https://wodolei.ru/catalog/mebel/rakoviny_s_tumboy/napolnye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Извини, — синие глаза Джона смотрели умоляюще. — Пожалуйста, разреши войти. Смотри, у меня с собой одеяла. Я не собираюсь ложиться в твою постель… без приглашения.
— А что другие подумают? — Серена почувствовала, что сдается.
— А они никогда и не узнают. Я уйду еще до тога, как кто-нибудь проснется.
— А По?
Джон усмехнулся.
— Илай спит как убитый. Его ничто не разбудит. Серена все еще в нерешительности смотрела, как Квейд мокнет под дождем. Джон притворно закашлялся.
— Я схвачу воспаление легких, и что потом? Умру, кто будет тебя охранять?
— О, ты не выносим! — Серена со вздохом уступила. — Но будь уверен, спать будешь на своих одеялах.
— Да, мисс, — покорно согласился Джон, проворно забираясь в фургон и сбрасывая накидку. — Я и не мечтаю о том, чтобы забраться к тебе в постель.
«Ха! — подумала Серена, укладываясь и поворачиваясь к нему спиной. — Не мечтаешь! Да ты просто возьмешь и залезешь, если это взбредет тебе в голову»
Серена закрыла глаза, удивляясь своему поступку. Не лишилась ли она разума, позволив этому… этому распутнику ночевать рядом с собой? Что, кстати, он там делает? Почему не укладывается? Серена подняла голову и посмотрела через плечо, затем быстро уткнулась в подушку: Джон раздевался. Она успела заметить обнаженные мускулистые ноги.
— Это так необходимо? — холодно спросила девушка.
Раздался хриплый смешок.
— Даже ради вас. Мисс Южная Красавица, я не буду спать в мокрой одежде.
Серена промолчала. «Мне не уснуть этой ночью», — с отчаянием подумала она, ощущая совсем рядом присутствие обнаженного мужчины.
Но усталость взяла свое, и скоро девушка унеслась в мир грез. Серене снилось, что губы Джона нежно целуют ее. Блаженное тепло разлилось по всему телу, горячей истомой отдаваясь где-то внизу живота. Искусные руки ласкали грудь… Она вздохнула, выгнула спину и оказалась в сильных мужских объятиях. Хриплый голос прошептал ее имя…
Серена очнулась. Увернувшись от губ Джона, она уперлась кулачками в широкую, волосатую грудь, нависшую над ней.
— Что ты делаешь?
Джон жадно смотрел на девушку в предрассветной полутьме, глаза его пылали страстью.
— Благодарю тебя за то, что ты предоставила мне крышу над головой, хотя и неохотно, — хрипло проговорил он.
Полусонное состояние мешало Серене дать ему отпор, и Джон снова приник к ее теплым губам. Руки девушки, вместо того, чтобы оттолкнуть, вдруг ослабли и нежно обхватили его широкие, гладкие плечи.
Серена даже не заметила, как Джон стянул с нее платье. Его губы покрывали поцелуями ее груди, язык нежно ласкал отвердевшие соски, мозолистая ладонь бродила по всему телу. Серена постанывала, теряя голову от удовольствия… Джон взял ее руку и положил на свою возбужденную плоть.
— Посмотри на меня, Серена, — уговаривал он — Почувствуй, как желание переполняет меня…
Повинуясь сладкому шепоту, пальцы Серены обхватили его твердую плоть. Джон со стоном впился в ее губы и, не в силах больше сдерживаться, осторожно раздвинул бедра девушки, собираясь войти в нее.
Преисполненная желанием, Серена была не готова к острой боли, которая неожиданно пронзила ее.
— Прекрати! — вскрикнула она. — Пожалуйста, не надо!
Джон взял в ладони ее лицо и нежно прошептал:
— Серена, ты девственница. Я ничем не смогу помочь тебе.
— Ты можешь остановиться! Я требую, чтобы ты перестал!
Джон расстроено вздохнул.
— Да, конечно, я могу прекратить, — он медленно поднялся и стал натягивать свою влажную одежду. Серена лежала, уткнувшись лицом в подушку. Джон опустился возле нее на колени и погладил по золотистым волосам. — Если ты дашь мне еще один шанс, я все сделаю, как надо. Следующий раз не будет больно.
— Следующего раза не будет! Никогда! Никогда! — слова заглушались подушкой, но смысл их был ясен.
— Извини, что причинил тебе боль, Серена, — пробормотал Джон и тихо вышел.
Он постоял возле фургона, стараясь успокоиться и остудить свое желание. Серена была его первой девственницей, и хотя у них ничего не получилось, Джон радовался. Он оказался у нее первым, не важно, что это длилось так недолго. У Серены до него никого не было…
Однако поразмыслив, Джон решил, что южная красавица, без всякого сомнения, теперь возненавидит его, и тяжело вздохнув, понуро пошел прочь.
ГЛАВА 9
Стояла середина октября. Обоз следовал вдоль Платта, широкой реки с песчаными берегами. На ночь теперь выставлялись часовые, а фургоны располагались по кругу, потому что начались территории индейцев. Переселенцам грозила опасность со стороны сразу нескольких племен. Пока же только одно небольшое племя издали наблюдало за передвижением обоза.
