https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/dlya_vanny/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Парис подошел к лошади, желая спустить Тэбби на землю
— Не прикасайтесь ко мне, — прошипела она.
Он грубо вынул ее из седла и поставил рядом с собой.
— Я буду не только прикасаться к тебе. — угрожающе прорычал он
Желание мгновенно затопило его, ему стало неловко, и он снова заметил, как похожа Тэбби Лямонт на Кокбернов. В глубине души он надеялся, что она не побочный ребенок Ангуса, его отца. При этой мысли Парис горько усмехнулся. Ну и дурак же он! Какое это имеет значение? Но это имело значение. А может, она побочный ребенок брата отца, Магнуса? Это могло бы по-настоящему осложнить его жизнь. Пока Парис — единственный наследник графства дяди Магнуса — Танталлон-Касл и всех богатств. Если же она дочь Магнуса, Парису недолго и распрощаться со всем этим
Тэбби пыталась вырваться, и рука Париса невольно коснулась ее груди На ней была мальчишеская рубашка — слишком слабая защита от его рук и глаз Грудь девушки вздымалась от охватившей ее ярости Она смело посмотрела на Париса, но тут же густо покраснела, а он убрал руки и хрипло сказал:
— Иди и никогда больше не надевай мальчишескую одежду
Ужин был таким же оживленным, как и предыдущие застолья. Тэбби села рядом с Александрией, и девочки таинственно улыбались друг другу. Опустившись на деревянный стул, Тэбби поморщилась, а Трой со смехом сказал:
— Не знаю, что там с тобой днем делал Парис, но теперь у тебя явно болит задница.
Дамаскус презрительно посмотрела на брата и, пожав плечами, прокомментировала:
— Мужчины всегда такие грубые!
Александрия прошептала:
— Тем самым она хотела сказать, что они писают где придется.
Тэбби, только что отпившая воды из кружки, прыснула, и у нее изо рта вылетел фонтанчик брызг, сильно смутив ее.
— Ой, она краснеет! — с восторгом сообщил Алекс.
— Ты такое говоришь… — Она повернулась к Александрии, весьма довольной собой.
— Да я ради смеха. Я и тебя научу. Если кто-то из сестер или братьев что-нибудь скажет, я буду тебе переводить, что это значит на самом деле, — пообещала она
Когда ужин кончился, Алекс поднялся из-за стола и предложил Тэбби вина. Трой оглушительно расхохотался. Алекс повернулся и холодно посмотрел на брата.
— Не желаешь ли выпустить свою энергию другим способом?
Александрия прошептала:
— Он имеет в виду: не пора ли ему навестить свою проститутку.
Парис посмотрел через стол.
— Александрия, твой шепот очень хорошо слышен. Я был бы чрезвычайно благодарен, если бы ты перестала просвещать нашу гостью.
— Переведи, — прошептала Тэбби.
На этот раз Александрия пробормотала очень тихо:
— Теперь я знаю, что такое наказание судьбы, — смерть матери при рождении двух ужасных близнецов.
Тэбби посмотрела на маленькое личико, усыпанное веснушками, и ощутила какую-то неуловимую связь между собой и новой подругой.
После ужина девочки без колебаний приняли ее в свои игры. Как замечательно участвовать в общем веселье, слушать разговоры о поклонниках! Ей все больше нравилось в этой компании, а Александрия казалась ее кровной сестрой. Тэбби была счастлива, пока не вспоминала о Парисе. Ну зачем ему понадобилось брать ее в плен? Почему ее дружба с Кокбернами должна быть омрачена этим ужасным поступком?
Тэбби взбиралась по лестнице в спальню Париса, через которую можно было попасть в ее комнату, а он поднимался следом. От его близости ее охватила паника, сердце дико забилось. Он обогнал ее и открыл перед нею дверь. Комната неузнаваемо преобразилась. Половики были убраны, и пол устилал красивый ковер. Кровать накрыта шкурами белоснежного песца, лампы не только освещали все вокруг, но и источали ароматы масел. На столике около кровати стояли хрустальный бокал и графин с вином, а рядом лежал отделанный серебром комплект щеток и гребней для волос. Тэбби недоверчиво огляделась — с чего бы это? Ноги задрожали, но она решила, что будет последней дурой, если выкажет свой страх. Лучше изобразить гнев.
Склонившись в полупоклоне, Парис пропустил ее вперед и торжественно произнес:
— Комната моей леди.
— Вы хотите сказать — тюрьма? — усмехнулась Тэбби.
— Я думал, здесь все необходимое для дамы. Я что-нибудь упустил?
Она быстро соображала, как бы посильнее уязвить своего тюремщика и дать понять, что все его усилия напрасны.
— В Эдинбурге у меня была собственная ванна, — сказала она величественно и, пытаясь еще что-то придумать, неуверенно добавила: — и… у меня было маленькое ручное зеркальце, я его очень любила.
Парис насмешливо поклонился и процедил сквозь зубы:
— Вот сучка.
Тэбби покраснела.
Когда он ушел, миссис Холл, ожидавшая девушку, чтобы уложить ее в постель, воскликнула:
— Смотри-ка, ты уже крутишь им как хочешь!
