно понять… Я ревнивый человек, и ты всегда это знала, когда-то тебе это даже нравилось…«Давненько ты, милый, о ревности не вспоминал» – невольно подумала я и снова покосилась на Никиту.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35


А-П

П-Я