Настал день, когда они достигли места, где Платт делится на два рукава, и сравнительно легко перешли реку вброд. Обоз катил по Небраске, а впереди их ждали высокие скалистые горы, через которые еще предстояло перебраться. В настоящее время путешественники находились в пятидесяти милях от Ларами, и первое такое препятствие как раз возвышалось перед проводником.
Джон Квейд осадил беспокойного жеребца, с тревогой вглядываясь в покрытый кустарником склон. Он знал, что эта гора покажется муравейником по сравнению с теми, что ждут их впереди.
Но и она выглядела достаточно впечатляюще, чтобы заставить нервничать неопытного человека. Джон посмотрел через плечо на приближающийся обоз. Эти люди полностью полагались на него, и проводник решил, что самое лучшее — не дать им времени опомниться и испугаться.
Махнув рукой, Квейд направил обоз вверх по склону, а сам поскакал впереди. Щелканье кнутов и ободряющие крики помогали животным одолевать подъем. На полпути к вершине склон стал менее крутым, и подниматься было намного легче.
Тем не менее подъем длился почти час. Как бы в награду за это, вершина оказалась достаточно плоской и просторной, чтобы на ней смогли разместиться для небольшого привала все фургоны. Женщины занялись едой, мужчины протирали вспотевших лошадей, подростки приглядывали за скотом.
Серена, взяв свою тарелку, устало присела возле большого камня. Ей больше хотелось отдохнуть, чем есть. В последнее время нервы девушки были напряжены до предела. «Это все из-за него», — с горечью подумала Серена, наблюдая, как Джон, присев рядом с Джесси, торопливо поедает то, что она ему предложила. Затем он встал и с наслаждением потянулся. Глаза Серены словно магнитом притянуло к тому, что выступало у Джона ниже пояса. Штаны из оленьей кожи плотно сидели на проводнике, так что все его мужское достоинство было на виду.
Щеки Серены порозовели. Девушка вспомнила о той дождливой ночи, когда, поддавшись уговорам Джона, она ласкала его возбужденную плоть, и под ее рукой та разрослась до поразительных размеров… Руки и губы Джона разбудили в Серене желание ощутить внутри себя эту мужскую силу; она чувствовала, что только так сможет дать выход своей страсти…
Девушка содрогнулась, вспомнив, как это произошло. Да, она получила, что хотела и даже больше, когда Джон проник в нее, причинив неимоверную боль и оставив после себя на постели пятна крови.
Внезапно Серена заметила, что Квейд перехватил ее взгляд, и поспешно отвернулась.
«Чем вызваны эти темные круги под глазами, — глядя на Серену, думал Джон. — Она — нежное создание. Вероятно, длительное путешествие — слишком тяжелое испытание для нее?»
Джон и раньше спрашивал себя об этом, замечая следы усталости на красивом лице девушки. После той ночи он однажды пытался поговорить с Сереной, но натолкнулся на такой холодный, презрительный взгляд, что слова застряли у него в горле.
Что заставило его тогда остановиться? Никогда еще Джон так сильно не желал обладать женщиной. Раньше, с другими, ему бы и в голову не пришло не довести начатое до конца.
Но Серена была девственницей. Джон вспомнил, как пытался пробиться сквозь «преграду» и причинил девушке столько страданий. Он запоздало упрекал себя за это: для такого утонченного создания его «орудие» было слишком огромным… «Должно быть, я причинил Серене сильную боль, — думал Джон, сжимая кулаки. — Но еще можно все уладить». Он решил во что бы то ни стало извиниться и объяснить, что очень сожалеет о случившемся.
Серена сразу почувствовала, кто остановился возле нее, но не открыла глаза. Она знала, что если посмотрит на Квейда, то опять потеряет над собой контроль. Девушка безмятежно подставила лицо солнцу, с удовольствием ощущая, как свирепеет Джон.
Жеребец нетерпеливо переступал с ноги на ногу, седло раздраженно поскрипывало. Наконец, раздался насмешливый голос проводника:
— Забавляетесь, Мисс Южная Красавица? Понимаю…
Серена открыла глаза и отвернулась с отсутствующим высокомерным видом.
Уголок рта Квейда нервно дернулся. Он боролся с сумасшедшим желанием затащить эту гордячку в кусты и заняться с ней такой любовью, что после этого ее губки уже никогда не будут насмехаться над ним.
Но поскольку об этом не могло быть и речи, Джон решил словами сбить с Серены спесь.
— Итак, капризная леди, вы по-прежнему себя ненавидите?
Наконец-то, ее зеленые глаза в изумлении посмотрели на него.
— Ненавижу себя? Почему я должна это делать? Джон скользнул взглядом по ее стройной фигуре.
— Потому что одной дождливой ночью ты страстно желала янки, но оказалась неспособной завершить то, что начала, — он в упор посмотрел на нее. — И потому что в данный момент ты хочешь меня. Джон попал в самую точку. Серена вспыхнула и, сжав кулаки, хотела возразить, но он не дал ей такой возможности.
