https://wodolei.ru/catalog/accessories/polka/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Но, насколько я понял, никаким окончательным решением там даже и не пахнет. И именно поэтому здесь полная лужайка солдат. А честно тебе сказать – так мне кажется, – дела у них обстоят неважно. Похоже, «белые» собираются отправить им на подмогу еще одну группу.
– Ты прав, – ответила Бекки, – и не просто группу, а группу с особой миссией.
– Как я понимаю, это будет очень скоро. Она кивнула.
– Да, уже скоро.
Я обломил последний сучок.
– И откуда только ты так много знаешь? – вырвалось у меня.
– Агата мне сообщает, – сказала Бекки, – когда мы с ней разговариваем. Кое-что я вижу, то есть чувствую, сама – в тот момент, когда оно происходит, а иногда и до этого.
– Так, значит, ты общаешься с мамой?!
– Угу. Иногда удавалось даже встретиться.
– Это все с помощью твоих свечек?
– Вроде того.
– А когда ты последний раз выходила с ней на связь?
– Сегодня ночью. Сначала я попыталась пробиться к ней, но она меня не пустила. Закрыла проход. Тогда я решила, что лучше перемещусь сюда. Но я уже была такая вымотанная, что начала плутать.
– А она.., у нее все в порядке?
– Думаю, да. Правда, дела у них действительно неважные. Пока еще я не выяснила до конца, в чем загвоздка, но буду пытаться. Кажется, они должны что-то сделать, но они окружены…
– Они в опасности?
– Наверное.
– Что же нам делать?
– Пока не знаю. Нужно хорошенько все обдумать.
– А тебе не кажется, что следует пойти и рассказать все дяде Джорджу и тете Мерил?
– Нет, – сказала Бекки. – Они и без нас сообразят, что делать, когда придет время. А сейчас им все равно ничего не добиться. Выхода нет, полная блокада… – Она вдруг запнулась. – Блокада… Блокада… Блокировка! Ну да, конечно!
Она радостно вскинула взгляд и улыбнулась.
– И что? – спросил я.
– Блокировка! – воскликнула Бекки. – Мне кажется, именно в этом все дело! Но надо еще проверить.
– Ничего не понимаю…
– Потом поймешь, – перебила меня она. – Вот что, Джим. Мне нужна твоя помощь.
– Что я должен сделать?
– Сходить и принести мне поесть. Я ужасно голодна. И еще притащи какую-нибудь миску – только чистую.
– А почему ты не можешь пойти со мной в дом и поесть нормально?
– Ни за что! – заявила Бекки. – Тогда у нас ничего не получится. Они обязательно помешают нам – ведь они знают, кто я такая.
– Помешают? Чему же они помешают?
– Пока еще точно не знаю. Потом все объясню. Но, как бы там ни было, не говори никому, что я здесь.
Я посмотрел вверх на клочок пасмурного неба, неровно очерченный верхушками деревьев.
– Наверное, дождь пойдет, – заметил я.
– Ну, значит, я промокну, – вздохнула Бекки. – Так ты точно никому не скажешь?
– С какой это стати я стану кому-то говорить?

***

Дядя Джордж застал меня за поисками еды и миски. Когда он спросил меня, чем я занимаюсь, я вполне честно ему ответил:
– Вот ищу что-нибудь поесть.
– Ладно, когда поешь, зайди в библиотеку – нам надо потолковать, – сказал он.
Свершилось! Наконец-то он сподобился объяснить мне, что происходит. Может, хоть теперь мне удастся сложить из всех этих обрывков цельную картину.
– Пойдем лучше сейчас, – предложил я. – Перекусить я могу и попозже.
Он согласно кивнул, и мы отправились в библиотеку.
Скажу сразу: рано я радовался. Разговор наш был весьма далек от проблемы войны в черной зоне и судьбы моих родителей. Почему-то именно сейчас дядя Джордж решил преподать мне пространный урок оборотневедения.
Впрочем, надо отдать должное, урок был совершенно захватывающим. Я просто в рот ему смотрел все время, пока он объяснял и показывал. Я узнал, например, что настоящий оборотень умеет перевоплощаться тогда, когда ему это понадобится, и полная луна совершенно не нужна. Еще я узнал, что превратиться можно не только в волка, хотя это и самое простое. Хороший оборотень способен принять практически любой облик – разумеется, в рамках собственной массы и после определенной тренировки.
Слушать дядю Джорджа было так интересно, что я совершенно потерял счет времени и не заметил, как пролетела добрая пара часов. Наконец он закончил и добавил:
– Наверное, теперь уже и перекусывать ни к чему – и так обед скоро.
Какой же я кретин! Я сразу же вспомнил про Бекки, которая сидела там одна – голодная и холодная – и ждала, пока я принесу ей миску.
– Нет, я все-таки чуть-чуть перехвачу, – бросил я на ходу, пока шел к двери.
Дядя Джордж несколько странно взглянул на меня, а затем сказал:
– А я-то думал, ты захочешь задать мне еще какие-нибудь вопросы.
– А разве я получу на них ответ?
– Пока нет, – ответил он. Я пожал плечами:
– Ну вот, собственно, так я и думал.
– Потерпи еще немного, – вздохнул он, провожая меня глазами. – Пойми, есть причины, чтобы не говорить тебе.
Я кивнул:
– Не сомневаюсь. Ну что, я пошел?
Дядя Джордж открыл было рот, чтобы что-то сказать, но потом, очевидно, передумав, закрыл его и просто пожал плечами. Я повернулся и вышел из комнаты.
По дороге в кладовую я размышлял – а может, в последний момент он действительно чуть не сказал мне больше, чем собирался сначала? Наверное, жалеет меня… Да какая теперь разница? Самое главное я все равно уже знаю.
Однако надо торопиться. Я вбежал в кладовую, быстро отрезал для Бекки по куску хлеба и сыра, а потом еще захватил пару яблок. Завернув все это в льняную салфетку, взял с полки небольшую миску и уже собрался идти, как вдруг услышал доносящиеся со двора знакомые выкрики. Я спрятал еду и миску под рубашку и вышел из дома.
Барри я обнаружил за конюшней, где он облюбовал себе ровную площадку. Насколько я знаю, то, чем он занимался, называется «ката» – попросту говоря, разминка, во время которой он изо всех сил махал руками и ногами, перемежая все это криками «ки-я!». Должен признаться, довольно красивое зрелище.
Впрочем, мои мысли занимало сейчас совсем другое: говорить или не говорить ему про Бекки? С одной стороны, я не знал, что она там задумала и к чему это все приведет. С другой стороны, Барри был нам не чужой и с самого начала принимал во всем участие – то есть был готов помочь. Смущало меня лишь одно: вдруг он вобьет себе в голову, что его долг – рассказать про Бекки Кендаллам?
Почему я принял тогда именно такое решение?.. Потом я думал об этом. Может, я просто доверял ему? Или все дело в том, что мне пришлось пройти мимо него по пути к Бекки и он заинтересовался, куда я иду?

