https://wodolei.ru/catalog/vanni/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Платить или не платить — вот в чем вопрос…
Тут мистер Ривз увидел в отдалении элегантную фигуру Энси, спешившего к нему, размахивая длиннопалыми руками и вопя: «Мистер Ривз! Мистер Ривз!» Мистер Ривз поспешно оглянулся в поисках какого-нибудь укрытия — ему даже пришла отчаянная мысль спрятаться в чахлых кустах крыжовника. Слишком поздно! Мчавшийся сломя голову Энси споткнулся о низенькую каменную ступеньку, неуклюже изобразил несколько немыслимых пируэтов, чтобы удержать равновесие, и, схватившись за лодыжку, то жалобно скуля, то непристойно ругаясь, изо всей силы запрыгал на одной ноге. Под влиянием мгновенно пробудившегося человеколюбия мистер Ривз кинулся к нему на помощь.
— Вывихнули лодыжку? — взволнованно спросил он.
— Сломал, сломал! — хныкал Энси. — Я теперь на всю жизнь калека.
— О, господи, надеюсь, что нет, — чрезвычайно обеспокоенный его состоянием, сказал мистер Ривз. — Позвольте я помогу вам добраться до скамьи.
Изо всех сил вцепившись в руку мистера Ривза, Энси неуклюже запрыгал по аллее, оглашая воздух слезливыми причитаниями.
— Черт его знает, какое безобразие! Вся моя жизнь пойдет теперь прахом, а от Руперта, уж конечно, компенсации не жди. Как я страдаю — вы и представить себе не можете. Ну, почему это должно было случиться именно со мной? Почему не с кем-то другим? Никогда бы этого со мной не было, если бы я не стремился помочь другим. В жизни никому больше не стану помогать!
— Обождите, обождите! — стараясь успокоить его, сказал мистер Ривз. — Давайте сначала посмотрим, а вдруг вы можете на нее ступить.
— Ну, конечно, не могу, — хныкал Энси.
— А вы попытайтесь, — настаивал мистер Ривз.
С бесконечной осторожностью мистер Хоукснитч поставил ногу на землю.
— Ой! — взвизгнул он. — Черт знает какая боль!
— Перелома у вас нет, — сказал мистер Ривз, внимательно наблюдавший за всей этой процедурой, — а если это растяжение, самое правильное — ходить, чтобы разогнать кровь.
— Но я же не могу !
— Лучше все-таки пересилить себя, чем потом лежать три недели, — весьма здраво заявил мистер Ривз. — Ну, попытайтесь.
После долгих препирательств и уговоров мистеру Ривзу удалось наконец заставить Энси сделать несколько шагов, которые тот совершил, отчаянно хромая и оглашая воздух бесконечными жалобами и причитаниями. Но с каждым шагом хромота его становилась все менее заметной, а когда они добрались до садовой скамейки, стала и вовсе умеренной. Энси тяжело опустился на скамью, стянул носок и чрезвычайно осторожно и бережно ощупал больную лодыжку. Мистер Ривз заметил, что на ней не появилось ни синяка, ни опухоли.
— Я думаю, что даже и растяжения нет, — успокоительно сказал он. — Просто она у вас сильно подвернулась. Скоро все будет в полном порядке.
Энси продолжал сосредоточенно массировать лодыжку, двигая во все стороны ногой. Наконец даже он, видимо, убедился, что жизнь его вне опасности. Тогда с патетическим вздохом он откинулся на спинку скамьи, осушил глаза красивым шелковым носовым платком, пригладил волосы, поправил галстук, купленный в Бэрлингтонских аркадах, и одернул двубортный жилет.
— Так я и знал, что это будет один из моих несчастливых дней, — жалобно сказал он. — Мадам Кутар, ясновидица, потрясающее существо, — вы с ней знакомы? — я каждую неделю хожу к ней за советом, — так вот как раз в четверг она предупредила меня, что на этой неделе может возникнуть опасность для моего тела и жизни. А сегодня утром за завтраком я просыпал соль. Следовало бы мне понять, что меня ждет нечто ужасное, и быть поосторожнее. Правда, по счастью, черная кошка перебежала мне дорогу, когда я выходил из дому. Наверно, это и спасло меня, как вы думаете?
