Качество, цена супер 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Он же возвращается завтра утром. Я погибла, если он увидит вас не только в доме, но даже на берегу. И вы все погибнете со мной вместе... Он никого не пощадит, а ему повинуются многие десятки людей, не знающих жалости. Вот почему прошу вас выйти в море. Там, на свободе, вы обдумаете мое положение и, быть может, найдете способ помочь мне! До тех же пор... Верьте, Джэспер, я никогда не забуду вашего самоотвержения, никогда не забуду вас, друг мой!
Она протянула мне руки с ангельской улыбкой. Я покрыл долгими, горячими поцелуями ее дрожащие пальчики. Сердце мое трепетно билось. Сладкое предчувствие неземного блаженства заставило меня забыть всякую опасность. Резкий свист разбил мое счастье.
— Это сигнал Питера, мисс Руфь! Что-нибудь случилось! Простите и прощайте... Нет, не прощайте... до свидания... до скорого, счастливого свидания, дорогая мисс Руфь!
Она медленно поднялась, молча отворила окошко и, обернувшись, замерла со сдавленном криком ужаса. И не мудрено было испугаться бедняжке. Прикрытая шелковой драпировкой дверь бесшумно отворилась, и на ее пороге появилась коренастая фигура Дентона, глядевшего на меня с видом злой собаки, готовой броситься на непрошеного гостя.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ

В которой неожиданная помощь является в решительную минуту.
При виде противной желтой рожи я не растерялся. Я понял, что в подобном случае малейшее колебание может оказаться гибельным, а потому решительно подошел к ехидно улыбающемуся шпиону.
— Мое почтение, многоуважаемый друг. Пожалуйста, улыбнитесь полюбезнее... Ваша злобная гримаса совсем не подходит к очаровательному цвету вашего лица! Кроме того, позвольте предупредить вас о том, что вы попались, как крыса в ловушку. Вот что значит неуместное рвение, мистер Дентон. Не в добрый час задумали вы подслушать мой разговор с миледи. Надеюсь, что вы предполагали, что я мог повторить вчерашнюю глупость и явился сюда безоружный? Нет, приятель, нас здесь много, а ты один! При малейшей попытке помешать мне десяток добрых товарищей расправятся с тобой по-морскому. Поэтому стой смирно, у своей двери, пока я буду прощаться с твоей хозяйкой!
Моя смелость так ошеломила мерзавца, что он не нашел ответа и смотрел злобно, вытараща свои косые глазки, пока я наскоро обменивался последними словами с мисс Руфь.
— До свидания, дорогая мистрисс Кчерни!.. Мне очень жаль, что вы отказались от прогулок и на моем «Южном Кресте», но ваша воля мне закон! Исполняя ее, мы снимемся с якоря через два часа и отправимся прямым путем в Сан-Франциско! Там я дождусь известий от мистера Руперта Белленден, вашего брата, а затем, что Бог даст!.. Во всяком случае, не пройдет месяца, как получите известие о вашем преданнейшем слуге, капитане Джэспере Бэгге. А до тех пор будьте мужественны и терпеливы, и да хранит вас Бог, дорогая миледи!
Я протянул руку. Мисс Руфь положила в нее свою дрожащую ручку с видом человека, не вполне сознающего, что происходит вокруг нее, и я решительно шагнул к двери, у которой все еще стоял почтенный соглядатай. Тут только он опомнился и, быстро загородив мне дорогу, нахально положил свою лапу на мое плечо. Признаюсь, я разозлился не на шутку, схватил его руку вывернул ее по всем правилам искусства, в котором я немало упражнялся в Японии, где знание всех уловок «бокса» сделалось необходимым для каждого европейца. Физиономия «желтого Дена» искривилась от боли, и почтенный джентльмен заорал таким голосом, который мог разбудить даже мертвого.
— Замолчишь ли ты, проклятый шпион? — крикнул я, еще сильнее стискивая руку негодяя. — Не принуждай меня сжать тебе глотку так, что ты навсегда лишишься возможности участвовать в пении церковных гимнов, для которых создан твой прелестный голос!
Перепуганный не на шутку, желторожий шпион замолчал, растирая свою моментально вспухшую руку. Пользуясь этим мгновением, я моментально распахнул окно и выпрыгнул в темный сад, избегая ловушки, очевидно, приготовленной им на веранде. Однако не успел я добежать до спасительной тени первых деревьев, как увидел около себя проклятого шпиона, последовавшего за мной по пятам. В ту же минуту в трех концах сада мелькнули огоньки, и мимо моей головы пролетели, жужжа и свистя, три ружейные пули, врезавшиеся в ствол ближайшей пальмы.
— Так-то, почтеннейший? Вы опять за старое! Опять стреляете в людей, как в куропаток. Ну, так попробуйте же на себе, как приятно ближайшее знакомство с огнестрельным оружием!
С этими словами я схватил револьвер и ударил Дентона им по голове с такой силой, что он без звука упал на траву у моих ног.