— Не отрицай! Я это знаю, потому что такое желание снедает и меня, — взгляд Джона упал на ее грудь. — Да, — хрипло пробормотал он. — Когда-нибудь мы снова будем вместе, и я сумею показать тебе, как это бывает прекрасно.
Словно зачарованная его вкрадчивым голосом, Серена молчала, отрицательно качая головой. Джон насмешливо улыбнулся, тронул жеребца и стал подавать команду к отъезду.
Лошади, мулы и волы устремились вниз, не требовалось даже подгонять их кнутом. В воздухе поднялась густая пыль, окутывая всех и вся.
Вместе с другими всадниками Серена ехала в нескольких ярдах впереди обоза. Она предоставила Бьюти право самой выбирать дорогу. Земля была сплошь усыпана камнями, и девушка очень переживала за По:
каждое утро ему приходилось сражаться с двумя строптивыми жеребцами. День ото дня они становились все непослушнее.
Серена попыталась отыскать глазами фургон, но в такой пыли это было бесполезно. Зато она с раздражением заметила, что жеребец Джона Квейда нагоняет ее. Конечно, девушка могла без труда увеличить расстояние между ними, но ей не хотелось утомлять свою взмокшую кобылку, и Серена лишь мягко уговаривала Бьюти двигаться вперед.
Всадники уже почти спустились к подножию горы. Серена ехала осторожно, с подозрением вглядываясь в поросшую кустами местность. Здесь, наверняка, были скрытые от глаз впадины, куда лошадь могла оступиться и сломать ногу.
Заботясь о безопасности Бьюти, Серена сильно наклонилась вперед, осматривая землю под копытами. Неожиданно слева от нее испуганно заржал, отпрянув в сторону, крупный жеребец. В ту же секунду Бьюти встала на дыбы, и Серена кувырком полетела на землю, успев заметить в траве гремучую змею. Отчаянный вопль Джона смешался с тревожными криками других всадников, когда стройное тело девушки мелькнуло в воздухе и упало возле огромного камня. Джон соскочил с седла и подбежал к Серене. Его поразило ее бледное лицо.
— Боже, — хрипло прошептал он. — Она мертва? Вне себя от страха Джон начал лихорадочно нащупывать пульс на руке девушки, с тревогой повторяя ее имя. Наконец, веки Серены дрогнули и медленно открылись. Джон почувствовал облегчение. Но когда она взглянула на него, не узнавая, он совсем обезумел и стал отчаянно звать на помощь. Однако всадники проносились мимо, не в силах остановить на склоне спотыкающихся лошадей. Глаза Серены закрылись, и Джон, подхватив девушку на руки, поспешил вниз, скользя на мелких камешках.
Подоспевшие на крик люди столпились вокруг Серены, которую он уложил в тени раскидистого дерева, и встревожено расспрашивали Джона о случившемся. Он посмотрел безумными глазами на их обеспокоенные лица.
— Не стойте так близко, черт возьми! Дайте ей воздуха! Принесите скорее воды!
Ему протянули полдюжины фляжек. Джон схватил первую попавшуюся и прижал к губам Серены. Вода стекала у нее по подбородку, но часть ее все же попала в рот. Девушка сделала глоток.
Фургон Лэндри третьим спустился с горы. Илая охватило мрачное предчувствие, когда он заметил собравшихся людей, а неподалеку — кобылку Серены, державшую на весу заднюю ногу. Лэндри выпрыгнул из фургона; перед ним расступились, давая дорогу, и он увидел Серену, безвольно поникшую на руках Джона. Опустившись перед ней на колени, Илай бросил на проводника встревоженный взгляд.
— Она жива, Лэндри, — поспешил успокоить его Джон, — но, должно быть, сильно ушиблась. Давай отнесем ее в фургон.
Илай бросился откидывать полог, а Джон бережно уложил бесчувственную девушку на соломенный тюфяк, на котором не так давно они пытались заниматься любовью. Серена тихо застонала, и Илай потрогал ее лоб.
— Да она вся горит, — пробормотал он, затем взглянул на проводника. — Отвернись, Джон. Я хочу раздеть ее и осмотреть.
— Прежде всего, проверь голову, Илай. Серена упала на камень, — посоветовал Джон и повернулся к выходу.
Женщины, толпившиеся возле фургона, вопросительно посмотрели на него. Грубым от отчаяния голосом Джон отрывисто бросил:
— Идите по своим делам! Лэндри о ней позаботится. Они возмущенно переглянулись, а одна, не сдержавшись, съязвила:
— Ты считаешь, что мы недостаточно хороши, чтобы дотронуться до Ее Величества?!
Квейд гневно посмотрел им вслед, помня, как холодно и высокомерно эти женщины обращались с девушкой.
— Они ей завидуют, — пробормотал он. — Да я в жизни не позволю им помогать моей Серене!
«Моей Серене?». Джон в растерянности провел рукой по волосам. Когда же он начал так думать? Наверное, с той минуты, когда похолодел от ужаса, не зная:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38


А-П

П-Я