— Угу, — изрек мистер Ривз, разжигая трубку, — угу.
— Просто удивительно, как все сбывается, — с глубоким убеждением сказал Энcи. — Со мной так не раз бывало. Я, конечно, посылаю всех моих друзей к мадам Кутар, и она уделяет мне уйму внимания. Непрестанно справляется обо мне по звездам.
— Даже по звездам справляется? — иронически заметил мистер Ривз.
— Да, и по волшебному кристаллу тоже, — продолжал Энcи, не заметив тона мистера Ривза, — и это так помогает. Знаете, она как-то раз позвонила мне и сказала, что Марс и Венера очень ко мне враждебны и я должен быть крайне осторожен. Я тогда всю неделю провел в постели и уберегся от беды. Одному богу известно, что было бы, если бы я вышел. Мадам Кутар считает, что меня даже убить могли.
— Смотрите-ка, — сказал мистер Ривз.
— И она видит очень много всего про меня в своем магическом кристалле. Я ведь уже старый спирит, и кристалл делает для меня то, чего для новичка никогда не сделал бы. Вы знаете, что мадам Кутар предсказала мою встречу с Берти?
— В самом деле? — безразличным тоном заметил мистер Ривз.
— Да, она увидела в своем кристалле красивого молодого человека, который играл на каком-то инструменте, — она сказала, что не могла разобрать, на чем: то ли на лютне, то ли на аккордеоне, но она точно видела, что это был музыкант и что он будет иметь какое-то отношение ко мне. Не прошло и двух месяцев, как я встретил Берти и сразу понял, что мы станем близкими друзьями. Он ведь, знаете ли, тоже старый спирит.
— Вы меня поражаете, — сказал мистер Ривз.
— Да, конечно, с первого взгляда этого не скажешь, — согласился Энси, — но он помнит то, что происходило три тысячи лет тому назад, когда он был главным музыкантом одного из фараонов.
— Удивительная память, — только и сказал мистер Ривз. — Он что же, так и не умирал?
— Нет, тело его, конечно, умерло, — сказал Энси. — Увы! Но душа находит все новые воплощения. С ним произошло несколько поразительных случаев — можете мне поверить. Как-то раз, когда он уж очень набедокурил в предыдущей жизни, он возродился в виде соловья в персидском саду, и ему пришлось петь с острым шипом в груди.
— Хм, — сказал мистер Ривз, начиная терять терпение.
— Вы и представить себе не можете, какое чудо этот Берти, — сказал Энси, задумчиво ковыряя в носу. — В его характере есть черты, которые он не показывает никому, кроме меня. А какой музыкант! Я никогда еще не слышал, чтобы кто-нибудь играл так, как он.
— Я тоже, — язвительно заметил мистер Ривз.
— Ах, да! — воскликнул Энси, вдруг что-то вспомнив. — Я слышал от миссис Ривз, что у вас разболелась вчера голова. Этакая обида! При больной голове вы, конечно, не могли оценить игру Берти.
— Вполне возможно, что как раз от музыки-то она у меня и разболелась, — не слишком любезно заявил мистер Ривз.
— Ну что вы, этого никак не могло быть, — возразил чрезвычайно шокированный Энси. — Я мог бы скорее удивиться, что она у вас не прошла от музыки. Но сегодня вечером вы еще услышите Берти.
Мистер Ривз издал какой-то звук, весьма похожий на стон.
— Между нами говоря, мистер Ривз, — доверительно сказал Энси, — Берти достиг сейчас критического момента в своей карьере. Это говорят звезды, это подтверждает и магический кристалл. Если он сейчас добьется успеха, дальше он уже будет только набирать силу. Если же он потерпит неудачу, потребуется три перевоплощения, чтобы он мог наверстать упущенное. А это было бы ужасно, не так ли?