— Одним меньше! Первый задаток мучителям моей бедной мисс Руфь! — подумал я, быстро отбегая в ту сторону, где должны были ожидать меня товарищи.
— Вы ли это, капитан? — раздалось у моего уха. — Живы и невредимы? Ну, слава Богу! Но вы одни? Молодая леди не захотела следовать за вами? Я так и думал, хотя оставаться здесь грустная участь для каждого, а тем более для...
Опять не удалось договорить нашему словоохотливому ирландцу. Появление Долли Вендта прервало его речь. Юноша еле переводил дух от быстрого бега.
— Спешите, капитан! Лес полон разбойниками. Я видел вооруженные фигуры, по-видимому, немцев, — хотя, конечно, ручаться не могу!
— Да это и безразлично, — перебил я юношу. — Будь — то немцы, испанцы или гориллы, нам все равно не остается ничего, кроме бегства. Сколько их, Долли?
— Я видел человек десять, капитан, но их, наверно, гораздо больше. Они прячутся в лесу!
— В лесу! — воскликнул Питер. — Ах, Боже мой, а наш-то бедный плотник? Ведь он остался у последнего мостика. Надо предупредить его, если еще не поздно!
— Чего там поздно! — отозвался сам Баркер, внезапно появляясь возле нас. Он так же запыхался, как и Долли, но был гораздо спокойнее и даже улыбался своей обычной добродушно-глуповатой улыбкой.
— Плотник никогда не пропадает среди деревьев, — проговорил он, не обращаясь ни к кому в частности. — Правда, из кустов выскочило с полдюжины каких-то стервецов, — прощенья просим, капитан, — но я не дал им опомниться и уложил первого его же собственной дубинкой. Второй свалился на третьего а остальные разбежались. Вот она, дубинка-то! Славное оружие. Я захватил ее с собой, пригодится еще голубушка!
И силач грозно размахнулся дубинкой толщиной в добрую оглоблю.
— Молодец, Баркер, — похвалил я добродушного шотландца. — Я был уверен, что ты постоишь за честь нашего флага. Но довольно разговоров, друзья мои. Надо бежать к морю. На море наше спасение. Постараемся пробраться через лес раньше, чем заметят, в какую сторону мы бросились... Добравшись до берега предупредим Гарри, которому наверно удалось укрыть лодку. Или, в крайнем случае, окликнем пароход, — он ведь недалеко! Ну, а раз на море, — мы спасены. Через какую-нибудь неделю мы будем в Сан-Франциско, где я попрошу у американского правительства защиты для мисс Руфь и возмездия для мистера Кчерни!
Я говорил со спокойствием человека, уверенного в успехе, но душа моя была полна сомнений. Я слишком хорошо понимал опасность нашего положения. Четыре человека против доброй сотни разбойников! Как бы храбро мы ни защищались, надежды на спасение оставалось весьма немного. Темнота леса не могла успокоить нашего понятного волнения. Хотя мы были люди не трусливого десятка и с радостью рисковали своей жизнью для спасения женщины, но никакая храбрость не могла помешать жуткому чувству, невольно развивающемуся в темной западне, полной убийц, охотящихся за нами, как за перепелками. Неясные фигуры разбойников мелькали издали между деревьями и опять скрывались в абсолютной темноте. Тяжелые тучи заволокли небо, и ни малейший луч света не пробивался сквозь густую листву. Пришлось наугад отыскивать едва знакомую тропинку. Минут пять безуспешного блуждания убедили меня в том, что мы сбились с дороги. Перед нами внезапно оказалась какая-то загородка, охраняемая целой группой вооруженных людей.
— Боб. Вильямс, ты? — крикнул нам навстречу чей-то грубый голос.
— А вот я покажу тебе Боба Вильямса! — отвечал я, быстро сообразив, что мы должны были, во что бы то ни стало, пробиться сквозь отряд врагов, загораживающий нам дорогу. Мои товарищи также быстро поняли эту необходимость и с отчаянной храбростью бросились вперед. Двумя выстрелами револьвера уложил я двух ближайших негодяев, пока Питер Блэй необыкновенно удачно отбивался охотничьим ножом от полудесятка врагов, а Сэт Баркер молотил своей дубинкой налево и направо, разбивая головы, точно спелые орехи. Долли Вендт нервно хохотал, размахивая своим револьвером и не решаясь стрелять в тесно сплоченную кучу людей, чтобы не поранить кого-нибудь из нас. Все это продолжалось не более двух-трех минут. Кругом нас непрерывно свистели пули, по счастью, никого не ранившие. В рукопашной свалке трудно целить, да и темнота нам много помогла. Озадаченные внезапным нападением, враги не могли сообразить ни числа нападающих, ни их цели. Благодаря этому, нам удалось прорваться сквозь цепь разбойников, охраняющих лесную тропинку, и скрыться в густой тени деревьев. Не переводя духа, мы бежали вперед, слыша за собой многочисленные грубые голоса погони, перекликавшиеся в различных направлениях на самых разнообразных наречиях. Даже «йодлер» швейцарских горцев раздавался среди оглушительного концерта свистков, криков, ругани и проклятий. Очевидно, наши преследователи задались целью окружить нас со всех сторон, отрезав от моря. Но мы еще не теряли надежды пробраться к берегу, проскользнув между ними благодаря темноте, и ускоряли шаги, насколько можно.