— О миссис Холл, да он просто зверь, ему нравится видеть мой страх! Он как охотник, преследующий добычу, а я совершенно беспомощна. Я очень надеюсь, что вы сумеете выжить в этих ужасных условиях. Мне искренне жаль, что вы из-за меня попали в такое сложное положение.
— Да что ты, девочка! Замечательное место! Дел-то у меня тут — за твоими нарядами последить да за тобой, а это разве работа? Одно удовольствие. Еды полно, стол ломится. А слушать сплетни слуг — наслаждение для моих ушей. Указания мне дает только его светлость, про тебя не велено ни с кем разговаривать. Ты вроде как подруга его сестер из Эдинбурга, которая приехала погостить.
— Эдинбург… — вспомнила вдруг Тэбби и вздохнула. — Боже мой, я и подумать не могу, что там творится, как там мой несчастный, бедный муж! Он сходит с ума, а когда узнает про выкуп в двадцать тысяч золотом, будет готов убить всех, и в первую очередь меня! Какой ужасный способ отплатить ему за оказанную мне честь! Миссис Холл, я должна убежать отсюда и вернуться к мистеру Абрахамсу. Чтобы ему не пришлось платить выкуп. Вы мне поможете, и я попытаюсь уговорить близняшек. Александрия — мой друг, а Алекс — очень милый мальчик, я чувствую, он понимает, что такое справедливость.
— Ну ладно, пора в постель. Утро вечера мудренее. Тэбби уже засыпала, когда Александрия вдруг ворвалась к ней в комнату.
— Быстро, Тэб, давай мои бриджи. Мы собираемся в набег. Ну, просто, чтобы украсть что-то, понимаешь? Парис приказал ехать Александру — сегодня не очень опасное дело. А это все равно не для Алекса, так что я поеду вместо него.
— О, не может быть! — забеспокоилась Тэбби.
— Да ничего особенного! Никто не поймет, мы же с ним абсолютно на одно лицо. Просто я лучше держусь в седле и стреляю.
— Но это опасно! — вытаращила глаза Тэбби.
— Никакой опасности. Мы поедем через границу, в Англию.
— В Англию?!
— Но это ведь не за тысячи миль отсюда. Мы поедем прямо на побережье, в Бервик-он-Твид, не больше восемнадцати миль отсюда. Там очень богатые поместья.
— Выходит, он собирается что-то красть?
— Александрия задиристо подмигнула.
— Он ведь и тебя украл, правда?
Последние остатки сна улетучились. Завернувшись в шаль, Тэбби вышла из спальни. Она ужасно волновалась за Александрию, отправившуюся на опасное дело. И… о других тоже, вынуждена была признаться она себе. Странное чувство поселилось у Тэбби в душе. Она бы определила его как любовь-ненависть. Все здесь были единой семьей, которой у нее никогда не было, и она уже начинала чувствовать себя частью этой большой семьи. Ей и раньше приходилось слышать страшные рассказы о жителях приграничных земель, глубокой ночью выезжавших на большую дорогу. Однако она до конца не верила им, считала, что это сказки и на самом деле ничего такого нет. А вот теперь она видит своими глазами: Парис Кокберн — вор, он процветает именно потому, что нарушает законы и правила. Он сам себе закон. Нет, ей просто необходимо вырваться из лап этого человека! Но глубоко-глубоко в душе ей хотелось остаться. Какое опасное желание! Если она проживет здесь еще какое-то время, ей уже никогда не оторваться от этой семьи, затягивающей ее, окутывающей теплом, обволакивающей нежностью, с которой здесь все относятся друг к другу, пусть на первый взгляд она кажется грубоватой.
Стоя на площадке башни, Тэбби всматривалась вдаль. Ей показалось, что она видит внизу серебристую фигурку. Она махнула рукой — фигурка исчезла. Померещилось? Да, кажется, она уже не в состоянии отличить, где мираж, где реальность. Еще бы — несчастье за несчастьем постоянно сыпались на нее. В груди что-то сжалось, Тэбби стало трудно дышать. По телу пробежала дрожь. Холодно, она слишком легко одета, надо уходить. Тэбби вернулась в свою комнату, собираясь лечь в постель, но вместо этого вдруг оделась потеплее и вернулась на башню.
Часы текли медленно. Тэбби приказала себе не волноваться, Парис выведет людей из любой опасности. А вдруг, защищая других, он погибнет?! И Тэбби, сама себе удивляясь, уже умирала от беспокойства за него. Еще минуту назад она чуть ли не проклинала его, считая, что этот человек достоин самого страшного наказания за все свои проступки! И вот, нате вам, — она молится о его спасении. Тэбби редко беспокоила Бога просьбами и теперь страстно надеялась, что Он услышит ее.