— Немыслимо, — иронически заявил мистер Ривз.
— Правда? — подхватил Энси. — Я рад, что вы согласны со мной. Все, что ему сейчас требуется, — это немного денег, остальное у него есть: и душа, и гений, и родовитость, и приятная внешность, и обаяние. Но ему необходимо время, чтобы закончить свою замечательную оперу, а это упирается, конечно, в деньги; потом опере понадобится реклама, что потребует новых денег. Миссис Ривз сказала, что она уверена: вы безусловно поможете нам в этом великом деле.
— Так она и сказала? — переспросил мистер Ривз. — Ну, так это было сделано без моего ведома, уверяю вас.
— Вы хотите сказать, что не намерены нам помочь? — в величайшем смятении воскликнул Энси. — Ах, мистер Ривз, неужели вы можете не внять призыву гения, попавшего в беду?
— Думаю, что могу, — спокойно сказал мистер Ривз.
— Но вы не должны так поступать! — воскликнул Энси, повышая голос до своего обычного визга. — Вы просто не понимаете, как это важно. Возьмите хотя бы герцогиню и миссис Фэддимен-Фиш — они безумно интересуются его судьбой, все Сливки Общества проявляют к нему участие. На премьере все его покровители получат бесплатные места в партере и будут представлены королевской фамилии. Вы только подумайте об этом, мистер Ривз.
— Хорошо, — сухо сказал мистер Ривз.
— В таком случае, значит, вы дадите маленький симпатичный чек нашему милому Берти?
— Вот это уж другое дело, — возразил мистер Ривз.
Энси вздохнул.
— О, господи! — вырвалось у него. — Никогда не думал, что вы окажетесь таким трудным человеком. Право же, мистер Ривз, после того, как я потратил столько сил, чтобы помочь вам и миссис Ривз, с вашей стороны было бы просто непорядочно отказать нам с Берти в таком пустяке. Слушая вас, у меня возникает желание никогда больше не делать добра!
— Это вы сто фунтов называете пустяком! — воскликнул мистер Ривз, раздраженный этим наглым вымогательством.
— Ну, для вас это же действительно немного…
— Уверяю вас, что и немало, — сказал мистер Ривз.
— Зато у вас появится настоящий интерес в жизни, — продолжал Энси, пропуская мимо ушей последнее замечание. — Вы сможете следить за удивительной карьерой Берти в опере и в газетах, — а мы добыли ему потрясающего агента по рекламе, — и будете с волнением и гордостью сознавать, что и вы способствовали этому триумфу английской музыки. Вы прославитесь!
Мистер Ривз плотно сжал губы и медленно покачал головой.
— Боюсь, что мне придется отказаться от славы… — начал он.
— Руперт! Руперт! — взвизгнул Энси, заметив вдали, на садовой дорожке, могучую фигуру мистера Фэддимен-Фиша. — Идите сюда, Руперт! Да идите же скорей! Вы мне нужны!
— Приветствую вас! — сказал мистер Фэддимен-Фиш, заслоняя собой дневной свет. — Доброе утро, Ривз. Доброе утро, Энси. Послушайте, Энси, у вас носок спустился. Вы что, намерены сменить носок на котурн? Неплохо сказано, а?
— Со мной случилась страшная беда, — сурово сказал Энси, — и все по вашей вине, Руперт. Я споткнулся о какую-то дрянную ступеньку у вас в саду и чуть не сломал ногу.
— Вы вечно обо что-то спотыкаетесь, Энси, — добродушно заметил мистер Фэддимен-Фиш. — В следующий раз, того и гляди, споткнетесь о мое остроумие и переломаете себе колени. Ха, ха, ха!
— Тут не над чем смеяться, — свирепея, сказал Энси. — У меня была такая боль, что, не окажись тут мистера Ривза, я бы потерял сознание . Он был так добр ко мне, так мне сочувствовал, а вы — вы грубы и беспощадны, как дикий зверь. Вы даже не умеете проявить сочувствие к пострадавшему…
Мистер Фэддимен-Фиш не слушал его. В глазах его появилось отрешенное выражение, указывавшее на то, что сейчас он совершает сделку с Музой.