Глава 10

Пока мы с Барри шли к тому месту в лесу, я рассказал ему про Бекки и про то, что узнал.
– Мне было очень тебя жаль, – хотел извиниться Барри, – но Том попросил меня не говорить об этом. Понимаешь, он мой шеф…
– Понимаю, – сказал я.
– Он думал, что ты будешь крутить ручку до последнего, пока не выйдешь на их частоту. И тогда переместишься к ней и…
– Правильно он думал, – вставил я.
– ..и наломаешь там дров.
– И это тоже запросто, – согласился я.
– Но я рад, что ты теперь все знаешь.
Я молча кивнул. Мне было не по себе, потому что мы уже подходили к тому месту, где я оставил Бекки. Я очень быстро нашел поваленное дерево, однако там никого не было. Тогда я огляделся вокруг – Бекки как сквозь землю провалилась. И только спустя несколько секунд я сообразил, что некий предмет, который я поначалу принял за валун или пень, и был ею. Бекки сидела на корточках и не двигалась.
– Послушай, – окликнул я ее. – Ты уж меня прости, но раньше я просто не мог вырваться…
– Знаю – я все вычислила, – подняв голову, сказала она. – Давай мне еду и постарайся не наступить на мой рисунок. Привет, Барри.
Подойдя поближе, мы увидели, что Бекки окружила себя со всех сторон сложным узором из переплетенных линий, которые она нацарапала прямо на земле. Возле ее правой руки лежала какая-то сырая на вид палочка, а с левой стороны возвышалась кучка таких же сухих.
Барри остановился и стал с подозрением и опаской разглядывать все эти художества. Я аккуратно, стараясь не наступать, прошел между линиями и отдал Бекки все, что принес. Завтрак она взяла, а миску вернула со словами:
– Иди и вымой ее в ручье. Потом наполнишь на две трети водой и принесешь сюда.
Пока я ходил к ручью, где-то вдалеке несколько раз громыхнуло, но дождь все не начинался. Я вернулся к Бекки, которая еще продолжала есть, и осторожно, стараясь не расплескать на рисунок, поставил перед ней миску с водой. И тут мой желудок, – видимо, почувствовав близость еды, – властно дал о себе знать. Как же я забыл – сам-то я тоже не обедал. Эх, надо было брать больше!
Бекки протянула мне пустую салфетку и яблочные огрызки.
– Убери, пожалуйста, – попросила она.
– Хорошо, – сказал я. – А потом что?
– А потом жди, – ответила Бекки. – Вон там. – Она махнула рукой в сторону, где сидел в траве Барри.
Сначала я зашвырнул огрызки в кусты, а салфетку сложил и засунул в карман. Затем пристроился на корточках рядом с Барри, и мы стали ждать.
– Что она делает? – прошептал он.
– Похоже, просто пялится на миску с водой, – сказал я.
Это продолжалось довольно долго, но идиллию прервал раздавшийся со стороны дома звон колокольчика – звонили к обеду. Почти сразу же мы услышали, как позвали сначала меня, а потом Барри. Это был голос тети Мерил.
Барри тихонько выругался себе под нос и поднял на меня вопросительный взгляд.
– Нам время идти – скачал я.
– Знаю, – ответил он. – Но они ведь могут отправиться нас искать?
– Давай подождем и тогда увидим.
Через несколько минут тетя позвала снова. И опять мы не подали никаких признаков жизни. Но уже вскоре Бекки скомандовала:
– Идите сюда.
Мы встали и осторожно прокрались к ней по лабиринту рисунков. Продолжая сидеть и даже не повернув головы в нашу сторону, Бекки сказала:
– Теперь я поняла, что произошло. Положение совершенно безвыходное…
– Что ты имеешь в виду? – спросил Барри, когда пауза начала перерастать в неловкое молчание.
– Страсти разгорелись вокруг главной установки – это нечто вроде электростанции, – пояснила Бекки. – Повстанцы находятся как раз рядом с нею, и если им удастся ее захватить – победа обеспечена. Тогда в их власти будет целая область. Но для этого надо вырваться из кольца «черных» сил, которые зажали их там и не выпускают. Обе стороны отлично сознают, насколько важен исход этой схватки. И обе ждут подкрепления. К кому подкрепление подоспеет раньше – тот и победит.