На небе занималась заря. Всю ночь Тэбби простояла на башне и вот наконец на светлеющем горизонте увидела тонкую линию. Всадники! Крупы лошадей были увешаны огромными тюками. Светало быстро, и вскоре Тэбби разглядела Разбойника Кокберна — впереди всех на своем сильном коне. Она поискала глазами легкую фигурку Александрии и обнаружила ее почти в самом конце цепочки. Слава Богу, с ней все в порядке! А что это громоздится на одной из лошадей? О нет, не может быть! Неужели ванна?! А на другой — зеркало в раме из красного дерева! Черт бы его побрал! Он рисковал жизнью, заставил ее провести бессонную от беспокойства ночь, и все для того, чтобы удовлетворить ее глупый каприз! Что он за человек? Почему готов идти на риск ради нее? Тэбби подавила возникшее было чувство благодарности к Парису, напомнив себе: это лишь один из способов убедить ее в своем всемогуществе!
Она спустилась с наблюдательного пункта, пронеслась мимо своей комнаты, выскочила во дворик замка. Потом пробежала через ворота и кинулась вниз по травянистому склону навстречу отряду. Раннее солнце сияло вовсю, роса была такая сильная, что Тэбби сразу промокла. Но где же они? Должны были уже доехать до замка?
Она одолела еще один холм и замерла как вкопанная. Открывшееся взору зрелище ошеломило ее. Парис и еще Шесть мужчин, совершенно голые, стояли по бедра в воде, освежаясь. Никогда раньше Тэбби не видела голого мужчину. Она была потрясена. Все семеро огромные, выше шести футов, волосатые, с выступающими на руках и груди мускулами. У одного, стоявшего к ней спиной, был совершенно белый зад… А остальные повернулись лицом к ней… О Боже!
Александрия кинулась к Тэбби, бросив на ходу:
— Бежим отсюда, а то они заставят меня купаться с ними!
Девочки добежали до комнаты Тэбби, Александрия сбросила мужской наряд и готова была рассказывать о ночных приключениях.
— Самая интересная ночь в моей жизни! — воскликнула она страстно, с горящим лицом.
— Парис не догадался, кто ты?
— Мужчины ужасно толстокожие, их так легко водить за нос!
— Я чуть не умерла от страха за тебя! Это была самая длинная ночь в моей жизни.
— Ты с ума сошла! — заявила Александрия, не понимая, чего могла бояться подруга. — В Бервике мы захватили самый красивый дом. Он раньше принадлежал королеве Елизавете. Погоди, ты увидишь ванну, которую Парис раздобыл для тебя. Королевская!
— Ты хочешь сказать, он украл ванну королевы? — не веря своим ушам, спросила Тэбби.
— А почему бы и нет? Ей она больше не понадобится, она же умерла год назад.
Александрия собиралась пойти вздремнуть до вечерней пирушки, на которую ее сестры ожидали кое-кого из поклонников. Но Тэбби не удалось поспать. Парис приказал Александру преподать ей урок верховой езды. В задачу Тэбби входило: вскочить на коня, объехать замок, спешиться. И так тридцать раз.
Тэбби сделала двадцать пять кругов, и Алекс поднял руку.
— После двенадцатого раза я решил, что ты попросишь закончить урок. После двадцатого — что станешь обольщать меня, я упал бы от страсти — и конец учебе. Но как теперь мне остановить тебя? — насмешливо произнес он, изображая предельную усталость.
— Даже не пробуй зевать! Уж я-то знаю, ты ночью спал, как сурок. — Тэбби посмотрела на красивого мальчика. Честный и открытый взгляд отражал все его чувства Тэбби решила рискнуть и рассказать Александру о плане побега Она надеялась на его помощь.
— Александр, я должна научиться ездить на лошади. Иначе мне никогда отсюда не убежать
— А зачем тебе бежать? — изумился он.
— Я тебе объясню. Всю жизнь я жила в сиротском приюте и мечтала, что наступит день, когда кто-то придет и заберет меня оттуда. И вот мой муж вызволил меня из ужасного сиротского дома. У меня ничего нет. А этот человек, единственный на белом свете, дал мне все. Александр, я обязана ему жизнью! А теперь от него потребуют выкуп за меня в двадцать тысяч золотом. Я не могу спокойно сидеть здесь и позволить твоему брату лишить его таких денег.
— Когда ты вот так говоришь, я понимаю тебя. А ты объясняла Парису, как мне? Я знаю, он тебе ни в чем не Может отказать, — улыбнулся Александр. — Думаю, он понял бы тебя. Особенно если ты поговоришь с ним наедине, не при всех.
Тэбби улыбнулась Александру.
— Мы с тобой понимаем друг друга. А стоит мне оказаться рядом с ним — только искры сыплются. При нем меня просто парализует от страха. Лишь в одном случае этого не происходит: когда он насмехается надо мной, а я начинаю злиться.
— Он раздражает тебя специально ради удовольствия — полюбоваться. Когда злишься, ты оживаешь и становишься еще красивее.
Глава 4
Когда Парису нужен был совет, он ехал к дяде Магнусу, брату отца, могущественному владельцу графства Ормистан Магнус относился к Парису, как к сыну, которого у него никогда не было, но о котором он всегда мечтал. Он назвал Париса своим наследником. Но временами молодого человека возмущала властность дяди. Впрочем, они были очень похожи друг на друга:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45


А-П

П-Я