— Придумал, придумал! — внезапно воскликнул он. — Маленькая эпиграмма-экспромт…
Споткнувшись чудом под зеленым сводом.
Наш Энси рухнул на холодный камень,
Сбегитесь, нимфы, резвым хороводом,
Развейте боль, палящую, как пламень.
М-да, неплохо получилось, а? В этой эпиграмме нет, правда, остроты, которая мне обычно свойственна, — просто маленький экспромт, какие встречаются в греческой антологии. Выгравируем эту надпись там, где вы упали, Энси, а?
— Не очень это красиво с вашей стороны обращать все в шутку, Руперт, — надувшись, сказал Энси. — Я знаю, что вы блестящий, остроумнейший человек, но нельзя быть таким жестоким .
Наступило молчание. Энси, продолжая дуться, нагнулся, чтобы пристегнуть резинкой носок. На макушке мистера Фэддимен-Фиша роскошно поблескивала под солнцем прикрывавшая лысину нашлепка. Мистер Ривз неутомимо пыхтел трубкой и раздумывал о том, как бы сбежать.
— Все сегодня утром идет кувырком, — заметил Энси, тщательно распрямляя складку на брюках. — Если б мне не повстречалась черная кошка, я бы тут же лег в постель. Сначала случилась эта ужасная история, а теперь мистера Ривза никак не уговоришь насчет Берти. Послушайте, Руперт! Растолкуйте вы мистеру Ривзу про Берти и его талант и уговорите поступить как надо.
— Мистер Ривз не из тех, кого можно «уговорить», Энси, — заметил мистер Фэддимен-Фиш, видя, в какую сторону дует ветер, и действуя сообразно. — Мистер Ривз человек бывалый и знает, чего он хочет.
— Тогда почему же он такой несговорчивый насчет Берти? — капризно спросил Энси.
— Потому, что он не такой безудержный энтузиаст, как вы, Энси, — примирительным тоном сказал мистер Фэддимен-Фиш, — а еще потому, что мы, деловые люди, любим ясно представить себе, что нас ждет, прежде чем опускать руку в карман. Пойдемте в охотничий домик, мистер Ривз, выпьем чего-нибудь, а вы, Энси, сбегайте-ка за миссис Ривз и моей женой и скажите им, где нас найти.
— Сбегайте! — возмущенно повторил Энси. — Хорошенькое дело: я даже идти не могу. Нет, это уж слишком! О чем только меня не просят! Да все вы должны на руках меня носить…
— Весьма необычный молодой человек, — доверительно сказал мистер Ривз, шагая по дорожке рядом с мистером Фэддимен-Фишем. — И много таких, как он?
— Прорва, — сказал мистер Фэддимен-Фиш, — но в общем-то он неплохой малый: любит оказывать людям услуги и проявлять внимание к пожилым дамам.
— А все-таки есть в нем что-то ненормальное, — настаивал мистер Ривз. — При одном его виде у меня мурашки идут по коже. Он англичанин?
Уголки губ мистера Фэддимен-Фиша слегка дрогнули, тронутые улыбкой.
— Не менее исконный, чем английская система привилегированных школ, — сказал он.
— Вы меня удивили, — простодушно заметил мистер Ривз. — Что-то прежде я никогда не встречал таких молодых людей, а вот последнее время — чудеса да и только! — не встречаю никаких других. Совсем на англичан не похожи…
— Ну вот мы и пришли, — сказал мистер Фэддимен-Фиш, открывая маленькую дверцу и пропуская мистера Ривза вперед.
Мистер Ривз очутился в комнате с простыми дощатыми стенами, вдоль которых стояли подставки для ружей и удочек. Над камином висела голова лисы с застывшими стеклянными глазами;
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39


А-П

П-Я