Снова послышался звон колокольчика. И снова выкрикнули наши имена. На этот раз голос тети Мерил звучал весьма раздраженно.
– А где находится армия подкрепления «черных»? – спросил я.
– Они уже в пути и везут с собой артиллерию.
– А где наши?
– Наши ждут – рассыпаны по всем белым зонам, – ответила Бекки, и я сразу вспомнил о военном лагере перед домом. – Но они не могут переместиться туда чтобы помочь им – Послышался новый раскат грома, на кусты и деревья с шумом налетел ветер. – Дело в том, что «черные» глушат все сигналы с их транскомпа, – продолжала Бекки, отвечая на мой вопросительный взгляд. – Они узнали частоты, на которых работает пиратская установка, и теперь блокируют их своей собственной машиной.
– Так, значит, «черные» победят – как только к ним подоспеет помощь… – вымолвил Барри.
– Если только никто не выведет из строя их приемник, – процедила сквозь зубы Бекки.
– Но мы же не можем никого туда послать, когда зона блокирована, – сказал я. – Получается замкнутый круг – прямо по Хеллеру. Ловушка-22.
– Я в состоянии нас перебросить, – тихо сказала Бекки. – Так же, как переместилась сюда.
– Но ведь, кажется, этот путь мама тоже заблокировала, – возразил я.
– Нет, она заблокировала только путь к ней самой. Не может же она закрыть от меня всю эту чертову зону.
– Значит, говоришь, мы можем туда переместиться… – прищурился на нее Барри. – Ну и что, ты полагаешь, сумеют сделать трое ребятишек против хорошо вооруженного войска? Не представляю, как бы мы смогли добраться до этого приемника.
– Там сейчас уже ночь, – пояснила Бекки. – Я могу спрятать нас в темноте так, что они не смогут нас обнаружить – по крайней мере какое-то время.
Снова послышался шум листвы, но на этот раз никакого ветра не было.
Странно – ни один из них не обратил на это внимания. Я решил тоже ничего не говорить. А вообще, если честно, предложение Бекки казалось мне несколько сомнительным – только я никак не мог понять почему.
– Бекки, – сказал я наконец, – ты что-то от нас скрываешь.
Впервые за все время она подняла голову и посмотрела мне в глаза. И тут я увидел, что в глазах у нее стоят слезы.
– Я рассказала вам все самое важное. Если нам удастся переместиться прямо к ним в лагерь и вывести из строя приемник, то партизанский транскомп снова заработает. Тогда повстанцы получат подкрепление и кучу всякой боевой техники. Если мы успеем проделать это все до того, как прибудет «черное» подкрепление, партизаны прорвут блокаду и выиграют сражение. Ведь если они получат помощь, то захватить станцию для них не составит никакого труда. Конечно, бои продолжаются и в других местах, но этот рубеж – самый важный. Если они освободят эту территорию – всей войне конец. Останется только восстановить разрушенное и навести порядок…
– Это-то все мне понятно, – вставил я. – Но я говорю о другом. Ведь там мама и папа.
– Да. Наверное, Том успел переброситься туда прямо перед тем, как начали глушить.
– Но как же мама со своими чарами – а они у нее небось посильнее, чем у тебя? Разве она не может точно так же сделать кого-нибудь из повстанцев невидимыми, чтобы они разобрались с этим несчастным приемником?
– Они и ее глушат, – сказала Бекки.
– Как же это можно – глушить чародейство, а, Бекки?
– На одно чародейство всегда находится другое чародейство, – ответила сестренка. – Ей и без того приходится защищаться. Сделай она малейшую ошибку – они же просто испепелят ее. Нет, по этой части там полная блокада.
– Не знал, что среди «черных» тоже есть такие.
– Их не очень много. И все же нашлось несколько изменников, которые работают на «черных». Одного из них специально взяли на эту операцию, потому что знали, что у повстанцев есть человек, который владеет чарами.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13


А-П

П-Я