— Товарищи, а где же тропинка? Куда она делась? — спросил я, внезапно останавливаясь.
— Какая там тропинка! — пробурчал Питер, с трудом переводя дух. — В этой проклятой темноте собственный нос потерять можно, не только тропинку. Сам черт не разглядит здесь и большой дороги, капитан!
— Ну, а мы, с Божьей помощью, и тропинку разглядим, Питер! Да еще смеяться будем над вашим отчаянием, когда вернемся на судно!
— Хорошо бы вашими устами грог пить, капитан, только вряд ли нам удастся добраться до моря сегодня! — заметил Сэт Баркер со спокойствием истинного Философа. — Мне сдается, что нас собираются угостить добрым стаканчиком дроби. Слышите, как она зашуршала по листьям?
— Точно песок пересыпают! — заметил Долли наивно. Мы кинулись в ту сторону, в чашу кустарника, куда не долетали выстрелы, направленные наугад, и сделали еще несколько сот шагов, с трудом пробираясь сквозь колючие ветки, как вдруг я остановился как вкопанный.
— Осторожней, товарищи! Перед нами какая-то вода. Не то пруд, не то болото. Во всяком случае вперед идти невозможно!
Внимательно оглядевшись, я узнал тот самый ручей, через который проложен был высокий висячий мостик, черная линия которого виднелась немного правее. В том месте, на котором мы стояли, ручей разливался в широкий пруд или, вернее, болото с топкими берегами, грозящими засосать нас при первом неосторожном шаге. Черная стоячая вода казалась глубокой и имела мрачный и унылый вид. Почти вся поверхность ее была покрыта водяными растениями, между которыми блестели яркие фосфорические полосы, выдающие изобилие гниющих органических веществ. Ядовитые испарения неслись нам навстречу, стесняя дыхание и вызывая своим зловонием тошноту. И это-то ужасное болото должны мы были переплыть, несмотря на очевидное изобилие ядовитых гадов, которыми кишит каждая стоячая вода в тропиках... Другой дороги не было. Направо и налево подымались какие-то загородки из колючих кустарников, перебраться через которые темной ночью было совершенно невозможно. Приходилось либо пускаться вплавь, рискуя сто раз погибнуть от укусов ядовитых гадов, или утонуть в болотной тине, отыскивая брод, или же возвращаться обратно мимо наших преследователей и выбиться на настоящую дорогу. Между тем крики разбойников все приближались. Их круг постепенно сужался.
Наступала решительная минута. Нам оставалось одно — возможно дороже продать свою жизнь... и только.
Вдруг Сэт Баркер, шедший впереди, раздвигая своей дубинкой колючие кусты, внезапно остановился.
— Что это там, справа, капитан? Не то блуждающие огоньки, не то факелы или фонари?
Мы быстро обернулись и увидели в указанном направлении несколько светящихся точек, быстро переменяющих свое положение.
По-моему, это блуждающие огни, — прошептал Долли, — они всегда являются на болотах!
— А по-моему, это факелы проклятых русалок, явившихся на помощь разбойникам, чтобы окончательно погубить христианские души! — с дрожью в голосе прошептал суеверный ирландец.
— Как вам не стыдно болтать пустяки! — резко перебил я. — Вероятно ли, чтобы молодые и прелестные девушки были сообщницами кровожадных убийц? По моему мнению, появление этих красавиц может принести нам только пользу. Притаитесь здесь, за кустами, товарищи, пока я постараюсь узнать от них, нет ли здесь где-нибудь другой, более безопасной дороги к морю!
Не обращая внимания на возражения, я быстро направился к мелькающим вдали огонькам, оказавшимся действительно факелами в руках прелестных девушек, уже виденных нами раньше...
Заметив меня, они быстро скрылись между деревьев, но вместо них мне навстречу вынырнуло из чащи то странное существо, которое Сэт Баркер назвал морским львом или орангутангом.
Быстрым и ласковым движением схватил он меня за руку.
— Следуйте за мной, капитан Бэгг! Доверьтесь старому Оклеру. Он ваш друг. Он прислан вам на помощь!
Не дожидаясь ответа, странный человек юркнул в кусты, кажущиеся совершенно непроходимыми, но среди которых внезапно замелькали факелы очаровательных русалок.
Недолго думая, я последовал за ним, а подбежавшие товарищи за мною.
Ползком пробрались мы сквозь нечто в виде туннеля, образовавшегося среди густосплетенных лиан и колючих кустарников, и через десять минут очутились на противоположном склоне холма, оставив далеко в стороне своих преследователей, голоса которых теперь уже едва доносились до нас.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29


А-П

П-Я